В пяти случаях из десяти активистская движуха, о которой пишут городские СМИ, происходит в Купчине — эта вещь поражает меня уже несколько лет.

Словосочетание «купчинские активисты» могло бы стать мемом. Местные энтузиасты отреставрировали ДОТ близ улицы Димитрова, местные качки организовали воркаут-объединение: проводят уличные тренировки во дворах на Малой Балканской и Белы Куна. Местный активист Павел Швец развернул кампанию против загрязнения местной речки-говнотечки Волковки — 27 апреля по ней состоится первая в истории краеведческая экологическая экспедиция. Краеведы пробивают идею создания мемориала и музея «Ижора» — ходят по инстанциям, получают отписки. Казалось, безнадёжное дело, кому из чиновников это вообще нужно. А в феврале пресс-служба Полтавченко вдруг разослала сообщение о том, что губернатор идею мемориала поддержал. Почти победа. 

Единственная стабильно работающая локальная зарядка движения «Энергия жизни» проводится в парке Интернационалистов. Там же обычно собираются люди из «Вело-Юга» — единственного крупного велообъединения из числа локальных (покатушки Pin-Mix не в счёт).

Самые большие и активные районные группы «ВКонтакте» — тоже купчинские. В паблике «Купчино», где постят всё что ни попадя, почти 23 тысячи душ, в группе локального СМИ «Новости Купчино» качество и количество дискуссий на порядок выше, чем во всех унылых официозных районках вместе взятых.

Главный петербургский краевед современности Наум Синдаловский живет в Купчине, но есть и звезда местного масштаба — Денис Шаляпин, который недавно выпустил книгу об истории района и создал велопутеводитель по примечательным местам в этой части города. Он, как и корректор The Village, — приверженец непопулярной версии о склоняемости топонима.

Творческое объединение кураторов ТОК в прошлом году взяло на себя амбициозную миссию — избавить Купчино от репутации гопницкого района. Здесь они провели свою «Критическую массу» — крупный проект, связанный с паблик-артом.

Я, как житель северного Петербурга, остерегаюсь и недолюбливаю Купчино. Вслед за певцом спальных районов Игорем Антоновским считаю, что север — благороднее, зеленее и прочее «-ее» юга. Но нельзя не признать, что на родной Гражданке гражданской активности кот наплакал.

Чёрт его знает, почему купчинцы такие деятельные. Раньше это можно было объяснить удачным пиаром Терентия Мещерякова. Но Владимир Омельницкий, который возглавляет район с мая 2013 года, в медиапространстве представлен куда более скупо. При этом Купчина в этом пространстве меньше не стало. Не только из-за криминала и маргиналов, но и благодаря действительно деятельным людям.

Мне нравится совершенно шовинистическая теория, которую молодые жители района высказывали социологам во время недавнего исследования: якобы в 1960—1970-е годы, когда шла активная застройка района унылыми хрущами и брежневками, сюда массово переезжали жители центра. То есть настоящие ленинградцы, потомки которых, якобы и живут в Купчине. Купчинская идентичность равно идентичность коренного горожанина. Отсюда — локальный патриотизм, желание проявиться на фоне большого, но центробежного города. 
Впрочем, на 90 % это ещё один удачный купчинский миф.