В воскресенье, 3 сентября, на Большой Никитской улице недалеко от посольства Мьянмы в Москве собрался стихийный митинг: несколько сотен мусульман заняли тротуары и проезжую часть и скандировали «Аллаху акбар!». Акция против преследования мусульман в Мьянме не была согласована с московскими властями. Тем не менее полиция не стала разгонять и задерживать митингующих, на что обратили внимание в соцсетях: последние массовые акции российской оппозиции власти жестоко пресекали, а их участникам грозят реальные сроки. The Village спросил бывшего полицейского и главу профсоюза сотрудников полиции Михаила Пашкина, почему полиция не стала разгонять участников мусульманского митинга.


Михаил Пашкин

бывший полицейский, глава профсоюза сотрудников полиции

Здесь мы наблюдали двойственность действия закона. Если бы собрались защитники прав животных или, не дай бог, Навального, их бы разогнали в две секунды, а тут власти, видимо, испугались. Все-таки первого числа в центре Москвы собралось 200 тысяч человек (1 сентября мусульмане отмечали Курбан-байрам. — Прим. ред.). Если бы сейчас начался разгон вот этих нескольких сотен человек (вышедших 3 сентября на акцию протеста против ситуации с мусульманами в Мьянме. — Прим. ред.), нет гарантии, что эти 200 тысяч не собрались бы со всех концов Москвы и не началось бы что-то невообразимое. Если разогнать толпу мусульман, да еще с травмами, то начнутся массовые выступления, может быть, поджоги.

По идее, полиция должна была всех задержать, как обычно на митингах. У нас, даже когда одиночные пикеты, всех хватают. А тут толпа народа собралась, они скандировали лозунги, а потом еще молились во дворе, и их не трогали. А мэрия потом оправдывалась: типа «плакатов не было» и не было нарушений.

Правда, так было и когда дагестанцы убили одного футбольного фаната (речь идет об убийстве Егора Свиридова в 2010 году. — Прим. ред.). По Ленинградке шли полторы тысячи фанатов, и ОМОН их тоже не трогал. Потому что могла возникнуть массовая драка — кому она нужна? Здесь то же самое. Мусульман трогать не стали, позвали чеченцев, те приехали, с митингующими поговорили и разошлись.

У нас избирательно действует закон, власть смотрит на целесообразность его применения.



Обложка: Кирилл Руков