Стендап представляет собой сольное юмористическое выступление перед живой аудиторией. У этого комедийного жанра большая история: он зародился в Великобритании несколько столетий назад, а мировую популярность получил с развитием телевидения в 1970-е годы. Во многих западных странах стендап имеет свои традиции и преемственность, и именно там сформирована культура стендапа в том виде, в котором она существует сейчас.

Российский же стендап — движение относительно молодое. Появился он, по разным подсчётам, пять-семь лет назад. А широкой аудитории стал известен благодаря одноимённому проекту на ТНТ. Впрочем, шоу на телевидении — лишь верхушка айсберга. Сейчас по всей стране работает множество заведений, где регулярно проводятся стендап-вечеринки. Теоретически стать стендап-комиком крайне легко: достаточно прийти на открытый микрофон (мероприятие, во время которого на сцену может выйти любой желающий). Однако сделать стендап своей работой и зарабатывать этим на жизнь удаётся далеко не каждому. The Village встретился и поговорил с московскими комиками, для которых стендап — это больше, чем хобби.

Мы сохранили авторскую пунктуацию и орфографию в шутках стендаперов, вынесенных на их портреты.

Фотографии

сергей иванютин


Артур Чапарян

22 года, один из ведущих стендап-комиков в Stand-Up Club #1 на Новом Арбате

По образованию я пианист. Четыре года учился в колледже при консерватории, потом поступил в Высшую школу экономики на факультет филологии. Правда, спустя три месяца я понял, что не потяну, и бросил. До старта карьеры стендап-комика я некоторое время занимался сферой юмора: пробовал играть в КВН, писал шутки для лиги КВН в ВШЭ, вёл смешные аккаунты в инстаграме и твиттере. Поэтому, когда встал вопрос заработка, я решил, что буду профессионально заниматься комедией.

Всё началось два года назад. Мы с другом организовывали комедийные шоу в кафе и барах, однако нам не удавалось найти хороших стендап-комиков. Тогда я попробовал выступить сам, у меня начало получаться, и я решил развиваться в этом направлении. Стал активно ходить на открытые микрофоны, постоянно выступал, открывал для себя новые места и возможности.

Дальше был «StandUp фестиваль ТНТ». Его организаторы созвали комиков со всей России, и лучших из них брали в эфир. Я дошёл до финала, попал в телевизор, стал узнаваемым. Как только открылся Stand-Up Club, я стал выступать и там. На сцену выхожу два-три раза в неделю. Здесь платят не очень много, поэтому периодически выступаю в различных клубах, в том числе в других городах.

Конечно, я помню своё первое выступление. Было так себе. У меня дрожал голос, я сильно волновался, рассказывал странные шутки, а в итоге у меня выключился микрофон.

Раньше я писал шутки так: в течение дня подмечал разные вещи, записывал интересные мысли в телефон. Потом приходил домой и долго тупил над бумагой, пока что-нибудь не получится. Однако со временем я изучил творчество западных комиков и понял, что многие из них придумывают шутки прямо на сцене. У них есть основная идея, и они разгоняют её прямо перед зрителем. Мне кажется, это правильно. Я сейчас пытаюсь делать так же, но из-за недостатка опыта получается пока не очень.

Я шучу обо всём, что вижу. Хотя про отношения, например, шутить не стану: про них и так все шутят. У меня и отношений-то нет, так что я лучше над одиночеством посмеюсь. У нас так часто бывает: молодые комики насмотрятся Джимми Карра и выходят на сцену с жёсткими, зачастую аморальными шутками. Зал, естественно, не смеётся, а комики говорят, что люди ничего не понимают. Нет, люди нормально реагируют. Смеются и над жёстким юмором, и над абсурдом, но всё должно быть качественно сделано.

