Конструктивистские клубы, мещанские особняки и усадьбы, модернистские высотки — вход в важнейшие для города здания Екатеринбурга частично или полностью закрыт для посторонних. В рубрике «Вид изнутри» The Village рассказывает архитектурные истории знаковых городских объектов, доступ в которые ограничен. В этом выпуске мы узнали, как выглядит изнутри и какие секреты скрывает екатеринбургский Главпочтамт.

Фотографии

Сергей Потеряев

Архитекторы: Константин Соломонов и Вениамин Соколов

Главпочтамт

Адрес: проспект Ленина, 39

Годы постройки: 1929-1934 годы

Высота: 7 этажей

В начале 1929 года почтовая контора Свердловска по улице Карла Либкнехта не справлялась с потоком корреспонденции, а на месте будущего Главпочтамта стояли две купеческие усадьбы. Нужный городу комбинат связи спроектировал московский архитектор Константин Соломонов, его соавтором назначили Вениамина Соколова — он выполнял рабочие чертежи и разрабатывал интерьеры здания. Одновременно Соколов стал одним из авторов конструктивистской гостиницы «Исеть» и проекта Центрального парка культуры и отдыха имени Маяковского.

В октябре 2016-го фасад почтамта отреставрировали: сняли всю рекламу, установили подсветку и видеонаблюдение, освежили краску, заменили вывеску. Ремонт обошелся в 8,8 миллиона рублей. The Village попросил «Почту России» показать обновленное здание изнутри, а директора архитектурной группы «Подельники» Полину Иванову — рассказать о его особенностях.

Квартал связи и почтовый трамвай

Здание екатеринбургского Главпочтамта формой напоминает букву «П» и разомкнутой стороной выходит на улицу Толмачева. В сороковые по Толмачева шла трамвайная ветка, и в отсутствие автомобилей корреспонденцию доставлял почтовый трамвай. С 1943 года и до окончания войны он заходил на внутреннюю площадь почтамта, где его разгружали и загружали письмами и посылками.

От Почтового переулка Главпочтамт в верхней части отделяет здание бывшего Партархива, а теперь — Центра документации общественных организаций. По изначальному проекту эту площадь должен был занимать клуб работников почты. Клуб планировали пристрочить к зданию почтамта, однако после распада Уральской области в 1934 году гигантоманический проект свернули. Клубные помещения для сотрудников в итоге разместили внутри Главпочтамта: ясли, спортзал, помещения кружков и мастерских, радиотеатр на 800 мест и радиостудии.


Полина Иванова: 

«В начале прошлого века, еще в дореволюционном Екатеринбурге инфраструктура связи была очень разрозненной. В здании на Карла Либкнехта, где сейчас располагается Музей истории Екатеринбурга, была почта. В почту упирался Почтовый переулок, ныне прегражденный торговым центром “Сила воли”. В переулке открылись первое здание телефонной станции и здание телеграфа.

В тридцатые годы — в соответствии с духом гигантизма, укрупнения и улучшения городской среды — почту, телеграф и телефон решили объединить в одном здании: Доме связи. Сегодня это здание занимает Главпочтамт».

Полвосьмой этаж

Новым сотрудникам в здании Главпочтамта приходится несладко. В букве «П» спрятаны шесть лестничных маршей, по два в каждой из трех сторон. Эти лестницы асимметричны и ведут на разные этажи: по одной из лестниц попадаешь сразу с первого этажа на третий, по другой — не можешь выбраться на пятый и шестой этажи. Лабиринты коридоров и переходов подчиняются сложной логике, не зная которой, легко теряешь ориентацию в пространстве.

Периодически коридоры прерываются небольшими, в три-четыре ступени, лесенками, из центрального тамбура вдруг попадешь в тесное помещение с крутой винтовой лестницей. Под ступенчатой крышей, прежде открытой солнцу, а теперь покрытой шифером, находятся одновременно шестой, седьмой и несуществующий восьмой этажи. Фактически он является полвосьмым — сотрудники почтамта так его и называют.


