В прокат выходит драма Оливье Ассайаса «Персональный покупатель» с Кристен Стюарт в главной роли. Мистическая история о живом манекене для знаменитости, которая коротает ночи со спиритическими опытами, — фильм на перекрестке нескольких жанров, в котором Стюарт на наших глазах вырастает в большую актрису. Разбираемся в обширной фильмографии одного из главных французских режиссеров наших дней — 62-летнего автора 17 фильмов, которого в России знают до обидного мало.

текст

АЛИСА ТАЕЖНАЯ

Молодость и нежность

Несмотря на то что Оливье Ассайас работал в кино с юности, он стал по-настоящему заметен как режиссер ближе к сорокалетию — с первым большим фильмом в своей карьере «Холодная вода». Деликатная мелодрама о первой любви подростков Кристины и Жиля должна была стать частью телецикла для французского канала Arte, но выросла в самостоятельный полный метр — о том, как первая любовь переплетена с бегством от неблагоприятных обстоятельств, бунтарством, иллюзиями и желанием самоопределения. Фильм дал старт карьере Виржини Ледуайен и рассказывал о контркультуре без героизма: дома, отапливаемые от костра, и ужин, украденный из магазина, имел куда больше общего с фильмом «Без крыши, вне закона» Аньес Варда, чем с вознесением на пьедестал поколения после Вудстока.

К этой же теме взросления в невероятных исторических обстоятельствах Ассайас возвращается в автобиографичном «Что-то в воздухе» о поколении 1968 года, с той только оговоркой, что ему в год студенческой революции было всего 13 и политикой он интересоваться не мог, хотя и вырос на плодах молодежной борьбы. Опять же избегая пафоса и максимализма, режиссер мягко показывает, как романтизированное время выглядит без дистанции: после диспутов — долгие вечера в ожидании внимания той самой девушки, громкие девизы и длинные волосы, всеобщий пафос и солнечное лето, в которое хочется думать о том, где бы искупаться, а не о коммунистической революции.

С прощанием с молодостью и эпохой биографии связан еще один фильм Ассайаса — «Конец августа, начало сентября» о природе дружеской скорби и коллективного прощания. Сценарий, родившийся после болезненных похорон нескольких скончавшихся от СПИДа друзей режиссера, построен вокруг наступающей зрелости двух лучших друзей — в исполнении Матьё Амальрика и Франсуа Клюзе. Их жизнь с кино и литературой внезапно рушится, когда одному ставят смертельный диагноз: интриги с юными любовницами, отжившие отношения, ироничные диалоги о тщете всего сущего получают новые значения. Что важно — двое зрелых мужчин зависят от их молодых (и даже совсем юных) пассий и колеблются между невыносимой легкостью бытия и тяжестью ответственности за прошлые и настоящие поступки.

Трейлер «Холодной воды»

Хроники повседневности

Ассайас, несомненно, преемник французской «новой волны» в том, как он работает с маленькими историями (petits sujets, как это называется по-французски) и невидимыми решениями. В этом плане новый «Персональный покупатель» — ровная картина с повторяющимся поведенческим паттерном героини, убивающей свое время за небольшое вознаграждение. Днем она работает на крикливую знаменитость, собирая для нее наряды по бутикам, а по вечерам пытается соединиться с душой недавно умершего брата-близнеца — героиня уверена, что ощущает его присутствие, и хочет научиться с ним контактировать. Будучи призраком по профессии (ее никто не замечает, для окружающих она оживает, только когда наряжается в платья своей заказчицы), она способна раствориться в утомительных делах, скучных переездах и бумажных пакетах с красивыми логотипами — эта ежедневность изматывает, но и ночная беседа с призраком не выглядит как встреча со сверхъестественным. Это дни и ночи одной и той же нереализованной девушки, чья депрессия и работа на побегушках делают ее тревожной, отчужденной и погруженной в водоворот постоянного разговора с самой собой.

На буднях влюбленной пары, где много безделья, пустой болтовни и физического постижения тела, сосредоточен взгляд Ассайаса в уже упомянутой мелодраме «Холодная вода». Повесть о первой любви без патоки и комплиментарных ракурсов — запутавшиеся герои совершают очень много лишних действий, движений навстречу друг к другу и методом случайного перебора ищут моменты и ситуации, в которых им может быть хорошо. Любовь на ощупь — самая трудная и самая недолговечная.

