Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 1.

 

На Марии( 41 год): кроссовки
Nike Air Max, платье Asos, туфли Christian Louboutin, свитер Sonia Rykiel, очки Swarovski, кольцо Orloff, часы Chanel, сумка Sportmax, серьга Christian Dior, кольцо и колье неизвестных марок

 

 

Стиль и магазины

Я редко хожу по магазинам в Москве. Тут дорого. Да, у меня есть скидки в каких-то приличных магазинах, но я этими скидками только-только сбиваю разницу в цене. Мне не очень приятно ловить себя на этой мысли. Но это как привычка с советских времён: исторически все самые любимые покупки были связаны с поездкой за границу. Путешествия без магазинов — это как поехать на море, но весь отдых купаться в бассейне. И ещё очень хочется купить то, чего нет у половины Москвы. Я очень рада, что Topshop пришли в Россию. Но как же было замечательно, когда их у нас не было: только счастливчики, побывавшие в Лондоне, могли выглядеть круто за небольшие деньги! Мой первый визит в лондонский магазин марки стал для меня откровением, но сейчас появилось несколько брендов, которые ещё не дошли до Москвы. В Милане или в Париже можно урвать пару недорогих, но стильных вещиц. Тем не менее последнюю пару обуви я купила себе в Podium Market. Какие-то бразильские сандалии, очень дешёвые, но милые. Они как раз оставались в сорок первом размере. Я могу с гордостью сказать, что в последнее время в моём шкафу появилась масса вещей российских марок. Не только московских. С начала весны я постоянно хожу в одежде питерского ателье, и меня даже на улицах девушки останавливают, спрашивают, откуда эта юбка или этот плащ. Люблю Terekhov и Walk Of Shame. Надеваю вещи от сестёр Рубан — Алиса много лет назад работала у нас в Glamour стилистом, она меня до сих пор называет «мама Маша». Они с сестрой выросли профессионально у меня на глазах.

 

Я тоже пыталась носить
только чёрное
, но мне стало очень скучно. Меня всё время тянет на эксперименты

 

Очевидно, что у меня больше проблем с поиском одежды, чем у девушек со стандартной фигурой. Соответственно, я выбираю магазины, где есть вещи свободного кроя. Например, в H&M есть линейка для полных — мне там подходит не всё, но иногда я покупаю там базовую одежду — брюки хаки и свитшоты. Рубашек джинсовых у меня несколько оттуда. Хожу в Marina Rinaldi в «Петровском» или «Смоленском пассаже», но далеко не всегда выхожу оттуда с покупкой. Когда бываю в Милане, всегда захожу в три магазина: всё в тот же Marina Rinaldi, в Persona — это вторая линия Marina Rinaldi — и в Prada, чтобы присмотреть обувь. После показа Chanel в Париже обязательно захожу в Chanel на Рю Камбон, это уже традиция. И еду в Le Bon Marche, в том числе за любимыми шампунями Opalis.

Классные майки есть не только в Dolce & Gabbana, но и в H&M, Mango и River Island. Вещь сама не всегда стоит тех денег, которые за неё просят. В основном мы платим за бренд. Приятно ходить в красивых вещах и с дорогими аксессуарами, но не надо делать из этого культ. Я окончила Строгановку, и коллекция Chanel весна-лето 2014 на тему художников и искусства мне понравилась безумно. И там были дико красивые вещи. Но холщовый рюкзак за три тысячи долларов я сейчас себе не могу позволить. Я, по примеру нашей рубрики «Своими руками», сделала похожий сама. Вообще, есть много вещей, сделанных «на тему» трендов от известных дизайнеров. И это здорово.

Я внимательно изучила выходы и стиль Алёны Долецкой, и мне захотелось одеваться как она: простые брюки, прямые юбки, лаконичные блузки, которые на ней выглядят шикарно. Или как Грейс Коддингтон — она всё время в чёрном, но у неё эти рыжие волосы, смотрится классно. Я тоже пыталась носить только чёрное, но мне стало очень скучно. Меня всё время тянет на эксперименты. Я то одеваюсь в стиле рок, то, как сейчас, в стиле Одри и Грейс: накупила в Америке платьев в стиле 50-х, хожу в юбках в цветочек So Number One и с принтом-мухами Alexander Arutyunov.

 

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 2.

Кроссовки Nike Air Max

У меня их целая коллекция. Эти я купила в Париже в & Other Stories, чем вызвала зависть у своей дочери. Она потребовала такие же, но таких в Москве не нашли, пришлось купить ей немного другие.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 3.

