Текст

Андрей Яковлев

Фотографии и видео

Константин Митрохов

Осенью 2015 года стало известно о сносе нескольких крупных гаражных кооперативов в Раменках. Это крупная территория, застроенная железными и бетонными боксами, в которых горожане не только хранят автомобили и вещи, но также открывают кафе и мастерские, а порой даже живут как в квартирах. Гаражный город в городе в прессе прозвали «Шанхаем»: он насчитывает приблизительно 10 тысяч гаражей и расположен на 50 гектарах земли между двумя проспектами — Вернадского и Мичуринским.

Причина столь масштабной гаражной зачистки — грядущее строительство научно-технологической долины МГУ в этом районе. О проекте много писали (именно ему, например, посвящено одно из самых известных расследований «РБК») — и в связи с недовольством местных жителей, и в связи с баснословным бюджетом, и в связи с одной из ключевых фигур кампании: фирмой «Иннопрактика», отвечающей за подготовку функциональной части концепции долины, руководит Катерина Тихонова — по слухам, дочь президента России Владимира Путина.

До начала сноса в «Шанхае» работали и жили сотни человек, однако за последний год ситуация кардинальным образом изменилась. Теперь людей можно встретить лишь на главной улице «Шанхая»: большинство гаражников давно оставили свои владения, а те, кто все еще продолжает хранить в гаражах свое имущество, сильно рискуют, поскольку здесь процветает воровство и мародерство.

The Village решил узнать, что происходит в «Шанхае» спустя год после начала сноса, кто до сих пор работает на территории города в городе и каково это — жить в гараже.

О сносе

Амбициозный проект научно-технологической долины МГУ предполагает застройку 242 гектаров земли между Ломоносовским проспектом, проспектом Вернадского и границами жилых кварталов вдоль Мичуринского проспекта и улицы Удальцова. Всего там должны возвести 1,25 миллиона квадратных метров, из них только 460 тысяч квадратных метров будут использованы в интересах университета — под лаборатории и научные центры. Еще около 780 тысяч квадратов придется на жилье и сопутствующую инфраструктуру. Заказчик проекта наряду с МГУ — ЗАО «Интеко».

Противники проекта утверждают, что МГУ на этой территории также планирует построить жилые дома на продажу, чтобы окупить собственный проект. По данным «РБК», общая сумма инвестиций может составить 149,9 миллиарда рублей.

«Шанхай» находится ровно на той территории, которая нужна университету. Снос гаражей здесь начался осенью 2015 года, тогда же их владельцы проводили митинги в защиту собственности, после чего на одного из гаражников, Вадима Коровина, было совершено нападение — ему брызнули перцовым газом в лицо. Приходили неизвестные и к другому местному жителю, выступавшему против строительства, 77-летнему ветерану ГРУ Сергею Соловьеву. Его встретили у подъезда. «Мне говорят: „Вы Соловьев Сергей Григорьевич? А чего ты, дед, лезешь и мешаешь людям работать? Тебе деньги заплатили? Мы тебе сейчас по шапке дадим, всю оставшуюся жизнь проведешь в больнице“», — рассказывал он. Пенсионера ударили по голове по касательной, и, по его словам, удар был не сильным, только шапка слетела.

Владельцам сносимых гаражей обещали выплатить компенсации в размере 100 тысяч рублей за железный бокс и 200 тысяч — за бетонный. Однако многие из собственников утверждают, что так и не получили обещанных денег, а если и получили, то меньшие суммы (по 50 тысяч рублей). По приблизительным подсчетам местных, была снесена примерно десятая часть гаражей. После этого, в начале 2016 года, снос прекратился по неизвестным причинам.

Что происходит в «Шанхае» сейчас

Местные говорят, что снос производился хаотично, быстро и без предупреждения, поэтому многие владельцы гаражей спешно вывезли имущество и оставили их пустыми. Используемых по назначению боксов осталось крайне мало — они в основном располагаются на главной улице «Шанхая» или совсем рядом с ней. На этой же улице работают многочисленные мастерские по ремонту и покраске машин.

Некоторые до сих пор продолжают жить в обустроенных гаражах. Помещения топят дровами, газом из баллонов и мусором, из-за чего на улицах постоянно стоит запах гари.

