1 сентября в России начался очередной учебный год. В преддверии Дня знаний The Village решил разобраться, как живут и о чём думают современные московские школьники. В новом и не вполне обычном выпуске рубрики «Как всё устроено» мы поговорили с девочкой, проучившейся в школе всего год, и юношей, который в следующем году закончит школу. Редакция намеренно сохранила особенности речи обоих школьников.

Часть 1. Второй класс

О школе

В этом году я иду во второй класс, теперь мне будут ставить все оценки красной ручкой. Я хорошо учусь, на пятёрки и четвёрки. Каждый день у нас есть уроки по русскому, азбуке и математике. Обычно это по четыре урока в день, но два дня в неделю бывает по пять уроков. Я ненавижу эти дни: устаю, мне неохота на них сидеть. Мой любимый предмет — это физра. Мы занимаемся ею в подвале, там всё хорошо обустроено, но бывает холодно. На физре мы играем в разные игры. На втором месте среди любимых предметов у меня рисование, а на третьем — переменка.

Я не люблю русский, балет и музыку. На музыке мне часто задают учить песни, потому что я хорошо запоминаю стихи наизусть, но мне это не очень нравится. Мои подруги ходят на хор, они хотят и меня заставить, но я не хочу. Балет я не люблю, потому что там нехороший учитель, он всё время орёт, ругается на озорных мальчишек. В угол нас обычно не ставят и с уроков не выгоняют. Может быть, только если ты очень-очень-очень плохо себя вёл.

После занятий я обычно прихожу домой, отдыхаю, ем, немного занимаюсь и иду на акробатику. По вторникам после школы я остаюсь на продлёнку, в этот день у меня дополнительный урок по информатике. На продлёнке мы гуляем, зимой играем в снегу. Всего дополнительно я хожу на три занятия: рисование, информатику и акробатику. Больше всего мне нравится информатика. На акробатике тоже весело, там можно делать что угодно. Пока я хожу в школу с мамой, но после восьми лет мне разрешат ходить одной.

О переменках

В школе я не очень устаю, у нас же переменка после каждого урока. На переменках мы бегаем. Нас просят остановиться, но мы продолжаем, не слушаемся. Училка нам часто говорит, чтобы мы не катались по полу, потому что он грязный. Из дома мы уходим в чистых белых колготках, а приходим в чёрных. Ещё мы с подругой любим браться за руки и кружиться на переменке. Один раз мы так раскружились, что полетели в разные стороны. Мы даже сняли видео, когда кружились. Теперь за нами вся школа повторяет.

О любви

Я часто играю с одноклассниками на улице, они живут в соседнем доме. Недавно я влюбилась в одного из них, и он в меня тоже — мы уже признались друг другу, и теперь мы парочка, о нас знает почти весь класс. Недавно мне признались в чувствах ещё двое. Когда мы играли в вышибалы на физкультуре и меня выбрали водой, один мальчик поцеловал меня в щёчку. Все остальные тоже хотели, но я им не позволила. Вообще, я не понимаю, почему в меня мальчишки так влюбляются. Обычно я их колочу, когда они меня обижают, но они меня тоже трескают. Ещё я иногда играю во дворе с подружками, но с мальчиками дружу больше, с ними веселее.

О мечтах

Я бы хотела, чтобы у нас в школе был бассейн и живой уголок, а учёба длилась два дня в неделю и все остальные дни были выходными. У меня есть огромный надувной дельфин. Я мечтаю сделать внутри него сидения, кровати и туалеты, залезть туда и плавать по морю.

Напившись, я обычно сижу и думаю о вселенском

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Часть 2. Одиннадцатый класс

Об учёбе

До восьмого класса я учился в гимназии, а потом меня из неё выгнали. Я вылетел из-за того, что не успел сдать контрольные. В гимназии мы писали, например, пять контрольных, но если за четыре из них ты получал 4, а за последнюю — 2, оценка за все прошлые контрольные тоже снижалась до двойки. Я не сдал две контрольные, и мне обнулили остальные. Сейчас бывшие одноклассники рассказывают, что учителя часто вспоминают меня на уроках. Жалеют, что меня выгнали, мол, я был такой культурный, хотя они сами меня и завалили. На самом деле они злились из-за того, что я не люблю систему. Я нифига не делаю, а зачёты сдаю нормально, вот они и бесились.

