В рубрике «Как всё устроено» представители разных профессий анонимно и без купюр рассказывают о нюансах своей работы, развенчивают или, наоборот, подтверждают стереотипы. Редакция собрала лучшие с начала 2014 года.

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 1.

Иллюстрации

МАША ШИШОВА

 

 

Ведущий корпоративов

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 2.

«Я сам выбирал площадку, людей, которые всё это будут устраивать. В день Х гостей привезли к одному из ресторанов именинника и пригласили в фойе: там была организована выставка репродукций классических картин, на которых где-нибудь был прифотошоплен юбиляр. Гости ходили по фойе, разглядывая полотна, а в зале сидели три бабушки-смотрительницы. Они периодически подходили к гостям и предупреждали, что трогать картины нельзя: все они потом отправятся в коллекцию именинника. В это время я изображал из себя журналиста: подходил к людям с микрофоном и камерой, спрашивал их, насколько ярким человеком является юбиляр, узнали ли бы они его в толпе. Все как один — крупные бизнесмены, топ-менеджеры госкорпораций — утверждали, что именинник суперзаметная личность и узнали бы они его из тысячи. Все эти люди даже не догадывались, что юбиляр переодет в одну из бабушек-смотрительниц, делает им все эти замечания и слушает, как они его восхваляют на камеру. Когда гостей пригласили в банкетный зал, к ним вышла „бабушка“ и сняла перед ними грим».

 

 

 

Участница конкурса красоты

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 3.

«С жюри — особенная история. Да, оно было. Да, там сидели „звёзды экрана“. Но, по сути, они ничего не решали. Я это знаю, потому что у меня и одной телеведущей из жюри оказались общие знакомые среди зрителей на финале. Они-то мне и рассказали по секрету. Всё решали на самом деле оргкомитет и спонсоры, а вовсе не члены жюри. Это чистой воды бизнес — он не может зависеть от того, как проголосует официальное жюри. Оно там — для порядка, красоты и престижа».

 

 

Сотрудник турфирмы

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 4.

«Есть ещё такой подвид, как автобусные туры по Европе. Это доступно нашему туристу и очень ему нравится. Что-то типа вся Европа за 15 тысяч рублей. Контингент там подбирается пьющий, люди без фантазии и денег. Присутствие в каждом городе составляет буквально два часа. Если это даже три дня во Франции, то всё время ты мотаешься по обязательным экскурсиям — фабрикам парфюмерии и так далее. Кроме того, обычно туры не включают в себя питание. А по дороге тебя останавливают в местах, которые опять же платят комиссию: сэндвич будет стоить 10 евро, туалет — 2, бутылочка воды — 5, и в итоге ты тратишь ещё тысячу рублей, просто чтобы поесть. И ещё вход в музей за дополнительную плату. Моя подруга так потратила 65 тысяч, хотя тур стоил 15. За эти деньги можно было прекрасно отдохнуть в Париже самостоятельно».

 

 

 

Личный ассистент

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 5.

«Личному ассистенту нельзя приходить к шефу с проблемой — только с решением. Перед Новым годом Галина попросила меня заказать из Астрахани семь банок чёрной икры для корпоративных подарков. Окей, мы купили семь банок за 60 тысяч рублей. За десять минут до выхода на вечеринку я напоминаю ей: „Галина, пора выходить, иначе вы туда не доедете, вся Москва стоит“. А она мне: „У вас есть десять минут, чтобы найти лёд и запаковать подарочную икру. Она не должна быть комнатной температуры, когда я буду её дарить“». 

 

 

Шведская семья

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 6.

«Когда у нас появились дети, мы с женой купили большой дом. Дети две недели в месяц жили с нами, а потом две недели с отцами. С самого начала мы решили быть с детьми открытыми и не скрывать, как они родились. Для них мы обе — настоящие мамы, Томми и Микке они тоже считают своими настоящими родителями. Дети в курсе, что у каждого из них есть биологическая мать и биологический отец: мой сын знает, что я его биологическая мать, а Микке — биологический отец, а Катарина знает, что Томми — её биологический отец, а моя бывшая жена — её биологическая мать. Тем не менее меня она тоже называет мамой. Мы все по очереди ходим на родительские собрания в школу». 

 

 

 

Пластический хирург

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 7.

«Пациенты пластического хирурга очень разные. К нам приходят и бедные, копившие деньги несколько лет, и очень богатые. Регулярно обращаются девушки из „офисного планктона“: чаще всего они долго собирают деньги на заветную операцию хотя бы чего-нибудь. С помощью пластики они хотят, как правило, наладить свою личную жизнь. Сейчас же это гораздо проблематичнее: все допоздна сидят на работе. Они могут годами отказывать себе в отпусках и новой одежде, чтобы потом прийти и сделать хотя бы небольшую пластическую операцию в надежде, что это решит все их проблемы. Многим это действительно помогает: после процедуры человек начинает чувствовать себя более уверенно».

 

 

Авиадиспетчер

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 8.

«Осенью 2013 года история во Внукове, когда диспетчер предотвратил столкновение двух самолётов, попала в СМИ. Авиакомпания „Трансаэро“ обиделась тогда, а я понимаю тех ребят, которые это в СМИ слили, потому что у нас всегда получается, что виноват диспетчер. Были попытки обвинить его, что это он завёл рейс „Трансаэро“ в Москву, что не надо было ему вмешиваться. Когда ТУ-204 разбился во Внукове, диспетчер старта увидел самолёт, стал кричать ему: „Тормози!“ Прокуратура потом ему говорит: а зачем ты вмешивался в пилотирование лайнера, ты не имел права. Но затем диспетчеру даже премию дали за то, что предотвратил столкновение».

 

 

 

Сотрудник ООН

Избранное: Авиадиспетчер, пластический хирург, сотрудник ООН и другие профессии. Изображение № 9.

«Как-то, проходя по коридору, я увидела через дверь в одном из кабинетов Арабской службы радио ООН женщину в очень красивой одежде — тёмно-синей, расшитой серебряными нитями. Она молилась Аллаху. Я деликатно прошла мимо, хотя её яркое одеяние меня очень привлекло. В следующий раз, проходя мимо того же кабинета, я ожидала вновь её увидеть. Но там сидела совершенно другая дама — в скучных офисных брюках и кофте, с распущенными волосами. Я невольно поймала себя на мысли: куда же делась та мусульманка в красивой религиозной одежде? Конечно, это была та же самая женщина, просто для молитвы она специально переодевалась».