Платье Asos

Заказала его недавно. Это очень простое платье-комбинация: декольте отделано кружевом, подол — сеткой, что делает его вполне универсальным. Если надеть со свитером, платье выглядит как юбка, а с пальто получается почти вечерний наряд.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 4.

ТУФЛИ CHRISTIAN LOUBOUTIN

Я всегда вынуждена одеваться с прицелом на то, что вечером могу оказаться на каком-то мероприятии, поэтому беру с собой сменку. Прямо в руках ношу — наш офис находится в центре, я частенько хожу от него до нужного места пешком. Эту пару купила в Нью-Йорке в Barneys. Там всегда бывает мой размер. У туфель очень хороший каблук, и они ко всему подходят. Но я их всё равно стараюсь беречь: носить каблуки в центре Москвы — себе дороже. В прямом и переносном смысле.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 5.

Свитер Sonia Rykiel

Одна из немногих вещей, которую я купила в Москве. Мы пошли в магазин, чтобы использовать подаренный дочери на день рождения сертификат, то есть покупали одежду ей. И вдруг я увидела этот свитер. Там было всего две вещи большого размера, свитер — одна из них.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 6.

Очки Swarovski

Они мне ужасно понравились, потому что блеск кристаллов выглядит вполне благородно и ретроформа оправы очень удачная. Обычно я хожу в Ray-Ban и не очень экспериментирую, но эти прижились. Они самые шикарные на вид в моей коллекции.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 7.

Колье неизвестной марки

Оно мегапростое, стоит копейки, куплено во время поездки во Вьетнам.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 8.

Кольцо Orloff

Его сделал Пётр Аксёнов, русский ювелир и мой друг. Но оно у меня не потому, что мы с Петром дружим. Кольцо мне очень понравилось ещё в каталоге. Я сказала, что хочу такое, и он мне предложил на выбор два кольца с разными камнями. Я выбрала это, но Петя сделал мне потом и второе, с зелёным камнем. Обычно надеваю их вместе.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 9.

Часы Chanel

Это была моя первая серьёзная часовая покупка, которую я сделала в тот год, когда Chanel перестали продаваться на Кутузовском проспекте в рамках ТД «Москва». Модель J12 — самая базовая: керамический корпус без бриллиантов на пластиковом ремне. Хожу в них всегда и не представляю, чем их можно заменить.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 10.

Кольцо серебряное в виде бамбука
неизвестной марки

Тогда я ещё работала в журнале Yes!, снимала первую обложку. Купила его в Египте за десять долларов.

КОЛЬЦО С ГРУШЕВИДНЫМ КРИСТАЛЛОМ 
НЕИЗВЕСТНОЙ МАРКИ

Все думают, что это бриллиант, но это не так. На ужине с представителями компании Aquilano.Rimondi мы долго обсуждали, какой чистоты должны быть бриллианты, и мне в качестве примера сказали: «Вот, у тебя прекрасный камень». Я ответила, что да, прекрасный, только он стоит шестьсот рублей. Купила его в Питере на барахолке в «Новой Голландии», когда ездила на Aurora Fashion Week.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 11.

Сумка Sportmax

Я как-то сразу в неё вперилась: она идеального размера, и у неё красивое сочетание чёрного с пудровым розовым. Как ни странно, она ко многому подходит и у неё удобная длинная цепочка.

   

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 12.

Серьга Christian Dior

На них же надо записываться. В парижском магазине была единственная пара, которую я купила напополам с подругой. К ним купила простые жемчужные гвоздики в ТЦ «Европейский» за двести восемьдесят рублей.

 

Про город

Москва — мой родной город. Разве можно сказать, за что ты любишь человека? Или родителей? К городу у меня отношение такое же. Только в любимом человеке ты всё время что-то стараешься исправить. От города ты изменений под себя не ждёшь. Ты сам подстраиваешься, но если всё сделаешь правильно, тебя похвалят и наградят. Не знаю, жила бы я здесь, если бы не работа, или нет. Хотя бы потому, что работа — это большая часть моей жизни с 23 лет, когда я пришла в свой первый журнал. У меня был период после института, когда я думала переехать, но я увлеклась стилизацией съёмок, потом родила ребёнка — довольно рано по нынешним меркам, — и вопрос о переезде отпал сам собой. Когда мы делали выездные съёмки и получался хороший результат, американские или, например, французские фотографы часто говорили мне: «Ой, с тобой так классно работать, ты всё делаешь абсолютно на уровне, давай к нам». Мне было приятно, что они воспринимают меня не как медведицу-диковинку с московских улиц, а как равного профессионала. Но я уже была мамой, а когда дочке исполнилось семь, я осталась с ней одна. И я решила, что лучше я буду одним из пяти (сейчас уже даже не знаю, из скольких) уважаемых стилистов Москвы и, соответственно, России, чем тысяча сто двадцать вторым стилистом в Нью-Йорке.

