Модерновые доходные дома, сталинские высотки и многоэтажки 1970-х годов — не просто жилые здания, а настоящие городские символы. В рубрике «Где ты живёшь» The Village рассказывает о самых известных и необычных домах двух столиц и их обитателях. В новом выпуске мы узнали у аспиранта МИСиС Сергея Гнускова о том, как устроена жизнь в конструктивистском шедевре архитектора Ивана Николаева — доме-коммуне на улице Орджоникидзе в Москве. 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 1.

Фотографии

Екатерина закливенец

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 2.

 

Архитектор: Иван Николаев

Дом-коммуна
на улице Орджоникидзе

Адрес: 2-й Донской проезд, 9

Постройка: 1929–1930 годы

Жильё: общежитие
для аспирантов и магистров МИСиС

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 3.

 Историческая справка: Общежитие аспирантов МИСиС на улице Орджоникидзе — один из самых ярких примеров московского конструктивизма. В конце 1920-х годов архитектору и инженеру Ивану Николаеву был заказан проект здания общежития Текстильного института. В ходе работы Николаев предложил утопическое решение здания-коммуны как «машины для жилья», создающей человека нового времени. По замыслу архитектора, внутри постройки протекала вся студенческая жизнь — сон, учёба, развлечения, и спустя три года обучения институт покидали не просто технические специалисты, но новые горожане, лишённые деревенских представлений о быте.

Строительство коммуны было закончено к 1930 году. Внутри здания располагалось 1 008 рассчитанных лишь на сон двухместных кабин размером 2,7 на 2,3 метра. Утром молодёжь должна была в одном нижнем белье покинуть кабины и отправиться в санитарное отделение для мытья и одевания, а после по пандусу перейти в общественный корпус, в котором располагались столовая, библиотека, спортзал и помещения для индивидуальных занятий. Внутреннее устройство диктовало и облик коммуны: с высоты птичьего полёта здание напоминает огромный самолёт.

Правда, жёсткий распорядок жизни студентов длился недолго: очень скоро компактные кабины стали использоваться не только для сна, но и для дневного досуга и хранения вещей, и социальный эксперимент провалился. В 1968 году автор здания библиотеки ИНИОН РАН Яков Белопольский реконструировал здание, расширив крохотные жилые кабины. Однако уже к началу 1990-х общежитие пришло в аварийное состояние и было расселено. В 2007 году началась реконструкция здания — полностью она должна завершиться уже в следующем году. 

 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 4.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 5.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 6.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 7.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 8.

 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 9.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 10.

Высота потолков

270 см

Комната на одного

11 м2

Комната на двоих

17 м2

 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 11.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 12.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 13.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 14.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 15.

 Сергей Гнусков, аспирант МИСиС, специалист в IT-компании: Общежитие в нынешнем виде открылось в 2013 году. Закрыли и расселили его ещё в 1996 году из-за аварийного состояния, и до 2007 года оно стояло заброшенным. Ректор нашего университета Юрий Карабасов добился, чтобы на восстановление здания выделили деньги. И дом-коммуну начали ремонтировать, фактически строить заново — пришлось разбирать всё до металлоконструкций. Насколько мне известно, из оригинального остались только лестничные пролёты и некоторая часть несущих конструкций.

Проект реставрации здания сделал архитектор Всеволод Кулиш. Он постарался максимально вернуть внешний облик здания, задуманный Иваном Николаевым. Например, восстановили первоначальный вид ленточных окон: при первой реконструкции в шестидесятые годы их расширили, лишив здание одной из примет конструктивизма. Рамы даже сделали деревянными, какими они были в тридцатых годах, а не пластиковыми, что было бы проще. Внутри все помещения всё-таки адаптировали для современных реалий.

В изначальном проекте Николаева комнаты были крошечные — кажется, по шесть метров. Они предназначались для двоих человек. Были окна, выходящие в коридор: любой желающий мог через них заглянуть в комнату, а двери раздвигались, как в купе поезда. Через систему вентиляции ночью в спальные кабины подавался специальный озонированный воздух, чтобы лучше спалось. Кстати, на первом этаже воссоздали эти помещения, так что можно посмотреть, каким тут был быт, так сказать, в оригинале.

