В эти дни проходит празднование Курбан-байрама — мусульманского праздника жертвоприношения. В Москве большая утренняя молитва запланирована на пятницу, а вот в Петербурге намаз проходил в четверг, около соборной мечети на «Горьковской». Корреспонденты The Village побывали на празднике и поговорили с его участниками о том, сложно ли соблюдать религиозные ритуалы в современном мегаполисе.

 

В Москве в пятничном праздновании Курбан-байрама приняли участие около 150 тысяч человек. С рассвета на некоторых улицах ограничили движение, были очереди в метро, но, как говорят в полиции, серьёзных нарушений и происшествий не было. Также «не зафиксировано ни одного случая жертвоприношения в местах, для этого не отведённых», приводят информагентства слова заместителя мэра Москвы Александра Горбенко.

 

В Петербурге в четверг к мечети вышли около 20 000 человек, хотя в прошлом году людей было почти в три раза больше. Правда, места всё равно хватило не всем — часть мусульман расположились в сквере через дорогу от метро. Молиться некоторые начинали сразу же, не дожидаясь восхода. На всём пути от подземного перехода до мечети стояли десятки нищих — и мусульман, и христиан, — которые просили милостыню. Традиции в Курбан-байрам обязывают подавать всем страждущим.

 

Рядом с нищими молоденькие торговцы призывали «братьев» купить молельные коврики и раздавали бесплатные сим-карты «Билайн», с которых можно достаточно дёшево позвонить в Среднюю Азию. Вместе с сим-картами предлагали листовки с рекламой баранов из совхоза в Петро-Славянке (цена — 170 рублей за «живой вес», то есть килограмм, за целого барана придётся заплатить 3–4 тысячи рублей). Принести его в жертву можно только дома. В общественных местах этот обряд производить запрещено.

 

 

Акбар

рабочий

Приехал из Таджикистана 7 лет назад

 

«Мы тут сидим, говорим про себя молитву. Длится она десять минут — когда праздники. А так по-разному бывает. Это ещё не самое холодное время года. Будет и 40 градусов мороза, но люди всё равно будут тут стоять. У нас очень сильная вера. Это всё внутри. Верь в Аллаха — и всё будет хорошо. Барана можно резать не только за городом, но и в городской черте. Главное — чтобы детей рядом не было, они кровь видеть не должны. Ну и чтобы чужих не было. Можно прямо в квартире резать. Мы стараемся отмечать праздники дома, но обычно это не получается — приходится здесь».

 

 

Бахадыр

строитель

Приехал из Таджикистана 10 лет назад

 

«Сейчас пойду к друзьям, кого найду, а потом домой, на квартиру. Условия отмечания зависят от возможностей человека. Вообще, этот праздник — он ведь про жертвоприношение. Нужно принести жертву Аллаху и мясо раздавать нуждающимся, нищим — вот в чём суть праздника. Я сам жертву сегодня Аллаху приносить не буду. Потому что для этого нужен как минимум баран. А он тут, во-первых, дорог, во-вторых, здесь возможностей нет — есть какие-то места, где-то кто-то режет, но мы о них пока не знаем.

Мы всегда подаём нищим вне зависимости от веры. У окружающих негатив по отношению к нам. Знаете, в семье же не без урода. Во всех нациях есть люди, которые неправильно нас понимают. Но их надо терпеть. Бог нас приучает к терпению. За то, что мы уже здесь стоим, живы-здоровы, мы должны благодарить Аллаха. Женщинам обычно запрещается ходить на намаз. Но есть направления в мусульманстве, которые всё же позволяют».

 

 

Рамзан

студент

Приехал из Дагестана 3 года назад

 

«Нам не важно, какая погода. Это всё ради Всевышнего. Это очень важный праздник для нас. Что же до негатива — нет его вокруг нас. Никакого».

 

 

Руслан

рабочий

Приехал из Таджикистана 10 лет назад

 

«Когда наступает время, мусульманин может молиться даже на дороге. Остановит на обочине, выйдет, раскатает коврик — и будет молиться. В лесу, в огне, когда зимой холодно — разницы нет. Мы терпим и стоим. На самом деле это очень легко, потому что есть вера. Баранов мы обычно едем резать за город: тут нельзя, хотя иногда приходится делать это и дома. Где достаём? Тут вокруг очень-очень много ферм, где их продают. Вот нам рекламу тут даже раздают — смотри, какая реклама!»

 

 

Руслан

водитель

Приехал из Таджикистана 10 лет назад

 

«Кончится молитва — пойдём к родственникам, будем смотреть, говорить с ними. Помогать друг другу. Три дня должны помогать друг другу. Нищим помогаем. Всяким ли? Конечно, всяким. Это наше внутреннее — от души. Не важно, христианский нищий или мусульманский — в Книге не написано об этом. И пьяным даём — от души, как положено. Отмечается нам тут нормально. Десять лет тут живу. Бывают люди разные. Я 13 лет проработал у себя на родине в уголовном розыске — разных людей видел. Друзья выручают — мы помогаем друг другу. Лично я не видел никакого негативного отношения к нам. Мы по пятницам каждую неделю проводим намаз. Даже в дороге. Остановился в сторонке — и молишься».

 

 

Багаутдин

водитель

Приехал из Дагестана 5 лет назад

 

«Особых отличий в том, как отмечают праздник в Махачкале и как отмечают его в Петербурге, нет. Это же всё в наших генах. Мы с детства к этому привыкли. Когда придёт судный день, Всевышний это всё нам зачтёт. И все эти подаяния тоже ради него. Хотя в том, настоящем, мире это зачтётся не всем. На самом деле этот праздник рассчитан на то, чтобы в эти три дня никто не остался голодным. Только Всевышний может сделать так, чтобы никто не голодал. В этот день нет преград между людьми. Любой может зайти в гости. Не важно, верит он или не верит. Предрассудков у нас никаких нет.

Женщины тоже отмечают праздник. Для мужчин обязательно идти в мечеть, а для женщин — нет. Они часто это делают дома. Они сами выбирают это».

 

 

Теймураз

строитель

Приехал из Узбекистана 7 лет назад

 

«Тут вообще классно. Мы в любую погоду будем благодарить Всевышнего. Тем более 15 минут постоять — это ерунда. После молитвы пойдём посидим, поговорим с родными, близкими. У нас на родине после намаза все идут друг к другу в гости, к родственникам, к родителям. Здесь с этим сложнее. Не было здесь никакого негатива. В Питере с этим вообще всё нормально. И обращаются все нормально: и на работе, и вообще».

 

 

 Фотографии: Егор Рогалев ( Санкт-Петербург),  Андрей Бульбашов (Москва)