25 ноября в Музее Фаберже открывается выставка «Модильяни, Сутин и другие легенды Монпарнаса», на которой будет представлено около 120 произведений из уникального собрания французского мецената Йонаса Неттера. На протяжении 70 лет, прошедших с его смерти, большинство из представленных картин были недоступны ни широкой публике, ни специалистам, притом что ядро коллекции составляют работы признанных мастеров, в том числе Амадео Модильяни, Хаима Сутина, Мориса Утрилло, Моисея Кислинга и других. Впервые собрание Неттера показали только в 2012 году в парижской Пинакотеке, год спустя — в Милане и Риме, а теперь его привезли в Петербург.

Выставка включает работы примерно 25 авторов, которых относят к так называемой Парижской школе — широкому кругу художников, активно участвовавших в художественной жизни Франции начала XX века и преимущественно проживавших в квартале Монпарнас в Париже.

На основе некоторых показательных работ The Village рассказывает о легендарном коллекционере, а также о жизни и творчестве художников Монпарнаса.

«Модильяни, Сутин и другие легенды Монпарнаса»

Когда: 25 ноября 2017 — 25 марта 2018

Где: Музей Фаберже (наб. реки Фонтанки, 21)

Стоимость: 450 рублей

fabergemuseum

Моисей Кислинг — «Портрет Йонаса Неттера», 1920 год.

Коллекционер

О коллекционере Йонасе Неттере известно сравнительно мало. Сын страсбургского промышленника, коммерсант, представлявший в Париже несколько торговых марок, по-видимому, стал коллекционером случайно. Увлеченный музыкой и живописью (в первую очередь импрессионистами, работы которых в начале ХХ века он не мог позволить себе купить), Неттеро днажды увидел в кабинете префекта работу Мориса Утрилло — и заинтересовался новым поколением художников.

Познакомившись с поэтом и предприимчивым маршаном Леопольдом Зборовским, он при посредничестве последнего начал покупать работы никому неизвестных на тот момент авторов. Довольно часто речь шла не просто о разовых покупках, но о персональных контрактах, которые Зборовский заключал с художниками: те получали ежемесячное жалование, а взамен отдавали коллекционеру свои картины.

Сотрудничество со Зборовским Неттер прекратил в 1930 году, поймав компаньона на обмане. О том, что происходило с коллекцией после этого, почти ничего неизвестно. В сопроводительном тексте к выставке куратор Марк Рестеллини пишет, что Неттер мечтал сделать свою коллекцию доступной широкому кругу зрителей, но почему более полувека картины оставались под замком — не объясняет. Возможно, свою роль сыграла война. Во время нацистской оккупации Неттер был вынужден вести полуподпольный образ жизни с поддельными документами, а умер он спустя год после освобождения Парижа, и, вероятно, будущее коллекции в тот момент его мало интересовало.

Морис Утрилло — «Церковная площадь в Монманьи», около 1907 года.

Окружение

Монпарнас 20-х годов был для парижской богемы таким же местом силы, каким парой десятилетий ранее, в момент рассвета импрессионизма, был Монмартр. Дешевые комнаты и студии (например, именно здесь Альфред Буше организовал свой знаменитый «Улей»), атмосфера равенства и свободы, многочисленные кафе, бары и кабаре, которые начали заполнять квартал еще в годы Французской революции, — все это привлекало начинающих художников, писателей и артистов, а спустя некоторое время — и иностранных богачей, устремлявшихся в Париж в поисках новых впечатлений.

Первым автором, получившим поддержку от Неттера, стал Морис Утрилло — сын художницы и натурщицы Сюзанны Валадон (ее работы можно будет также увидеть на выставке), неврастеник, алкоголик, завсегдатай дешевых кабаков и, как следствие, полицейского участка и клиник для душевнобольных. В то же время он — умелый пейзажист, проживший долгую жизнь и успевший добиться признания. На выставке покажут работы лучшего «белого» периода его творчества: меланхоличные пейзажи, в которых он экспериментировал с лучащимися светлыми тонами, а также текстурой, используя необычные приемы, например смешивая краски с гипсом, мхом или песком.

