Views Comments Comments Previous Next Clock Clock Location Location
«Не оставлять следов»: Жизнь экокемпинга на берегу Ладоги

«Не оставлять следов»: Жизнь экокемпинга на берегу Ладоги

«Не оставлять следов»: Жизнь экокемпинга на берегу Ладоги

«Не оставлять следов»: Жизнь экокемпинга на берегу Ладоги

Геокупол, раздельный сбор, маленький флот, ручная ворона и выездной лагерь «Антон тут рядом»

Кто эти бузотеры: Лидеры мусорных бунтов

Кто эти бузотеры: Лидеры мусорных бунтов

The Village подводит итоги мусорных войн вокруг Москвы

Дом закрытых дверей: Что происходит в московских спецприемниках

Дом закрытых дверей: Что происходит в московских спецприемниках

Порядки учреждения, куда попадают за митинги, твиты и езду в пьяном виде

Как петербургский священник открыл при храме зоопарк с крокодилами

Как петербургский священник открыл при храме зоопарк с крокодилами

История «потерянного рая» в храме святителя Спиридона в Ораниенбауме

Клиент, секс-работница и ивент-менеджер — о Насте Рыбке и о том, как устроен эскорт в России

Клиент, секс-работница и ивент-менеджер — о Насте Рыбке и о том, как устроен эскорт в России

«Модели для вашего мероприятия»

«ФСБ считает моего мужа террористом»

«ФСБ считает моего мужа террористом»

«ФСБ считает моего мужа террористом»

«ФСБ считает моего мужа террористом»

Жена петербургского антифашиста Игоря Шишкина — о том, как ее муж пошел гулять с собакой и оказался за решеткой

«Выпей фурик»: Как желание похудеть приводит к психическим расстройствам

«Выпей фурик»: Как желание похудеть приводит к психическим расстройствам

«Выпей фурик»: Как желание похудеть приводит к психическим расстройствам

«Выпей фурик»: Как желание похудеть приводит к психическим расстройствам

The Village поговорил с девушками, которые живут с фуросемидной зависимостью

Альпинисты в городе: «Страшно забыть про страх»

Альпинисты в городе: «Страшно забыть про страх»

Альпинисты в городе: «Страшно забыть про страх»

Альпинисты в городе: «Страшно забыть про страх»

The Village рассказывает, почему промальпинисты уходят из профессии и не жалеют об этом

«Я строил телебашню, которую скоро взорвут»

«Я строил телебашню, которую скоро взорвут»

«Я строил телебашню, которую скоро взорвут»

«Я строил телебашню, которую скоро взорвут»

The Village рассказывает о судьбе недостроенной телебашни в Екатеринбурге

От Беслана к буддизму: Кто строит монастырь в горах Урала

От Беслана к буддизму: Кто строит монастырь в горах Урала

От Беслана к буддизму: Кто строит монастырь в горах Урала

От Беслана к буддизму: Кто строит монастырь в горах Урала

Весна, лето, осень, зима и снова весна в буддийской общине на Среднем Урале

Дом на Среднем: Социальный эксперимент в одной квартире

Дом на Среднем: Социальный эксперимент в одной квартире

Дом на Среднем: Социальный эксперимент в одной квартире

Дом на Среднем: Социальный эксперимент в одной квартире

История общины и уникальный опыт коллективного быта на Васильевском острове в Петербурге

Как лечат синдром дефицита внимания и гиперактивности в России

Как лечат синдром дефицита внимания и гиперактивности в России

Как лечат синдром дефицита внимания и гиперактивности в России

Как лечат синдром дефицита внимания и гиперактивности в России

Почему лекарства от СДВГ считаются в нашей стране наркотиками, как провалилась реформа здравоохранения и кто помогает гиперактивным детям

