Коммунальные квартиры как узаконенный вид совместного проживания появились после революции. Тогда большевики в принудительном порядке подселяли в квартиры богатой интеллигенции новых жильцов. Насильное уплотнение началось с центра Москвы, расползлось по рабочим районам и просуществовало более полувека. Массовый исход из коммуналок начался в 60-е годы — большинство квартир расселили в новенькие пятиэтажные хрущевки. Сегодня коммунальные квартиры в центре Москвы со старинными кафельными печами и дубовым паркетом, пятью-семью комнатами, баталиям на тесной кухне, очередями в туалет и ссорами из-за общего телефона в коридоре, кажется, остались в прошлом: на территории Москвы сохранилось всего около 8 тысяч коммунальных квартир. Программа столичных властей по расселению обещает, что к 2019 году их не останется вовсе. The Village нашел несколько квартир, в которых до сих пор живут коммунами.

 

КОММУНАЛКА
В КИСЛОВСКОМ ПЕРЕУЛКЕ

    
Изображение 29. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 1.

Шестиэтажный дом в Кисловском переулке c высоченными потолками, узорчатой плиткой на полу в парадной, дубовыми дверями и планировкой по царским строительным стандартам был построен в XVIII веке, а в середине прошлого были надстроены еще четыре верхних этажа. На домашних концертах здесь бывали музыканты Антон и Николай Рубинштейны, композиторы Скрябин и Чайковский. Сейчас дом находится во владении Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского, в нем сохранилось порядка пяти коммунальных квартир. Поговаривают, что дому в ближайшее время грозит «реконструкция».


Изображение 38. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 2.Ольга, жительница квартиры
Жильцы: 6 человек
Количество комнат: 4
Метраж: 93 кв. м 
Высота потолков: 4 м

      
Изображение 32. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 3.

Коммунальная квартира начинается огромным коридором, протяженность которого лишь немногим уступает дорожке для боулинга. Четыре комнаты. Со стен и потолка свисает струпьями облупившаяся штукатурка, на полу настелен добротный, порядком истертый дубовый паркет. В ванной — большая газовая колонка и витраж из цветного стекла, на кухне — сверкающий белизной новенький холодильник(единственная, кажется, вещь в квартире, напоминающая о том, какой сейчас год за окном).

В коммуналке проживает шесть человек, пятеро — члены одной семьи. Ольга Олеговна делит жилплощадь со своим мужем Виктором Евгеньевичем, дочерью Валентиной, братом и мамой. Ольга по образованию часовщик, но уже несколько лет работает уборщицей, ее муж — охранником, дочь оканчивает одиннадцатый класс. Про соседа по коммуналке семье известно не много — он молод, не работает, не учится и часто устраивает шумные вечеринки.

          
Изображение 31. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 4.

     
ЖИЛЬЦЫ КОММУНАЛЬНОЙ КВАРТИРЫ

Ольга Олеговна: «Перед тем как я сюда въехала со своими родителями, здесь располагалось общежитие консерватории для иностранных студентов. Помню, после них осталось множество музыкальных инструментов. Мы живем здесь, как и любая другая семья, живем довольно дружно. Кроме нас в квартире живет молодой человек Семен. До него жила другая семья, с которой были обычные житейские отношения, время от времени бывали, конечно, и ссоры. После того как семья выехала из своих комнат, их приобрел другой человек. На протяжении года он пытался выселить нас из квартиры, а после безуспешных попыток в квартире стал жить его сын. Этот сын по молодости лет приводит шумные компании и устраивает пьяные драки. Один раз нам даже пришлось вызвать милицию».
Виктор Евгеньевич: «В целом, с соседями, которые живут в соседних квартирах, конфликтов у нас не возникает. Многие из них музыканты: кто-то играет на пианино, кто-то на трубе. Возможно, именно поэтому наша дочь любит играть на гитаре и собирается поступать в ГИТИС. Раньше я жил в другой коммунальной квартире на набережной, вот там действительно было, как в песне у Высоцкого, „система коридорная, на двадцать восемь комнаток — всего одна уборная“. А сейчас мы неплохо живем».

 

 

КОММУНАЛКА
В ДМИТРОВСКОМ ПЕРЕУЛКЕ

   
Изображение 35. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 5.

На некоторых подъездах бывшего доходного дома в Дмитровском переулке до сих пор висят металлические таблички с надписями «коммунальная квартира № ...». Под табличкой — фамилии проживающих семей и количество звонков в дверь к каждой. Если позвонить два раза, откроют Ивановы, если три — Сидоровы.

