«Жизнь соло» Эрика Кляйненберга . Изображение № 1.

Эрик Кляйненберг

«Жизнь соло» 

М.: «Альпина нон-фикшн»

Забавная история: за последнюю пару недель на русском вышло сразу несколько книг о том, как хорошо быть одиноким. Наибольшую шумиху вызвала минский социолог Анна Шадрина, которая в книге «Не замужем: Секс, любовь и семья за пределами брака» расследовала, как институт брака в постсоветском пространстве развалил сам себя (свою позицию она доступно объяснила в интервью The Village). Интересно вот что: хотя Шадрина написала вполне научную книгу со статистикой, всё равно находятся люди, готовые увидеть там оскорбление традиционных ценностей или начинающие поиск виноватых: не сами ли женщины, бессовестные эгоистки, провоцируют своё одиночество.

Нью-йоркский социолог Эрик Кляйненберг вопросами вины не задаётся. Для него «жизнь соло» — это новая данность больших городов, объективная социальная революция: «Впервые в истории значительное число жителей планеты самых разных возрастов, придерживающихся самых разных политических взглядов, начали жить одиночками». Кляйненберг намеренно употребляет слово «одиночка» (singleton), а не «одинокий». Его одиночки не обязательно страдают от одиночества. У них есть друзья, родители, сексуальные партнёры, коллеги и социальные сети. Собственно, в этом и заключается революция: раньше для того, чтобы не быть одному, обязательно надо было с кем-то жить. Теперь совместное проживание вовсе не обязательно, чтобы чувствовать свою причастность к миру. Это не значит, что сама идея не вызывает сопротивления в той же Америке, где издана тысяча книг про популярность одиночества, и примерно девятьсот из них пытается убедить читателя, что человеку свойственно жить в социуме.

  

Всё больше людей хотят жить в одиночестве просто потому, что им это нравится

  

«Американцам, — комментирует Кляйненберг, — больше нравится объединяться, чем разъединяться». Рост числа одиночек он объясняет ростом индивидуализма. Предсказанный ещё Дюркгеймом «культ индивида» заставляет нас сегодня заботиться прежде всего о собственном счастье. Только так можно выкрутиться в современном мире здоровой конкуренции. И экономические причины вовсе не считаются здесь единственными: не забываем про социальные сети, увеличение продолжительности жизни и приспособившийся к жизни современного человека город, где в любое время дня и ночи можно заказать еду на дом, зайти в соседний бар или кафе, чтобы пообщаться с себе подобными, или сбросить стресс в спортзале. 

Английский подзаголовок книги описывает результат всех этих изменений как «surprising appeal of living alone». Иными словами, всё больше людей хотят жить в одиночестве просто потому, что им это нравится. Вопрос, становятся ли одиночки угрозой для традиционной семьи, для Кляйненберга не стоит: это, честно говоря, очень глупый вопрос.

  

Жить одному круто, спору нет. К тому же всегда найдётся кафе, где тебя развлекут, и социальная сеть, где тебе поставят лайк

  

Конечно, нельзя сказать, что для комфортного существования этой новой социальной группы созданы все условия — если вы не хипстер в Вильямсбурге, конечно. Нам нужно больше квартир, чтобы одинокий человек мог позволить купить себе жильё и чувствовал там себя комфортно. Нам нужны новые социальные гарантии, чтобы женщины, которые не готовы вступать в брак, но слышат тиканье биологических часов, решались рожать детей. Нам, наконец, нужны новые дома престарелых — им посвящена самая прочувствованная глава в книге Кляйненберга. Может, нужды одиноких американских стариков не сразу станут близки русскому читателю, но и ему стоит задуматься: если даже в Америке нет ни одного доступного дома престарелых, который социолог Кляйненберг готов счесть хотя бы приемлемым для жизни, что же будет со всеми нами, кто отдаёт половину зарплаты за не самую симпатичную однушку не в самом лучшем районе Москвы?

Привлекательность жизни в одиночестве вовсе не связана с желанием или нежеланием отдельных индивидуумов связывать себя узами брака. К слову, даже то, что мы начинаем разговор об одиночках с оправдания гражданских отношений или вовсе их отсутствия, больше всего прочего говорит о том, насколько нашему обществу присущи традиционалистские паттерны. При этом шершавый язык цифр говорит нам, что любое развитое общество состоит из обособленных индивидов, и чем дальше в прогресс, тем обособленности больше. Так что все мы рано или поздно там будем. И столкнёмся с проблемами, к которым, кажется, пока совсем не готовы. Жить одному круто, спору нет. К тому же всегда найдётся кафе, где тебя развлекут, и социальная сеть, где тебе поставят лайк. Но гимн одинокой жизни молодых в книге Кляйненберга настолько неумолимо заканчивается страшными картинами из домов престарелых и одинокой жизни стариков, что так понемногу и задумаешься о браке.

 

Текст: Елизавета Биргер