На этой неделе выходит новый клип на песню «Бывшая», снятый режиссером Николаем Тархановым для шоу-мена и музыканта Аркадия Стародубцева. «Бывшую» снимали в иркутском драматическом театре, с балетом, симфоническим оркестром и спецэффектами. Это девятая совместная работа творческого тандема. Восемь клипов, снятых ранее, транслируются по федеральному телевидению. А Тарханов и Стародубцев готовят к запуску новый проект — серию программ о представителях городской музыкальной среды, делая акцент на том, что все эти проекты показывают Иркутск как один из культурных центров страны.

О деньгах

Николай Тарханов

Николай: Самый простой клип стоит 50-80 тысяч рублей. Это клип, который снимается в одну, максимум в две смены. Но он может стоить и 500 тысяч, и два миллиона, и десять, если у нас большой объем аренды локаций, реквизит, актеры, техника. Обычно мы находим партнеров, которым интересен product placement или другие форматы участия в проекте, чтобы покрыть необходимые затраты, окупить свои интеллектуальные ресурсы и следующий этап — извлечение прибыли, без которой вести предпринимательскую деятельность нелепо. Это имеет смысл, когда мы участвуем в социальных проектах, получая какой-то эквивалент денег, иную пользу. Так вот, продаются рекламные заставки, например. Участие в клипах тоже продается, и это нормально. Когда человек хочет самовыразиться, и есть команда профессионалов, съемочная группа, которая может реализовать это на высоком уровне, то это многим интересно.

Нам заказывают клипы для частного использования, например, в качестве подарка любимому человеку. Здесь даже вокальные данные не имеют значения, потому что ценность такого клипа совершенно в другом, это всегда очень особенный продукт.

Иногда работаем от имеющегося бюджета, если, конечно, речь не идет о сумме, на которую совершенно нереально что-то сделать. К примеру, ко мне однажды обратились с примером клипа, качественно снятого, по оригинальному сценарию, на оригинальную песню – текст и музыка писались специально для этого видео. И заказчик хотел получить подобный клип за 50 тысяч рублей. Конечно, это невозможно. При таком гонораре я могу проконсультировать, как это сделать, подготовить сценарий, полностью расписать технологический процесс — да, пожалуйста. Но как это хорошо, достойно снять при таком бюджете, я не знаю.

В клипах Аркадия у нас снимаются в основном непрофессиональные актеры. Это не позиция, так просто дешевле. Это наши друзья, мы друг другу помогаем.

О тандеме

Аркадий Стародубцев

Николай: За два года, с момента съемок первого клипа Аркадия, мы получили колоссальный опыт вместе. Для съемок нам приходилось перекрывать улицу Карла Маркса, правда, в отличие от съемок рекламного клипа с Михаилом Пореченковым, мы снимали рано утром в выходной, пока все спали, чтобы никому не мешать. И понятно, что не всегда все идет так, как задумано. У нас много натурных съемок, и бывает так, что хотели в кадре снег, а пошел дождь. Или в клипе «Бывшая» квадрокоптер летал в иркутском драматическом театре, там много металлических конструкций, и мы долго не могли настроить его, чтобы он эффективно управлялся.

Аркадий: Давай скажем и о том, что не обошлось без потерь.

Николай: Да, один квадрокоптер мы утопили на съемках клипа «Встреча друзей». Порыв ветра, и прямо на наших глазах он теряет управление и падает в воду. Не нашли, унесло течением.

АРКАДИЙ: У нас есть определенное распределение обязанностей.  Например, на мне весь реквизит. За самоваром нужно ехать в один конец города, потом за соболиными шубами — а они стоят три миллиона, и лежат во время съемок у меня в машине, хоть бы никто не узнал. На мне обычно подбор актеров, кастинг. Когда картинка складывается, становится ясно, какие люди нужны. Благо круг общения у нас очень большой. Профессиональных актеров иногда приглашаем, но чаще зовем людей с харизмой. Например, в одном из клипов очень эпизодическая роль была у дизайнера Гомбо Зориктуева. Он просто стоял и смотрел. И это было потрясающе в клипе. Когда мы предлагаем принять участие в съемках, уже знаем, кто как может держаться перед камерой. Например, управляющих ресторана «Нежный бульдог» сыграл у нас роль кавказского торговца. Ему было весело оказаться в такой шуточной роли. Моя мама снималась в дух клипах.

Николай: Я могу рассказать, как все это началось.

Аркадий: Я не помню, кстати, как все это началось.

Николай: Ну, после этих крашеных бедер. В общем, года два назад Аркадий пришел ко мне и сказал: «Мы сняли клип». А мы знаем друг друга давно, и находимся в том возрасте, когда можем быть друг с другом откровенны.

Аркадий: Короче, я попросил дочку, которая тогда только начинала заниматься видеографией, снять мне клип, рассказал, какой я хочу. И мне казалось, что получилось просто шедеврально! Такой сюжет! Такая картинка!

Николай: Я посмотрел и сказал: «Аркаша, это нельзя в интернете показывать. Дочка сделала — классно, положи в домашний архив». И предложил снять клип — так, как это надо делать. Денег не было. И «Адвокаточка» была снята на полном энтузиазме.

Аркадий: И этот клип до сих пор в ротации на «Шансон-ТВ», уже почти два года.

Николай: За это не платили, там нереальные деньги. Сработали контакты. Когда мы поняли, что продукт получился, стало ясно, что его надо продвигать. Репостили, все нам помогали, продвигали по соцсетям.