Стендап-движение в России постоянно развивается. Практически в каждом регионе есть стендап-комики. Что касается Москвы, то здесь множество открытых микрофонов, куда любой желающий может прийти и выступить. Однако открытые микрофоны нужны для того, чтобы комики проверяли свои шутки. Там ты не зарабатываешь, ведь вход для зрителей обычно бесплатный. Нужно больше мест, похожих на наш клуб, куда люди приходят и платят деньги, чтобы посмотреть на проверенных качественных комиков. У «StandUp на ТНТ» похожая концепция, но там всё делается для того, чтобы снять передачу. Они ориентированы на телевизор.

Есть у меня одна занятная история. Полетели мы как-то с моим другом-комиком Идраком выступать в Белгород. Шоу проходило в маленьком пабе, где 20 здоровых пьяных мужиков отмечали чей-то день рождения. Мы должны были выступать по полчаса. Я вышел на сцену, выступил за две минуты и ушёл.
Не смог: в зале тишина, негатив. Идрак выступал все положенные полчаса и тоже в тишине, но он выдержал. После шоу к нам подбегает организатор и говорит: «Ребята, вы же понимаете, что я не могу заплатить вам все деньги за выступление?» Тогда Идрак взбесился, я его никогда таким не видел. Он наклонился к организатору и сказал: «Слушай сюда, либо ты платишь нам всё, либо ты не платишь нам ничего». Я подумал: «Что? Идрак, это и есть наш план?» Организатор уходит, возвращается через какое-то время и говорит: «Я не плачу вам ничего». И вот мы в Москве. Я до сих пор жду, что придут какие-то деньги.

Нет ничего страшного в том, чтобы облажаться на сцене. Порою опыт плохого выступления даёт намного больше, чем опыт хорошего. Начинающему комику советую в первую очередь понять, нравится ли ему комедия или он просто хочет влиться в модное движение и жаждет внимания к себе. Если второе — стендапом лучше не заниматься. Ещё совет новичку: мой руки после микрофона, его всегда держат потными руками. И третье: постоянно работай над новым материалом: это единственный способ развиваться. Если ты смешной, то пробиться наверх легко. Все двери открыты.


Александр Долгополов

21 год, воронежский стендап-комик, недавно переехавший в Москву

Стендап — это то, ради чего я просыпаюсь каждый день. Всегда знал, что хочу заниматься именно этим. Четыре года назад я поступил в Воронежский государственный университет на факультет международных отношений. И с самого начала понимал, что не закончу обучение: университет был мне нужен только для поиска единомышленников. И когда на втором курсе мы с ребятами начали активно выступать, я бросил вуз. Из-за этого я поссорился с родителями и ушёл из дома.

В то время стендап-движение в Воронеже не было таким массовым и доступным. Нельзя было прийти с улицы и попасть на сцену. Поэтому мы с друзьями организовывали кочевавшие с места на место открытые микрофоны. Однако из-за отсутствия прибыли у кафе и баров нас отовсюду выгоняли. Тогда мы начали выступать просто на улице. Это было прекрасное время: мы не получали никаких денег, только опыт и удовольствие.

Спустя какое-то время появился человек, который предложил монетизировать нашу деятельность. Он взял меня в дело, и вместе мы открыли воронежский стендап-клуб. С самого начала я понимал, что это будет рабство, но хотел узнать, как долго смогу терпеть. Если посторонние люди лезут в твоё творчество и пытаются менять его, это в любом случае закончится плохо. Даже если ты станешь лучшим комиком, ты всё равно будешь несчастлив.

Я ушёл из клуба спустя год и решил поехать покорять Москву. Думал, что всё будет просто, что я за пару недель добьюсь успеха и меня начнут везде обожать. Но вот я второй месяц здесь, и мне тяжело.

В провинции на твои выступления ходят одни и те же люди, поэтому приходится постоянно рассказывать новый материал. За три года выступлений в Воронеже у меня накопилось очень много шуток, которыми я и планировал покорить столицу.

За первую неделю в Москве я рассказал все свои монологи, а люди не смеялись.
Я облажался один раз, затем другой, потом поменял тактику и снова облажался. Это повторялось раз за разом. За один вечер я мог выступить в нескольких местах, и везде было плохо. Когда я вечером возвращался домой, чувствовал себя как после драки: будто мне разбили лицо, из носа течёт кровь, а я такой: «Ну, сейчас я вам всем покажу». Комик должен постоянно работать над материалом, исправлять его и переписывать.