Сейчас я учусь в гимназическом классе средней образовательной школы. Я довольно общительный и сразу со всеми здесь закорешился. У нашего класса гуманитарный профиль, но мне это сильно не нравится, потому что я технарь — люблю физику и информатику. Домашку я обычно не делаю. Правда, в десятом классе мне приходилось её делать, чтобы вытянуть некоторые предметы на хороший уровень. Хотя по физике мне всё равно не поставили пятёрку. По алгебре и геометрии я ни хрена не делаю, они у меня на плохом уровне. Откровенно говоря, я довольно ленивый человек.

 

Школьник. Изображение № 1.

 

Об одноклассниках

В гимназии училась интеллигенция, а в новой школе — в основном обычные ребята. Многие любят околофутбольные движения. Однажды ребята нашли у одноклассника шарф с надписью «я русский» и чёрно-жёлто-белый имперский флаг с орлами. Они растянули его на первом этаже и стали кидать зиги, пародируя всяких правых с улиц. Я тоже в этом участвовал. Быдло из нашей школы обычно никак не реагирует на такие акции. Они даже не понимают, что мы делаем. Они пьют пиво и курят в падиках. 

Быдло в нашей школе — это в основном ученики седьмых и восьмых классов. Они все почему-то жирные, ходят и пристают к старшеклассникам с вопросом: «А чё ты?» Ещё они часто докапываются до моей серьги, в такие моменты мне хочется им врезать. Некоторые из них просто курят или дуют в туалетах. После них там остаётся смог, как в Москве в 2010 году.

Ещё в нашей параллели есть девочки, которые ходят в модные клубы, например в Gipsy. Их туда просто пускают, даже ничего не спрашивают. Иногда они ходят с кем-то из старших. В таких клубах тусуются модные люди, а я их не очень люблю. Это любители Black Star Mafia, Тимати и рэпчика — всего, что пришло с Запада на смену хипстерам.

О национальных конфликтах

У нас учатся мусульмане, и однажды трёх учеников выгнали с уроков за то, что они принесли коврик для намаза. Они начали читать Коран прямо в школе, у них же это обязательно. Их за это отвели в кабинет директора.

Иногда в школе случаются национальные конфликты с грузинами или чеченцами. Хотя чаще всего с ними дерутся по другим причинам — как команда на команду. В гимназии к кавказцам относились негативно из-за их поведения. Но в основном же к ним относятся нормально, с ними дружат, если они спокойно себя ведут. Я недавно видел, как из магазина выходил парень кавказской внешности вместе с настоящим нацистом — тот был бритый и с подтяжками. 

У меня есть близкий друг таджик. Он родом из Памира, но всю жизнь прожил в Москве. Он спокойный парень, можно даже сказать пассивный. Но бывают и другие случаи. Летом я два месяца работал официантом в ресторане итальянской кухни. Заработанные деньги я тратил на карманные расходы, но и заначку откладывал — хочу купить себе настоящую косуху. Почти всё лето я не зависел от родителей, но потом какой-то азербайджанец сломал мне нос, и им пришлось помогать мне с лечением. Я шёл мимо него, оглядывался, искал папу. Тому парню показалось, что я на него посмотрел, ну и началась драка. Потом я узнал, что он уже давно в полиции стоит на учёте. Этому парню лет шестнадцать, и он глупый: культурные люди так себя не ведут. 

О школьном быте

В столовой я не ем: еда там не очень. С едой в школе так же, как в больнице: съем её, только если буду вынужден её съесть. В школе я обычно питаюсь шоколадками. Вообще, утром я не завтракаю и постоянно хочу жрать. На то, чтобы питаться в школе, мне хватает 100 рублей, а если я иду тусить, мне бывает нужно даже больше тысячи.

В нашей школе два охранника — оба дяди Саши, лысые. Один усатый, другой нет. Один из них выпускает во время уроков, а другой нет. Тому, который выпускал, недавно сделали выговор. Он разрешал сбегать покурить на переменах. Есть ещё соцработник, он выпускает покурить только старшеклассников.

