Фотографии

Станислав хегай

Чтобы посмотреть, как делают вино, мы отправляемся за 15 километров от Тбилиси, в село Мухрани. В 1885 году потомок князей Иван Багратиони начал развивать здесь виноделие. Багратиони был поклонником всего французского, поэтому назвал свою усадьбу шато, а винодельню оборудовал по-европейски.

После смерти Багратиони шато пришло в упадок, виноградник был уничтожен насекомыми-вредителями. В советское время шато превратилось в колхоз, и в 2003 году группа предпринимателей, которая решила возрождать виноделие в регионе, увидела только обломки стен старого здания. Чуть позже инвестором проекта стала международная компания Marussia Beverages.

Расположение: село Мухрани, Грузия

Дата открытия: 2007 год

Сотрудники: 15 человек на винодельне и 150 сезонных рабочих

Площадь виноградников: 100 га

Производство: 400 тысяч бутылок в год в 2015 году

На французский манер

Винодельня всегда была только частью шато. Центр этого места — большая белая усадьба, которая долгое время находилась в запустении. Сейчас усадьбу почти восстановили: для этого энтузиасты подняли архивы и привлекли реставраторов из Санкт-Петербурга. Здесь проводятся отраслевые форумы, корпоративные энотуры и свадьбы. Рядом большой парк, ресторан, винные погреба и конюшня. 

Почему-то считается, что в Грузии виноград давят ногами. Такой способ практиковался раньше, потому что был самым доступным и наиболее бережным. Сейчас это просто развлечение для туристов. В шато стоит современное немецкое и итальянское оборудование, и производство не выглядит простым. Мы немного волнуемся, удастся ли понять всю технологию процесса из-за трудностей перевода, но нас встречает девушка, которая прекрасно говорит по-русски. Ее зовут Мака Кожара, она работает здесь сомелье.

Первым делом мы идем на виноградники — до них всего пять минут ходьбы. На регион Картли, где находится шато, приходится всего 6–7 % виноградарства страны. Центр грузинского виноделия находится в другом регионе — Кахетии. «Это не значит, что почва здесь хуже, — рассказывает Мака. — Иван Багратиони был во Франции, там он изучал особенности виноделия в европейском стиле. Когда вернулся сюда, понял, что идеальный терруар для производства классических вин находится в этой местности». Более 5 тысяч лет в Грузии использовались квеври — большие глиняные сосуды, которые находились в земле. Там проходил процесс брожения, там же и хранилось вино. Этот способ производства не предполагал больших масштабов и экспорта. Багратиони он не подходил, тот хотел производить вина из местных сортов винограда — «тавквери», «шавкапито», «горули мцване» — и составить конкуренцию французским винам. Поэтому на своей винодельне он делал адаптированный продукт по европейским технологиям — такие вина получались легче и изящнее. В 1878 году, когда виноделу было 66 лет, местное вино взяло золотую медаль на выставке во Франции.

Про это успевает рассказать Мака, пока мы идем до виноградников. Перед нами и по бокам, насколько хватает глаз, идут ровные ряды — синие и белые гроздья прячутся в листьях и кажутся такими тяжелыми, что сейчас упадут. Это только полгектара, которые мы видим, а всего в шато 87 гектаров используемых кустов и еще 14–15 гектаров, которые выращиваются.

Виноградники

Виноград можно использовать для виноделия с четвертого года. После 30 лет получаются лучшие урожаи. «До 60 лет можно производить идеальные вина, а потом уже невыгодно. Виноградник может жить и 300 лет, но это будет одна лоза с одной виноградиной — уже не бизнес, а музей», — говорит экскурсовод.

На плантации растет 15 сортов винограда — среди них как распространенные винные сорта, так и местные, которые долго были забыты. Сейчас на них есть спрос — бывает так, что вино бутилируется, а на следующий день полностью распродается. «Это минусы маленького производства. Мы не хотим продавать все одному потребителю, а, наоборот, хотим понемногу распространяться на разные рынки». Сейчас вино поставляется в 15 стран — Россию, СНГ, страны Европы и Китай.

В ближайшие четыре года виноградники полностью переведут на органику, то есть откажутся от антибиотиков — препаратов, которые убивают бактерии. Этот процесс может сказаться на объемах производства в этом году. Если в 2015 году было произведено 400 тысяч бутылок, то в этом может быть немного меньше.

Мака разрешает оторвать несколько ягод — «каберне-совиньон» оказывается похож на черную смородину. Он растет здесь 14-й год, и скоро наступит время его сбора. Определить момент, когда виноград пора собирать, можно и на глаз, и с помощью химического анализа. В шато работает лаборатория, которая проверяет все: почву, листья, виноград, бутылки и сам конечный продукт. 

