В прокат вышла «Призрачная нить» — новый фильм американского современного классика Пола Томаса Андерсона с Дэниэлом Дэй-Льюисом в главной роли (актер во время съемок объявил, что это последняя роль в его карьере). История отношений известного кутюрье середины прошлого века и его новой модели вдохновлена биографиями Чарльза Джеймса и Кристобаля Баленсиаги. Фильм во многом посвящен перфекционизму — черте, невероятно важной и для самого Пола Томаса Андерсона.

Алиса Таёжная рассмотрела творчество американского режиссера и выделила главные темы его, с первого взгляда, не похожих друг на друга фильмов.

Текст: Алиса Таёжная

Власть и подчинение

«Призрачная нить» — яркий пример того, как Пол Томас Андерсон работает с темой авторитета, власти и доминирования в рамках сюжета как будто бы немного про другое. Главный герой его нового фильма — одержимый совершенством приверженец жесткой дисциплины — проверяет свой творческий метод на новой, с виду хрупкой, покорной и внушаемой модели, которая становится его главной манекенщицей. «Призрачная нить» — фильм, безусловно, о требованиях ремесла и преданности делу, которая превращает людей в тиранов и фанатиков, но в первую очередь это кино о борьбе за власть и влияние в отдельно взятой паре. Признанный гений и человек, чей социальный капитал явно поменьше, соревнуются как в рамках отношений модельера и манекенщицы, так и в рамках романтических отношений.

Тему власти режиссер осваивает со своего первого фильма «Роковая восьмерка» (1996), в последний момент отправленного на участие в конкурсе «Особый взгляд» Каннского фестиваля. В выпущенных годом позже «Ночах в стиле буги» (1997) — одном из самых интересных фильмов о рынке сексуальных услуг и «золотом веке» американской вседозволенности — Пол Томас Андерсон исследует, насколько человек свободен принимать решения в порноиндустрии. Так, режиссер обнажает индустрию, где порноактеры оказываются пешками в игре, где задействованы по-настоящему большие деньги: по природе иерархии, самые жирные куски проплывают мимо ртов тех, чьи тела продают потребителям. «Магнолия» (1999), которую Пол Томас Андерсон долгое время называл лучшим фильмом, который он когда-либо сделает, целиком построена на распределении власти внутри семьи — между родителями и детьми, давними знакомыми, обманутыми мужьями и корыстолюбивыми женами.

В «Нефти» (2007) режиссер сталкивает два воинствующих фанатизма — логику одиночного предпринимательства и церковную пропаганду, питающуюся массовым страхом и необразованностью. Добытчик природных ресурсов и проповедник в дуэте Дэниэла Дэй-Льюиса и Пола Дано — две равновеликие и властолюбивые фигуры, рассуждающие об общих благах, но предельно дистанцированные от переживаний и боли других людей. И именно тема иерархического доминирования выходит на первый план в одном из самых признанных фильмов Пола Томаса Андерсона, «Мастере» (2012) — якобы вольном байопике основателя секты сайентологии Рона Хаббарда. Классический сюжет об ученике и учителе, разочарованности в дисциплине, сектантском мышлении и сакральной неприкосновенности вождя разыгран Хоакином Фениксом и Филипом Сеймуром Хоффманом. Первый играет растерянного, потерявшего почву под ногами мужчину после войны, второй — владыку закрытых сообществ и престижных салонов, за которым стоит и реализует свои амбиции жена в роли серого кардинала.

Отчуждение

Многолетнее затворничество и уверенное одиночество, неумение сближаться с людьми к взаимному удовольствию — в корне большинства сюжетов Андерсона. Так, «Призрачная нить» исследует грань, когда близкий человек перестает быть бронзовым памятником самому себе и превращается в пластилин в руках партнера — демонстрирует и признает его силу, поддается, какой бы бескомпромиссный образ ни строил с остальными. Многофигурная композиция «Магнолии» тоже базируется на отчуждении: будет ли это мотивационный тренер, давным-давно не общавшийся с умирающим отцом, трофейная жена или чемпион детской викторины, у которого вся удача закончилась на рубеже переходного возраста. «Магнолия», построенная вокруг нескольких пересекающихся судеб Долины Сан-Фернандо, — драма о несчастливых в личной жизни людях, пичкающих себя лекарствами, алкоголем, наркотиками или бесплодными мечтами, чтобы хоть немного приблизиться к приемлемому образу себя.

