Отпуск по уходу за ребенком, который многие по привычке называют декретным, появился в СССР в 1956 году: именно тогда к 56 плюс 56 дням отпуска по беременности и родам добавили еще три месяца. К концу 60-х годов этот срок увеличили до года, а сейчас мамы (а также папы или другие родственники) могут оставаться с ребенком до трех лет — и это один из самых продолжительных декретных отпусков в мире. Правда, по данным некоторых исследований, 28 % женщин возвращаются к работе, когда ребенку исполняется полтора года. Есть и те, кто — чаще всего из финансовых соображений — не был в декретном отпуске ни дня. The Village поговорил с четырьмя мамами, которые не уходили в декрет, о том, почему они сделали такой выбор, как все успевали и не разочаровались ли в своем решении.

Иллюстрации

Маша Артемьева

Анна Ершова

редактор, четверо детей


У меня четверо детей, и в декрете я не была как раз с самой младшей. В тот момент я работала шеф-редактором журнала: устроилась относительно недавно, и мне не хотелось подводить работодателя. Так получилось, что после первых трех декретов я на старое место не возвращалась: первый декрет пришелся на учебу в вузе, после второго я сменила сферу деятельности, а во время третьего мое место занял другой человек, и я не смогла вернуться. Муж сказал: «Потом в четвертый раз начинать все заново? Давай мы тебе поможем».

Издание, в котором я работала, связано с православной церковью, поэтому это мое решение в редакции восприняли с радостью. Во время беременности я работала на опережение: писала статьи на будущее, собирала фактуру для новых материалов — в общем, готовилась к тому, что первые пару месяцев не могу полноценно включиться в редакционный режим. Так и вышло: месяц после родов я не работала вообще (журнал выходит не каждый месяц. — Прим. ред.), еще месяц использовала материалы, которые успела сделать заранее, а затем постепенно вошла в прежний ритм. Я работала, пока гуляла: распечатывала тексты для редактуры и список, кому, куда и зачем нужно позвонить. Пока катала коляску, звонила и разговаривала, когда дочка засыпала — останавливалась и редактировала. Дома работала, пока она спала — получалось выкроить еще немного времени днем или ночью. Иногда муж или старший ребенок могли побыть с ней вечером, а я уходила в другую комнату и снова работала.

Когда дочери было около пяти месяцев, мы нашли няню на пару дней в неделю. Учитывая мой заработок, няня была выгодной: за ее услуги я отдавала не больше четверти зарплаты. Позже у нас появилась и помощница по хозяйству. Думаю, за такую поддержку можно спокойно платить — в зависимости от доходов семьи — от четверти до трети зарплаты. Кто-то, я знаю, отдает половину: думаю, что если от работы многое зависит, то это нормально. Но, по-моему, если ты видишь, что ребенок страдает, а дома все рушится, такая работа не нужна.

За время материнства я преуспела в тайм-менеджменте: научилась правильно распределять время и успеваю в результате переделать много всего.

За время материнства я преуспела в тайм-менеджменте: научилась правильно распределять время и успеваю в результате переделать много всего. Правда, тут есть два основных момента, которые подойдут не каждому. Во-первых, я практически не отдыхаю. Лучший отдых для меня — это смена деятельности: если я сидела за компьютером и устала, то встаю и готовлю ужин. Во-вторых, я отследила, что не могу редактировать статьи больше полутора часов: если больше, то начинаю зависать в соцсетях, отвечать на какие-то старые письма. Поэтому я делю работу на куски: полтора часа занимаюсь текстом, потом встаю и делаю что-то другое (звоню, играю с ребенком), потом снова сажусь за редактуру. Эта цикличность помогает в первую очередь разгрузить мозг. У мам обычно много задач в голове — по работе и нет: написать текст, позвонить, собрать одного ребенка на экскурсию, сдать деньги для второго, помочь в математике третьему.

Главное, я пожалела, что не уходила в декрет. Сейчас я понимаю, какой это важный и классный период — до года. Он неповторимый, можно сказать, сакральный: единственное время в жизни, когда ты нужен человеку таким, какой ты есть. Ребенок в эти месяцы меняется каждый день, а у меня это время просто пролетело — я жалею, что не смогла зафиксировать момент.

Ольга

работает в руководстве театра, двое детей


Я не была в декрете с обеими дочерьми. Это было моим решением, которое никак не связано с карьерой или деньгами: я спокойно могла уйти на несколько месяцев, но хотела, чтобы мне и детям было интересно в жизни, чтобы я не превратилась в человека, который занимается только хозяйством и бытом. Я работаю в руководстве театра, и когда работодатели узнали о моей беременности, то поддержали меня — может быть, это также повлияло на мое решение: я не хотела их подводить или перекладывать работу на других.

После рождения и одной, и второй дочери я была дома ровно неделю. Потом два месяца ходила на работу на полдня. Затем стала отлучаться с 11 утра до шести вечера: в это время прогулка, сон и игры были на няне и бабушке. По будням, когда я приходила с работы, мы вместе с девочками читали и играли. Когда они подросли, вместе стали ходить на плавание и рисование по выходным. При этом я не ждала в бассейне, пока они позанимаются — плавала сама. Это моя принципиальная позиция: я не должна чем-то жертвовать.

У меня нет никаких сожалений из-за того, что я не пошла в декрет. Только благодарность за то, что дочери разрешили мне жить нормальной жизнью.

