В России очередной кризис. Это давно уже не отрицают высшие государственные чиновники: в 2013 году в стране перестала расти промышленность, начали падать инвестиции и стали нарастать долги бюджетов регионов. Год спустя вниз полетела цена на нефть, а вслед за ней и курс рубля, к чему добавилась политическая нестабильность — как внутренняя, так и внешняя.

Экономические проблемы страны, как правило, сильнее всего переживают регионы: люди там медленнее, чем в Москве, ощутили подъём от сытых нулевых и быстрее — нынешний спад. Уже несколько лет бюджеты регионов дефицитные, а долги по состоянию на 1 января 2016 года составили 2,3 триллиона рублей. Известный экономико-географ Наталья Зубаревич отмечает, что от нынешнего кризиса в первую очередь пострадали машиностроительные регионы, в которых «автопром споткнулся о потолок платёжеспособного спроса». В лучшем положении находятся территории с нефтегазодобывающей промышленностью, и впервые за 25 лет растут регионы военно-промышленного комплекса. «Сколько хватит денег у бюджета, столько они и будут расти», — говорит Зубаревич.

The Village поговорил с жителями Омска, Тольятти, Брянска и Ростовской области, которые уже пострадали от кризиса, и узнал, как проблемы в российской экономике изменили их жизнь.  

сотрудник АвтоВАЗа 

анонимно, Тольятти

   

Я работаю на АвтоВАЗе несколько лет. Ситуация на нашем предприятии всегда была не слишком радужная, но в последнее время она особенно ухудшилась. Это связано не только с экономическим кризисом, но и с геополитической ситуацией. Например, комплектующие нам поставляла Турция. После конфликта с этой страной в конце 2015 года мы полмесяца не работали, потому что усилился таможенный контроль, а детали привозили с задержкой. Во время простоев мы занимались так называемой культурой производства — приводили в порядок рабочее место. Зарплату тогда платили в полном объёме, и наведение порядка считалось обычной рабочей сменой.

До Нового года мы работали в три смены, с 1 января у нас только две, а начиная с 15 февраля вместо пяти рабочих дней у нас будет четыре. Из-за этого, по моим подсчётам, зарплата уменьшится примерно на 20 %. Дело в том, что у нас на предприятии есть норма часов в месяц. Если ты её вырабатываешь, получаешь полную зарплату, а если нет — производится перерасчёт, и ты получаешь меньше, в зависимости от того, сколько отработал. Я получаю около 25 тысяч рублей в месяц, но есть и те, кто зарабатывает меньше. Для города заработок в 20 тысяч — это нормально. Не скажу, что на эти деньги можно шиковать, но на жизнь хватает.

По пальцам одной руки можно пересчитать тех, кто ушёл и нашёл более-менее достойную работу 

Массовых сокращений на заводе пока не было, но людям предлагали по пять-семь окладов, чтобы они уволились по собственному желанию. Никого не заставляли так делать, но добровольный уход стимулировали деньгами. Очень многие на это согласились — люди в надежде на шальные деньги брали эти оклады. Сейчас по пальцам одной руки можно пересчитать тех, кто ушёл и нашёл более-менее достойную работу.

Свои планы руководство с рабочими никак не обсуждает. Недавно провели собрание начальства, на котором президент АвтоВАЗа Бу Андерссон строго-настрого запретил пользоваться телефонами и записывающими устройствами, но аудиозапись с этой встречи всё равно утекла в интернет. На собрании сказали, что в марте планируется сократить полторы тысячи сотрудников конвейерной линии. Сейчас из-за финансовой ситуации в стране спроса на автомобили нет. За 2015 год норма выпуска у нас была на уровне 600 тысяч авто, а в 2016 году — уже около 300–400 тысяч.

С работой в городе у нас большая проблема. Пособие по безработице составляет около 5 тысяч рублей. Насколько я знаю, сейчас есть проблемы даже с выплатой этих денег: я слышал, что люди не получают их с декабря. Сам я ищу запасной аэродром. У меня есть варианты, но пока продолжаю работать на АвтоВАЗе.

Наталья, 50 лет

менеджер в здравоохранении и HR-специалист, Омск

   

Я окончила университет по специальности «менеджер управления организацией в здравоохранении» и много лет была управленцем в разных медицинских структурах. Последние восемь лет я работала в частной клинике — ушла оттуда по собственному желанию семь месяцев назад из-за конфликта с руководством. Тогда думала: «Отдохну, наберусь опыта, а потом начну что-то новое», — я уже занималась проектами с нуля и не боялась этого. И даже не ожидала, что у меня произойдёт такой профессиональный срыв.

После увольнения я пошла в службу занятости, чтобы узнать, как в городе обстоят дела с работой. Меня поставили на учёт и спросили: «Будете стоять?» Я тогда сказала, что мне пособие не нужно, я, мол, хочу быстрее найти работу. Мне предложили пройти переобучение на HR-специалиста. Я много лет работала с людьми как организатор, а в университете изучала принципы управления и психологию персонала. Я умела работать с людьми и подумала: «Почему бы и нет?» У нас был замечательный педагог, которая нас всему научила, но когда я получила свидетельство об образовании и начала упорно искать работу, была очень разочарована.

