Вице-мэр Москвы по экономической политике и имущественно-земельным отношениям Наталья Сергунина — довольно закрытый человек. У неё нет аккаунтов в соцсетях, да и с журналистами она общается неохотно — «потому что они падки на громкие заголовки». Во многом именно от Сергуниной зависит, сохранит ли Москва в эти суровые времена высокий уровень доходов и в какие отрасли город их направит. Сегодня вице-мэр встретилась с несколькими журналистами и рассказала о своём видении некоторых столичных проблем. The Village публикует самые интересные её высказывания.

 

 

   

О «Солянке»

«Солянка» — это пример несогласованной субаренды, с которой мы достаточно успешно боремся. Мы регулярно видим случаи, когда какой-то мошенник показывает предпринимателям документы, что помещение находится в его собственности или в аренде у города. Ему платят, а по факту никаких договорных отношений с городом нет. Мы вынуждены просить освободить наше законное имущество. Здесь мы можем только посоветовать всем предпринимателям не только проверять, кто собственник помещения, но и запрашивать согласие города на передачу этого помещения в субаренду. 

Если мы сегодня не принимаем мер по высвобождению объекта от незаконных пользователей, то завтра к нам будут вопросы, почему мы этого не делаем. Делить объекты на социальные, полезные для города, мы тоже не можем. Если мы пойдём по этому пути, то встанет вопрос, почему одним мы позволили остаться, а другим — нет. Это кончится уголовными делами. 

 

О домах-книжках на Новом Арбате

Мы планируем продать все три дома-книжки, чтобы к 2018 году (когда будет проводиться чемпионат мира по футболу) получить там гостиницы. Интересуются объектами многие. Кому-то кризис, а кому-то мать родная. Тем, у кого есть наличные деньги, сложно конвертировать их в доллары. Зато они получают возможность конвертировать их в дорогостоящий актив. В других условиях они, может, и не стали бы покупать эти здания. Но для нас главная задача, чтобы эти объекты привели в порядок — и фасады, и внутреннее убранство, и инженерную инфраструктуру, которая там не первой свежести.

 

О платных железнодорожных переездах 

Мы обсуждаем вопрос создания железнодорожных переездов на основании концессионных соглашений в Новой Москве. Это крайне востребовано инвесторами. Они будут брать деньги за переезд там, где есть альтернатива. Планируем провести конкурс на три таких объекта уже в следующем году.

 

О ларьках 

В прессе начались спекуляции на предмет того, что ларьки снова массово сносят. Это произошло из-за того, что мы исключили из общей схемы площадки, на которых нестационарных объектов не было. Каждую площадку мы обошли и выяснили, что порядка двух тысяч объектов не востребованны. Формально количество ларьков сократилось до двух тысяч, но по факту этих ларьков там никогда и не было. Мы просто зарезали мёртвые души. 

Впрочем, другие объекты мы тоже сносим. Но это штучная работа, она не носит массовый характер. Самая частая причина исключения — объект попадает в транспортно-пересадочный узел. В своё время в схему размещения они попали незаконно. В пятидесятиметровой зоне от метро не может быть никаких объектов нестационарной торговли, кроме билетов, печати и театральных касс. 

 

О табачных киосках 

В законе написано, что торговать на улице табаком можно, если это павильон, если есть прилавок и вход. Предприниматели врезают вход в киоск, ставят прилавок и говорят, что мы не умеем читать законодательство. Но проблема в том, что они брали в аренду киоск, а не павильон. Это подмена понятий. 

 

О закрывающихся больницах и роддомах 

Сейчас преждевременно что-либо говорить на эту тему. Пока ничего не освобождается. Когда это произойдёт, будут смотреть градостроительное решение на предмет того, какая функция там заложена. Приоритет будет оставаться за сохранением функции здравоохранения в этих зданиях.

 

О рестораторах 

Рестораны хорошо себя чувствуют. Мы еженедельно обсуждаем на специальной комиссии, какие сложности возникают у нашего бизнеса. Мы понимаем, что время непростое и есть какие-то вещи, в которых мы можем помочь. Например, рестораторы жаловались, что у них есть сложности с поставкой продукции. Мы свели их с Дальним Востоком, сыграли роль посредника между московским спросом и предложением из других регионов. Кризиса у рестораторов мы не видим. Рентабельность, может, другая: количество посещений не увеличилось, а может, и упало. Но это связано не с наличием продукции, а, например, с запретом на курение. 

 

Об изменившейся экономической ситуации 

Мы будем анализировать необходимость корректировки бюджета по итогам первого квартала 2015 года. Какие-то расходные статьи у нас потенциально могут вырасти. Здесь мы иллюзий не питаем. Но мы пока не знаем параметры этого роста — будет ли это в разы или процентов на пять. Мы просчитываем и негативные, и реалистичные сценарии. Но понять, какой из них будет иметь место, крайне сложно. В любом случае запас прочности позволяет обеспечить расходы без формирования новых источников дохода даже при пессимистичном сценарии. В 2015 году Москва занимать деньги не планирует. 