Клубок маленьких трагедий рассматривается и в «Летнем времени» — семейной драме о смерти и наследстве, где дидактические типажи (любимая мать, вечно занятой брат, чужая сестра, неустроенный брат) на наших глазах получают новые измерения.

Трое детей, выросших в большом семейном доме, помнят детство и мать, которая дала им всю свою любовь. После ее стремительной смерти судьба дома остается в руках детей и наследников — двоих братьев (Шарль Берлинг и Жереми Ренье) и одной сестры (Жюльет Бинош). Они пытаются быть близкими друг другу, но выросли в совершенно разных людей: кому-то требуются деньги, кто-то вообще не понимает, зачем нужен дом во Франции, если живет в другой стране, кто-то думает о том, чтобы сохранить память и передать дом следующему поколению детей. Вопрос денег, совместной собственности и общих воспоминаний — краеугольный в этом тонком диалоговом кино Ассайаса, где режиссер нежно смотрит на простой быт и набор ритуалов и привычек, которые определяют нашу личность и наше понимание счастья. Солнце, отбрасывающее лучи в большом саду, библиотека и старомодная мебель, фотографии и вещицы на память — все в этом фильме несет отпечаток уникального для каждой семьи опыта, который нельзя похоронить, в отличие от человека.

Трейлер «Летнего времени»

Ги Дебор и 1968 год

В интервью Ассайас постоянно признается, что опоздал на студенческую революцию 1968 года, но постоянно возвращался к ней в мыслях, когда становился взрослым. Ги Дебор и ситуационисты — главная ролевая модель и смысловое поле, в котором рос Ассайас. Другой источник влияния — папа из старшего поколения крепких французских режиссеров, на которое нападали Трюффо и Годар в знаменитых манифестах «новой волны». Между традиционным жанровым кино, написанным сценаристами, и манифестом ситуационистов эстетически Ассайас выбрал второе и написал открытое и лиричное эссе о своем взрослении «Отрочество после мая», адресованное жене Ги Дебора Алисе — интеллектуалке, наследнице их общего творчества и поэтессе. О том, как политика была вписана в ежедневную жизнь в конце 60-х и почему ни одно продвинутое свидание в Париже не обходилось без споров о Ленине и Мао, Ассайас снял «Что-то в воздухе», дополняющий «Мечтателей» Бертолуччи, «Возможно, дьявол» Робера Брессона и «Постоянных любовников» Филиппа Гарреля — три других важных фильма с рефлексией о «лучшем времени Франции» с дистанции нескольких десятков лет.

Трейлер «Что-то в воздухе»

Кинокритика и Cahiers du Cinema

Как известно, из первого поколения молодых французских кинокритиков выросла французская «новая волна», образовавшая костяк и сейчас влиятельного журнала о кино Cahiers Du Cinéma. Ассайас — представитель второго послевоенного поколения французских режиссеров, для которых синефилия стала образом жизни (а ведь бывают режиссеры, которые почти не смотрят чужие фильмы, и таких довольно много). До режиссуры полного метра он писал как сценарист для телевидения, долго снимал короткий метр и написал сценарии известных фильмов Андре Тешине — «Рандеву», «Алиса и Мартен» и «Сцена преступления». Будучи ровесником Филиппа Гарреля, Лорана Канте, Жака Одиара и Арно Деплешена, Ассайас — один из самых заметных голосов французского кино, отлично известный на родине и в фестивальном пространстве, но остающийся в стороне от мейнстрима. Его синефильский список опубликован, например, на сайте Criterion — и там можно найти важные для его поколения отменные фильмы, повлиявшие на историю кино: например, обязательных к просмотру Лукино Висконти, Жан-Пьера Мельвиля, Клер Дени и Роберта Олтмена.

Сцена из «Рандеву» Андре Тешине

Сильные женские роли

Ассайас — режиссер, снимающий фильмы по собственным сценариям — часто прописывает сложные и неоднозначные роли для своих женских персонажей. Его Морин в «Персональном покупателе» остается невидимкой, находясь у нас перед глазами весь фильм: она не прячет эмоции и не скрывает своих мотивов, просто ее растерянность и статус объекта почти не дают ей почувствовать себя иначе, чем рабочим манекеном. Кристен Стюарт уже играла у Ассайаса в «Зильс-Марии» и даже получила за свою роль немыслимую для американской актрисы французскую награду «Сезар» — десятилетиями во Франции предпочитают награждать местных актрис, и выбор Стюарт был, мягко говоря, неочевидным.

