Купеческие особняки, доходные дома, деревянная городская застройка и нижегородский конструктивизм — в Нижнем Новгороде разные архитектурные стили вполне могут соседствовать друг с другом. В рубрике «Где ты живешь» The Village рассказывает о самых известных и необычных домах и их обитателях. В новом выпуске журналист Анастасия Головенко — о радиусном доме, где она живет с самого рождения.

Фотографии

Илья большаков


АДРЕС: ул. Ильинская, 13/2

АРХИТЕКТОР: Бенедикт Бастырев

Год строительства: 1966

этажей: пять жилых плюс магазин

КВАРТИР: 154

КОЛИЧЕСТВО ПОДЪЕЗДОВ: 7


Анастасия Головенко

журналист

Радиусный, но не на Автозаводе

Известных радиусных домов — таких, чтобы советские, красивые и с историей, — в нашем городе два. Первый — это, конечно, тот, что на Автозаводе. Он в народе зовется просто: радиусный. А наш — в центре, по адресу: улица Ильинская, 13/2. Старшее поколение знает его как магазин «Синтетика». Это радиусная кирпичная пятиэтажка на набережной, оштукатуренная в белый цвет. Ориентир — стационар Приволжского окружного медицинского центра. Вот в этом доме, окнами на Волгу, я и живу с самого рождения.

Наш дом построен в 1966 году. Ордер на вселение в том же году получил мой дедушка. Отсюда моя мама пошла в первый класс. Здесь жили мои родители первые три года после свадьбы, пока не получили двухкомнатную квартиру в десятиэтажной панельке на Автозаводе (как же мама не хотела туда уезжать!). Сюда принесли из роддома маленькую меня, и вот теперь мы с мужем растим в этих стенах дедушкиных правнуков. Да, нам всем повезло.

Стоит наш дом на месте, где улица Ильинская смыкается с набережной Федоровского. Стало быть, по Ильинке он — тринадцатый, а по Федоровского — второй (13/2).

Каждый, кто входит к нам в квартиру, первым делом восклицает: «Какой у вас вид!»

Из наших окон с северной стороны видно восходы и закаты, Волгу, три башни Кремля — Часовую, Северную и Тайницкую, храм Илии Пророка и Речной вокзал, а с балкона, если чуть-чуть высунуться, Стрелку и кусок строящегося на ней стадиона. Из окошка во двор, которое выходит на солнечную южную сторону, мы любуемся на старинную Успенскую церковь, а также на гаражи и мусорные контейнеры. А еще в полнолуния, при чистом небе, там можно читать, не включая ночник.

Оригинальный проект Бастырева

Главная фишка нашего дома — пешеходные мостики, ведущие к подъездам.

Дом находится у пригорка; вход в офисные помещения на первом этаже с набережной, в первый и второй подъезды — со двора «с земли», а в остальные — только по этим самым мостикам (по сути, сразу на второй этаж). Всяческие службы доставки заезжают под мостики и испуганно звонят: «А как к вам зайти? Тут только глухие двери, домофонов нет».


Внутри дом столь же оригинален, как снаружи. В нем — всё разнообразие квартир: от однокомнатных до четырехкомнатных, по четыре квартиры на этаже. И все квартиры разной площади, потому что дом кривой


Никто не помнит, когда в последний раз эти мостики ремонтировали. И вот, в феврале этого года мостик, ведущий к шестому подъезду, наполовину обвалился. Раскрошилась и рухнула бетонная плита. Остальные тоже грозили упасть со дня на день. К счастью, спустя полгода переживаний и опасений нам выделили деньги на ремонт, теперь эти мостики постепенно заменяют. Раз в две-три недели для жильцов одного из подъездов наступает момент X: бетонный мостик снимают автокраном (так что в подъезд какое-то время нельзя зайти, совсем никак) и ставят временную деревянную приставную лестницу, а спустя некоторое время монтируют на старое основание новые, уже металлические конструкции. Сколько они простоят? Поживем — увидим.

Архитектора, который так гениально вписал наш любимый дом в окружающую среду, звали Бенедикт Бастырев. Он родился в 1932 году, а умер в 1981-м и ныне покоится на Бугровском кладбище. Но он не виноват в том, что у нас проблемы с мостиками. Он просто был человек с фантазией. Кроме нашего, он еще спроектировал известный 12-этажный дом на улице Добролюбова, где в советское время располагалось кафе «Океан», а теперь — дорогущий Spar, двухуровневый и с лифтом. А еще девятиэтажку из красного кирпича с треугольными «балкончиками», что напротив бывшего кинотеатра «Спутник» (улица Горького, 152). В общем, он был молодец.

Планировка и цены

Внутри дом столь же оригинален, как снаружи. В нем — всё разнообразие квартир: от однокомнатных до четырехкомнатных, по четыре квартиры на этаже. И все квартиры разной площади, потому что дом кривой (смотри выше).