 

Откуда ещё возьмутся люди за рубежом, если не из Москвы?

 

Когда мне было шестнадцать, я впервые выехала за границу — полетела в Лондон к друзьям родителей. Они спросили меня, из какого именно российского города я приехала. И я смотрела на них такими круглыми глазами, потому что меня поразил этот вопрос: откуда ещё возьмутся люди за рубежом, если не из Москвы? Это не потому, что я сноб. Просто у меня была такая естественная детская реакция. Но когда я проанализировала всех людей, которые переехали в Лондон, Париж и так далее, я поняла, что почти все они не москвичи. У меня есть старый приятель, и он в одном споре мне сказал: «Фёдорова, вы, москвичи, избалованные. Вас дома всегда ждала котлета на плите, тёплая постель, и вам ни с чем не нужно было справляться». Мне тогда было ужасно обидно. А потом я поймала себя на мысли о том, что так оно и есть. Люди из других городов так рьяно берутся за дело, что они нас вытесняют. И я считаю, что это определённый двигатель. И для них, и для нас.

Мы снимали на Большой Дмитровке, потому что здесь находится мой офис, где я провожу очень много времени. Моя мама работала юристом в Госплане СССР, где теперь Госдума. Двадцать два года я прожила в Беляеве, но по пятницам от здания Госплана отходил автобус в дом отдыха, и для меня это было событие — приехать на Охотный Ряд, сесть в этот автобус и проехать по центру Москвы. Мы ехали потом мимо Беляева, но мне даже в голову не приходило договориться, чтобы меня подхватили где-нибудь около дома. А сейчас я приезжаю на это же самое место в центре каждый день на работу. Здесь же мой любимый бар «Симачёв», где, по-моему, очень правильная атмосфера. Хожу туда до сих пор, несмотря на уже не юный возраст. Сейчас, конечно, чаще устраиваю там деловые встречи. Ещё я люблю Кутузовский, где живу, но мне не хватает там человеческого отношения. Там трасса. В моём районе некуда даже поесть пойти с ребёнком так, чтобы без пафоса. Я люблю Uilliam's, «Кофеманию» в здании консерватории — да, там недёшево, но очень вкусно и приятно. Я вынуждена по чуть-чуть покупать продукты в дорогущей «Азбуке вкуса», потому что это единственный магазин поблизости. И я очень рада, что сейчас появилось много небольших компаний здорового питания и детокса с доставкой. Я частенько заказываю себе недельное диетическое меню или программу детокса на два-три дня от Organic Religion.

Мария Фёдорова, главный редактор Glamour. Изображение № 13.

Сейчас съёмки и издательский бизнес в Москве организованы нисколько не хуже, чем на Западе. Иногда даже лучше. Бывает, конечно, что приезжаешь куда-то и думаешь: «Как тут всё здорово устроено». В Нью-Йорке, например, есть система мессенджер-доставки: если ты уехал на съёмку и забыл что-то в офисе, ты можешь вызвать человека на мотоцикле, который за двадцать минут пересечёт город и всё тебе привезёт. Представляете себе в Москве такой сервис? В последнее время я чаще бываю в других городах России и всё больше убеждаюсь, что мы в Москве сумасшедшие. Здесь происходит примерно то же самое, что в Токио и Сеуле, только картинка более приземлённая. Тут ты постоянно стремишься успеть как можно больше, куда-то бежишь. Это держит в тонусе. Опять же в Америке ты точно знаешь, что закончишь работу в шесть. Должно произойти нечто из ряда вон, чтобы съёмка задержалась на час. Там нет таких людей-оркестров, как тут, нет духа авантюризма. Когда я начинала работать, я была и стилистом, и визажистом, и парикмахером — мне приходилось. Мне кажется, это делает специалистов из России гораздо более универсальными.

ФОТОГРАФИИ: Михаил Голденков