Universal позвонит: Почему удаление музыки во «ВКонтакте» пойдёт на пользу рынку. Изображение № 1.

 

 

Роман ФЕДОСЕЕВ

Заместитель главного редактора H&F

На днях произошло то, о чем обычно говорили как о несбыточной страшилке, — в главной российской соцсети стали массово удалять пиратскую музыку. Пользователи проводят ремейк акции «Дуров, верни стену!» в редакции «Дуров, верни музыку!» и смешно переименовывают западных исполнителей (например, Лану дель Рей — в «Ванну без дверей»). Но, кажется, бунт слаб и обречён: всем придётся жить в новой реальности, без крупнейшей в России (если не в мире) базы бесплатной музыки.

Каждый раз, когда речь заходит о пиратстве, в дело вступает фактор, который мешает объективно оценить ситуацию. Каких бы теоретических убеждений мы ни придерживались, почти все мы хотя бы раз (а чаще на регулярной основе) скачивали нелицензионный контент. Хотя бы когда были тинейджерами, которые особенно любят музыку, но у которых нет денег, чтобы в достаточном количестве её покупать. А если человек по факту присоединился к одной из сторон, то он уже ретроспективно ищет своим поступкам логическое обоснование — не важно, в красивых ли теориях о свободе информации с обязательным присутствием приставки «кибер-» или в простой житейской мудрости «если лежит, то надо брать».

Позиция «поток всё равно не остановить» и «они найдут другой способ» — это не довод «за», это банальное оправдание и подмена понятий. То же самое происходит в ситуации, когда мы говорим себе: «я пошёл на красный свет, потому что все пошли» или «я дал взятку, потому что система так работает». Между тем никакие отговорки не могут изменить того факта, что интеллектуальная собственность — это такая же собственность, как и любая другая. Если человек произвёл продукт и почему-то решил не отдавать его даром — это его право. Сам отказ от физического носителя информации не может вдруг превратить чёрное в белое, а плохое в хорошее.

 

 

Spotify и Pandora недоступны россиянам как раз потому, что здесь 
им не на что было надеяться

 

 

Мы сколько угодно можем твердить, что мейджоры — это неповоротливые архаичные паразиты, золотое время которых осталось в 80-х годах XX века, и это даже, видимо, является правдой. Есть прогрессивные музыканты, которые сами выкладывают музыку в сеть, потому что это важный канал рекламы, или распространяют свои альбомы по системе «плати_сколько_хочешь». А есть почему-то и другие, «неправильные» музыканты, которые передали права на свои песни злым корпорациям, гоняющимся за записями «ВКонтакте». Мы можем сколько угодно их высмеивать и порицать, но это было их решение. В конце концов, в знак протеста этих исполнителей можно просто не слушать, но уж точно не учить их, что индустрия умерла и теперь они должны зарабатывать только на концертах.

Да, новые условия действительно меняют коммерческую модель потребления музыки. Но в тех палестинах, которые у нас принято называть цивилизованными, это происходит на условиях компромисса, а не по радикальному сценарию «я беру, потому что я могу взять». Абонентская плата за некий большой массив музыки — это нормальный механизм в условиях увеличившегося предложения и соперничества с пиратами. К слову, вездесущие на Западе Spotify и Pandora недоступны россиянам как раз потому, что здесь им не на что было надеяться: с пиратами в режиме максимального благоприятствования конкурировать бессмысленно. И было бы сильным ходом, если бы они заявили о приходе на российский рынок именно сейчас. Главное, чтобы механизм оплаты был простой и удобный: нежелание возиться с платёжными инструментами является одним из самых важных ограничивающих факторов. 

Ястребы копирайта действительно ведут себя неповоротливо и вызывают раздражение. Одно дело — блокировать распространение фильма, который идёт в прокате (это, кажется, уже вызывает некое понимание), другое — закрывать на YouTube видео 30-летней давности. Поэтому думаю, что тенденция, которая будет нарастать в рамках здравого компромисса между интересами индустрии и свободного интернета — это снижение срока, после которого интеллектуальный продукт будет переходить в категорию общественного достояния. Новое — только в кинотеатрах или «по запросу» в интернете, недавнее — в виде большого массива за абонентскую плату, старое — бесплатно.

А пока получается странно. Почти все уже признают, насколько огромную часть в жизни людей занимает интернет и в целом поглощение информации. Но мало кто готов выделить в своём ежемесячном бюджете не такие уж и обременительные суммы на платные интернет-сервисы, какие мы тратим на еду, коммунальные услуги и одежду. Особенно если ты уже не подросток и достаточно зарабатываешь.