В школе у нас была проверка на спайсы — нужно было пописать в баночку. Проверяли учеников старших классов, у нас никого не спалили.

 

Школьник. Изображение № 2.

Об алкоголе и вписках

В нашей школе есть три поколения, которые по-разному проводят время. Мы пьём и курим, но не употребляем. Те, кто младше на год, тусуются в клубах с родителями, пьют там коктейльчики и делают татуировки. А третье поколение — это просто жесть: тут тебе и наркотики, и дешёвое бухло. Больше всех у нас употребляют девятиклассники. В основном они курят спайсы, потому что травка слишком дорогая. Хотя это реально опасно, от спайсов молодёжь дохнет. Сами мы очень редко курим травку, в основном пьём.

В первый раз я напился лет в восемь, и сейчас я очень сильно пью. Я не парюсь из-за этого, потому что знаю меру. Однажды мама попросила встретить её около метро, а я был пипец пьяный — дошёл нормально, даже не шатался. Мы, конечно, пьём не каждый день, для запоя нам нужна особая тема. Недавно я расстался с девушкой и был просто взбешён. У меня было очень плохое настроение, аж руки дрожали от агрессии. Друг тогда приехал ко мне с водкой и пивом, и у нас был трёхдневный запой.

Обычно я пью водку и пиво, мой друг предпочитает виски. Мы не очень любим коктейли. Ликёры я ненавижу, особенно молочные, апельсиновые и облепиховые. Чтобы покупать крепкие спиртные напитки, мы используем поддельные документы. Кто-то подделывает в фотошопе возраст на копии паспорта, а кто-то использует документы знакомых. Иногда мы ходим в бары. Там нам не всегда продают алкоголь, но могут, например, продать пиво.

Ещё мы снимаем квартиры для вписок, получается недорого: 3–4 тысячи рублей за ночь. Правда, я не знаю, сколько это будет стоить теперь, доллар же подскочил. Обычно мы тусим одну ночь, а потом уходим. Ну, кто-то уходит, а кто-то уползает. Когда я учился в восьмом классе, девочка из одиннадцатого класса устроила вписку у себя дома. Я тогда охранял холодильник и первым же напился — выпил полбутылки чего-то. Напившись, я обычно сижу и думаю о вселенском. Однажды я устраивал вписку у себя. У меня был один одноклассник, мелкий засранец, он начал буянить, въехал в дверное стекло башкой и рассёк себе всю бровь. Пришлось вызывать скорую, а скорая вызвала ментов. Я тогда дал ментам взятку.

Родители знают о наших увлечениях. Правда, когда они узнали, что мы снимаем квартиры для тусовок, мама подумала, что мы приводим туда проституток, но это не так. Родители знают, что я не употребляю наркотики и знают, что я их пробовал, они в курсе того, что я пью. Папа относится к этому нормально, он считает, что главное — это пить культурно. Правда, сам он вообще не пьёт.

Однажды, когда мы гуляли с одноклассниками, нас остановили менты. У меня в руке тогда была бутылка пива, в ней оставалось немного, на донышке. Я выкинул бутылку, но их интересовал не алкоголь. Они заставили меня снять очки, хотели посмотреть на зрачки. Сейчас менты ищут наркоманов и дилеров. Одного моего одноклассника, например, менты всё время обыскивают на наркотики. Обычно я стараюсь отойти подальше, когда вижу ментов.

Сейчас общество пошло некультурное: все эти айфончики, много сленга. Многие уже не понимают нормальные человеческие слова

О половой жизни

Мой друг начал половую жизнь очень рано, лет в двенадцать. Он — любитель женской натуры. А вообще подростки начинают заниматься сексом лет в четырнадцать. Однажды, классе в шестом-седьмом, у нас был урок про половые отношения. Там рассказывали про венерические болезни, показывали стрёмные картинки и объясняли, что надо предохраняться. Рассказывали про увеличение детородного органа в эрегированном состоянии и его биологическое строение, но про сам половой акт не говорили. Я тогда был очень вовлечён, даже задавал какие-то вопросы. Я думаю, это нормальный возраст для такого урока — теперь все мои сверстники предохраняются. Мы, кстати, иногда смотрим программу «Беременна в 16», чтобы поугарать.