Несмотря на отсутствие водопровода, на территории «Шанхая» функционирует по меньшей мере одна баня, которая оборудована в строительном контейнере, стоящем на крыше гаража. Также на территории «Шанхая» до сих пор работают три кафе, которые расположены в сваренных вместе боксах.

Среди рядов пустых гаражей легко встретить заброшенные машины, стаи бездомных собак и кучи мусора. По словам гаражников, несмотря на наличие охраны на въезде в ГСК, здесь постоянно воруют и вскрывают гаражи. ФМС периодически приезжает в «Шанхай» на рейды в поисках людей без прописки и без российского гражданства. Во время посещения «Шанхая» корреспондентом The Village полиция задержала двух человек, у одного из которых не было при себе необходимых документов.

 Григорий, владелец двух ангаров

Четыре года назад я купил в «Шанхае» два больших ангара, чтобы хранить и ремонтировать в них машины для спортивных гонок. У меня 12 автомобилей, я их не продавал, потому что до последнего верил, что мои владения не снесут.

Снос происходил быстро, и если бы мои гаражи демонтировали, то от машин бы ничего не осталось. Их отсюда наверняка кто-нибудь вывез бы и продал — я видел такие ролики в интернете.

Мне пришлось продать почти все оборудование для ремонта машин. Оно стоило больше полумиллиона рублей, но из-за спешки я его отдал всего за 100 тысяч. Теперь у меня остались только автомобили, и я на коленке пытаюсь подготовить их к гонкам.

Никто не знает, когда окончательно снесут все гаражи. Кто-то говорит, что в марте, кто-то — что через пять лет. Сложно предсказать, как будут развиваться события, и я не понимаю, что делать: продавать все машины или все-таки снова купить оборудование и основательно заняться подготовкой к гонкам. О переезде в другие ангары я и не думаю: знаю, что аналогичного места в Москве не найти.

«Шанхай» — отличное место, только здесь нужно навести порядок. Причем это можно сделать за два дня: провести несколько рейдов, дать всем по жопе и разогнать тех, кто живет в гаражах. После этого все сразу станет хорошо.

Раньше здесь было много моих коллег, встречались даже те, кто занимается раритетными американскими машинами. Но из-за сноса все съехали. Теперь в «Шанхае» ничего не происходит. Никто даже мусор не вывозит.

Конечно, сейчас здесь воруют. У меня недавно новая машина пропала. Я купил BMW редкой модели и в разобранном виде поставил ее в гараже хорошего знакомого. Через три дня прихожу — вместо замка висит гвоздик, а машины нет. Скорее всего, ее забрали на металлолом, потому что вряд ли воры смогли оценить стоимость такого автомобиля. А это была редкая модель, она стоила космических денег.

Другой пример: недавно одна женщина делала в квартире ремонт и на это время перевезла всю мебель в гараж в «Шанхае». И у нее все украли, даже одежду. Эта женщина чуть в обморок не упала, когда увидела пустой гараж. Если я за три дня ни разу не появлюсь около своих гаражей, то меня тоже ограбят. Все унесут, и машины, и гаражи. Поэтому ты ходи в «Шанхае» осторожнее, здесь легко получить по башке. Люди у нас, скажем так, своеобразные.

 Надежда, владелец гаража

Свой гараж я купила десять лет назад за 100 тысяч рублей. А компенсацию за снос обещают выплатить 50 тысяч, то есть в два раза меньше. И все же я не считаю такую сумму несправедливой, ведь за годы гараж принес мне пользу, а значит, отчасти окупился.

Машину здесь я давно не держу, потому что ее могут украсть. В «Шанхае» всегда воровали и воруют. Охраны никакой нет, поэтому похитители спокойно разбирают заднюю стену гаража и вытаскивают все содержимое. Или просто замки срывают. Меня тоже в свое время обворовали.

Раньше здесь жизнь била ключом: люди вместе работали, строили себе двухэтажные виллы из гаражей, никто никому не мешал. Некоторые даже продавали жилые гаражи как квартиры — за миллион рублей.

Я думаю, снесли столько гаражей, сколько было необходимо. Зачем застройщику так много территории? Для начала работ им хватит и уже очищенной площадки.

