Сегодня норма жизни — покупки в магазинах с помощью Apple Pay. Первый в истории Банка России электронный платеж был совершен еще в октябре 1992 года из Свердловской области в Пермский край. Систему разрабатывали в Екатеринбурге — в здании на Щорса, 86, которое сегодня называют «Баян» или «Дом-блокнот». Строгое здание в стиле советского модернизма строили специально для банковских инженеров-программистов — изначально оно целиком было покрыто голубой смальтой.

The Village пообщался с сотрудниками уральского отделения Центробанка о том, как выглядели первые вычислительные машины и как сегодня работается в здании.

Здание банка России

Адрес: Щорса, 86

Годы постройки: 1979-1981

Архитектор: Анатолий Асташкин

Стиль: модернизм

Назначение: вычислительный центр Госбанка


Здание Банка России по улице Щорса, 86 было построено в 1970-е годы. Сейчас здесь располагаются подразделения и службы Центрального Банка Российской Федерации. От застройки до настоящего времени история этого здания была связана с развитием информационных банковских технологий на Урале. Изначально строилось оно для Вычислительного центра Свердловской областной конторы Госбанка СССР.

В конце 1979 года сдана в эксплуатацию первая очередь проекта на Щорса, 86 — трехэтажное здание. Затем стали возводить высотную часть, а 31 декабря 1981 года было принято в эксплуатацию все здание Вычислительного центра и Свердловской областной конторы Госбанка СССР.

В 1970-х годах активно проводилась работа по автоматизации банковских операций. В здании планировалось разместить новую для того времени технику — электронно-вычислительные машины ЕС-1033. Поскольку эти ЭВМ были очень габаритные, массивные и нагревались при непрерывной работе, потребовалось основательное многоэтажное здание, полностью соответствующее техническим особенностям оборудования. Были спроектированы просторные машинные залы с высокими потолками, где было предусмотрено размещение мощных систем вентиляции. Кроме того, особое внимание отведено пожарной безопасности: конструктивным дизайнерским решением стала наружная лестница, которая служит эвакуационным выходом.

Архитектурное решение строения воплощает идею устремления к техническому прогрессу. Как и многие здания в Екатеринбурге — городе промышленности и конструктивизма — здание на Щорса, 86 отвечает индустриальной «геометрической стилистике».

Архитектор здания — Анатолий Васильевич Асташкин. Он был инициатором архитектурных решений, которые, вопреки установке чиновников хрущевской эпохи застраивать города одинаковыми типовыми объектами, отличались нешаблонностью, модернизмом и эстетической привлекательностью. В то же время свои уникальные идеи ему приходилось подавать под видом «типовых».

Асташкин был из тех немногих архитекторов, кто пытался идти в ногу с современными тенденциями. В те годы специалисты разных стран развивали направление постмодернизма, экспериментировали с декором, необычными формами и плавными линиями, при этом сохраняя принципы рациональности и функционализма. В Советском Союзе после постановления 1955 года «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» до начала 80-х строили по типовым проектам, причем не только жилые здания, но и общественно-культурные учреждения. Асташкину удалось оставить городу образец модернистской архитектуры 70-80 годов. К тому времени идеология типовой застройки стала отступать, и архитекторы, наконец, начали работать по принципам творческой независимости.

В народе здание на Щорса, 86 называют «Баян» или «Дом-блокнот». Главные композиционные элементы здесь — сплошное остекление фасада и необычная пожарная лестница. На фасаде нет декоративных элементов. «Рисунок» здания создает сочетание закругленных горизонтальных линий со строгими вертикальными «ребрами» и узкими окнами на фасадах. На входе — решетка с геометрическим узором.

Первоначально здание было полностью отделано популярной в советский период голубой смальтой. В 2000-х годах на перекрестке улиц Щорса и 8 Марта напротив здания установили рекламный экран, и блестящая мозаика стала отражать его мерцающий свет прямо в окна жилых домов через дорогу. Из-за этого всю смальту пришлось снять и покрыть стены обычной штукатуркой.

В 2003-2004 годах в связи со строительством ветки метро, проходящей практически под фундаментом, и станции «Чкаловская», здание на Щорса, 86 реконструировали и укрепили, слегка преобразив вид фасада.

