Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 1.

 

На Артёме (27 лет): ботинки Officine Creative, пальто Hannes Roether, перчатки без имени, рубашка American Apparel, брюки Trends Brands, свитер Muji, носки Gap,
очки из Греции

 

 

Про вещи

В больших магазинах и моллах я себя плохо чувствую: у меня кружится голова, и, к сожалению, в самом прямом смысле. Поэтому люблю маленькие, камерные. 

Я люблю однотонную одежду, люблю рубашки и свободные удобные брюки (не штаны). У меня есть несколько довольно нейтральных в смысле дизайна дешёвых предметов, которые я покупаю в большом количестве и часто меняю. Например, летом я хожу в лёгких парусиновых тапочках. Они белые, и срок их жизни очень короткий. Поэтому я покупаю сразу пар десять и не сильно расстраиваюсь, когда мне в метро наступают на ноги. Не знаю, можно ли назвать любовь к дешёвым, легко заменяемым вещам фетишем, но в этом смысле мне близок подход Бэтмена. Заменяемые вещи — это, например, часы и сумки от Muji. Их ненадолго хватает, у меня скопилась целая коллекция одинаковых предметов. Я, кстати, считаю, что часы не могут стоить дорого в XXI веке, это рудиментарный аксессуар. Ещё никогда не пользуюсь зонтами и из-за этого периодически промокаю.

Мне нравится русская марка Anna Sinitsyna. Она делает женскую одежду, но на заказ шьет такие огромные мужские комбинезоны. Первый Аня сшила в подарок другу на день рождения, после чего к ней обратилась тьма желающих иметь что-то похожее. Я был в их числе. Это интересный опыт, когда тебя обмеряют, выспрашивают кучу мелочей о длине рукавов или о том, нужны ли сзади карманы. Вы вместе выбираете цвет, а потом ты получаешь комбинезон. 

 

 

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 2.

Ботинки Officine Creative

Купил в одном берлинском шоу-руме на «Розенталер Плац». Это такие настоящие ботинки — из кожи, с толстой деревянной подошвой, с кожаными шнурками.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 3.

Пальто Hannes Roether

Hannes Roether — довольно известный берлинский бренд, главной темой которого является обработка хлопка. Они как-то спрессовывают его, и пальто получается невероятно плотным и тяжёлым. Вот эта тяжесть мне и нравится.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 4.

Перчатки неизвестной марки

Анонимные перчатки, очень старые. Старые — значит хорошие.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 5.

Рубашка American Apparel

Я почти каждый день хожу в рубашках, со свитером или пиджаком. Эта — пример обычной идеальной белой рубашки.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 6.

Брюки Trends Brands for Friends

Эти брюки из тонкой шерсти куплены в Москве. Они сшиты по выкройкам 1950-х годов. Купил на какой-то рождественской распродаже.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 7.

Свитер Muji

На этом месте мог быть любой свитер. Он чёрный, хороший. 

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 8.

Носки Gap

Всегда покупаю носки в Gap. Это правило такое.

   

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 9.

Очки из Греции

Купил за семь долларов на острове Кос. Есть такой остров в Греции, не магазин.

 

 

Про город

Москва вообще не очень комфортный город для пребывания. Например, дорога на велосипеде из дома на работу в Роттердаме — обычная, удобная практика. В Москве я преодолеваю 15 километров в одну сторону, не будучи легальным участником дорожного движения. Значит, в день мне нужно проезжать туда-обратно 30 километров при том, что я не участник гранд-тура, а архитектор. Я с детства плаваю в «Чайке». Это настоящий, хороший советский бассейн. Но он живёт по удивительным тарифам. Трудно назвать комфортной ситуацию, когда приходится платить почти 25 евро за доступ к воде.

Но я влюблён в Москву. Это очень поэтический город, несмотря даже на то, что зачастую он оказывается суровее моих представлений о нём. Мировые города часто обладают вымышленной памятью, сформированной мифами, историями литературных персонажей или фильмами культовых режиссёров. У Москвы этот образ есть, хотя он не такой брендовый, как у Лондона, например, и жить здесь не так удобно, как в Берлине. Но я бы сказал, что люблю этот город не за то, что он делает, а за то, что собой представляет.

Артём Стаборовский, архитектор. Изображение № 10.

Мы снимали на Фрунзенской набережной. Фрунзенская — это что-то вроде моего «тайного сада». Я очень люблю этот район и хорошо его знаю, потому что долго здесь жил. Когда мне нужно что-то придумать или разобраться в непонятном для меня деле, я чаще всего иду гулять сюда. Это очень зелёный район с бульварами, аллеями и системой квартальных улиц, что в Москве вызывает почти восторг. Кроме того, здесь есть набережная и никогда не бывает много людей. А ещё о доме, около которого мы снимали, есть история. Мы с родителями стали первыми жильцами верхней чёрной мансарды сразу после окончания строительства. Когда я учился в седьмом классе, мы отсюда переехали, а два года назад я случайно познакомился с девушкой, чья семья въехала вместо нас. Девушка и теперь тут живёт, а наша старая красная кухня стоит у неё на даче.

Фотографии: Лена Бутко