Бренд-дизайнер Ирина Батькова в марте этого года открыла компанию Sirinbird, чтобы выпускать шёлковые платки с узорами по мотивам произведений российского искусства. Вложения окупились через несколько дней после запуска, 

 

ей сразу начали поступать предложения от инвесторов, но единственная подходящая московская компания, которая занимается широкоформатной цифровой печатью, закрылась, и предпринимательница уже два месяца ищет нового подрядчика.  

СФЕРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

 

БЮДЖЕТ НА ЗАПУСК

Производство платков

 

150 000 рублей

ДАТА СТАРТА

 

САЙТ

Март 2013 года

 

sirinbird.ru

 

Ирина Батькова

Основательница Sirinbird

 

 

Как всё начиналось

Я окончила Самарское художественное училище по специальности художник-живописец. Проработав несколько лет в крупных компаниях Самары и Москвы с международными брендами, я увлеклась бренд-дизайном и ушла на фриланс. Теперь я специализируюсь на разработке айдентики: фирменных стилей, буклетов, флаеров, приглашений. 

Идея создания бренда пришла мне в декабре 2012 года. Я всегда любила платки, часто покупала их во время зарубежных путешествий и обратила внимание, что во многих странах легко найти платки с национальной символикой, а в России на ум приходят разве что павлопосадские. Я поняла, что можно было бы творчески переосмыслить русскую художественную традицию, осовременить и расширить её. Так я решила создать свой бренд шёлковых платков и приступила к работе в январе.

На создание каждого рисунка уходит неделя кропотливого труда. Я отрисовываю всё от руки, потом сканирую и обрабатываю в компьютере. Источниками вдохновения для меня послужили традиционные росписи, фольклорные мотивы, образы, созданные Кандинским, и даже личность Гагарина. Мне хотелось запуститься к 8 марта. Я создала четыре принта, отправила их на печать, а потом за неделю до запуска придумала название Sirinbird (Сирин — райская птица из древнерусских легенд) и разработала айдентику бренда.

 

Начало продаж

60 готовых платков, упаковку, ярлычки и визитки я получила уже в начале марта. Сделала фотосессию, оформила группу в Facebook (я не пользуюсь другими социальными сетями) и 4 марта запустила продажи. Я просто позвала друзей в группу, а они порекомендовали страничку своим друзьям. Уже к 11 марта вся партия была раскуплена. Один платок стоил 6 000 рублей. Я сама доставляла заказы, однажды за день я развезла 10 платков. Месяцы напряжённого труда лишили меня сна, но я была в эйфории от успеха.

Вопреки моим ожиданиям, заказы совершали только женщины. Мужчины не смогли оценить привлекательность такого подарка к 8 марта — заказы от них стали поступать позже. При этом спрос на отдельные модели оказался не таким, который я прогнозировала на основе отзывов знакомых. Мои друзья выбрали эскиз платка «Гагарин», потом шёл «Славянский» — оба в насыщенной цветовой гамме. С учётом этих предпочтений я и напечатала первую партию в определённых пропорциях. В итоге мне пришлось эти пропорции пересмотреть, потому что лучше всех стал продаваться «Кандинский» с мелким абстрактным рисунком, который оказалось легче оценить на готовом изделии, а когда весной совсем потеплело, пошёл легкий бирюзовый «Змей Горыныч».

После продажи первой партии я заказывала печать ещё два раза, и каждый раз у меня скупали почти всё. Оборот в первый месяц составил 240 000 рублей, при том, что на сам запуск ушло 150 000 рублей. Во второй месяц объём продаж был уже 330 000 рублей, причём мне уже не нужно было вкладываться в фотосессию и печать фирменных материалов, которые уже были, а только в производство. Но я не сильно анализировала свои денежные потоки, потому что у меня не было в этом опыта — я просто получала удовольствие от проекта как дизайнер.