Как кино помогает взрослеть подросткам с синдромом Дауна

Как кино помогает взрослеть подросткам с синдромом Дауна

Как кино помогает взрослеть подросткам с синдромом Дауна

Как кино помогает взрослеть подросткам с синдромом Дауна

The Village о проекте «Синдром кино» для людей с ментальными особенностями

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие

Девушки, сбежавшие от насилия в семье, рассказывают о жизни в кризисной квартире

Дети жертв Большого террора

Дети жертв Большого террора

Дети жертв Большого террора

Дети жертв Большого террора

Что чувствуют и помнят те, кто добивается установки табличек в память о жертвах сталинских казней

14 учеников — 17 травм: Что происходит в школе закрытого типа «Шанс»

14 учеников — 17 травм: Что происходит в школе закрытого типа «Шанс»

The Village разобрался, как московская спецшкола перевоспитывает осужденных подростков

Оставленные: Как ищут пропавших людей

Оставленные: Как ищут пропавших людей

Оставленные: Как ищут пропавших людей

Оставленные: Как ищут пропавших людей

Три из 3 тысяч историй исчезнувших в Москве

Материалы The Village, которые стоит перечитать 8 Марта

Материалы The Village, которые стоит перечитать 8 Марта

Права женщин, насилие в семье, гендерное равенство, а также успехи и неудачи российского феминизма

Две истории о домашнем насилии в России

Две истории о домашнем насилии в России

The Village записал истории двух женщин, столкнувшихся с домашним насилием и попробовавших довести дело до суда

«Здесь легко получить по башке»: Как расчищают место под научную долину МГУ

«Здесь легко получить по башке»: Как расчищают место под научную долину МГУ

The Village съездил в «Шанхай», гаражный город в городе, спустя год после начала сносной кампании

Соха, изба и «Троица»: Чему учат школьников на уроках нового предмета «Истоки»

Соха, изба и «Троица»: Чему учат школьников на уроках нового предмета «Истоки»

«Нам рассказывали, что если упадет ложка или вилка — значит, кто-то придет в гости»

Больше любви: Как живут полиаморы в России

Больше любви: Как живут полиаморы в России

Петербуржцы и москвичи, которые считают, что любовь возможна вне моногамной пары, — об отношениях друг с другом и с обществом

«У нас непростые ребята»: Как проект «Трудёнок» помогает с работой сиротам и инвалидам

«У нас непростые ребята»: Как проект «Трудёнок» помогает с работой сиротам и инвалидам

«У нас непростые ребята»: Как проект «Трудёнок» помогает с работой сиротам и инвалидам

«У нас непростые ребята»: Как проект «Трудёнок» помогает с работой сиротам и инвалидам

Уборка квартир, курьерские услуги и ремонты — The Village изучил деятельность молодого московского социального проекта

«Мы не наигрались в солдатиков»: Как живут реконструкторы Бородинского сражения

«Мы не наигрались в солдатиков»: Как живут реконструкторы Бородинского сражения

И что тянет людей в 1812 год

Что происходит в школе № 57

Что происходит в школе № 57

The Village — о скандале в одной из самых известных школ Москвы

«Было очень страшно»: Три истории о сексуальном насилии

«Было очень страшно»: Три истории о сексуальном насилии

The Village публикует истории женщин, столкнувшихся с попытками изнасилования

«Собянин! Жители требуют тишины!»: Разрешился ли конфликт на Патриарших

«Собянин! Жители требуют тишины!»: Разрешился ли конфликт на Патриарших

The Village проследил историю противостояния местных жителей и ресторанного бизнеса в центре Москвы

Под ковш: Что происходит с павильонами в Москве

Под ковш: Что происходит с павильонами в Москве

The Village выяснил, что предпринимают собственники снесённых зимой торговых точек и кто будет следующим

Без «Б»: Обречён ли московский троллейбус

Без «Б»: Обречён ли московский троллейбус

The Village попытался разобраться, как отмена троллейбусных маршрутов отразилась на городе и горожанах

Семейные ценности: Как живут московские свингеры

Семейные ценности: Как живут московские свингеры

The Village разбирается, почему одна из старейших и самых популярных секс-тусовок города выступает за любовь и верность

Рубрики