Врач-патологоанатом Светлана Антипина называет себя фанатом профессии и фанатом красоты. The Village Светлана рассказала, зачем нужна коллекция из тысячи лаков для ногтей, и как патологоанатом работает с живыми людьми.


Морг — это такие же медицинские кабинеты и люди в белых халатах. Да и с живыми пациентами, на мой взгляд, работать гораздо сложнее и страшнее


О выборе профессии

Мне всегда хотелось реализовать себя именно в той сфере медицины, где требовалась бы серьезная умственная работа. Однажды друг, который знал, что я нахожусь в поиске себя, рассказал, что им в патанатомию требуются специалисты. Я сходила — и меня словно осенило, что я на своем месте. И по сей день я там и нахожусь, чуть больше 15 лет. Я могу назвать себя счастливым человеком, потому что утром действительно хочется идти на работу, которую я воспринимаю как разгадывание загадок, приведение разрозненных кусочков информации к единому целому.

Да, люди удивляются, когда узнают, кто я. Потому что не ассоциируют нашу профессию с обычной женщиной, многим по умолчанию мерещится огромный санитар. Кто-то расспрашивает, кто-то вообще предпочитает избегать эту тему. Но поскольку большинство моих друзей — врачи, то никаких особенно ярких реакций на этот факт нет. Хотя и среди них есть те, кто говорят, что вряд ли смогли бы работать в морге. Но морг — это же не только ритуальный зал, который зачастую и видят обычные люди. Это точно такие же кабинеты и люди в белых халатах. Да и с живыми пациентами, на мой взгляд, работать гораздо сложнее и страшнее. Патанатомия, к тому же, — высокотехнологичная специальность. Мой микроскоп стоит, как хорошая машина, несмотря на то, что я сотрудник небольшой больницы.


Патанатомия — высокотехнологичная специальность. Мой микроскоп стоит, как хорошая машина, хотя я сотрудник небольшой больницы


О морге

На всю Иркутскую область нас, врачей-патологоанатомов, всего 180. Те же функции выполняют судмедэксперты, только наша задача — установить диагноз, их — исключить насильственную смерть. У них как раз все те ужасы, про которые вспоминают люди, когда слышат слово «морг».

Мало кто знает, что работа врача-патологоанатома — это не только про вскрытия, но еще и про постановку прижизненного диагноза. Без нас не получится поставить верный диагноз при онкологии, именно мы диагностируем материалы после биопсии. Да, мы не делаем назначений, но от нашей работы зависит, насколько верно будет выбран курс лечения пациента, поэтому врачи наших исследований очень ждут.

Конечно, без посмертной диагностики никуда. Это как работа с историей и анализ материала в попытке разобраться, насколько верно был поставлен диагноз, так и вскрытия. Мы работаем с телами пациентов, умерших в стационаре при наличии у них истории болезни. Есть случаи, когда родственники могут отказаться от этой процедуры — например, когда пожилой человек достаточно долго болел до смерти. Но в большинстве ситуаций вскрытие проводится обязательно в течение трех суток. Каждое мое действие в данном случае строго регламентировано, соответствует стандартной схеме.

В каждой больнице есть частые заболевания, а есть те, которые морфолог может увидеть один-два раза в жизни. Если я в чем-то сомневаюсь, то всегда могут обратиться как к книгам и атласам, так и к коллегам. Особенно при подозрении на опухоль. У нас есть негласное правило: опухоли в одни глаза не ставятся. Мы должны быть точными и непредвзятыми.

О бьюти-блогинге

Мне всегда нравилось быть женщиной, делать макияж, следить за собой — все эти чисто женские «штучки» привлекали меня с детства. Мне всегда хочется нравиться себе и быть примером женственности для своих детей.

Блогинг пришел в мою жизнь, когда я была в декрете. Чтобы не зациклиться на подгузниках, стала читать бьюти-блоги, которые в основном тогда были на общих платформах типа ЖЖ или «Косметисты». Читала про техники макияжа, училась, выкладывала на форумы фотографии. Там царила очень добрая атмосфера, может потому, что интернет был способом общения по интересам, никто не гнался за статистикой. Потом народ разошелся по разным платформам, многие ушли в Инстаграм и на собственные сайты. Я тогда отчетливо поняла, что если дальше развивать эту тему профессионально, то нужно выходить на качественно другой уровень контента. А поскольку маленький ребенок, детский сад и работа такое развитие не предполагали, все сместилось в сторону Инстаграма и маникюра.


Муж не просто поддерживает это увлечение,  он даже помнит многие экземпляры в моей коллекции. Шутит, что ему нравится запах жидкости для снятия лака


Сейчас в моей лакоколлекции более тысячи экземпляров. Точное количество сказать не берусь. И если изначально мне было просто интересно красить ногти, разбираться в видах лаков, постепенно это перешло в азарт, страсть и общение с единомышленниками. Это своего рода творчество: например, я постоянно участвую в тематических флешмобах, а это требует проявления фантазии, питает энергией. Отдельное удовольствие находить какие-то редкие лаки, делиться находками с теми, кто разделяет это увлечение и понимает, почему ты купил условный лак Chanel за 5 тысяч рублей и очень этому рад. Палеток теней у меня 20-30.

Тут, наверное, надо сказать, что мне очень повезло с мужем и его отношением к этой моей слабости. Он не просто поддерживает это увлечение, но и всегда замечает, что сегодня у меня другой маникюр. У него есть свои предпочтения, он даже помнит многие экземпляры в моей коллекции. Действительно интересуется, как и что я делаю, даже шутит, что ему нравится запах жидкости для снятия лака. Ну и он несет на себе основной груз ответственности за обеспечение семьи, поэтому у меня есть время на такое увлечение.

Я неисправимый оптимист. Ты не можешь точно сказать, когда закончится жизнь. Но то, чем заполнить промежуток между рождением и смертью, решаешь сам. Я не трачу время на вопросы, на которые не могу повлиять. Например, на политику. Для меня это как погода — если идет дождь, ты не пытаешься это изменить, а просто берешь зонтик. Надо получать удовольствие от жизни, и маникюр для меня — один из способов это сделать.