Пол Томас Андерсон продолжает работать с отчуждением, изучая страхи и опасности уже взрослых людей в начале романтических отношений: его «Любовь, сбивающая с ног» (2002) построена на конфликте замученного сестрами главного героя, который впервые решил справиться с одиночеством и построить отношения с понравившейся девушкой. Его привычка ждать от людей худшего, продиктованная токсичными семейными сценариями, мешает ему быть собой, откровенничать с понравившейся девушкой и безболезненно признать собственные ошибки, не боясь отвержения. Отчужденного и травмированного героя сыграл Адам Сэндлер на пике комедийной популярности — в тот момент он был одним из самых важных голосов в мейнстриме практически без глубоких многомерных ролей.

На отчуждении и нахождении в плену собственных страхов после войны строится запрос главного героя «Мастера» — ветерана боевых действий, лишенного опоры и влиятельной отцовской фигуры. Именно его невозможность активно жить и чувствовать становится причиной для сильной привязанности к фигуре мастера, культу и внутренним технологиям общения и продвижения.

И конечно, отчуждение — центральная тема прошлого игрового фильма Пола Томаса Андерсона «Врожденный порок» (2014) по одноименному роману Томаса Пинчона о начале 70-х и заговоре, который главный герой раскрывает в наркотическом полубреду. Местные воротилы черного рынка, санаторий для просветления, наркокартель, девочки на побегушках, продажные копы — изнанка Лос-Анджелеса, как из «Большого Лебовски», только двадцатью годами ранее, где количество странных попутчиков и загадочных совпадений нельзя предсказать трезвым умом.

Американский эпос

Эпический размах был свойственен работам Андерсона уже со второго фильма, который он снял по собственному короткому метру. Возможно, на такой подход к съемкам повлияло образование: какое-то время в колледже Андерсон учился у Дэвида Фостера Уоллеса — классика современной американской литературы, перевернувшего понятие литературного нарратива своей колоссальной книгой «Бесконечная шутка». Независимо от количества персонажей, в большинстве случаев Пол Томас Андерсон ставит на героев масштабные обстоятельства, что называется bigger than life — или богатую среду, которую переводит на экран сильными штрихами.

«Призрачная нить» — личный и негромкий фильм об интимном. Тем не менее он пользуется возможностью прокомментировать статус героев и время, в которое герои переживают любовную драму, и констатировать кризис самооценки. Личный трудоголизм главного героя снабжен деталями о показах мод, внутренней кухне ремесла, его клиентуре, экономической политике и враждебной внешней среде ханжества и предрассудков: привилегированные дамы обсуждают дикарку из Восточной Европы, богачки капризничают, старшая сестра главного героя непрозрачно намекает, кто здесь власть. Из этих мазков становится понятно мироощущение людей после Второй Мировой войны — большой боли обретенного порядка, который необходимо сохранить любой ценой, даже через классизм и ксенофобию. Формально не являясь фильмом об «Америке», «Призрачная нить» дополняет послевоенную Америку «Мастера» тусклыми красками местной иерархии и консерватизма.

«Нефть» возводится к другому базовому американскому конфликту — спору капитала и религии. Капитала, как мы хорошо знаем из фильмов Скорсезе (одного из любимых режиссеров Андерсона), нажитых криминальными поступками и неблагородным трудом в «серой зоне» законодательства. И религии, которая то отступает от большинства, то снова предъявляет права на жизни и тела потенциальной паствы, что хорошо ощущается во время правого поворота в последнее десятилетие. Небольшой конфликт двоих местечковых агентов влияния — нефтедобытчика и пастора — метафора продолжающейся с основания Штатов борьбы за авторитет и доверие.