 

О политике

Политика — излюбленная тема моего одноклассника-литератора. У него революционные взгляды, и время от времени он срывает уроки своими речёвками. Он за то, чтобы Россия была свободной и прекратился гнёт со стороны государства. С убийством Немцова он вообще загнул: начал гнать, что Путин всё это подстроил. С ним на уроках истории устраивает дебаты наш директор, она преподаёт нам этот предмет. Она на стороне Путина и говорит, что Путин не самый лучший, но и не худший. Она считает, что без Путина в России была бы жопа.

У меня нейтральная политическая позиция, мне просто не нравятся некоторые вещи. Мой друг недавно хотел купить себе колу, но ему не продали. Такие вещи нужно решать на уровне государства. У нас вводят какие-то дебильные законы, я слышал, хотели запретить порнографию в униформе в России. Я считаю, что это ужас, мы же довольно свободная страна. Есть ещё этот рыжий дебил, который выступает против геев и лесбиянок. Короче, на государство сейчас работают ужасные люди.

Моему однокласснику-литератору очень нравится рассуждать об однополых отношениях, политике, религии и на другие актуальные темы. Мы ездили с классом в Казань после того, как ученикам-мусульманам не дали помолиться в школе. Этот парень купил тюбетейку, где-то отрыл коврик и устроил что-то вроде акции. Он привёз с собой полотно с сатанинской пентаграммой, порезал свою или чью-то руку и начал капать кровью на тот коврик. Правда, потом он зассыковал и прекратил акцию.

Я атеист и уже давно не ношу крестик. Есть аббревиатура ПГМ — православие головного мозга — она про людей, очень активно защищающих религию. Я не люблю эту лживость и лицемерие среди служителей церкви.

 

О любви к Паланику

В моей прежней школе, гимназии, были профильные классы по литературе, там долго изучали каждое произведение. Но сейчас мы проходим некоторые книги быстрее других. Например, «Преступление и наказание» изучали долго, мне очень понравилось. Достоевский вообще интересный, только довольно сложный. А «Войну и мир» мы быстро проскочили: училка говорила, какие конкретно фрагменты нужно прочитать, а потом по ним задавала заковыристые вопросы. Кратким содержанием тут не обойтись.

Мои одноклассники ничего не читают, а я читаю много, но только то, что мне нравится. Недавно меня начала интересовать журналистика. Это произошло из-за Довлатова, я всё у него прочитал. В его рассказах есть абсурдизм, как у Кафки, но выглядит это смешнее, потому что он описывает жизнь советского народа. Ещё я люблю Чака Паланика, американского писателя с украинскими корнями, который написал «Бойцовский клуб». Мне нравится трэш, смешанный с каким-то смысловым содержанием. Его книгу я перечитал два или три раза. А фильм раз двенадцать, наверное, уже посмотрел.

Не люблю читать программные книги, если они мне не по душе. Если это обязательно, стараюсь выхватить основную информацию, чтобы сдать предмет. Может, когда стану старше, эти книги мне понравятся. Я думаю, многое из школьной программы по литре рассчитано на другой возраст и поэтому не очень интересно и непонятно большинству школьников. Сейчас общество пошло некультурное: все эти айфончики, много сленга. Многие уже не понимают нормальные человеческие слова, поэтому не понимают и литературу.

О социальных сетях

Я постоянно сижу во «ВКонтакте» — читаю там научные статьи и паблики, но не «МДК» — это юмор для псевдоинтеллектуалов на уровне Петросяна. Иногда сижу на «Пикабу», там бывают интересные статьи про путешествия. Недавно у меня был моральный парадокс (видимо, когнитивный диссонанс. — Прим. ред.). Я прочитал статью про быдло и небыдло на «Лурке». Там говорилось, что якобы есть люди, которые не считают себя быдлом, но на самом деле к нему относятся. Они любят обсуждать проблему быдла и читают псевдоинтеллектуальные книги, например Паланика. После этой статьи я немного заволновался. Клёвыми её авторы, видимо, считают только домашних интеллектуалов, которые сидят дома и комментируют всякие аморальные видео. На самом деле авторы этой статьи — сами псевдоинтеллектуалы. Я пока не очень выяснил, кто я, но уверен, что я не быдло.