Четырехкомнатные — в крайнем, первом подъезде (общая площадь — 69 или 58 квадратных метров, три комнаты изолированные, одна проходная). В следующих трех подъездах — однушки с окнами во двор (30–31 квадратный метр) и трешки (63–65 квадратных метров). Кухоньки в них, как и в большинстве других брежневок, шестиметровые, довольно тесные. Но если постараться, то туда даже можно впихнуть холодильник. Еще два подъезда укомплектованы двушками (от 43 до 55 квадратных метров). Со стороны набережной в квартирах лоджии, а со двора — балконы.

А вот в седьмом подъезде запроектированы коммуналки: пять отдельных небольших квартирок (площадь комнаты — от 8 до 19 квадратов) с индивидуальными туалетами и раковиной, вынесенной в прихожую, с общей десятиметровой кухней и ванной. Ни разу в этом подъезде не была. Думается, эти квартиры, да в таком-то доме, уже давно выкуплены и объединены. Если так, то получается около ста квадратов на одного хозяина, все комнаты изолированные и длинная-предлинная лоджия!

Стоят квартиры, даже с одинаковой площадью, по-разному. Весной на продажу за четыре миллиона рублей была выставлена довольно убитая четырехкомнатная без вида на Волгу. А параллельно — трешка за семь миллионов, с видом и с дорогим ремонтом: за счет санузла увеличена кухня, перегородка в комнату заменена на стеклянные панели, а санузел, с инсталляцией и джакузи в полу, оборудован в другой жилой комнате. Полагаю, перенос мокрой зоны удалось согласовать исключительно потому, что она оказалась над аркой. Так что получилась двушка.

Однокомнатные выставляются по цене 2,7–2,8 миллиона рублей, но они не видовые (окна во двор), поэтому влет не уходят. Впоследствии покупатели сбивают цены до 2,5–2,4 миллиона и ремонтируются, чтобы сдавать. Кстати, снять такую квартирку можно за 11–15 тысяч плюс коммуналка, а жилплощадь покрупнее тут в основном занята собственниками.

Особенности трешки

У трехкомнатных квартир типа нашей по проекту есть несколько особенностей.

Во-первых, «двойной» вход в зал из прихожей. Попасть в проходную комнату можно через одну из двух имеющихся дверей (а второй при этом не пользоваться или заложить проем). У нас вторую дверь долгое время скрывал книжный стеллаж: многие гости даже не догадывались о такой интересной конструкции входной части.

Во-вторых, это вход в ванную из кухни, прямо напротив окна. Санузел в трешках раздельный, при этом дверь в туалет находится со стороны прихожей. Короче, сначала гости долго ищут, где, собственно, после туалета помыть руки, а потом — где же выключается свет. Соседи, решившиеся на перепланировку, сразу предпочитают от этой двери избавиться: либо за счет переноса входа на смежную стену, либо путем объединения санузлов. Кстати, такая ванная комната получается намного просторнее, чем по умолчанию совмещенный санузел в однушках. А кухня остается кухней, без лишней, совершенно не к месту воткнутой двери.


У нас на нескольких стенах сохранилась известковая штукатурка,
которая местами положена совсем тонким слоем,
а кое-где толщиной три-четыре сантиметра


В-третьих, это выпуклые и вогнутые стены и комнаты неправильной формы — ни одного прямого угла. Но это так у всех. Да и заметно, только если купить стеллажи и попытаться расставить по стене.

Вообще по части планировок наши соседи — кто во что горазд. Нетронутых квартир, которые бы выглядели, как задумывал автор, почти не осталось. Несущих конструкций внутри периметра квартир почти нет: казалось бы, можно ломать и строить любые перегородки, где заблагорассудится. Загвоздка в том, что в доме газовые колонки и плиты. А значит, по закону невозможно делать студии из однушек и кухни-гостиные в трешках. Но на такие планировки постоянно натыкаешься, просматривая объявления о продаже квартир.

Ремонт

Капитальный ремонт жилья в таком доме влетает в копеечку: во-первых, это почти всегда перепланировка и исправление не вполне удобных проектировочных решений; во-вторых, если это не сделано ранее — заливка и выравнивание полов, стен, монтаж новых потолков. У нас на нескольких стенах сохранилась известковая штукатурка, которая местами положена совсем тонким слоем, а кое-где толщиной три-четыре сантиметра. Она сыплется, из-за чего совершенно невозможно предугадать, будет ли держаться гардина на обычном шурупе с дюбелем или лучше сразу ехать за анкером. А когда мы меняли окно, строители запенивали кирпичи в фасаде.

По нашему с соседями общему мнению, дому уже давно необходим капитальный ремонт. Помимо мостиков, нужно приводить в порядок фасад, менять козырьки над входами и много чего еще. В позапрошлом году нам поставили новые окна в подъездах: теперь с улицы можно видеть, кто наверху вышел из квартиры и спускается по лестнице. Подпорную стенку, которая держит грунт у второго подъезда, чинили на излете зимы. Но насколько качественно? Поговаривают, что дом ползет по склону вниз. Трещины на стенах заставляют задуматься.