Здание состоит из трёх корпусов. Корпус «А» был спальным, «Б» — санитарным: в нём все умывались, принимали душ. В корпусе «В» предполагалось принимать пищу, учиться и работать, там же была библиотека. Обитатели коммуны должны были просыпаться, переходить в санитарный корпус, а уже потом отправляться в общественный корпус для работы и учёбы. Вечером в обратном порядке — такой вот замкнутый цикл существования идеального общества.

Сейчас санитарный корпус — это тоже жилые блоки для иностранных студентов и сотрудников университета. Там же находится знаменитый пандус: его отреставрировали и поставили там стеклянный лифт. Эта часть корпуса пока закрыта для нас, поэтому мы не видели, что получилось, ремонт только закончился. Говорят, что по первоначальному проекту Николаева предполагался лифт, но его не сделали при постройке, не стали ставить и при первой реконструкции. А сейчас вот сделали. Многие, я знаю, были против: считали, что лифт изуродует шахту пандуса. Но поскольку результата мы пока не видели, сказать, что получилось, сложно (The Village побывал и в реконструированном корпусе. — Прим. ред.). Общественный блок — тот, у которого крыша гребёнкой, — пока ещё на реставрации.

 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 16.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 17.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 18.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 19.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 20.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 21.

Я увлекался историей Москвы начала прошлого века, мне нравился конструктивизм, но я даже представить себе не мог, что однажды буду здесь жить. Я был одним из первых, кто переехал в общежитие в 2013 году. Сюда селят только магистров и аспирантов, то есть ни специалистов, ни бакалавров здесь нет, поэтому тут у нас спокойно. Днём так и вовсе никого нет: все на работе или в университете.

У меня одиннадцатиметровая отдельная комната в блоке. Он состоит из двух комнат и санузла, который мы делим с соседями; у них комната побольше, но на двоих. Я плачу за комнату 2 тысячи рублей в месяц. Цена для всех одинакова и не зависит от того, в «однушке» или в «двушке» ты живёшь. На этаже пять-шесть жилых секций со своими санузлами — внутри пять блоков и одна кухня на всех. Стены на каждом этаже покрашены в свой яркий цвет — нам это очень нравится, лучше чем «больничный» белый. В подвальном этаже у нас оборудована прачечная: там стоят восемь стиральных машин, можно прийти и постирать. Правда, только в определённое время: утром с 7:00 до 11:00 и вечером с 19:30 до 22:30. Из-за такого графика у нас в прачечной скапливается очередь — например, вчера я ждал целый час. Говорят, что этот перерыв нужен, чтобы машинки отдыхали, но это им не очень помогает, и они часто ломаются. Но всё равно, хорошо, что есть такое — это действительно удобно.

В санузлах в блоках нам запрещено ставить свои стиральные машины. У нас на самом деле есть целый список того, что нельзя: микроволновку нельзя, обогреватели нельзя, можно чайник, а ещё ноутбук и компьютер. На самом деле всё не очень строго проверяют, но периодически бывают обходы: смотрят состояние мебели, есть ли что из запрещённых приборов. В комнате изначально есть стол — длинная столешница вдоль окна, а также тумбочка, кровать с хорошим матрасом, шкаф. Всё остальное, что есть в комнате, — это уже моё, результат изучения сайта IKEA. 

Мне нравится здесь жить. Дом — памятник архитектуры, сюда даже экскурсии водят. Метро близко, да и это почти центр города. До парка Горького можно дойти пешком. Клуб Yota Space прямо через дорогу, мы туда часто ходим на концерты. У нас на территории есть футбольное поле и баскетбольная площадка. Они пользуются популярностью у обитателей нашего общежития. По соседству можно увидеть ещё один памятник конструктивизма, тоже дом-коммуна. Его строили в тот же период, что и наш, но современной реконструкции пока не было.

 

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 22.

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 23.

Аренда комнаты 

2 тысячи рублей

Санузел

Общий на блок
из двух комнат

Кухня 

Общая на пять жилых блоков

Я живу в доме-коммуне на улице Орджоникидзе. Изображение № 24.

 The Village благодарит за помощь в организации съёмок дирекцию общежития НИТУ МИСиС.