 

 

 

 

 

Больше всего сложностей оказалось с печатью платков. Выяснилось, что широкоформатная цифровая печать
по натуральному шёлку в России только зарождается

 

 

 

Печатное производство

Больше всего сложностей оказалось с печатью платков. Выяснилось, что широкоформатная цифровая печать по натуральному шёлку в России только зарождается. В интернете я нашла всего три компании, которые предлагали эту услугу в Москве. Я обошла их все и в каждой запросила образцы печати. В одной мне не понравилась безучастность менеджеров, другая не имела офиса в пределах города, в итоге я остановилась на третьей и попросила связать меня с технологом.

Уметь договориться с технологом — это отдельный ценный навык. Они без удовольствия идут на контакт с клиентом, потому что разговор зачастую происходит на разных языках: клиенты требуют абстрактных вещей и редко владеют даже необходимой производственной терминологией. Мне помог мой дизайнерский опыт. Обычно типографии предъявляют усреднённые требования к макетам, но подготовка файла действительно влияет на качество готового изделия. Я выпытала у технолога, нужен ли треппинг (приём маскировки дефектов приладки. — Прим. H&F) и где, работают ли они с векторными изображениями, в CMYK или RGB лучше создавать макеты, составной должен быть чёрный или несоставной, сколько доливать в него цветов. Без брака, конечно, всё равно не обошлось — часть партии я просто раздала знакомым и родственникам.

К началу мая я уже подготовила новые эскизы для летних платков и разместила их в группе для предзаказа. И тут случилось неожиданное. После майских праздников мои печатники объявили, что закрываются. Я бросилась на новые поиски подрядчиков и обошла ещё раз все компании, но на этот раз везде сделала цветопробы. Результат меня совершенно не устроил. Где-то с моим заказом не справлялось оборудование, где-то — технологи, не обошлось и без проблем с менеджерами: в одной компании мне попытались продать несколько метров неудачных цветопроб на 30 000 рублей, я еле от них отбилась. 

 

 

 

Sirinbird: Как производитель платков с русскими узорами ищет подрядчиков за рубежом. Изображение № 1.

 

 

Поиск решений и планы

Ситуация почти абсурдна: я решила сделать бренд, посвящённый России и нашему богатому культурному наследию, но вынуждена искать производство за рубежом.

Сейчас я через посредника ищу подрядчика в Италии. Работать с иностранцами на расстоянии тяжело. Многие из них даже не имеют англоязычного сайта и переводчика в штате. Опять же, проблемы доставки, таможни. Кроме того, у меня всё-таки малотиражное производство: не каждая фабрика берётся за такие заказы. Я ищу уже около месяца, и до сих пор дело даже не дошло до печати цветопроб.

А тем временем уже появляются клоны, копирующие концепцию моего бренда. Они не могут повторить художественное воплощение идеи, но нагло копируют все придуманные мной образы, реализуя их топорно, без души и таланта. Я пыталась вызвать их на разговор, но они, конечно, не отвечают.

Как только я решу вопрос с печатью, я запущу в производство летнюю коллекцию вместе с осенней, которую уже готовлю. Из остатков платков я сделала несколько туник разных фасонов. Их уже хорошо встретили, и часть раскуплена. Ещё я планирую запустить полноценный интернет-магазин и сделать доставку в регионы.

Мне поступали предложения от инвестров, в основном по покупке производства и налаживанию каналов сбыта. Но во всех этих предложениях я теряла право решающего голоса, то есть фактически становилась арт-директором и партнёром. Были запросы и на покупку принтов от компаний, работающих с мировыми брендами, а также предложения создавать принты для них. Но мне нравится развивать Sirinbird так, как я хочу: я создаю нишевый бренд высокого класса с сильной концептуальной составляющей, где себестоимость складывается не из гигантских расходов на рекламу, а из качества печати, натуральных материалов, дизайна, идеи.

 

 

 

Текст:  Дарья Мутовкина

Фото: Алиса Донова