Аркадий: Я летал в Москву, разговаривал с продюсерами радиостанций, там нужны очень большие бюджеты, чтобы войти. Денег на это не было, но появилась другая возможность, и сейчас все наши клипы — все восемь — крутятся в федеральном эфире.

Николай: Мы поняли, что можем это делать. Были сложности, потому что игровых работ на тот момент у меня было мало, занимался в основном документалистикой. И Аркадий ходил в кадре «деревянный».

Аркадий: Ну да, потому что это шок был. «Иди по улице!» А как идти — тут рядом какие-то люди, все смотрят на меня.

Николай: Я давил его как режиссер. А он же не актер профессиональный, хотя ведущий, давно на публике, но это абсолютно разные вещи. И поскольку у нас жизнь так или иначе связана с музыкой — у Аркадия высшее музыкальное образование, на минуточку, у меня среднее — это было сыгрывание команды.

Об успехе

Съемки видеоклипа «Бывшая»

Аркадий: Даже не думали, что будем снимать что-то еще. Сделали клип — и это была чистая щенячья радость. И целей никаких не было, и не было мыслей, что песня попадет в шорт-лист, встанет в ротацию, мы вообще не представляли, как это сделать.

Николай: Делали для себя, чтобы реализовать свои идеи. Ну потому что сложно все время снимать только коммерческие заказы.

Аркадий: И черт возьми, сколько с этим было связано эмоций. Этот тополиный пух везде! Эти скандальные бабки, которые гоняли нас с площадки, мол, что вы тут расселись, алкоголики. А мы же все сделали как надо — накрыли «поляну», рыбу привезли.

Николай: Пересмотрели специально сериал «Ликвидация», я два раза смотрел, сидел ночами, чтобы в атмосферу въехать. Снимал сразу в чб, там постпродакшена 0,3 процента. Мы взяли классические уже образы героев Никулина, Вицына и Моргунова, которые сработали в этой истории.

Аркадий: Да? Я не думал об этом даже.

Николай: Ну конечно, есть классические схемы, которые будут работать в разных обстоятельствах.

Аркадий: Меня нашел в Одноклассниках человек из Кирова, в годах такой уже, у него хобби — делает ролики на разные песни, фотоколлажи, все такое. И пишет: «Можно на вашу песню «Осень» сделать клип?» И у меня сперва реакция — как это так, у меня же все клипы профессионально сняты, а тут такое! А Коля мне говорит: «Напиши — пусть делает, это же народная слава!» У нас есть клип «Амур», мы там взяли кадры видеосъемки свадьбы моей дочери. Девчонки сидят, плачут.

Николай: Получился такой теплый провинциальный «иркутск-стайл».

Аркадий: Какой провинциальный, Коля, ты забудь это слово!

Николай: В хорошем смысле провинциальный, так только у нас снимают. И это ценно. Несколько лет назад я был в Москве, звонит режиссер Наташа Меркулова, с которой мы еще со времен иркутского 21-го канала знакомы, и говорит: «Снимешь трек как оператор-постановщик, есть время?». Это был клип «Осколки» Полины Гагариной. У меня такой мандраж был — такой проект, известная уже певица. И все получилось. Поэтому когда пришел Аркадий, я снова почувствовал этот азарт, музыкальный клип — это же совершенно другой материал. И я же могу это сделать.

Аркадий: С «Адвокаточкой» мы подогрели народ очень сильно. Были совершенно противоположные реакции, было много негатива — это же шансон, как вы, люди с высшим образованием, можете этим заниматься! И честно, я первое время очень переживал. Одно дело стоять перед публикой и видеть прямую реакцию на то, что делаешь. Другое — выложить все в сеть, где каждый может сказать за глаза что угодно, не фильтруя. Не считаю вещи, которые мы делаем, какими-то шедевральными. И ни разу еще не было такого, чтобы мне позвонили и попросили приехать с концертом в другой город.

О новой среде

Аркадий: Для меня важно, что мы этими проектами создаем другое информационное пространство. Мы показываем, что это можно делать. Мы снимаем в Иркутске, это имидж города, который, в том числе в наших клипах, видят люди по всей стране. И мы хотим показать Иркутск как один из центров музыкального творчества.

Николай: У нас есть партнер, творческое пространство «АртоСфера», где собрана вся база данных об иркутских музыкантах. Оказывается, у нас больше 150 групп с авторской музыкой сейчас.

Аркадий: И боле 400 групп, которые в принципе играют сейчас в городе, в том числе каверы. И мы задумали серию программ под названием «Эхо души», сняли уже 12 выпусков, о наших музыкантах. Собрали представителей самых разных направлений.

Николай: Сейчас идет постпродакшн, в декабре будем анонсировать этот цикл. И я думаю, в конце февраля зрители увидят первый выпуск. Это уже информационный продукт. Точно будем искать спонсоров, потому что это большой и действительно важный проект по поддержке городской творческой среды. Я представить не мог, какие ребята у нас играют, мы с Аркашей просто были в шоке каждый раз.

Аркадий: Вроде бы все знаешь, и тут выходят молодые, невероятно талантливые ребята, самобытные, пишут сами, и оказывается — ничего не знаешь, еще столько всего в городе не видел. И я реально болею за этих людей.

Фотографии: из личного Архива Николая Тарханова и Аркадия Стародубцева