«Ночи в стиле буги» — тоже больше, чем просто фильм о состоянии порноиндустрии 70-х: это высказывание о том, как под эгидой сексуального освобождения участники индустрии включаются в игры шоу-бизнеса, отказываясь от самостоятельности, чтобы встроиться в местную иерархию. А «Врожденный порок» — сатира о всегда накуренном детективе, который разоблачает одну из многих американских схем «рука руку моет» — с одной стороны, кино о конспирологии того времени. С другой — о непредсказуемой и неявной связи абсурдных, комичных, не до конца поддающихся анализу проявлений реальности. Будь то «Тайная вечеря» за столом с пиццей, пансион уставших миллионеров или карикатурная наркосеть «Золотой клык».

Музыка и музыканты

Пол Томас — режиссер, уделяющий особое внимание музыкальному ряду в своих фильмах и музыкальной культуре в целом. Для нескольких своих лент, в том числе для последней, он привлекает давнего коллегу Джонни Гринвуда, который на данный момент сделал для Пола Томаса Андерсона уже четыре саундтрека. С ним же вместе он снял документальный тревелог «Джунун» (2015) — о путешествии Гринвуда в Индию и встречу с местными традиционными музыкантами. Параллельно с фильмами режиссер снимал и продолжает снимать клипы для друзей и любимых артистов. Он делал клип для певицы Фионы Эппл  (своей девушки), Джоанны Ньюсом, друзей из Radiohead и, например, сестер HAIM. Андерсон активно использует музыкальный ряд для структурирования образа эпохи: так, саундтреки к «Ночам в стиле буги» (диско, соул и фанк) и «Врожденному пороку» (соул, рок, фанк и фолк) всегда смешивают очевидные суперхиты с меломанской музыкой и найденными редкостями, передающими дух десятилетия.

Обман и манипуляции

Большинство героев Пола Томаса Андерсона не действуют напрямую и редко заявляют о своих притязаниях искренне, что объяснимо, учитывая их стремление к власти. Так, гиперопекающие сестры главного героя в «Любви, сбивающей с ног» маскируют тиранию заботой и навязывают своему брату ложные представления о его несостоятельности, неудачливости, слабости и проигрыше в любых обстоятельствах. В «Ночах в стиле буги» молодой герой Марка Уолберга — местная «глубокая глотка» в мире мужчин — быстро пьянеет при виде больших денег. Иллюзия свободы, даже в распоряжении своим телом, остается заблуждением — ведь мир на самом деле не крутится вокруг артистов, которым продюсеры пообещали все. Обман и манипуляция внутри семьи становятся причиной глубокого излома почти всех героев «Магнолии»: каждый из них становился объектом чужого влияния и игры, в которую был втянут не по своей воле. Теория заговора, которую герой «Врожденного порока» детектив Док собирает в наркотическом бреду, оживает в безумных декорациях, разоблачая, с одной стороны, конспирологические настроения того времени, с другой — непредсказуемую Америку безумцев по Пинчону, которую не всегда можно предсказать и проанализировать.

Манипуляции в «Призрачной нити» и «Мастере», пожалуй, показаны в самом детальном приближении. В своем последнем фильме Пол Томас Андерсон нарушает сценарий о влиятельном мужчине и подчиненной ему женщине — получается перевертыш, который работает на эффект неожиданности и добавляет знакомой истории о борьбе за влияние новую сторону: как пошутили критики в одном интервью, «Галатея кусается в ответ». «Мастер» же вообще построен на победе отцовской фигуры и обретении зрелости, когда главный герой перестает искать ультимативного спасения от одиночества, переосмысливает понятие общности и авторитета, и на интуитивном уровне разоблачает устройство секты.

