В Эрмитаже 30 мая открывается выставка «Ансельм Кифер — Велимиру Хлебникову. Судьбы народов», первый в России персональный проект современного немецкого художника Ансельма Кифера, который он посвятил русскому поэту Велимиру Хлебникову. На выставке покажут около 30 новых крупноформатных работ, их будут экспонировать в специально выстроенном в Николаевском зале Зимнего дворца трехчастном пространстве из белоснежных фальшстен. Выставка приурочена к юбилею революции: в основе интереса Кифера к Хлебникову некогда выстроенная последним странная нумерологическая теория о том, что переломные исторические моменты между собой разделяют ровно 317 лет, доказывая которую поэт-экспериментатор задолго до революции сумел предсказать события 1917 года.

Кифер — одна из главных фигур послевоенного европейского искусства, ученик Йозефа Бойса и поклонник Георга Базелица — необычный и сложный художник, в своем творчестве умеет удивительным образом сочетать мрачную многослойную экспрессивную живопись, приемы концептуализма и постмодернистские техники инсталляции и перформанса. По мнению отдельных критиков, главное преимущество Кифера на фоне большинства современных авторов заключается в том, что его работы говорят сами за себя и производят сильное впечатление вне зависимости от степени подготовки зрителя. Тем не менее разобраться и правильно интерпретировать его идеи часто бывает сложно.

На основе работ, которые будут представлены на выставке, а также некоторых прошлых знаковых произведений мастера The Villlage объясняет, как устроен художественный язык Кифера.

«Ансельм Кифер — Велимиру Хлебникову. Судьбы народов»

Когда: 30 мая — 3 сентября

Где: Государственный Эрмитаж (Дворцовая пл., 2)

Стоимость: 400 рублей

hermitagemuseum

Из серии «Оккупация», 1969, черно-белая фотография

Война

Общее место всех биографических справок: Ансельм Кифер родился в небольшом немецком городке Донауэшинген в 1945 году, за два месяца до конца Второй мировой войны. Собственно, бомбежек он не видел, но неустроенность послевоенного времени очевидно стала важным элементом его детских воспоминаний и определила тот интерес, с которым спустя годы он принялся разрабатывать тему замалчивания вины и боли, характерного для немецкого общества 60-х годов. Его первая заметная работа — «Оккупация» — представляла собой серию фотографий, на которых Кифер запечатлел себя в разных точках Европы со вскинутой в нацистском приветствии рукой.

Другой болевой точкой в его искусстве стал холокост. Историю истребления нацистами евреев художник зашифровывал в своих многослойных картинах, для которых, помимо масла и акрила, использовал землю, солому, пепел, свинец, заставляя зрителя воспринимать работы почти на тактильном уровне и одновременно таким образом то ли давая новый виток развитию живописи, то ли просто фиксируя ее пограничное состояние, постепенно уходя за рамки актуальных техник.

Новая выставка Кифера, собственно, тоже о войне: отправной точкой работ, созданных художником специально для Эрмитажа, стала идея русского поэта-футуриста Велимира Хлебникова, писавшего о цикличности судьбоносных военных столкновений, происходящих на воде и суше раз в 317 лет.

«Новое учение о войне. Велимиру Хлебникову», 2016–2017, смешанная техника

Руины

В визуальном плане центральное место в творчестве Кифера занимают картины распада и разрушения. Выжженная войной земля становилась метафорой отдельной человеческой жизни, как, например, в работе «Фуга смерти» — иллюстрации одноименного стихотворения Пауля Целана, — где бледно-желтая пламенеющая солома на одной из картин символизировала косы арийки Маргариты, а на соседней в пепел превращались волосы еврейки Суламифи.

«Маргарита», 1981, смешанная техника

Руинированные башни — собранные из бетонных блоков, с торчащей из щелей арматурой, обозначавшие состояние отчужденности и заброшенности, того вселенского одиночества, что испытывает перед лицом мира поэт — после 11 сентября неожиданно обрели совершенно новый зловещий смысл. Прибавить сюда безжизненные апокалиптические пейзажи, словно бы укрытые слоем проржавленного железа, поля и холмы — и можно подумать, что Кифер смотрит в будущее со страхом средневекового грешника. В реальности все сложнее: «Для кого-то руины — это конец, но если есть руины, то всегда можно начать сначала» — мысль, озвученная однажды художником, заставляет взглянуть на эти видения по-новому, увидеть в них еще и картину сотворения мира.