Виноградник — это 90 % успеха вина, считают в шато, поэтому виноград собирается вручную. В сезон здесь работает 150 человек — они приходят из соседних сел. «В начале сезона собирается целый форум местных жителей. Но чему-то особенному их учить не надо — они, конечно же, понимают, что такое виноград и вино. А вот самое сложное — уверить грузин в том, что иногда можно отрезать и хорошие ветки», — говорит Мака. Периодически виноградникам проводят «зеленые операции» — подрезают листья и убирают часть гроздей, чтобы оставшиеся приобрели нужную насыщенность и уровень сахара. В период сбора винограда здесь можно увидеть и студентов-практикантов. Во многих университетах Грузии есть факультеты виноделия и виноградарства.

Цепочка производства 

Технологический процесс производства вина насчитывает примерно 15 этапов, но многие из них скрыты от глаз. После того как виноград собран, он сразу поступает на отборник. Здесь он вручную перебирается — трое или четверо человек следят, чтобы сюда не попало ничего лишнего. Потом гроздья загружают в бункер, на этом этапе ягоды отделяют от гребней, которые уезжают обратно на виноградник и используются как натуральное удобрение. Полученная масса (мезга) поступает в пневматический пресс с мягкими подушечками внутри — там ягоды аккуратно раздавливаются. После пресса виноградный сок (сусло) по мягким трубам переходит в цистерны-винификаторы.

В 20-тонных цистернах проходит процесс брожения. Это основной процесс в винопроизводстве, во время которого сахар в виноградном сусле разлагается на углекислоту и алкоголь. Брожение может идти на диких дрожжах, которые есть в сусле, или на культурных, которые добавляют специально. Между производством разных сортов производится полная очистка оборудования, поэтому на сезон составляется четкое расписание. Сейчас в шато готовятся к главному празднику сбора винограда — Ртвели.

Красные вина после выдержки в цистернах переходят в дубовые бочки для развития вкуса. Белые вина выдерживаются в бочках меньше. Таким образом, красное вино попадает в бутылку примерно через три года после начала выдержки, а белое — вдвое быстрее. Бочки хранятся в марани — так по-грузински называется винный погреб. В шато особенно гордятся тем, что их марани находится на том же месте, что и в XIX веке. Он восстановлен и выложен старинными кирпичами. Дубовые бочки колотятся во Франции, в них при температуре около 16 градусов идет процесс выдержки. Мы насчитали в марани 225 бочек.

Когда мы просим сомелье простыми словами рассказать, как вино становится сухим или полусладким, она объясняет: «Дрожжевые бактерии, которые находятся на кожице винограда, поедают сахар, когда начинается брожение, а сахар преображается в алкоголь. Бактерия может „доесть“ все до конца — тогда получится сухое вино, а может остановиться по разным причинам: слишком высокое содержание сахара, низкая температура или добавочный алкоголь. Тогда остается сахар, и вино называется полусладким». На пробу нам дают сухое розовое тавквери малинового цвета и с запахом клубники. 

Чтобы вино получилось розовым, время контакта сока с кожицей должно быть минимальным. В кожице находятся антоцианы, которые отвечают за цвет. Красные вина остаются со жмыхом, или, как говорят здесь, «с мамой», практически весь процесс. Белые вина в Грузии тоже не совсем белые, потому что проводят со жмыхом некоторое время, — их называют янтарными. Виноград должен перенять из кожицы все ароматы, структуру и другие свойства.

После выдержки в бочках почти готовое вино отправляется обратно в цистерну для уравнивания вкуса. Дальше плотная однородная масса идет на бутилирование и отгрузку. Шато производит 15 видов вин. В пересчет на рубли оно стоит недорого — от 500 до 2 тысяч рублей. Тем не менее вина из шато относятся в Грузии к категории премиум.

«WINE»

Мы выходим после экскурсии, и к нам, виляя хвостом, бежит собака. Мака говорит, что это собака главного винодела шато Патрика Хоннефа. В 2012 году он собрал вещи, переехал в Грузию из Бордо и полностью изменил структуру местной винодельни. Рядом стоит его машина, и мы обращаем внимание на номер: в Грузии у автономеров иногда четыре буквы, и у Патрика там написано «WINE». Думаем расспросить его о планах винодельни, но, оказывается, он уехал на своем тракторе на виноградники. Вряд ли мы найдем его на 80 гектарах.

Перед усадьбой растут столетние дубы и стоит неработающий фонтан. Мака рассказывает, что во времена Багратиони из него круглосуточно лилось игристое вино. Говорят, когда шато начнет производить шампанское, фонтан тоже будет работать.