В «Манеже» одновременно открылось сразу несколько выставок Фотобиеннале-2012, авторами которых являются признанные мастера в мире фотографии. Среди них — Гарри Груйер, проект которого посвящен Москве и москвичам.

71-летний Гарри Груйер — один из немногих фотографов черно-белого документального агентства «Магнум», который не просто снимает в цвете, а снимает сам цвет, ставя его во главу угла. До того как найти собственный стиль, художник работал телеоператором, фриланс-фотографом. Свой первый фотопроект «ТВ-кадры» он начал делать в 1972 году, а первую награду, Kodak Prize, получил всего четыре года спустя за марокканские фотографии. С 1981 года Груйер числится фотографом «Магнума», на основе его проектов издано около десятка фотокниг.

В Москву художник приехал в четвертый раз, и хотя его выставка «Москва 1989–2009» посвящена исключительно столице, он все равно убежден, что город почти не знает. Тем не менее в беседе с The Village Гарри Груйер рассказал, почему современная Москва лишилась своей индивидуальности и чем она все равно его привлекает.

 

Гости столицы: Фотограф «Магнума» Гарри Груйер. Изображение № 1.
Гид по Фотобиеннале-2012: 
Часть III
Гости столицы: Фотограф «Магнума» Гарри Груйер. Изображение № 2.Гости столицы: художник Ёсинори Нива

 

Фотографии предоставлены пресс-службой «Мультимедиа Арт Музея». Изображение № 3.Фотографии предоставлены пресс-службой «Мультимедиа Арт Музея»

О ЗНАКОМСТВЕ С МОСКВОЙ


Впервые в Москву я попал в 1969 году. Участвовал в съемках фильма в Узбекистане и на деле провел в Москве лишь два дня. Фильм был чисто документальный, касающийся землетрясений и сейсмических технологий. Это был целая серия съемок, которые проходили не только в Узбекистане, но и в других странах. В съемочной группе нас было всего двое. В общем, фильм не имел большого значения ни для кого.

Что касается Москвы 1969 года, то, прежде всего, на тот момент я уже был знаком с литературным наследием Гоголя и Достоевского. Для нас, иностранцев, Советский Союз тогда представлялся социалистическим, жесткорежимным государством. Но когда я приехал сюда, то увидел ту же атмосферу, которая царит в произведениях Гоголя и Достоевского. Те же отношения между людьми, иногда напряженные, непростые. Это и привлекло мое внимание: человеческий фактор, а не политический, режимный антураж, который навязывался за границей. Тогда я просто наблюдал и не делал никаких фотопроектов.

 

О ВЫСТАВКЕ «МОСКВА 19892009»


В 1989 году мне опять представилась возможность приехать в Москву со своими коллегами. Мы пробыли тут две недели, жили в гостинице «Украина». Мы застали окончание советского периода, в то время как раз была разрушена Берлинская стена.

То, что было тогда и что есть сейчас, разумеется, различается кардинально, и именно эти изменения меня интересуют. Несколько лет назад мне предложили выпустить книгу, куда входили бы и те фотографии, которые я сделал в Москве в 1989 году. Одновременно поступило предложение сделать выставку «Берега» на «Винзаводе». Так, в 20082009-м я вновь увидел Москву, сделал очередную серию фотографий о ней. Кстати, «Винзавод» это очень интересное место, там же винодельня раньше была! Очень хорошо, что места с такой историей становятся культурными центрами.


Раньше московские дворики выглядели экзотично: это было непривычно иностранцу. Теперь они похожи на дворы во всем мире


Во время визита в современную Москву у меня появилась идея сравнения Москвы-1989 и Москвы-2009. Она меня очень увлекла, и я предложил издателям провести такую фантастическую параллель, потому что Москва современная отличается и цветами, и людьми, тут царит некий капиталистический дух, много рекламы. Так появилась книга и эта выставка «Москва 19892009».

Отследить изменения, произошедшие с Москвой,  задача, которую я отсылаю зрителю. Например, фотография современного московского двора не такая колоритная, как фотография двора советского. Дело в том, что раньше московские дворики выглядели экзотично: это было непривычно иностранцу. Теперь же они похожи на дворы во всем мире, они потеряли свою атмосферу.