 Мужчина, который отказался представиться

История этого гаражного кооператива мне известна практически досконально, а большинство его членов — мои друзья. Например, мой друг Алексей сделал из совмещенных гаражей двухэтажную гостиницу с канализацией, душевыми кабинами и туалетом. Верхний этаж гостиницы он в своем время продал за 1,5 миллиона рублей.

Я даже не надеюсь получить деньги за снесенный гараж. Некоторые особо важные персоны давно получили компенсации, а остальные и не получат. А вы, кстати, кто? Корреспондент? До свидания!

Вот вы постоянно пишете, что здесь творится криминал. Сейчас это, конечно, так, но ведь беспорядок возник из-за компании, которая проводит снос. До этого здесь ничего подобного не было! Не говорите, что не писали такого. Если я вам сейчас начну иголки под ногти загонять, вы во всем признаетесь. Игнат, неси иголки, клиент созрел!

 Работница кафе

Хозяин кафе не разрешит мне давать интервью. Вон он сейчас вышел такой здоровый, видели? Он строгий, поэтому я боюсь общаться с журналистами.

Я приехала в Москву из Таджикистана. В России я четвертый год, а на нормальную работу меня не берут. Живу, конечно, плохо. Я медсестра с 20-летним стажем, но в России у медсестер без российского гражданства очень низкая зарплата — максимум 15 тысяч рублей. Это копейки, такие деньги я могу и в Таджикистане заработать.

Наше кафе работает официально, у нас есть патент, который нужно оплачивать каждый месяц. Причем он все время дорожает: раньше стоил тысячу рублей, потом две, потом три, а сейчас вообще — 4 200. Наши основные клиенты — это люди, которые тут работают: механики и слесари. Но даже они стали экономить на еде: раньше покупали полноценный обед с первым и вторым, а сейчас забегают все грязные, покупают доширак или чай с булочкой, и все.

Я работаю по шесть-семь дней в неделю. Если беру выходной, то за меня работает хозяин. Зимой мы топим кафе дровами, потому что газом выходит слишком дорого. Летом убираем печку и ставим дополнительные два стола.

Раньше у нас было много клиентов, и я зарабатывала тысячу рублей в день, то есть примерно тысячу долларов в месяц. А сейчас я даже 500 долларов не зарабатываю. В России стало невыгодно работать, поэтому, когда моя дочь окончит начальную школу, мы уедем к себе на родину, в Таджикистан.

 Олег, арендатор гаража

Свой гараж я снимаю, храню в нем строительные инструменты. Аренда недорогая, плачу около 3 тысяч рублей в месяц.

Здесь рядом находится воинская часть ФСБ, а под землей вообще лежит военный городок, вдоль которого проходит секретная линия метро. Раньше этот район даже не указывали на картах. Об этом в интернете написано, и у меня знакомые там лазали. Поэтому не думаю, что здесь будут что-то строить. Ну какая здесь стройка?

Мне кажется, снос остановили, потому что закончились деньги. Разрушать тоже все-таки недешево.

 Мухаммед, механик, владелец ангара

Мы с другом живем и работаем в этом помещении круглый год. Предыдущий хозяин утеплил помещение, поэтому здесь не холодно. К тому же мы топим самодельную печку. Надеюсь, она не сломается до конца зимы.

Мы занимаемся заменой колес, ремонтом и сваркой машин — да всем, чем только можно. Работаем каждый день без выходных. Вот сейчас клиентов нет, и у нас выходной, сидим, чай пьем. Неудобств особо не испытываем: душ можно принять за 100 рублей в одном из соседних гаражей, туалет — в любом месте на улице, а на проспекте Вернадского есть даже баня. Нам, конечно, бывает скучно, но в таких случаях мы просто гуляем по «Шанхаю».

Я купил этот ангар год назад за 200 тысяч рублей. Это довольно дешево, ведь за сезон я могу заработать миллион. В самые активные периоды у нас бывает по 30 клиентов в день, большинство из которых находят нас через интернет. Мы сотрудничаем с фирмой, занимающейся продажей скидочных купонов, и это очень выгодно. Клиент платит меньше денег, фирма берет небольшую комиссию, а у нас много заказов. Об этой фирме мне рассказал знакомый маляр из соседнего гаража.

