Год назад основатель SMM-агентства SKCG Сергей Кузнецов и психотерапевт Екатерина Кадиева вместе с детьми перебрались из Москвы в Париж. До этого они много ездили по разным странам в поисках наилучшего варианта для эмиграции. Чтобы знания и опыт не пропадали, они запустили проект «Чемодан. Вокзал. Куда?», в рамках которого помогают всем желающим определиться с выбором подходящей для переезда страны, основываясь на личных предпочтениях, финансовых возможностях и навыках человека. Стоимость услуги составляет 700 евро. 

 

О переезде в Париж

Сергей: Мы с женой пару лет в начале нулевых жили в Кремниевой долине, но потом вернулись в Москву, потому что тогда в Москве была очень динамичная жизнь и мне казалось, что там нас ждёт увлекательное будущее.  Так и получилось: через год мы запустили SKCG, которому сейчас уже десять лет, в нём работает человек пятьдесят. Но, несмотря на все свершения, мысль о том, что надо переехать в другую страну, нас не оставляла. В общем, мы хотели лучшей экологии, более приятного климата и какой-то более насыщенной визуальной среды — в этот момент окончательно стало ясно, что Москву разрушат, так что в городе, где прошло моё детство, мне всё равно не жить. Но при этом, конечно, речь не шла об эмиграции советского типа — навсегда, а скорее о возможности жить на два-три города. 

Мы потратили довольно много времени, выбирая, куда переехать, изучали разные варианты, ездили по разным странам, встречались с юристами и эмигрантами, хотя Франция с самого начала была в числе приоритетов. И в прошлом году перебрались в Париж. 

Екатерина: На самом деле у нас было всё готово для переезда уже несколько лет назад, но мы решили подождать, пока наша дочь окончит школу. В нашем случае это имело смысл: у неё была очень хорошая школа, кроме того, она сама твёрдо заявила, что не готова идти во французский лицей. Она говорила, что в университете будет девушкой из экзотической страны, а в старших классах — просто подростоком с плохим французским. 

После того как стало известно, что мы перебрались в Париж, нам стали писать друзья, знакомые  и знакомые знакомых с вопросами, как мы это сделали и почему мы выбрали именно Францию. В какой-то момент я обнаружила, что каждый день часа по четыре рассказываю, как происходит процесс выбора страны. В этот момент и пришло осознание, что мы владеем не только информацией по разным странам, но и ценной методологией принятия решения. Более того, стало ясно, что, используя нашу экспертизу, мы можем помочь людям не совершить каких-то ошибок. Поскольку это стало отнимать действительно много времени, то мы решили как-то упорядочить процесс. 

Мы спросили наших друзей, которым мы уже помогли, сколько бы они заплатили за наши советы, не будь мы друзьями. Все называли где-то тысячу евро. Мы решили остановиться на 700 евро, а потом посмотреть, что будет.

СЕРГЕЙ: Наша работа — это сузить бесконечное поле выбора, предложить не двадцать вариантов, а два-три, максимум — пять. Дальше, конечно, человек уже сам принимает окончательное решение — тем более что в большинстве случаев мы можем дать контакты людей, хорошо представляющих жизнь в той или иной стране: юристов, риелторов или просто добровольцев, которые вызываются помочь (мы, кстати, получили много писем от таких людей).

 

Как эмигранты из России зарабатывают на консультациях по переезду в другую страну. Изображение № 1.

О клиентах

Сергей: Приходящие к нам люди хотят переехать жить куда-то, где бы они чувствовали большую социальную защищённость, где был бы меньше уровень бытовой агрессии и выше насыщенность культурной среды. Это люди среднего класса или чуть выше. К нам не приходят очень богатые, они переезжают другими способами: для них работают их инвестиционные или юридические контакты. 

К счастью, к нам также не приходят люди со словами: «Я ничего не умею, не хочу ничему учиться, но хотел бы переехать в какую-нибудь хорошую страну». Часто наши клиенты — люди с небольшим семейным бизнесом без наёмных сотрудников: дизайнеры, архитекторы, художники. 

 

 О выборе подходящей страны

Екатерина: Предлагая людям вариант переезда в разные страны, мы стараемся учесть самые разные аспекты: наличие хороших школ, уровень медицины, экономические факторы. Например, в Италии есть очень хорошие школы, но туда просто нереально попасть. В каких-то странах есть система, которая по-английски называется Welcome Class. Там дети-иностранцы год изучают культуру и язык в специальном классе, а потом учатся в общем потоке. Во Франции такие классы есть, и наш сын его уже окончил и с сентября пойдёт в школу как обычный француз.

Также мы пытаемся дать оценку людям, насколько дорогой будет жизнь в стране. Скажем, Рига, Вена и Лондон — это три совсем разные истории.

 

Цель нашей консультации —
это не уговорить кого-то куда-то уехать, а рассказать о возможностях
и подводных камнях

 

На консультации мы стараемся выяснить личные предпочтения человека: кто-то не переносит жары, а кто-то — холода, кому-то не нравится платить высокие налоги. Никто, кстати, не рвётся в дорогие страны с высоким налогообложением, вроде скандинавских стран или Швейцарии.

