Вчера в прокат вышел фильм «Тор: Рагнарёк» — фантастический боевик о приключениях скандинавских супергероев в обертке франшизы Marvel. Главную роль в картине исполняет Крис Хемсворт — австралийский актер, сделавший имя на героическом маскулинном образе и беспощадно эксплуатирующий свою сексуальность. The Village представил, что было бы, если бы роль Тора исполнили секс-символы российского кинематографа — Рагнарёк уже наступил, и он страшнее, чем кажется.

Текст

Полина Накрайникова

В один день с блокбастерами «Джунгли» и «Фиксики: Большой секрет» на экранах устраивают очередную битву за Асгард: в этот раз лишенный молота Тор выходит на гладиаторский поединок с Халком и пытается остановить жестокую Хелу в исполнении Кейт Бланшетт. Бюджет саги составил 180 миллионов долларов, а критики и коллеги режиссера Тайки Вайтити рассыпались в положительных отзывах, в частности, режиссер Джосс Уидон, отец «Мстителей», назвал картину современным шедевром.

На самом деле, «Рагнарёк» — это не столько размышление о конце света, сколько триумф актера Криса Хемсворта, который сыграл в двух десятках лент, но свою известность получил только в качестве Тора. Его герой — не слишком умный, но обаятельный брутал с огромным молотом в руках, что, кстати, вполне может расцениваться как дополнительный фаллический символ. Образ секс-мстителя Хемсворт эксплуатирует не только на экране, но и в жизни: чего только стоит видео домашних тренировок Криса.

У героя Хемсворта практически нет внутреннего конфликта, кажется, что это вообще один из самых простых персонажей Marvel. Настолько простой, что его могли бы сыграть даже русские актеры, например эта пятерка.

Александр Невский

Настоящая фамилия Невского — Курицын: сам выбор псевдонима говорит о самоощущении героя больше, чем любая рецензия. Русский Шварценеггер, бодибилдер, «Мистер Вселенная» и — на минуточку — актер Голливуда, даже странно, что роль грозы небес с молотом в лапах досталась не ему. Впрочем, такой Тор и правда возможен только при конце света: Невский напрочь лишен самоиронии и похож не на скандинавского бога, а, скорее, на русского опера — черты отечественного кинематографа с его лица не смогла убрать даже игра в фильме «Где-то», получившем «Золотого льва» в 2007 году.

Дмитрий Нагиев

Биография Нагиева напоминает личностный Рагнарёк: талантливый мастер перевоплощений показал весь спектр своих возможностей в сериалах «Осторожно, модерн!» и «Осторожно, модерн! — 2», сыграл серьезную роль в «Чистилище» и пережил фарс и безумие ток-шоу «Окна», а потом ощутил вкус больших денег и докатился до сериала «Кухня», «Больших гонок» и «Голоса». Главная проблема последних проектов Дмитрия в том, что он перестал меняться: зритель знал тысячу лиц героя, а полюбил только то, которое бесстрастно щурится и заявляет: «Хитро ты писю к носу подтянула». Застывший в образе физрука Нагиев стал живым памятником самому себе — и надгробием своим способностям. Роль Тора могла бы стать первым шагом на пути из заколдованного круга: нужно было бы продолжить играть мышцами и смешить публику, но еще спасать мир, быть грозным и могучим, а не просто быдловатым учителем физкультуры из провинции.

Данила Козловский

Оглянувшись на пустынном поле российского кино, Козловский вздохнул и взвалил крест последнего отечественного секс-символа на свои натертые плечи. К тому же Даниле не привыкать к роли настоящего героя: он успел сыграть и озверевшего князя Владимира в «Викинге», и жесткого Дубровского в экранизации Пушкина, а еще Валерия Харламова в брызжущей патриотизмом «Легенде № 17». Беремся спорить, что Тор в исполнении актера будет мало чем отличаться от интерпретации Хемсворта, а главной задачей во время битвы с Халком будет удержаться и не крикнуть что-то про судьбу России.

Владимир Епифанцев

Вот у кого Крису Хемсворту стоит поучиться ведению соцсетей: в инстаграме Епифанцева сбылась мечта о мужской мощи с вечно оголенной грудью, хищными поцелуями на съемках и потными танцами без предрассудков. Маскулинность Владимира не то чтобы возбуждает, но пугает, обезоруживает и парализует; своей рукой он готов удержать одновременно и Асгард, и чеплашку с пивом. В фильме Вайтити Епифанцев легко справился бы и с ролью Тора, и с образом Халка, и даже гладиаторский бой персонажей с битьем морды самому себе смотрелся бы не безумием, а просто проявлением широты загадочной скандинавской души.

Александр Панкратов-Черный

Если бы Тора снимали в русских 80-х, роль главного героя следовало бы отдать ему: Панкратов-Черный эксплуатировал свою сексуальность на наших мамах, и они велись. Мы хотели бы запомнить героя таким: его усы развевались на ветру, как патлы австралийского актера, а взгляд крушил землю жестче каменного молота. Сегодня Александр на роль громовержца не годится, впрочем, как и любой герой старого русского шоубиза: если быть честными, отечественному кинематографу страшно не хватает своего бога молний с его весельем, силой и харизмой. Мы уже пережили Рагнарёк и смотрим на битву хтонических чудовищ со скукой: в конце концов, после фильмов «Ржевский против Наполеона» и комедии двухтысячных «Любовница из Москвы» нас уже вряд ли чем-то удивишь.


Фотографии: обложка: 1 – WDSSPR, 2 – YBW Group , 3 – Централ Партнершип, 4 – Supernova Group, 5 – Пахомова Людмила – интерпресс/ТАСС