В Петербурге самый большой кусок бюджетного пирога (40 %) формируется из налогов физических лиц. Не пресловутой нефтяной ренты, спонсорской помощи монополистов или федеральных субсидий. Это наши с вами деньги.

Каждый, у кого есть в собственности квартира, дом или гараж, ежегодно получает уведомление из Налоговой в конверте с двуглавым орлом. Мой, например, налог на имущество этим летом составил 298 рублей. Нужно понимать, что эти деньги, а также отчисления местных компаний по очень сложной схеме, в конечном счёте попадают в бюджет муниципалитета, на территории которого зарегистрированы плательщики.

В общем, если колесо вашей машины застряло в кратере на дворовой территории, или вашему родственнику-ветерану муниципалы подарили на Новый год просроченное шампанское (реальная история из округа «Георгиевский»), значит, ваши пара сотен, отправленные «наверх» в виде налога на имущество, застряли где-то на обратном пути и не воплотились в виде муниципальных радостей.

Считается, что коррупция якобы возникает, когда это удобно всем, и она как «смазка» позволяет властям быстрее и эффективнее исполнять свои полномочия. Мол, зачем заморачиваться с конкурсом, если приятель главы муниципалитета и так чинит дороги 15 лет.

Всем, кто так думает, я рассказываю историю о главе муниципалитета в Московском районе прошлого созыва, который ходил по старикам, своим избирателям, подделывал их завещания, переписывал квартиры на подставных лиц, а после смерти владельцев продавал их. За восемь лет он совершил 19 таких преступлений. Это доказано судом, и теперь экс-глава отбывает семь лет «строгача». Казалось бы, дворы мошеннику стоило обустроить по высшему разряду, чтобы не вызывать подозрений. Но и по этому параметру муниципалитет имел ужасную репутацию! Получается, когда банальные распилы сходят с рук, люди, которым совесть позволяет грабить бабушек, начинают грабить бабушек.

 

 Чем и как занимается муниципалитет?

Что известно о 111 петербургских муниципалитетах, за исключением их романтических названий типа «Красненькая речка»? Прежде всего они ответственны за наши прекрасные дворы и оснащение их детскими площадками по ГОСТу (в основном скучными и однообразными), скамейками, за которые воюют пенсионеры и любители выпить, газонными ограждениями, часто кладбищенского дизайна, и многим другим.

Ещё одна сфера работы местной власти — праздники и патриотическое воспитание. Последняя из главных — опека, ею занимаются обособленные службы, с распилами не связанные.

Большинство работ муниципалитеты отдают на аутсорсинг: потенциальные подрядчики конкурируют по цене, или конкурсная комиссия выставляет им баллы по сумме параметров. 5 % бюджета можно потратить на «закупки у единственного поставщика»: например, это могут быть билеты в театр. 

Все закупочные процедуры фиксируются, и документы по ним публикуются на сайте госзакупок. После небольшой тренировки не составляет труда найти там свой двор и узнать, сколько стоили детская площадка, скамейки и ограждения.

Чтобы обойти закон в таких прозрачных условиях, некоторые муниципалитеты нанимают специальных юристов: формально они помогают оформлять документацию закупок, а на деле выступают посредниками в распилах и затачивают технические задания под конкретных поставщиков. Одну из фирм, оказывающих такие услуги, в Петербурге шуточно называют «Академия распила». Фирмы эти не всегда действуют тонко, иногда жульничество проявляется ещё на стадии подготовки документации.

 

Тендер «аутиста»

Самый курьёзный способ ограничить конкуренцию в пользу «своих» компаний — прописать технические параметры товаров и услуг, чересчур сложные даже для полёта в космос. Муниципалы испытывают странную любовь к взвешиванию вещей на сверхточных весах.

Так, муниципалитет № 78 Центрального района в 2014 году заказал получасовой фильм о собственных достижениях за 188 тысяч рублей: подступиться к нему могли только съёмочные группы с камерой Canon, штативом весом 4,4 килограмма и 158-граммовой радиопетличкой (микрофон, который вешают на одежду). Заявись на конкурс сам Никита Михалков с «Никоном» и петличкой на грамм легче или тяжелее, муниципалы забанили бы его с порога. Антимонопольная служба после жалобы «Фонда борьбы с коррупцией» отменила эту закупку. 

В моей коллекции абсурдных, но при этом обязательных требований к товарам и услугам есть такие:

 проворачиваемость динамиков» в наушниках звукорежиссёра на праздниках в муниципалитете — от 75,8 до 106,2 градуса

 красители и эмульгаторы в конфетах для местных жителей — Е120, Е476, тартразин, понсо и т. д.

 капиллярность, зольность и максимальная доля кальциевых солей лейкопластыря в аптечке экскурсионного автобуса (закупка экскурсий для местных жителей).

Иногда, чтобы всех окончательно запутать, муниципалы выкладывают документацию закупок в виде нечитабельных изображений с текстом.

«Академия распила». Изображение № 1.

Техническое задание под конкретный товар является нарушением закона, но закон торжествует, когда в ТЗ появляются два волшебных слова: «или эквивалент». Например, муниципалитет № 21 в Калининском районе в 2013 году решил приобрести особенных лошадей на Новый год. Строгий дресс-код — велюровый шарф и снимаемый колпак — предъявлялся лошадям «для обеспечения дополнительной игровой ситуации». Также в техзадании оговаривалось, что при нажатии на одно из копыт животное должно петь детским голосом:

«Год за годом пробегают,

Как лошадки скачут вдаль,

Год лошадки наступает

В этот сказочный январь,

А сейчас, в Новый год,

Нас лошадка везет:

„А я быстро скачу,

Пожелать добра хочу! И-го-го!“»

Муниципалы позволили потенциальным подрядчикам предложить «свой вариант исполнения песенки про лошадку в формате MP3», но от колпака и велюрового шарфа было уже не отвязаться. Создаётся впечатление, что характеристики писались под конкретное, очень редкое предложение. Объём госзаказа настолько велик, что малая часть подобных тендеров вовремя отслеживаются и опротестовываются.