Сергей Родионов

начальник Управления информатизации


О должности

Центробанк стал моим первым местом работы еще 27 лет назад, когда я учился на пятом курсе в УрГУ. Я оказался здесь случайно — в то время только женился и жил здесь неподалеку. На окне здания на Щорса, 86 тогда висело объявление о том, что в банк требуется инженер-программист. Я не обращал на него внимания, но теща увидела и настояла на том, чтобы я позвонил по телефону. После собеседования меня взяли на работу инженером-программистом.

Сейчас я начальник Управления информатизации. Мы занимаемся информационно-телекоммуникационной инфраструктурой подразделения Уральского главного управления в семи регионах Урала, в Екатеринбурге находится главное управление. Работаем со всем, что связано с вычислительной и оргтехникой, сетями и телекоммуникациями нашего главного управления — это компьютерное оборудование, оргтехника, локальные сети, телефония и каналы связи.

О здании

Здание Центробанка уникальное. Его построили в восьмидесятых годах — когда я пришел, оно существовало не больше десяти лет. Здание состоит из двух частей — девятиэтажной и трехэтажной, в которой изначально располагался вычислительный центр. В начале девяностых годов в нем проводилась обработка всей платежной информации создававшихся тогда коммерческих банков. Сегодня Банк России остается крупнейшим оператором платежной системы в стране.

В 2003 году в здании проводилась реконструкция — во время капитального ремонта изменили фасад, существенно изменили внутреннюю «начинку» здания. Позже начали строить станцию метро «Чкаловская» и укрепили грунт под нашим зданием. Появление метро облегчило жизнь многим сотрудникам, хотя здесь и так очень удобные транспортные развязки — есть любые трамваи, троллейбусы и автобусы. Перекресток здесь шумный и оживленный, но это никак не мешает работать в здании.

О любимых местах

Для меня здание Центробанка — мой второй дом, потому что на работе я нахожусь очень много времени. За время работы здесь я сменил несколько кабинетов, но каждый из них по-своему мне запомнился. Особенно запомнился период, когда в трехэтажном здании перед началом нулевых демонтировали старое оборудование в виде громоздких вычислительных машин — в помещении было открытое пространство. Одно время там стоял теннисный стол, на котором мы играли во время обеда и после работы. Сейчас в здании есть три больших помещения — актовый зал, холл на девятом этаже и столовая.

Интересный вид в сторону города открывается с лестницы. Раньше отсюда было отлично видно телебашню. Если бы день ее сноса был рабочим, мы бы тоже наблюдали за происходящим с лестницы, но так пришлось смотреть в интернете. Башня была для меня чем-то родным — ее строили, когда я учился в университете и жил в общежитии на Большакова. Окна у меня выходили как раз на сторону стройки — было хорошо видно проходившие там работы. Хотелось, чтобы башню поскорее достроили, но этого, к сожалению, так и не случилось.

Мне нравится район автовокзала — я и сейчас живу в трех кварталах от своей работы. Отсюда легко добраться в любой район города. Удобно, что напротив офиса есть торгово-развлекательный комплекс «Мегаполис» — всегда можно оперативно купить все необходимое или зайти за продуктами по пути домой.

Роль вычислительных центров Госбанка СССР высока: они позволили перевести на механизированную обработку плановую и статистическую банковскую информацию, обеспечили получение сводных данных.

До 1975 года в отделениях Свердловской областной конторы Госбанка СССР использовались бухгалтерские автоматы и клавишные машины на электронной основе. Многие годы в конторе действовала Фабрика механизированного учета. На ней в основном работали женщины. Процесс обработки данных действительно очень напоминал фабрику, где стучали и стрекотали железные счетно-суммирующие, сортировальные и другие машины, которые практически круглосуточно перерабатывали по технологической цепочке сотни килограммов перфокарт, укладывали их в ящики, преследуя только одну цель: получить ежедневное равенство итогов между дебетом и кредитом в балансах и других отчетных формах учреждений Госбанка СССР.