Другой пример типичного жителя Монпарнаса — польский эмигрант Моисей Кислинг — полная противоположность Утрилло: эмоциональный, энергичный, пассионарный юноша, приехавший в Париж, не зная ни слова по-французски, но почти мгновенно ставший душой местного общества, сумев познакомиться и завязать дружбу с Шагалом, Сутиным, Модильяни, Пикассо, Браком, стать завсегдатаем шумных вечеринок и приемов. Его портреты обращают на себя внимание благодаря контрасту между отрешенными лицами персонажей и буйством окружающих их красок, как бы выражающему двойственность жизни Монпарнаса тех лет, где чудовищные одиночество и неустроенность зачастую соседствовали с невиданной по силе творческой энергией.

Хаим Сутин — «Красная лестница в Кань», около 1918 года.

Одержимость искусством

В Риме и Милане выставка проходила под другим названием — не только более интригующим, но и честным: «Модильяни, Сутин и проклятые художники». Наравне со свободой и экспериментом ключевой характеристикой жизни большинства обитателей Монпарнаса была бедность, снести которую позволяла лишь полная самоотдача в творчестве.

Один из наиболее ярких примеров, казалось бы, обреченной борьбы с обстоятельствами — история Хаима Сутина, уроженца белорусского села Смиловичи, сумевшему лишь благодаря собственной настойчивости перебраться в Париж и, пусть и не сразу, добиться признания. Первые годы жизни Сутина во Франции были классической иллюстрацией преданности искусству: чтобы не износить одежду, художник рисовал голым, терпел голод, рисуя натюрморты с селедками, и шокировал даже, как может показаться, ко всему привыкших соседей запахом гниющих бычьих туш, которые он подвешивал в своей комнате. Неизвестно чем закончилась бы эта история, если бы не парадоксальная дружба невротичного провинциала с Амадео Модильяни, благодаря которому на работы Сутина обратил внимание коллекционер Неттер.

В экспозиции представлены все жанры, в которых работал художник, включая знаменитые натюрморты с едой и серию портретов. Но на отдельные работы вдвойне интереснее взглянуть. Параллельно с выставкой в Музее Фаберже персональную ретроспективу Сутина показывает Пушкинский музей: благодаря этому, у зрителей есть уникальная возможность сравнить, например, два варианта его «Красной лестницы в Кань» (всего существует пять вариантов этой работы) или «Туши быка», написанные с разницей в несколько лет.

Амедео Модильяни — «Жанна Эбютерн», 1918 год.

Трагизм

Помимо сильной воли и одержимости искусством, художников Парижской школы объединяет еще и некоторый орел трагичности. Оторванность от дома и родных, насмешки, невостребованность, война — все это десятилетия спустя станет важным элементом искусствоведческих текстов и прославит многих, когда для этого будет уже слишком поздно.

Так, главным сокровищем коллекции Неттера без сомнения являются портреты Амадео Модильяни, созданные художником в последние годы жизни, когда он был уже очень слаб — и физически, и эмоционально. Удивительным образом один из самых заметных персонажей Монпарнаса всю свою короткую жизнь был вынужден мириться с почти полным равнодушием к нему со стороны критиков и покупателей. Первую персональную выставку художника в 1917 году организовал Зборовский. Закончилось она плачевно: два обнаженных женских торса, выставленных в витрине для привлечения внимания, вызвали скандал, и по требованию полиции выставку пришлось свернуть.

Последний ярким эпизодом жизни великого портретиста была встреча с его последней любовью, женой и музой Жанной Эбютерн — 18-летней художницей, с которой Модильяни прожил свои последние четыре года и которая покончила с собой на третьи сутки после его смерти. В коллекцию Неттера попали и две ее работы — «Интерьер с фортепиано» и «Адам и Ева».


изображения: Музей Фаберже