Китайские игрушки в соответствии с китайским календарём через посредников покупают многие муниципалитеты Петербурга. Сейчас они скрупулёзно меряют и взвешивают барашков. Этим их вклад в экономику и культуру Поднебесной не ограничивается.

 

Тендер типа дофинуа

Закупка роскоши и ненужных вещей — ещё одно нарушение. В Петербурге оно ассоциируется с попыткой «Сенного округа» в 2013 году устроить банкет за миллион рублей из бюджета. На 50 гостей было рассчитано 59 килограммов еды, в том числе ризотто арборио и картофель дофинуа. Последнее — это изысканное блюдо из картофеля, которое муниципалам, видимо, пришлось пробовать за свои деньги, поскольку банкет отменили под давлением общественности.

Вообще, чем больше сюрреализма в закупке, тем больше вероятность нарушений. В том же 2013 году муниципалитет «Коломяги» решил установить себе скульптуру совы, сидящей на книгах, за 500 тысяч.

«Академия распила». Изображение № 4.

«Почему сова? Зачем на книгах? Кому она вообще нужна?» — эти вопросы терзали меня, когда я приценивался к каменным совам в интернете. В Петербурге никто таких сов не делает, но погуглив «stone owl», я по первой же ссылке очутился на сайте китайского производителя, который охотно согласился доставить мне 12 именно таких сов за 20 тысяч долларов (по тому курсу — около 600 тысяч рублей). Получилось, одна сова, если покупать её за семь тысяч километров от Петербурга в единственном месте, где такие скульптуры производятся, стоила в десять раз меньше, чем собирались потратить муниципалы. 

Когда антимонопольная служба по жалобе Фонда борьбы с коррупцией отменила шопинг сов, муниципалы снова объявили конкурс, обосновав его тем, что скульптура уже изготовлена. ФАС и эту закупку прикрыла.

 

Raspil Ordinaria

Банальные распилы, когда подрядчики экономят на качестве и количестве товаров и услуг, а разницу делят с местными служащими, наносят самый большой ущерб местным бюджетам. В Петербурге открыто по меньшей мере три уголовных дела о мошенничестве с благоустройством.

В 2012 году муниципалитет «Малая Охта» решил посадить 200 деревьев с шириной ствола не менее 4,29 сантиметра. Активисты «Фонда борьбы с коррупцией» обнаружили лишь прутики шириной до 3,5 сантиметра. Многие саженцы к тому моменту уже засохли. По материалам следствия, фирма, которая их поставляла, была зарегистрирована на дворника.

В 2013 году «Остров Декабристов» в рамках масштабного благоустройства менял и ремонтировал километры газонных ограждений. Для устойчивости ограждения должны крепиться под землёй в бетонном основании. Экспертиза показала, что на этом материале прилично сэкономили: заборы ходят ходуном. В рамках этого же благоустройства местные пенсионеры получили землю для клумб, напичканную минами и гранатами (несколько раз вызывали сапёров). Оказалось, её привезли с Невского пятачка, где во время Великой Отечественной погибли сотни тысяч солдат.

Наконец, в 2013 году подрядчик сэкономил на песке, гравии и асфальтобетоне при прокладке дорог в посёлке Понтонный. Несмотря на уголовное дело, подрядчик продолжает триумфально выигрывать тендеры муниципалитета.

Чтобы не допустить подобной перспективы, хитрые муниципалитеты учреждают муниципальные казённые предприятия (МКУП) и учреждения (МКУ). Эти структуры финансируются напрямую из бюджета или конкурируют на госзакупках с частными фирмами, выигрывая в большинстве случаев. Кроме того, муниципалы трудоустраивают в них родственников или, вопреки закону, самих себя.

На содержание МКУП и МКУ, а также местной администрации в некоторых ячейках местной власти уходит до 40 % бюджета.

 

***

С муниципалитетов коррупция не начинается, ими она не заканчивается. В системе, которая поражена коррупцией, каждому приходится платить ещё и «косвенные налоги»: дольше проходить бюрократические процедуры, ездить по разбитым дорогам, смотреть на уродливую архитектуру, обходить заборы на незаконно захваченных берегах… Эти «налоги» измеряются в потерянных часах, распиленных метрах и рублях и даже несчастных случаях. 

Самые продуманные стандарты, разработанные лучшими юристами, не помогут в одночасье свести коррупцию к минимуму. Только в компьютерных играх команда влечёт за собой гарантированное и чёткое действие. Общество же чрезвычайно инертно и в угоду своей вредной привычке найдёт лазейку, как извратить спущенные сверху стандарты.

Чтобы наши налоги тратились по назначению, а «косвенные налоги» не были столь обременительными, необходимо, как ни странно, «инвестировать» в общественную мораль. В частности, учиться сообщать о коррупции. За три года существования анонимной антикоррупционной линии в Петербурге (576–77–65), на неё, по официальным данным, не позвонил ни один бизнесмен. Тем, чьи права нарушаются из-за коррупции и кто не может преодолеть бюрократические барьеры, также помогает приёмная «Трансперенси Интернешнл — Р» в Петербурге: 275–77–61, 702–61–26, Суворовский проспект, 59а.

Текст: Аналитик «Трансперенси Интернешнл — Р» Андрей Сошников