Миф и история

В реконструкции исторических событий (а большинство фильмов Пола Томаса Андерсона связаны не с текущим моментом) он активно исследует мифологию времени и реальные факты, пытаясь найти баланс между домыслами, штампами и настоящими историями. Пространство «Призрачной нити» — это послевоенная Европа, мир, где правят мужчины с невидимой невооруженным глазом поддержкой очень закаленных женщин (и, конечно, немного деталей рабочего процесса кутюрье того времени).

«Мастер» работает с мифом послевоенного времени, когда на просторах страны-победителя начинают возникать закрытые общества и движения, спекулирующие на людях, лишившихся веры и поддержки близких. «Врожденный порок» вспоминает символический ряд десятилетия беспечных ездоков и поворачивает сюжет в постмодернистский карнавал, где любимая подружка, странствующий музыкант и таверна в пустыне — не то, чем кажутся. «Нефть» разоблачает героизацию основателей Америки, которые нарисованы в учебниках справедливыми людьми непримиримой позиции: оба героя, в первую очередь, тестируют собственное всемогущество и пытаются вписать себя в историю, потому что отлично знают, что она принадлежит победителям. А «Ночь в стиле буги» работает с мифом о сексуальной революции, которая обернулась большой волной сексуального насилия, объективации и финансовых скандалов в разросшемся как на дрожжах порно- и шоу-бизнесе.

Актеры на пике формы

Будучи единственным современным американским режиссером, имеющим награды трех главных фестивалей (Канны, Берлин и Венеция), Пол Томас Андерсон — еще и один из немногих режиссеров, чьи исполнители главных ролей гарантировано получают номинации на самые престижные награды. Андерсон открыл широкому зрителю Джулианну Мур, Пола Дано и Филиппа Сеймура Хоффмана в драматическом амплуа. Перепридумал Адама Сэндлера и Марка Уолберга. Дэниэл Дэй-Льюис сыграл у режиссера две едва ли не лучшие роли в своей карьере. Док во «Врожденном пороке» и Фредди в «Мастере» — очевидные пики в карьере Хоакина Феникса. А «Ночи в стиле буги» и «Магнолия» и сейчас выделяются среди фильмов, в сюжете которых сплетается клубок из самых разных геройских судеб. Интуиция не подводит Пола Томаса Андерсона и на десятом фильме: главное украшение «Призрачной нити» — не всем известный Дэниэл Дэй-Льюис, а потрясающе сдержанная и совершенно всемогущая в своей технике актриса из Люксембурга Вики Крипс, для которой амплуа Альмы Элсон — не первая, но та самая долгожданная роль, о которой мечтает каждая молодая актриса.

Американские классики

Вместо того чтобы исправно ходить на занятия в киношколу, Пол Томас Андерсон проводил время в кинотеатрах — он один из режиссеров, которые уделяют много времени практике: активно смотрят чужие фильмы и воспитывают себя на классике мирового кино. В списке любимых фильмов режиссера, у которого нет предрассудков делить кино на «высокое» и «низкое», — очень много европейских и американских фильмов разного времени: от нуаров 40-х и фильмов с Джинджер и Фредом до «Почти знаменит», «Танцующей в темноте» и Апичатпонга Вирасетакула.

Влияния и кумиры (вроде Роберта Алтмана) хорошо считываются в многофигурных фильмах Пола Томаса Андерсона — в первую очередь в «Ночах в стиле буги» и «Магнолии». «Внутренний порок» действительно напоминает еще более абсурдного «Большого Лебовски» и «Доктора Стрейнджлав». Сняв «Призрачную нить», Андерсон признался, что вдохновлялся «Ребеккой» Хичкока и «С широко закрытыми глазами» Кубрика. Влияние Скорсезе отчетливо чувствуется на «Мастере» и «Нефти», а «Роковая восьмерка» сделана по всем жанрам классического американского детектива. В других интервью насмотренный Андерсон признается в любви Акире Куросаве, Джонатану Демме и Дэвиду Мэмету. Вкусы Пола Томаса Андерсона — понятная, простая и универсальная система, по которой можно познакомиться с лучшими фильмами, сделанными в Америке (и не только) за последние 100 лет.


Фотографии: UPI