«Дух над водой», 2008–2016, смешанная техника

Книги

Кифер — филолог по образованию, в своих работах он начиная с 70-х годов цитирует поэтов и философов: Гете, Хайдеггера, Целана, Бахман. Тщательно выписывает их имена, а иногда и отдельные строки прямо поверх холста, плюс делает собственные книги художника, иногда представляющие собой переплетенные коллекции фотографий и рисунков, иногда — гигантские скульптуры. В 1985 году он купил обветшавшую крышу Кельнского собора, а после многие годы превращал свинцовые листы в страницы многочисленных книг-скульптур, ставших еще одним его узнаваемым образом. Книги Кифер снабжал крыльями, растущими прямо из толщи страниц, грибами, окружал, словно терновым венцом, арматурой бетонных плит, раскладывал стопками по залам музеев и расставлял неподъемные многометровые фолианты на гигантских полках. Одна из его книг будет и в Эрмитаже: парящая над неспокойным морем, она нужна, чтобы яснее передать киферовскую идею божественного, которое для него, без сомнения, заключено в слове.

«Язык птиц», 2013, смешанная техника
«Меланхолия», 2008–2011, смешанная техника

Поэзия

Если книга как предмет, вещь — лишь один из множества визуальных воплощений идей художника, то ее содержание, поэзия, заключенная в слова, лежит в самой основе его метода. Кифер часто посвящает работы поэтам, притом определенным, близким ему по духу. В память Пауля Целана, прошедшего немецкие концлагеря, он собирал гербарий из засушенного папоротника, а австрийской поэтессе Ингеборге Бахман посвятил холст с изображением укрытого туманной дымкой безлюдного каменного поля. В случае с Хлебниковым стихи русского поэта революции не были для Кифера точкой отсчета: он читал их в переводе на немецкий, который мало что способен передать. Однако Кифера впечатлила нумерологическая теория Хлебникова, с помощью которой тот, подобно алхимику, пытался отыскать законы времени и предсказать будущее.

«Морские сражения Велимира Хлебникова», 2016, смешанная техника

Корабли

Одним из центральных образов на выставке стало изображение корабля. «Морские сражения случаются каждые 317 лет», — писал Хлебников, и к этой цитате обращается Кифер. Сначала в 1990-м он подписывает этой фразой серию фотографий с изображением железных стола и стульев, подвешенных над проемом в полу, позднее снабжает полузасвеченные неясные изображения указанием конкретных морских сражений и, наконец, в серии пятнадцатилетней давности впервые использует модели ржавых кораблей, подвешивая их на поверхности картин с изображением иссохших морей и рек.

«Велимиру Хлебникову. Новое учение о войне. Судьбы народов.», 2015–2017, смешанная техника

В серии, созданной для Эрмитажа, в отличие от первых работ, в безлюдную окаменевшую местность киферовских пейзажей как будто возвращается жизнь: окаменелая земля неожиданно дает всходы, обмелевшие реки и моря снова наполняет вода, на горизонте темнеет лес, а небо над безвидной пустыней заполняют спасительные грозовые тучи. Мираж это все или реальность, Кифер рисует то состояние покоя, что на земле только и существует, что в первые дни после окончания войны. И, кажется, даже позволяет себе немного иронии, когда взошедшие по краям какой-то разбитой дороги цветы полностью преображают пейзаж, превращая высохшее дно некогда полноводной реки его прежних произведений в обычную дорожную колею, а гигантскую проржавленную лодку — в игрушку то ли забытую, то ли брошенную за ненадобностью неизвестным ребенком.


Фотографии: обложка, 2, 3, 4, 6, 7, 8 – Charles Duprat, 1, 5 – Atelier Anselm Kiefer