Несколько лет назад жильцы собирали сход и пытались организовать ТСЖ. Но большинство голосов (в основном от старшего поколения) было отдано за то, чтобы остаться на попечении ДУКа. Думали, из общего котла нам вернее выделят нужное количество денег на горящие нужды. Пока имеем, что имеем.

Четыре поколения

Но довольно о грустном. Я люблю наш дом!

За широкие подоконники: на них можно сидеть, любуясь закатом или фейерверком на площади Минина. За огромные окна! Мы подумываем о том, чтобы купить подзорную трубу или телескоп (а может, и то и другое). И за толстые стены и котельную во дворе: к счастью, не мерзнем даже в морозы. Правда, весной и осенью периодически бывают дни, когда дома холоднее, чем на улице.

За то, что у нас просторный зал, где можно собирать большую дружную семью. Раньше посередине большой комнаты стоял дубовый стол, а я каталась вокруг него на велосипеде.

За колонку: многие боятся газовых приборов в доме, но, на мой взгляд, это сплошное удобство — не приходится бегать с кастрюльками во время отключений.

Все течет, все меняется. Раньше на балконах разводили цветы, а теперь ящиков с петуниями не увидишь — только стекло да кондиционеры. Вместо «Синтетики», где раньше продавали все, от хохломских лошадок до дефицитных сервизов, теперь интерьерные салоны. Зелень стала гуще, елки выше, машин во дворе теперь больше, но по-прежнему в нашем подъезде я знаю почти всех соседей. С особо близкими из тех, кто переехал, мы продолжаем поддерживать связь. Здесь продолжают жить повзрослевшие дети, с которыми я когда-то копалась в одной песочнице и устраивала под мостиками шалаши. У них уже свои детишки… И это четвертое поколение жильцов, которых помнит наш дом.


Леонид Кирнус

сооснователь и учредитель интернет-компании R52.RU

Жить в радиусном доме, где «Синтетика», было очень круто!

Когда в конце 80-х нам предложили обменять нашу двушку на Ванеева на квартиру в этом доме с небольшой доплатой, мы с женой сначала приехали посмотреть, о чем речь. Прошлись вокруг дома, вышли на откос. Жена после этой прогулки сразу сказала: нечего смотреть, берем.

Далее была серия изощренных издевательств от хозяйки квартиры, прочувствовавшей наш восторг (например, в четверг было заявлено, что она согласна на обмен только в пятницу, то есть завтра, и ни днем позже; была пара загогулин с доплатой и остающейся мебелью), но это уже не имело никакого значения. Именно в ту ближайшую пятницу моя счастливая жена сидела на разложенном одеяле на лужайке перед подъездом с орущим грудным ребенком на руках, а мужчины таскали сковородки в целлофановых пакетах на высокий четвертый этаж, постепенно перевозя весь мелкий скарб в маленьком пятиместном уазике.

Особого ремонта не делали. Главными достопримечательностями квартиры был вид из окна и живописные окрестности. Повидав в последующие годы много красивых видов на моря и океаны, на прерии и большие города, я могу с уверенностью сказать, что картина, открывающаяся из широких панорамных окон трехкомнатной квартиры, располагающейся в середине выпуклости полукруглого дома на четвертом этаже, была феноменально красивой. Слияние рек Оки и Волги, Стрелка, луга напротив Сормова, Борская пойма, улица Маяковского (Рождественская). Причем из всех трех окон, выходящих на откос, открывался совершенно разный вид: такова особенность радиусного дома.

В этом периоде мир открылся, и нашими частыми гостями стали иностранцы, приезжавшие в Нижний отовсюду. Вспоминается шотландец Иен Смит, который, зайдя в квартиру и заглянув в окна, громко застонал от восторга. Или посланец южных стран, где не бывает снега, по имени Дов, который проводил дни напролет возле окон. Дело было зимой, однажды утром, по привычке глянув вниз, Дов издалека увидел группки любителей зимней рыбалки, сидевших на своих ящиках напротив Стрелки, и заликовал: пингвины, пингвины!

Территория вокруг нашего радиусного дома была довольно ухоженной, хотя и диковатой. Путешествие по окрестностям превращалось в увлекательную экскурсию по историческим местам. Большинство домов вокруг было дореволюционной постройки, они сохранили оригинальный вид и живописные дворы. Все эти дворы были необычной формы, с тайными уголками, поросшими густым кустарником. Водная больница, улица Ильинская, мостики на Суетинке — все эти места были исключительно привлекательными для жизни и прогулок.

Ничего подобного по ощущению удовольствия от проживания в этом замечательном доме не было у нас ни до, ни после.