Небольшой коридор соединяет три комнаты и маленькую темную кухню. На кухне — две плиты, раковина с почерневшей сколотой эмалью, посуда сервизных наборов из доисторического прошлого и одинокая микроволновка. Вся сантехника обветшала, паркет разбит, квартира буквально умоляет о проведении в ней малярно-штукатурных работ, а по всей ее площади расползлась разная, не имеющая ничего общего друг с другом мебельная рухлядь — последствие многолетнего коммунального хозяйствования нескольких поколений жильцов.



      
     
Изображение 39. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 6.
Ефим, житель
квартиры
Жильцы: 7 человек
Количество комнат: 3 
Метраж: 50 кв. м
Высота потолков: 3 м

Ефим Яковлевич, по профессии инженер-электронщик, когда-то вселился в эту квартиру со своей семьей, а сейчас живет с одной дочерью. Их комната в квартире — самая большая из трех. Другие две, совсем крошечные, заняты узбекской семьей, приехавшей в Москву на заработки.

     
Изображение 36. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 7.

   
ЖИЛЬЦЫ КОММУНАЛЬНОЙ КВАРТИРЫ

Ефим Яковлевич: «Когда я с семьей — с женой и четырьмя детьми — сюда вселился, тут жила еще одна семья из четырех человек. Но лет пятнадцать назад они съехали. После этого квартиру стали сдавать. Теперь соседи меняются каждые 2–3 месяца. Бывают разные люди: как по воспитанию, так по культуре и национальности. Порой это бывает невыносимо, но зачем сор из избы выносить. Не хочу об этом. Квартира с каждым днем приходит всё в большую негодность, ей давно требуется капитальный ремонт, но здесь церковь в шаговой доступности, много магазинов, хоть и дорогих, да и это все-таки центр, я к нему привык».

 

             

БЫВШАЯ КОММУНАЛЬНАЯ КВАРТИРА
В СТАРОКОНЮШЕННОМ ПЕРЕУЛКЕ

       
Изображение 43. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 8.

Бывший доходный дом на 10 квартир в Староконюшенном переулке построен в 1911 году. Фасад украшен вставками красочной керамики, огромные окна окаймлены старыми деревянными рамами.

Ремонт в бывшей коммунальной квартире не делали давно: на высоких потолках побелка и лепнина потрескались, обои выцвели, краска на стенах потускнела. В прихожей висит старинный барельеф, в комнатах — картины и акварельные наброски разных улочек Арбата, принадлежащие руке хозяина квартиры и знакомых художников, повсюду громоздятся стопки книг, некоторым из них более сотни лет.


Изображение 42. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 9.
Владимир, житель квартиры
Жильцы:  2 человека
Количество комнат: 4
Метраж: 125 кв. м
Высота потолков: 4 м

Коммунальную квартиру недавно расселили. Теперь здесь осталась одна семья — архитектор Владимир Федорович и его жена писательница Ирина Александровна. Оба всю жизнь прожили в коммуналке.

Изображение 41. Общественное пространство: московские коммунальные квартиры.. Изображение № 10.

      
ЖИЛЬЦЫ КОММУНАЛЬНОЙ КВАРТИРЫ

Ирина Александровна: «Всю жизнь прожили в таких условиях. Владимир Федорович вырос в огромной коммуналке с коридорной системой, в Трубниковском переулке, а я в коммуналке в Кривоарбатском переулке. Мою семью подселили в дом номер 3, принадлежавший Зинаиде Берг, дочери Адольфа Берга, владельца художественного салона „Город Ницца“ на Арбате (возле сегодняшнего Театра Вахтангова). Соседи были замечательными и воспитанными людьми, они прятали меня от моего отца-алкоголика, и я им очень благодарна за это. Все соседи были близкими людьми и доверяли друг другу не просто на бытовом уровне, они доверяли заботу о собственных детях. А вот наши нынешние соседи, которые живут над нами, — это просто беда. Они постоянно меняются. У них наплевательское отношение ко всему, и они постоянно нас заливают, не говоря уже о том, что у них в квартире творится черт знает что».
Владимир Федорович: «После того как мы с Ириной поженились, мы каждый из своей коммуналки переехали в эту. Здесь жила еще одна семья, потом они уехали, а мы с детьми остались. Но теперь и наши птенчики оперились и вылетели из гнезда. От прежних владельцев, которые жили в этой квартире в то время, когда дом еще не был подключен к центральному отоплению, осталась куча дров».