Начало автоматизированной обработки платежных документов в Свердловской области положено 12 декабря 1974 года, когда информация четырех городских отделений конторы была обработана на ЭВМ Урал-14Д. В вычислительном центре Свердловской областной конторы Госбанка СССР в этот день была принята в промышленную эксплуатацию задача «Операционный день». 12 декабря 1974 года состоялось первое автоматизированное решение и был выдан первый баланс. Первыми на обслуживание в Вычислительный центр были переведены Железнодорожное, Орджоникидзевское, Ленинское отделения Госбанка и Горуправление. В сентябре 1976 года функции Фабрики механизированного учета уже стал выполнять Вычислительный центр.

В 1974 году была внедрена задача «Контроль МФО», которая с 1972 года разрабатывалась специалистами Вычислительного центра по заданию Главного вычислительного центра Госбанка СССР. До 1979 года в Вычислительном центре информация вновь перфорировалась на ленту и вводилась в ЭВМ. В Вычислительном центре была внедрена программа непосредственного ввода информации Операционного дня в ЭВМ, разработанная специалистами вычислительного центра Ростовской областной конторы Госбанка СССР. В 1984 году закончился перевод оборудования на вычислительные машины ВК-1033, а в 1989-м — на более мощные ВК-1046.

Прогрессом в обработке платежных документов можно считать разработку электронных технологий. 90-е годы стали временем бурного развития информационных технологий в Банке России. Специалисты Банка России из Екатеринбурга, Перми и Волгограда разработали технологию проведения платежей электронным способом. 9 октября 1992 года из Свердловской области в Пермский край был отправлен первый в истории Банка России электронный платеж, а уже через месяц в Свердловской области был совершен первый внутрирегиональный электронный платеж. В то время задержки платежей достигали от недели до месяца и более, а электронные платежи позволили производить зачисление средств на счет получателя в этот же день.

Самым большим достижением в области информатизации банковской деятельности после внедрения электронных расчётов была разработка и внедрение технологии электронного обмена информацией с банками и прочими клиентами Банка России. Специалисты Главного управления Банка России по Свердловской области разработали автоматизированную банковскую систему «АБС-Урал». В июне 1997 года программный комплекс был запущен в эксплуатацию. Технология электронного обмена разрабатывалась параллельно с подготовкой к переходу на новый план счетов бухгалтерского учета специалистами Свердловской, Челябинской, Курганской, Пермской и Тюменской областей. Данная разработка в несколько раз снизила нагрузку на бухгалтерский аппарат расчетно-кассовых центров и значительно повысила оборачиваемость средств в банковской системе области. Эффективность электронного обмена возросла после внедрения в промышленную эксплуатацию ТПК «АБС-Урал» версии 3.0.

Уральские IT-специалисты получили признание своего высокого профессионального уровня в системе Банка России. В 1998 году на базе Главного управления Банка России по Свердловской области был организован Опорный объект информатизации Банка России, в основные функции которого входит разработка, внедрение и сопровождение типовых программных комплексов в территориальных учреждениях мегарегулятора.

В настоящее время здание на Щорса в основном занимают подразделения, которые входят в структуру центрального аппарата Банка России, и в территориальных учреждениях они представлены в виде уполномоченных представителей. Это Восточный центр допуска финансовых организаций Департамента допуска и прекращения деятельности финансовых организаций, подразделение Службы текущего банковского надзора.

Наталья Поташева

главный инженер-программист Управления информатизации


О должности

Я работаю инженером-программистом в Центральном банке 24 года — пришла сюда в начале 1994 года. До этого была на той же должности на Верх-Исетском заводе — отработала там год после института, создала семью и перешла в Региональный центр информатизации банка из-за более выгодных условий.

Подразделение, в котором я работаю, занимается эксплуатацией платежной системы банка России на региональном уровне, а также поддержкой клиентов – участников платежной системы Банка России. Наши клиенты — это в основном кредитные организации, которые производят обмен в платежной системе Банка России.

Сейчас никто даже не задумывается, что происходит во время платежа с помощью карты или любого другого электронного устройства. Именно работники нашего здания стояли у истоков электронных платежей в России. В 2017 года мы отмечали 25-летие первого в России электронного платежа, который прошел между Пермью и Екатеринбургом.

Я всегда работала в трехэтажном корпусе этого здания. Поначалу вычислительные машины были такими огромными, что занимали в нем целые этажи. Для выполнения операций на этих вычислительных машинах писалась программа. Текст программы набирался операторами на специальных устройствах, отпечатывался на перфокартах и загружался в систему. При считывании дырочек с перфокарт происходило выполнение программы — так машина понимала, что нужно делать.