«Зильс-Мария» — психологическая драма с бергмановским настроением, построенная на конфликте между тремя женщинами. Первая (Жюльет Бинош) — известная актриса, чья карьера стартовала с роли старлетки-карьеристки больше 25 лет назад в пьесе теперь уже легендарного драматурга. Вторая (Кристен Стюарт) — ее ассистентка и разве что не персональная покупательница: ей нужно проводить с актрисой время, проводить читки, вести корреспонденцию, но главное — эмоционально обслуживать ее потребности и постоянно давать обратную связь. Третья героиня (Хлоя Грейс Морец) — многообещающая юная девушка, которая в новой постановке той самой пьесы должна занять место зрелой Жюльет Бинош: ее самоуверенность ставит в тупик, а молодость обезоруживает. В пьесе звучат мотивы соблазна, честолюбия и власти, абстрактный текст превращается в сюжет для трех фигур, где женщины меняются местами, — постановка слишком сильно давит на актрису в клаустрофобных и величественных альпийских пейзажах. Ассайас снимает кино о невинности и опыте, не давя на общие места и оставляя героиням предельно много воздуха, чтобы они еще долго после окончания фильма выясняли отношения между собой в зрительской голове.

Трейлер «Зильс-Марии»

Зыбкая идентичность

Оливье — не сторонник прямолинейных характеристик для героев и простых трактовок их поведения. На сломе идентичности построены его самые неоднозначные, непростые для описания и мечтательные фильмы.

В «Персональном покупателе» источник тревоги — это невозможность героини Кристен Стюарт решить, кем она все-таки хочет быть: телом для чужих платьев или страдающей душой. Соединение двух сущностей в одну и приводит ее к трагической развязке, которая, правда, сулит настоящее освобождение. Здесь можно поспорить и об ироничном изображении современного угнетения, и об обществе спектакля упомянутого уже Дебора — Стюарт убедительно показывает тяготы человека как обслуживающего персонала, не имеющего права сказать нет: в капитализме ты никогда не принадлежишь себе целиком.

Меняющаяся расстановка сил между тремя героинями в «Зильс-Марии» — главная составляющая триллера, который возникает будто бы на ровном месте из разочарования и усталости одних и самовлюбленности других. Этот фильм — конфликт самолюбий, не имеющих сил признать свои недостатки, слабые стороны и упущенные моменты.

Невероятный поворот а-ля «Матрица» Оливье Ассайас нежданно совершает в начале нулевых, снимая триллер «Демон-любовник» о заговоре и конкуренции за мир интернет-порнографии. Переполненный двойными агентами фильм — о символической власти, шпионаже и попытке присвоить себе чувственное поле и заработать на нем — один из самых умных фильмов о мире будущего, где власть остается не за технологиями, а за теми, кто действительно хочет власти и умеет играть.

И особняком среди всех фильмов Ассайаса до сих пор стоит снятая больше 20 лет назад киноманская история «Ирма Веп» (анаграмма слова «вампир» на французском). Мэгги Чун, актриса «Любовного настроения» и первая жена Ассайаса (с ней он позже сделает «Чистоту»), играет саму себя в фильме о том, как не получается снять фильм, по соседству с символом французской «новой волны» Жан-Пьером Лео. По сюжету азиатская актриса приезжает в Париж на съемки ремейка немой классики о вампирах, но оказывается заточена — в системе отношений, чужом городе и собственном образе, который постепенно захватывает ее реальность. Объективация главной героини не дает покоя съемочной группе (все видят ее женщиной-кошкой в латексе), режиссер пребывает в ступоре, площадка живет своей привычной жизнью: во время съемок все одержимы вымыслом и избегают естественности. Нежный кивок в сторону «Американской ночи» Франсуа Трюффо и дань любви к французским немым фильмам, Саше Гитри и Жоржу Франжю, «Ирма Веп» — пример свободного обращения Ассайаса с жанрами и едкого режиссерского комментария о природе своей профессии. Среди фильмов о том, как производство кино изнашивает и упрощает участников процесса, о символизме роли и заточении на площадке, «Ирма Веп» — один из самых точных.

Сцена из «Ирма Веп»

Обложка: Capella Film