Когда дочки болели, я обычно дожидалась врача — он приходил около девяти утра, — давала девочкам лекарства и уходила в театр. Конечно, в такие периоды я возвращалась с работы пораньше. Больничный за все это время я взяла только один раз — когда мы попали в больницу. В общем, быт меня миновал, и получилось, что дети меня с ним не связывали: для них мама — это всегда выставки, концерты, поездки. При этом я видела все: как они первый раз качались на качелях, как сделали первый шаг, как произнесли первые слова.

У меня нет никаких сожалений из-за того, что я не пошла в декрет. Только благодарность за то, что дочери разрешили мне жить нормальной жизнью. Я не могу предъявить им претензии за то, что отдала «свои лучшие годы», потому что ничего не отдавала. Наоборот, я получала удовольствие — без них я просто сидела бы дома, не занялась бы тем же плаванием и рисованием.

Юлия

тренер-консультант, учится в магистратуре, двое детей


В первый раз я забеременела в 19 лет: тогда я училась в университете и работала неофициально. Потом по состоянию здоровья мне пришлось уйти с работы, но учиться я не бросила. То есть декрета как такового у меня не было, но мне не нужно было работать в поте лица, поэтому все прошло гладко и комфортно. Я училась, занималась дочкой, мы много гуляли — в общем, я посвящала время себе и семье.

Во второй раз я забеременела через пять лет. На тот момент я работала в частной школе, но за несколько месяцев до моего декретного отпуска школа обанкротилась, а сотрудники попали под сокращение. Конечно, мне выплатили все, что причиталось по закону, но у моего мужа как раз в это время возникли проблемы на работе. Мне пришлось много работать и на девятом месяце, и после родов, потому что были нужны деньги: я писала дипломы на заказ и курсовые студентам.

Месяцев через пять я поняла, что жить в таком режиме больше не могу, и немного сбавила темпы. Днем я занималась детьми: отводила старшую в сад, а сама оставалась дома с малышом. Когда все засыпали, я садилась за курсовые: работала примерно до трех-четырех утра, но если проекты горели, то и всю ночь. Когда дети играли вместе днем, то тоже сидела и писала. То, что дети иногда болели, мне не особо мешало: я была привязана не к графику, а к дедлайнам.

Хотя я и работала дома, насладиться декретом мне, к сожалению, не удалось: единственное, о чем я тогда мечтала, — отдохнуть.

Моим детям сейчас семь и 13 лет. И только недавно я осознала, что мне в принципе неприятно говорить о беременности: видимо, потому что у самой не было этого счастливого периода. Хотя я и работала дома, насладиться этим периодом мне, к сожалению, не удалось: единственное, о чем я тогда мечтала, — отдохнуть. Мне было сложно совмещать работу и уход за малышом, а помощи ждать было неоткуда: когда младшему был год, мы с мужем разошлись. Сейчас я считаю, что декрет на то и декрет: мама должна быть с ребенком — здоровая, счастливая, отдохнувшая и довольная собой. Работать в это время она может, но только для своего удовольствия и точно не в ущерб ребенку.

Анастасия

координатор в некоммерческой организации, пятеро детей


Ни с одним из своих детей — а у меня их пятеро — я не уходила в декрет. Когда родилась первая дочь, я работала корреспондентом. С ней сидели бабушка и муж — он тогда не работал. Со второй я лежала в больнице три месяца из-за проблем с ее здоровьем. В тот период я занималась рекламой в другом издании, и у меня был свободный график. Я работала сначала в больнице, а потом из дома: иду гулять с коляской — звоню, уложила спать — звоню. Примерно в два года я стала на полный день оставлять ее с нянями, которые приходили по очереди.

С самым младшим ребенком, которому сейчас год и девять месяцев, няня была с самого рождения. Я работаю в некоммерческой организации, которая помогает детям, и как раз в тот момент перешла на новую должность. Няней стала моя подруга — я бы не смогла доверить грудничка другому человеку. Она практически жила у меня, пока не приехала моя мама. Сейчас мой график выглядит так: с утра я уезжаю в офис, и если дел немного, то днем возвращаюсь домой. То есть я могу подстроить свою работу под врача или какие-то мероприятия с ребенком. При этом в месяц у меня может быть от двух до шести командировок.

Я жалею, что не уходила в декрет, но по-другому не могу. Каждый человек сам для себя выбирает: семья или работа.

Только с пятым ребенком я поняла, что надо уметь дозировать работу. Все-таки мамам, которые работают, нужен психолог: чтобы понять, правильным путем они идут или нет. Я жалею, что не уходила в декрет, но по-другому не могу. Каждый человек сам для себя выбирает: семья или работа. Просто я такая мама, которой нравится работать, узнавать что-то новое для себя, быть полезной людям, готовить новые проекты. Многие женщины, похожие на меня по складу характера, не умеют говорить себе: «В выходные я занимаюсь семьей и ни на одно письмо по работе не отвечаю».

Дети говорят, что я для них пример — в том, как добиваться целей, как себя реализовать. Но старшие иногда вспоминают: «Помнишь, у меня были соревнования, а ты не пришла?» Когда старшие дети были маленькими, мы жили в совсем другое время — тогда, в 90-е, не работать было невозможно, потому что иначе можно было не выжить. Так что после обсуждения этого вопроса с психологом я им так и отвечаю: «Как бы я вас кормила?» Но сейчас возможностей больше и жизнь совсем другая — нужно, мне кажется, просто вовремя остановиться и научиться четко распределять время на работу и семью.