С 5 марта в прокате «Прощание со Сталиным» — документальный фильм Сергея Лозницы, смонтированный из многочасовой храники похорон Сталина. Алиса Таёжная — о фильме. 

«Прощание со Сталиным»

Режиссер
Сергей Лозница

5 марта 1953 года умер Сталин — героизированный при жизни вождь СССР, наводящий ужас диктатор, победитель Второй мировой войны и инициатор самых жестоких и масштабных репрессий за всю историю нашей страны. Во время культа Сталина его политика вслух не обсуждалась, поэтому трагические многодневные похороны сопровождались долгими траурными церемониями по всей стране: чтением стихов-некрологов, подношением цветов и огромными толпами на улицах — печально известная давка случилась в первые мартовские дни. Съемки государственных похорон были заказаны официально: и цветная, и черно-белая хроника обеспечила огромный архив из разных городов и от разных операторов — скорбь советских людей, «детей Сталина», снимали с объяснимой скрупулезностью, а потом положили на полку — официальное отношение к вождю изменилось слишком быстро.

Мастерство Сергея Лозницы — переработать огромные архивы, смонтировать в два часа с лишним необъятное всесоюзное событие и ничем, кроме монтажа, не направлять зрительское внимание. Здесь по всем традициям доков Лозницы нет закадрового голоса и говорящих голов, практически никакой дополнительной информации, кроме подписей городов и титров о числе жертв репрессий, ХХ съезде КПСС и выносе тела Сталина из Мавзолея в 1961 году. Случай, когда все на экране говорит само за себя и в разжевывании не нуждается, — особенно поражает количество цветных кадров (примерно 80–90 % фильма), странным образом оживляющих реальное событие до крупномасштабной театральной постановки: Сталина и хронику того времени мы все же привыкли видеть в монохроме. Плюс сохранение оригинального звука: мы слышим шаги, шелест венков, плач, шепот, радиотрансляции, оркестры, публичные некрологи неотрывно от происходящего на экране.

Лозница пристально вглядывается в логику и иерархию всенародной церемонии прощания. Есть здесь и кремлевские жены в каракулевых шубах, и презирающие друг друга первые лица государства (это угадывается в их мимике и позах, а высмеивается в запрещенном в России гротеске «Смерть Сталина»), и шествия для избранных с самыми дорогими венками, и огромное количество военных. Есть и планы сибирских городов и столиц СССР, где упакованные в ватники и платки молодые рабочие внимательно слушают признания в любви тирану. Есть и совсем комичные (если это слово вообще уместно в подобном контексте) кадры подношения домашних тропических растений (фикусов и драцен) к бюстам Сталина по всему Союзу, подробное перечисление в радиотрансляции цветов, которым украшен его гроб, и джунгли пальм, украшающие возвышение в Колонном зале Дома Союзов.

Акварелисты рисуют посмертные портреты Сталина в гробу, скульптор лепит посмертную маску, ничего не понимающие маленькие дети — единственные в кадре, кто ведет себя естественно. Чиновники, обычные горожане, деревенский народ напуган или в замешательстве, многие смотрят в камеру затравленными глазами, а мужчины с военной выправкой как будто бы проглотили кочергу. На фильм работают и обильно читаемые открыточные стихи часто безумного содержания, где твердятся из строфы в строфу выдающиеся личные качества вождя и его великодушные подвиги. Одна из финальных сцен вообще проигрывает песню «Спи моя радость, птенчик пригожий, спи мой ворубушек» — и звучит это по-настоящему дико. Док Лозницы о добровольном всесоюзном спектакле, который режиссировался сверху и подхватывался снизу, напрямую говорит со зрителями о том, как ограничена свобода выбора, когда марширует большинство, но спустя несколько лет траур десятков миллионов человек и лицемерная идеология все равно воспринимаются как масштабная инсценировка.


Смотреть? Да


обложка: «Престиж Кино»
Текст: Алиса Таёжная