Гарри Груйер. СССР. Россия. Москва. 1989. © Harry Gruyaert/Magnum Photos. Изображение № 5.Гарри Груйер. СССР. Россия. Москва. 1989. © Harry Gruyaert/Magnum Photos

 

О ПРЕДПОЧТЕНИЯХ


Я всегда знал, что стану фотографом. Ну ладно, что буду заниматься либо фотографией, либо кино. У моего отца дома был и фотоаппарат, и проектор, это не являлось определяющим, а просто помогло на первых порах. Как и живопись, кино оказало на меня огромное влияние. Благодаря тому, что какое-то время я занимался кинематографом, кино стало большим подспорьем в фотографии. Из режиссеров мне нравятся Тарковский, Годар, Трюффо и многие другие, из современных например, Звягинцев, который снял «Елену», там огромное напряжение в кадре.


Фотография это самотерапия, она заставляет жить. Поэтому я и фотографирую


Я снимал раньше фильмы, но всегда было проблемой найти бюджет. К тому же снимать кино это немного другой вид деятельности, нежели фотографировать: нужно писать сценарии (а я не очень хорош в этом), ставить свет, работать в команде. Мне больше нравится работать в одиночку, поэтому фотография мой выбор. Фотография это самотерапия, она заставляет жить. Поэтому я и фотографирую.

 

О РАБОТЕ


Мне нравятся перемены. Я люблю жить в разных странах, есть разную пищу. Перемена мест меня захватывает и мною движет. Я не люблю находиться на одном месте, поэтому мне важен каждый проект. Я был даже на севере, но там день очень короткий, много не поснимаешь. И к тому же я не знал, что делать со снегом, как играть его цветом. Снега получалось слишком много на фотографиях, он все перебивал.

В Марокко впервые я оказался случайно и сразу же влюбился в эту страну: в людей и цвета, в атмосферу, которая там царит. В общей сложности я пробыл в Марокко около двух лет, получился новый проект «Марокко». Это было как любовь к женщине. Я очень быстро влюбляюсь.

Мой первый фотопроект «ТВ-кадры» рассказывал о промывании мозгов, которое устраивает телевидение. Я тогда работал над съемками Олимпийских игр в Мюнхене, и меня очень привлекали цвета, которые исходили из телевизора. Дело было так: я снимал на разном расстоянии телевизионный экран, а мой ассистент двигал антенну. Такие интересные цветовые сочетания получались! Сейчас я смотрю телевизор гораздо меньше: это либо фильмы, либо спорт. Мне бы были интересны программы о современном образовании и культуре, но показывают в основном политиков, которые думают, что они знают все, а на самом деле знают очень мало. И в этом опасность для телезрителя. То, что мы видим в пятиминутном блоке новостей, гораздо сложнее и запутаннее, чем нам преподносят. Это и есть промывание мозгов.

Гарри Груйер. Египет. Красное море. Город Хургада. 1988. © Harry Gruyaert/Magnum Photos. Изображение № 10.Гарри Груйер. Египет. Красное море. Город Хургада. 1988. © Harry Gruyaert/Magnum Photos

 

О ПОНИМАНИИ


Я фотограф, поэтому прежде всего меня интересует визуальный контекст. И я снимаю в первую очередь для себя, то есть в этом плане я эгоист. Куда бы я ни приехал, все, что я вижу, интересует меня с визуальной точки зрения. Это то, что меня заводит, провоцирует на приобретение опыта.


Глядя на их снимки, я ставлю себя на место авторов и воспринимаю все их глазами. Именно такой подход вернее использовать в искусстве


Снимки не столько передают правду, сколько позволяют любому человеку получить субъективное восприятие того, что сфотографировано. Вот, например, работы Стивена Шора или Бернарда Плоссю. Глядя на их снимки, я ставлю себя на место авторов и уже воспринимаю все их глазами. Именно такой подход вернее использовать в сфере искусства. Абсолютной правды нет. Она есть только у Бога. Если тот существует.

И несмотря на все то, что я говорю, фотографии это исключительно фотографии. Все остальное субъективное восприятие человека. Я не могу сказать больше, чем мои снимки.

 

 


Центральный выставочный зал «Манеж»
ул. Манежная площадь, 1
30 марта — 9 мая