«ВКонтакте» в школе не заблокирован, но у нас очень хитрый информатик. Он может выключить сеть для всех или оставить только на своём компьютере. Ещё он использует USB–камеру, которая висит над доской и, выходя из класса, смотрит через телефон, что творится в кабинете. Информатик очень умный мужик, но занимается вот такой хренью.

Я пока не очень выяснил, кто я, но уверен, что я не быдло

 

 

 

 

 

 

 

 

О субкультурах

Раньше были хипстеры — любители полароидов и бороды, сейчас они стали пропадать. Зато появились сэдбои, веб-панк и тамблер-гёрлы. Сэдбои — это мальчики, которые носят панамки, брюки с резинками на подоле, свитшоты с принтами и аирмаксы. Сначала такой стиль любили футбольные фанаты, а потом его переняли сэдбои. 

Тамблер-гёрлы — это девочки, которые любят делать на лодыжках и кистях небольшие татуировки со знаком бесконечности. Они носят круглые очки. Обычно они очень худые и не от мира сего. Такие девочки выкладывают свои фотки на Tumblr.

Веб-панк — более сложное явление. Его приверженцы любят выкладывать на своих страницах «ВКонтакте» фоточки с дельфинами, террористами или какими-нибудь крестами на фоне расплывчатого 3D-пространства. Веб-панк появился после серии атак на операционные системы компьютеров, во время которых на монитор выводились подобные картинки.

О ЕГЭ и планах на будущее

Сейчас все усиленно готовятся к ЕГЭ и нанимают кучу репетиторов. Подготовка стоит довольно дорого. Я ходил на курсы по биологии, химии и математике. В главном здании МГУ такие занятия по одному предмету стоят 150 тысяч рублей в год. Я пошёл на курсы на биофаке за 48 тысяч рублей, хотя это всё равно очень дорого. Получается, чтобы поступить, ты либо должен быть ботаном, либо у тебя должно быть много денег.

В школе подготовка к экзаменам у нас началась ещё в десятом классе: за полгода мы изучили всю программу по математике, а потом приступили к ЕГЭ. Вообще, я считаю, что этот экзамен — полный дебилизм. ЕГЭ нужен, чтобы понимать общий уровень образования, но он не показывает, насколько люди умные и способные. А это именно те качества, которые выделяют человека среди других. Мне не нравится система поступления в университеты. Туда обычно попадают по знакомству или за деньги.

У нас все хотят попасть на журфак — например, мой одноклассник-литератор, он очень начитанный. Некоторые хотят идти в политику. Ещё один одноклассник хочет стать тату-мастером, поэтому ему нужно выучиться на дерматолога и получить художественное образование. А сам я хочу поступить в МГУ. Раньше я собирался на фундаментальную медицину — планировал стать психиатром. Потом я понял, что это не очень хорошая затея, потому что психиатры вскоре становятся такими же, как их пациенты. Да и вообще, мне не нравится сфера медицины в нашей стране. Она оплачивается государством, но настолько хреново, что психиатр, сидя в психушке, будет больше заботиться не о пациенте, а о том, чтобы ему не понизили зарплату. Сейчас я думаю так: раз уж я технарь, пойду на инженерию. Хотя больше всего я хотел бы взять gap year. Я часто представляю, что путешествую по всяким северным странам и горным местностям. Мне хотелось бы побывать в Канаде и Северной Америке, в Исландии и Гренландии. Но у нас взять перерыв после школы нельзя: либо в армию, либо в университет.

Надеюсь, что я поступлю на бюджет: надо же хоть как-то проявить свой ум.

 

 

 

 

 

 

Раньше были хипстеры – любители полароидов и бороды, сейчас они стали пропадать. Зато появились сэдбои, вебпанк и тамблер-гёрлы