В четверг, 3 октября, в московском метро произошло три сбоя. В разное время поезда ходили с увеличенными интервалами на Калининской, Люблинско-Дмитровской и Таганско-Краснопресненской линиях. При этом руководитель столичной подземки Иван Беседин на круглом столе в Общественной палате заявил, что сбоев в московском метро стало меньше, а нынешние перебои в движении часто можно объяснить тем, что у администрации подземки в приоритете безопасность пассажиров. The Village попросил директора Центра исследований транспортных проблем мегаполисов НИУ ВШЭ Константина Трофименко рассказать, что происходит с метрополитеном.

 

  

Комментарий: Константин Трофименко о постоянных сбоях в метро. Изображение № 1.

Константин Трофименко

директор Центра исследований транспортных проблем мегаполисов НИУ ВШЭ 

К сожалению, что на самом деле происходит в столичной подземке, мы не узнаем, потому что это стратегический и засекреченный объект. Точно известно, что в последнее время в метро сильно возросли пассажиропотоки. Максимальная частота движения поездов сейчас составляет 40 составов в час (приблизительно один поезд в полторы минуты). Ещё чаще пускать поезда нельзя: появится теоретический риск, что они начнут въезжать друг в друга, да и технически это трудно осуществить.

В режиме 40 поездов в час метро работает не всегда, а только в часы пик. Проблема в том, что сейчас периоды пиковых нагрузок увеличились. Для сравнения: если в лужковской Москве час пик в метро длился полтора часа утром и полтора часа вечером, то сейчас это время увеличилось до четырех часов. Конечно, такое сверхинтенсивное использование не может не оказывать влияния на исправность инфраструктуры. И именно с этим я связываю участившиеся сбои в работе московского метро.

При этом нужно разделять чрезвычайные сбои — задымления например, когда эвакуируют людей, есть пострадавшие, и штатные сбои, когда просто ненадолго встала ветка из-за неполадки. СМИ уделяют одинаковое внимание и тем, и другим происшествиям, но между ними есть существенное отличие. Сбои второго типа были всегда. Десять лет назад ветки тоже иногда вставали, но про это журналисты практически никогда не писали. А сейчас к сбоям повышенное внимание. Тот факт, что стали появляться чрезвычайные сбои, я могу связать только с износом инфраструктуры в связи с увеличением пассажиропотоков.

Я вполне могу допустить справедливость слов Ивана Беседина о том, что сбоев в метро стало меньше. Наверняка он имеет в виду именно штатные сбои, а они, как я уже сказал, были всегда.

Рост внимания к сбоям в метро я могу связать с общим повышением уровня жизни москвичей. По-моему, у людей появилось больше уважения к самим себе и они стали обращать внимание на работу служб, ведомств и организаций, с которыми часто сталкиваются. Сами посудите: в 1991 году, например, было нормой стояние в километровых очередях. Однако если они возникнут сейчас, то это будет из ряда вон выходящий случай.