Цель нашей консультации — это не уговорить кого-то куда-то уехать, а рассказать о возможностях и подводных камнях. Мы будем рады, если после нашей консультации человек решит остаться в Москве. Такого, правда, ни разу не было. Но для многих людей, в зависимости от личных оценок экономических и политических перспектив страны, это нормальный город. Особенно для молодых людей.

Сергей: При переезде важно учесть субъективные факторы, здесь не помогут никакие рейтинги уровня счастья. Я, например, не знаю ни немецкого, ни французского языка, но немецкий мне всю жизнь не нравился, поэтому, увы, в нашем случае из списка была вычеркнута Вена. Ещё у нас в Москве остались родители, и поэтому, хотя мы страшно любим Калифорнию, мы её даже не рассматривали: всё-таки поездка от двери до двери занимает минимум 24 часа. 

Как эмигранты из России зарабатывают на консультациях по переезду в другую страну. Изображение № 2.

О том, как зарабатывать в новой стране

СЕРГЕЙ: Сам по себе переезд в другую страну — это не вопрос денег. Он обходится максимум в 10 тысяч евро, бывают варианты и сильно дешевле. Вопрос в том, откуда ты будешь брать деньги, когда переедешь, сможешь ли ты вписаться в существующую среду, применить там свои навыки. Впрочем, часто к нам приходят люди, которые понимают, как они хотят зарабатывать, или владеют профессией, востребованной в той или иной стране. А иногда люди не видят возможностей своего профессионального роста. Катя много лет работала коучем, и тут её опыт часто оказывается очень полезен. 

Я должен сразу подчеркнуть, что мы не ищем человеку работу, а можем только рассказать о действиях, которые нужно предпринять. Хорошо написанное резюме и изучение рекрутинговых сайтов часто работает. И тут наша задача — объяснить, в каких странах имеет смысл пробовать, а куда лучше даже не соваться. Во Франции, например, такой подход не работает. 

Об ошибках

Екатерина: Мы уже сталкивались с ситуациями, когда люди завели вcё в юридический тупик. Один наш дальний знакомый связался с нами и рассказал, что год назад купил себе небольшой гостиничный бизнес во Франции, чтобы туда перебраться. Заплатил кучу денег, что-то здесь для этого продал и подал документы в консульство. Проходит месяцев девять, ответа никакого нет, хотя я знаю, что такие вопросы решаются за три месяца — полгода. Я его спрашиваю, кто писал ему мотивационное письмо, а он отвечает: «Я сам, я же хорошо знаю французский». 

К сожалению, мотивационное письмо — это специальный жанр, его лучше всё-таки писать адвокату. А теперь ещё непонятно, как быть с этим бизнесом: может, он за это время уже стал убыточным и теперь он даже не подойдёт, чтобы показать доход. Это как раз то, о чём мы говорим: когда вы определились со страной, лучше обратиться к специалистам. Мы можем помочь избежать самых базовых ошибок, но не подменяем собой ни рекрутеров, ни риелторов, ни иммиграционных адвокатов. 

Ну и очень много историй про людей, которые переехали в одну страну, а потом мучительно думают, что им нужно было в другую. Мы помогаем людям не тратить время на неподходящие им варианты. 

 

Я думаю, нет никакой специальной русской души. Любой человек, когда уезжает из своей страны, по ней тоскует. Это очередной миф

 

О новых друзьях

Сергей: Если вы хотите доброжелательного приёма, то только Новый Свет, только иммигрантские страны. Канада, Америка, Австралия. Вся Европа, разумеется, умеренно закрыта — не до такой степени, как Москва для таджиков, но всё-таки. Мы же любим Европу за то, что сохраняются локальные уклады. А они могут сохраняться, только если туда не впускать иностранцев. 

Но с кем общаться — есть всегда. Во всех больших городах много русских. В Париже, например, большая экспатская тусовка, так что можно общаться с такими же людьми, как ты, — приехавшими из самых разных стран.

Но вообще в оценке доброжелательности важную роль играет точка отсчёта. Так, приехавшие из США в Париж страдают, потому что им там мало улыбаются, а люди, приехавшие из Москвы, удивляются, как много им улыбаются в Париже. 

В любом случае, когда ты начинаешь жить на новом месте, тебя начинают неспешно узнавать соседи, твоим детям в ресторане отпускают пиццу в долг. 

 

О русской душе

Екатерина: Я думаю, нет никакой специальной русской души. Любой человек, когда уезжает из своей страны, по ней тоскует. Это очередной миф про русскую душу и уникальность. Я не понимаю, с чего русский народ должен быть каким-то другим, чем все остальные. Слава богу, русские такие же, как все, нормальные люди — две руки, две ноги. К тому же, пока не упал железный занавес, можно вернуться. 

 

Фотографии: Полина Кириленко