Мне сказали, что после чемпионата мира по футболу все гаражи окончательно снесут. Не знаю, почему, но мне так сказали.

 Олег, владелец гаража

Я живу в Подмосковье, занимаюсь бизнесом и по работе часто бываю в Москве. Однако мне негде здесь жить, поэтому три года назад я купил в «Шанхае» двухэтажный гараж.

Я немного его перестроил, утеплил, и с тех пор на первом этаже ставлю машину, а на втором ночую сам. Однажды, пока меня не было, кто-то взломал дверь второго этажа, но ничего не украл: кроме кухни да пары шконок, у меня брать нечего.

Прошлой осенью здесь творился беспредел: гаражи сносили без предупреждения и не давали даже вынести из них вещи. Большинству владельцев снесенных гаражей не выплатили компенсации, после чего гаражники пожаловались куда надо, о ситуации стала писать пресса, и в результате снос прекратился. Однако владельцам гаражей до сих пор не отдали обещанные деньги.

 Ренат, владелец гаража

Я работаю художником в кино: готовлю декорации, оформляю интерьеры. Дома работать неудобно, там слишком мало места. Да и баллончиком ничего не покрасишь — запах будет долго стоять. Мое идеальное рабочее место — гараж. Первое время я арендовал бокс в другом месте, а два года назад купил этот двухэтажный гараж за 200 тысяч рублей.

На первом этаже я храню рабочие материалы, а на втором у меня — кровать, телевизор и барабанная установка. Однажды я решил научиться играть на барабанах, и гараж оказался отличным местом и для этого тоже. Когда я его покупал, специально выбирал место подальше от жилых домов, чтобы играть и никому не мешать. Еще у меня есть обогреватель, и если я задерживаюсь на работе, то включаю его и ночую здесь в спальнике.

Как у нас здесь говорят, снос прекратился потому, что кто-то украл деньги. По слухам, он возобновится уже в следующем году.

Когда снесут мой гараж, я просто перееду в другое место. Мне, в общем-то, неважно, где работать — в «Шанхае» или нет. Главное, чтобы не сносили.

Еще один мужчина, отказавшийся представиться

Я держу машину в этом гараже лет 20. Понятия не имею, когда здесь закончат все сносить. Все в этой стране когда-нибудь снесут. Конкретно здесь снос остановился, по слухам, потому что денег нет — их украли.

Ты вообще в этой стране кому-нибудь веришь? Все врут. И журналисты постоянно врут. Вот, посмотри: заметка в «Комсомольской правде», в которой говорится, что на втором этаже моего гаража живет Аслан, а внутри находятся две комнаты, кухня, прихожая, проведена холодная вода и электричество. Здесь написано, что стоимость моего гаража — 1,7 миллиона рублей. Это, вообще, кто написал? Да кто у меня живет? Какой Аслан? Какой водопровод? Какое электричество?

Это мой гараж, в нем не живут никакие Асланы. Здесь просто хранятся мои автомобиль и мотоцикл. По большому счету, это помойка, и, кроме меня, она никому не нужна. На втором этаже у меня стоит будка, которую я купил за 4 рубля, потому что дешево продавали. Будет время — оттащу эту конуру на дачу. У меня, конечно, есть печка, и я топлю всем подряд: начиная от дров и заканчивая собственными ботинками. Но я не живу в гараже. Я что, больной, чтобы здесь жить?

Полиция проводит здесь рейды, пытается найти людей без прописки и без гражданства. Но об их приезде весь «Шанхай» знает за сутки — нас предупреждают, и за час до рейда все нелегалы уже сидят в «Ашане». Конечно, здесь вскрывают гаражи: где еще людям деньги брать? Недавно я привез на ремонт чужую машину, поставил ее за угол, утром прихожу — машина вскрыта, всю электронику украли.

Охрана здесь есть, но она не работает, потому что ей некому платить деньги. Все съехали: половина гаражей пустые, другая половина — брошенные. Но я сам себе охрана: если кто-то вздумает ограбить мой гараж, я сломаю этому человеку ногу.