В девяностые годы технологии стали бурно развиваться, а технически средства — уменьшаться в объемах. Вместо электронных вычислительных машин появились небольшие, но мощные серверы, которые стали располагаться в отдельных комнатах — серверных.

Я помню один забавный случай. Чтобы попасть в серверную, нужно было пройти через шлюз — сначала ввести код, а потом пройти проверку по весу. Весы были встроены в шлюз. Если данные совпадали, двери шлюза открывались. В 2000-м году я ждала второго ребенка, но коллеги об этом еще не знали. Однажды я заходила в серверную после долгого перерыва — ввела код, но двери не открылись. Вместо этого произошло голосовое предупреждение: «Проход возможен только по одном, покиньте шлюз». Мне стало смешно, что шлюз откуда-то знает, что я уже не одна. На самом деле, я просто уже не проходила по установленной изначально планке. Этот шлюз до сих пор эксплуатируется, но работает уже в другом режиме.

О здании

Уже 24 года я хожу на работу в это здание Центрального Банка. За эти годы оно стало настолько родным, что иду сюда, как к себе домой. Здание для меня понятно, удобно и логично. Функционально оно простое — здесь нет длинных и извилистых коридоров-лабиринтов. Мне нравятся его закругленные части фасада.

Центробанк располагается на шумном перекрестке, но мы иногда так заняты, что поднимаем глаза, только когда на улице уже темно. В девяностые вокруг были одни рынки, но сейчас все изменилось, в окрестностях появились красивые дома и удобные кварталы. Стало цивилизованно. Автовокзал тоже изменился и стал интереснее. Транспортные средства и сейчас загазовывают воздух, но в отличие от древних желтых «Икарусов» намного меньше.

Мне нравится удобная транспортная развязка в районе и близость метро. Я работаю до пяти вечера — если после работы мне нужно в центр, добираюсь туда минут за 10. От дома до работы мне тоже недалеко — 40 минут пешком или 10 на машине. Мое любимое место возле здания — тихий район возле пироговой «Штолле» на 8 Марта. Рядом находится улица Отто Шмидта, где мы с коллегами иногда гуляем.

О режиме

Здание Центробанка — это режимный объект. Каждый день мы проходим через досмотр и охрану. Кому-то это может показаться странным, но мы привыкли и не обращаем на это внимания. Сейчас на входе стоят удобные электронные шлюзы, но в девяностые на входе за столом сидел охранник. У меня тогда был пятилетний сын, которому почему-то очень нравился этот элемент контроля. Когда у него спрашивали, кем он хочет быть, он отвечал: «Сидеть у мамы на работе на входе, чтобы все показывали мне свой пропуск».

Ирина Аристова

эксперт по связям с общественностью


О здании

Я занимаюсь внешними коммуникациями Центробанка — они включают работу со СМИ и любыми внешними организациями. В Центробанке я работаю 3 года — первые 2 года я находилась именно в этом здании, сейчас меня перевели в соседнее, на Циолковского.

Об этом здании у меня трепетные воспоминания. Раньше я работала в IT-технологиях и сфере социальных медиа, поэтому когда впервые оказалась в Центробанке, все здесь казалось мне очень большим, серьезным и солидным. Рабочую атмосферу создает само здание — на всех этажах одинаковая планировка, везде использованы строгие тона. Это помогает перестроиться — жвачку здесь уже не пожевать, и форма одежды нужна соответствующая.

Раньше я работала на шестом этаже — вид из моего окна на сторону автовокзала был очень красивым. Вечерами улица 8 Марта стояла в пробках мелькала огоньками — это завораживало. Перекресток шумный, но во всем здании стоят пластиковые окна — от суматохи мы изолированы.

Когда летом по вечерам я открывала окно, напротив здания автовокзала всегда стоял мужчина с гитарой. Позже он усовершенствовал свою технику и подключил к электрогитаре колонку — стоял со своим комбиком. В репертуаре можно было услышать любые песни — он шансона до современных популярных. Я всегда знала: если из в кабинет пробивается пение, значит, скоро закончится рабочий день.

читайте ТАМ, ГДЕ УДОБНО: