Views Comments Comments Previous Next Clock Clock Location Location
Три истории харассмента на работе

Три истории харассмента на работе

Три истории харассмента на работе

Три истории харассмента на работе

«Он закрыл за собой дверь, зажал меня между ним и раковиной и начал дрочить»: Женщины о том, как к ним приставали телеведущий, врач и бар...

«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки»

«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки»

The Village рассказывает о неудачном походе к офтальмологу, который может случиться с каждым

Николай Полисский — о том, зачем строить масленичную скульптуру высотой в десятиэтажный дом

Николай Полисский — о том, зачем строить масленичную скульптуру высотой в десятиэтажный дом

В Никола-Ленивце будет гореть 30-метровый готический объект

«Я никогда никого не любил»

«Я никогда никого не любил»

«Я никогда никого не любил»

«Я никогда никого не любил»

История мужчины, который не смог

«Я не пользуюсь смартфоном»

«Я не пользуюсь смартфоном»

«Я не пользуюсь смартфоном»

«Я не пользуюсь смартфоном»

Диджитал-диссидентство как путь к личной свободе

Гик с ДЦП — о сексе, наркотиках и выступлении в ООН

Гик с ДЦП — о сексе, наркотиках и выступлении в ООН

Гик с ДЦП — о сексе, наркотиках и выступлении в ООН

Гик с ДЦП — о сексе, наркотиках и выступлении в ООН

19-летний инвалид первой группы разрушает стереотипы

Румянец национализма: «Я сфотографировалась в платке и стала символом славянской чистоты»

Румянец национализма: «Я сфотографировалась в платке и стала символом славянской чистоты»

История москвички, обнаружившей свое фото в неожиданном контексте

Гром в раю: Как я пережил ракетную тревогу на Гавайях

Гром в раю: Как я пережил ракетную тревогу на Гавайях

Москвич оказался на острове Мауи во время ошибочного оповещения о баллистической атаке

«Я кормлю бездомных на московских вокзалах»

«Я кормлю бездомных на московских вокзалах»

Московские активистки рассказали о нежелании идти в большие благотворительные фонды и о том, почему бездомные удобны государству

«Спортсмены выглядят лучше, чем сыроеды»

«Спортсмены выглядят лучше, чем сыроеды»

Бывшие сыроеды — о том, почему они вернулись к обычному питанию

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Истории людей, отмечающих праздник в необычных условиях

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

Преподавательница и художница Дарья Апахончич о том, почему одежда — «это досадное недоразумение нашей экологической ветви»

«Я живу с деструкцией стекловидного тела»

«Я живу с деструкцией стекловидного тела»

Каково видеть мушки всегда и почему мои глаза стареют быстрее, чем я сам

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

Куратор проекта «Порт Севкабель» Алексей Онацко — о настоящем и будущем частных лодок в городе

«Мой босс потребовал от меня скрывать, что я гей»

«Мой босс потребовал от меня скрывать, что я гей»

История Романа Гауза, столкнувшегося с неприкрытой гомофобией в трех рекламных агентствах подряд

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

Москвич, переехавший в Арктику, рассказал, почему здесь нельзя пить больше двух литров алкоголя за раз и запрещено гулять без оружия

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Экстремальный вокалист из уральского поселка — о туре по США, миллионах просмотров на YouTube и искусстве гроулинга

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

Квир и ЛГБТ-активист — о поисках себя в религии, сектантстве и протесте

Как я наблюдал за референдумом в Каталонии

Как я наблюдал за референдумом в Каталонии

«Это было массовое выражение гласности, нам о таком уровне только мечтать»

«Я провела бактериальный анализ московских икон»

«Я провела бактериальный анализ московских икон»

Студентка «Британки» — о диалоге науки и искусства в России и патогенных микроорганизмах, живущих в церквях

Как редактор The Village стала депутатом

Как редактор The Village стала депутатом

«Видя мужчину в трусах, надо продолжать без стеснения рассказывать, как работает Совет депутатов»

«Как я лечила булимию в клинике неврозов»

«Как я лечила булимию в клинике неврозов»

«Как я лечила булимию в клинике неврозов»

«Как я лечила булимию в клинике неврозов»

И не вылечила

История обманутой дольщицы, которая три года боролась за свой дом

История обманутой дольщицы, которая три года боролась за свой дом

Алла Андреева, лидер обманутых дольщиков в Петербурге — о том, как однокомнатная квартира в новостройке изменила ее судьбу

Я отремонтировал парадную исторического дома в Петербурге

Я отремонтировал парадную исторического дома в Петербурге

Я отремонтировал парадную исторического дома в Петербурге

Я отремонтировал парадную исторического дома в Петербурге

История петербуржца, который выкупил коммунальную квартиру на Лиговском проспекте, а потом отремонтировал и ее, и парадную

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии

Балетмейстер, бежавший от режима Саакашвили, рассказывает о жизни политического беженца в Екатеринбурге

«Я живу без отходов»

«Я живу без отходов»

«Я живу без отходов»

«Я живу без отходов»

Сушеные очистки, экосумка и компост — активистка Гринписа о том, как производить минимум мусора

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»

История 22-летней Татьяны Дваждовой, принципиально не согласной на гендерное разделение в спорте

«Я хожу по Москве босиком»

«Я хожу по Москве босиком»

«Я хожу по Москве босиком»

«Я хожу по Москве босиком»

Представительница московских барефутеров — о неудобной обуви, фут-фетишистах и городских дорогах

Как пострадавший при теракте в метро пытается добиться от города компенсации

Как пострадавший при теракте в метро пытается добиться от города компенсации

«Извините, Михаил, вам ничего не выплатят»: петербургский студент и его невеста — о бюрократическом аде

«Я живу с „женским обрезанием“»

«Я живу с „женским обрезанием“»

«Я живу с „женским обрезанием“»

«Я живу с „женским обрезанием“»

Монолог женщины с Урала, пережившей калечащую операцию в младенчестве

Рубрики