Я активно ищу работу уже почти три месяца. Была на многих собеседованиях и встречалась со многими людьми, но пока никакого результата. К сожалению, не всем работодателям нужны сотрудники, которые старше их. Молодых подчинённых можно поучать, а взрослых — не совсем удобно. Хотя мой преподаватель мне говорил: «Наташа, вы не переживайте, стоит вам показаться, как никто не даст вам ваши годы». Сначала я очень переживала, ведь мне 50 лет.

Людям после 50 очень сложно куда-либо устроиться

Приходишь на собеседование, и тебе сразу говорят, что зарплата на испытательном сроке будет низкой, и даже не могут объяснить почему. На одну из должностей, куда я хотела попасть, взяли юную девочку. Я считаю, что в нашем обществе есть предрассудки насчёт возраста. У меня было собеседование в одной организации, которая занимается маркетинговыми исследованиями. Когда я пришла, то увидела, что там работают женщины старше 30. Руководитель сразу сказал: «Когда мы открывались, у нас была одна молодёжь. Мы считали, что это клёво, но поработали пять лет и решили: не клёво, нам нужны тёти». Мне было очень приятно это слышать.

Ещё я звонила в наши вузы, и руководители отдела кадров со вздохом говорили: «К сожалению, вакансий нет». Потом выяснялось, что там работают совсем пожилые люди. На таких предприятиях, даже если освобождается место, людей не берут: многие сотрудники работают по совместительству. Наверное, мне пора собираться на пенсию, но я активный человек. И дело ведь не в годах, а в том, как ты можешь показать себя в работе. Несмотря на это, людям после 50 очень сложно куда-либо устроиться.

Затянувшиеся поиски работы ужасны, и в первую очередь из-за того, что превратились в материальную проблему. Сейчас моя семья живёт на стипендию и пенсию дочери, получается 9 тысяч рублей в месяц — наш доход упал в пять раз. Пособие по безработице мне уже не положено, так как я прошла бесплатное переобучение. Не знаю, сколько у нас в городе безработных, но думаю, что реальный показатель в три или четыре раза превышает официальную статистику.

В Омске кризис уже давно — никакого бурного расцвета и не было. Недавно у нас закрылось предприятие «Мостовик». Пять тысяч человек остались без работы, и они до сих пор не могут трудоустроиться. Ещё закрылось несколько туристических фирм. Пугает то, что мы социально вообще не защищены. Страшно, что человек в творческом возрасте остаётся без работы.

Ирина, 50 лет

кассир,  Брянск

   

Больше пяти лет я проработала в фирме, торгующей табаком и продуктами питания вроде сухариков, чипсов и рыбы к пиву. Я была оформлена как оператор-кассир и как продавец-кассир. В конце 2014 года компания закрыла несколько филиалов, в том числе и тот, в котором я числилась. Никто и не думал называть это сокращением — нас заставили написать заявление об увольнении по собственному желанию.

В начале 2015 года я начала искать новую работу, твёрдо рассчитывая на свой опыт в сфере оптовой торговли, работы с денежными средствами, знание программы 1С «Торговля и склад». Для поисков я использовала в основном ресурс «Моя реклама». Кадровые агентства работали с соискателями от 1967 года рождения. Мне на момент начала поисков было 49 лет, а сейчас уже успело исполниться 50. Там, куда меня приглашали на собеседование, забыв спросить про возраст, со мной вели беседу ровно до того момента, пока не выяснялось, что мне 50 лет. Постепенно я начала панически бояться отказа. Было, правда, довольно много лавочек с бесплатной стажировкой, но это меня не привлекало. Кроме того, в одной из компаний мне быстро сказали, что я им подхожу, и попросили заплатить 500 рублей за оформление каких-то бумаг, что меня смутило.

 

Там, куда меня приглашали на собеседование, забыв спросить про возраст, со мной вели беседу ровно до того момента, пока не выяснялось, что мне 50 лет

По семейным обстоятельствам мне пришлось отложить поиски работы на полгода. Теперь я начала второй этап. Объявлений с вакансиями стало в несколько раз меньше, это и понятно: игра в кризис оказалась увлекательной. Зарплаты тоже стали меньше. Недавно я заполнила анкету в фирме, занимающейся аутсорсингом интернет-магазинов, ответа пока нет.

По образованию я инженер-механик, но работала по этой специальности слишком давно, вернуться к ней у меня уже не хватит сил. Поэтому сейчас я ориентируюсь на работу оператора ПК, оператора-диспетчера или документоведа. Могу и кассиром поработать, хотя и оставляю этот вариант на совсем крайний случай. Естественно, после потери работы моё материальное положение ухудшилось, пособия я не получаю. Об общей ситуации в городе мне трудно судить, но о сокращениях слышу часто.

Наталья, 44 года

учитель,  Каменск-Шахтинский

   

Я учитель, преподаю русский язык в начальной школе. Около пяти лет назад в дополнение к зарплате нам начали платить премии. Сумма зависела от эффективности и у всех была разной. У меня — 10 тысяч рублей, а оклад при этом составлял 17 тысяч. Около года назад дополнительные выплаты прекратились. Нам не объяснили, с чем это связано; видимо, нет денег. Насколько я знаю, платить премии учителям перестали по всей Ростовской области. Конечно, для нас это существенно, люди недовольны, цены-то растут, но что делать? Мой муж работает в скорой помощи, у него пока зарплата не меняется, хотя квиточек за этот месяц я пока не видела.

   

обложка: Алена Селезнева / ТАСС