«Главпочтамт, как и многие конструктивистские здания, надстраивался на существующие купеческие усадьбы. Если взглянуть на фотографии двадцатых годов, видно, что дома на месте почтамта занимали целый квартал. Границы домов внутри здания легко определить по перепадам пола. Например, вы поднимаетесь по центральной лестнице клиентского зала и справа видите еще несколько ступеней на следующий уровень. На самом деле это соседняя усадьба, и пол ее второго этажа не бился с полом дома, в котором вы находитесь.

Строительство на существующих стенах — распространенная в Свердловске конструктивистская практика. Если смотреть на левый угол стоящего напротив, на площади Труда, здания Облисполкома, можно увидеть полукруглые окна подмятой под здание усадьбы. Если посмотреть на здание бывшего треста “Уралзолото” по проспекту Ленина, 41, с обратной стороны — будут те же полукруглые окна».

Полина Иванова:

Нарисованный мрамор

Существующий клиентский зал Главпочтамта с парадной лестницей не менял своей функции со дня открытия, он всегда был ключевым. Здесь отправляли и получали почту, работали телеграф и телефон. В 2011 году зал отреставрировали, сохранив аутентичную лепнину, тяжелую люстру и многотонную статую Ленина — характерные черты сталинского интерьера. После недавней реставрации новоделами смотрятся квадратные колонны, разрисованные под мрамор, но и они сохранили исторический облик.


Полина Иванова

«В Свердловске конструктивизм сильно припозднился. В Москве в 1934-1935 годах уже переставали строить подобные здания. На Урале, где решения принимались медленнее, а принимавшие их люди были удалены от идеологического центра, конструктивистские здания достраивали по существующим проектам. По этой же причине в городе практически нет конструктивистских интерьеров, а преобладают сталинские. Так случилось и с Главпочтамтом.

Забавной чертой советского предвоенного авангарда в Свердловске являются колонны, покрашенные под натуральный камень, — свидетельство экономически тяжелых времен. Вообще для Урала это нонсенс, так как с камнями здесь полный порядок. И если мрамор был дорог, колонны почти всегда могли облицевать гранитом. Тем не менее в городе есть несколько зданий, в интерьере которых использовалась покраска под мрамор. Помимо Главпочтамта, такие колонны есть в здании Сбербанка — бывших сберкасс на Малышева. К чести пользователей обоих зданий, они сохраняют этот рисунок».

Коридоры времени 

«Почта России» занимает все семь этажей екатеринбургского Главпочтамта и лишь пятый делит пополам с Роскомнадзором. В цокольном этаже отправляют и получают посылки, на первом находятся залы для обслуживания физических и юридических лиц, на втором — и одновременно третьем — этаже располагается руководство екатеринбургского почтамта.

На четвертом, половине пятого и шестом этажах работает управление почтовой связи. На седьмом, где прежде находились спортзал и ясли, построили учебные классы для операторов. До конца пятидесятых воспитанники яслей выходили на прогулки, делали зарядку и загорали на плоской крыше почтамта, а сейчас ее накрыли клеткой из балок и шифера. 

В коридорах и лестничных пролетах Главпочтамта эпохи сталкиваются и без предупреждения перетекают одна в другую. Огромное здание реконструируют по частям: из шестидесятых попадаешь в девяностые, затем в гипсокартоновые двухтысячные, в кабинетах мелькают китайские розы в кадках, клеенчатые скатерти, дружелюбно гудит холодильник «Апшерон». Цивилизация ощутимо концентрируется вокруг руководящих кабинетов и выветривается к верхним этажам.

Обитые войлоком для шумоизоляции двери — наследие комнат с телеграфными аппаратами, внезапная арка из гипсокартона — чья-то локальная прихоть, обменные люки — прошлое то ли кухонь детсада, то ли касс выдачи зарплаты работникам почты. Распахнутая дверь на одной из лестничных клеток упирается в глухую кирпичную кладку: здесь замуровали бывший кабинет профсоюза, больше не нужный эпохе.