 

Об импортозависимости 

Импортозависимые у нас IT-технологии, закупка видеооборудования, лекарства. По разным группам товаров разный процент — от 5 до 90 %. Наверное, общая импортозависимость — в пределах 15 %. Вот, кстати, почему я не люблю с вами (журналистами. — Прим. ред.) общаться. Потому что наверняка появится заголовок, что импортозависимость московского бюджета — 15 %. 

 

О сдерживании цен и торговом сборе 

Как город может сдерживать цены на частном рынке? Снижать налоги? Налоговое бремя в ценообразовании почти не играет никакой роли. Торговый сбор, который сейчас установлен, по факту составляет ноль рублей. Это то, что предприниматели уже сейчас платят. Других норм права, которые бы позволили регулировать ценообразование, у города нет.

 

О торговле в переходах 

Мы не против цивилизованной торговли в переходах. Но доход от неё должен получать город, а не третьи лица. С тем, как торговля в переходах была устроена раньше, было три проблемы. Первое. Бо́льшая часть торговли была консолидирована у группы лиц, которая сдавала всё это в субаренду. Второе — продавали много контрафакта. Третье — переходы не были благоустроены. Поэтому мы расторгли договоры с теми лицами, у которых оседала маржа, решили реконструировать эти объекты за счёт наших организаций и организовали конкурсный принцип, по которому в переходах будут торговать предприниматели с нужной спецификацией — цветочники, металлоремонтники и так далее.

Наверно, мы не до конца рассчитали — и произошёл разрыв во времени с момента прекращения деятельности в прежнем виде до её возобновления. Долго расторгали договоры, потом долго демонтировали. Но недавно схемы торговли в каждом переходе утвердили.

 

О ВДНХ 

Слово «медленно» недопустимо в разговоре о реконструкции ВДНХ. Мы получили возможность управлять ВДНХ только в апреле. То, что там происходит сейчас, уже разительно отличается от того, что было раньше. Безусловно, мы не очень быстро заполняем павильоны содержательной составляющей. Но мы не хотим ошибиться. До организации постоянных композиций мы проводим временные. Например, в 57-м павильоне открывается достаточно известная выставка, посвящённая динозаврам. Она будет там работать до реконструкции этого комплекса. После неё там откроется постоянная экспозиция, посвящённая российской истории. Там будет несколько разделов — Рюриковичи, Романовы, 1917−1941 годы, Великая Отечественная война. Это то, что сейчас в «Манеже» проходит.

У нас есть общая зональность, которую мы для себя определили. Первая зона — историческая. В ней будет музейно-развивающая составляющая. Вторая составляющая — зона с левой стороны, где павильон «Физкультура». Там мы видим зону спортивной рекреации. С правой стороны, где зона с ресторанами, будет создан мини-городок с животноводством и ремёслами. Дети смогут выдувать стёкла, ковать и так далее. На базе 75-го павильона была и остаётся выставочная зона. Слева, где большой хозблок, будем развивать современные аттракционы инновационно-технологического характера.

Некоторые государства СНГ согласились обновить свои павильоны. Это сделают Азербайджан, Казахстан, Белоруссия. Павильон «Армения» будет перепрофилироваться из чисто торгового в выставочный. Павильон «Украина» реконструирует город. Они не ратифицировали договор, так что объект сейчас не является обременённым. В связи с тем, что состояние объекта очень тяжёлое, мы, не дожидаясь дополнительных соглашений, начали его реставрацию. 

С точки зрения дохода ВДНХ — это кладезь. В день открытия катка туда одномоментно пришли 150 тысяч человек. Честно говоря, мы столько не прогнозировали и не были к этому готовы ни с какой стороны. Причём половина из этих людей приехала из других регионов. Поэтому мне кажется, в перспективе ВДНХ — это достаточно высокорентабельная история.

 

Об олене 

Вчера четыре человека залезли в клетку к оленю на Тверском бульваре и развернули плакаты с требованием прекратить издеваться над животным. Это просто поразительно: люди, которые борются за права животных, сами залезают в клетку и орут на ухо оленю, что его надо освободить! Когда зоопарк выступил с критикой, мы пригласили их представителей и попросили помочь исправить то, в чём мы не правы. Они сказали, что сомнения у них вызывают только условия содержания косуль. У нас нет задачи навредить животным. Поэтому нам сказали — мы тут же косуль убрали. Больше никаких вопросов у них не возникло.

   

 

Фотография на обложке: Правительство Москвы