Чтобы шутить на какую-то тему, нужно в ней хорошо разобраться, найти ответы на многие вопросы. Ты должен определить своё отношение к предмету шутки, понять, что думают об этом люди, и найти точки соприкосновения. Потом написать много шуток, выбрать лучшие и выстроить ритм. И главное — следует быть готовым к тому, что долгое время над классными шутками никто не будет смеяться.

Порой после плохого комедийного шоу кажется, что люди перестают верить в чудеса. Однажды в Воронеже был такой вечер: зрителей мало, шутки плохие, гнетущая атмосфера. В конце своего выступления я решил заговорить об этом и сказал что-то в духе: «Да, было ужасно и вы сюда никогда не вернётесь. Дома вас спросят, как всё прошло, а вы ответите, что по телевизору смешнее». Люди начали улыбаться. Я угадал их настроение, именно об этом они и думали. Тогда я продолжил: «Этот вечер уже не спасти, но поймите, что для людей, которые выходили сегодня на сцену, комедия — это самое важное в жизни. И когда они придут домой, им тоже будет больно и обидно. Однако мы работаем, боремся и всё равно продолжаем выступать». Я снял висевшее в зале напряжение, и зрители ушли в приподнятом настроении. Люди должны понять, что неудачные выступления — это нормально, они тоже часть работы.

Мой распорядок дня сейчас примерно такой: днём я гуляю и смотрю фильмы,
а вечером выступаю. Ещё я очень много думаю: постоянно вынашиваю идеи, разрабатываю новые шутки. Недавно я выиграл денежный приз в конкурсе комиков в Stand-Up Club, что уже является небольшим успехом. Комедия пока не приносит мне стабильного заработка, но на еду хватает. Если очень туго, помогает мама.

Стюарт Ли, мой любимый комик, как-то сказал, что комедия — это постоянно делать то, чего ты боишься. Если ты боишься шутить про религию, ты должен шутить про религию. Боишься семь минут на сцене молчать — молчи. Боишься полгода не выступать — не выступай. Первое время ты избавляешься от страхов
и расчищаешь площадку для строительства, а уже потом возводишь что-то крутое.


Вова Бухаров

27 лет, давний участник московского стендап-движения, один из основателей Stand-Up Club. Стабильно выступает с 2010 года

Я учился в МГТУ имени Баумана на программиста, но на последнем курсе перешёл в Российский новый университет, который и закончил по той же специальности. Однако образование мне не пригодилось: за всю жизнь я не проработал по профессии ни одного дня. В стендап-движение я попал через КВН. Сперва играл за факультетскую команду, потом за сборную вуза. И однажды, в 2006 году, меня позвали в комедийное шоу для двух команд наподобие КВНа. Оно проходило в клубе Black October, и одним из этапов конкурса был капитанский монолог. Именно тогда, в свои 18 лет, я впервые вышел на сцену с неким подобием стендапа.

Потом мы с моим другом Элом сами организовали похожее шоу. А 17 октября 2010 года запустили первую московскую серийную стендап-вечеринку. Она проходила каждую неделю в клубе «Радио Сити» и пользовалась успехом. Нашими ведущими были комики Александр Незлобин, Таир Мамедов, Дмитрий Романов и даже один раз Павел Воля. Однако выходить на сцену я в то время не решался. Ведь все комики много писали и работали, и было бы нечестно выступать рядом с ними только потому, что я организатор. Я хотел проверить свой материал, отточить навыки. Впоследствии мы стали организовывать открытые микрофоны для всех желающих, на которых я и стал регулярно выходить на сцену.

В таком формате наши вечеринки просуществовали два года, после чего появился «StandUp на ТНТ», который сильно всё поменял. Все наши проверенные комики, на которых держалось шоу, ушли на телеканал. Естественно, у нас упал и уровень юмора, и количество зрителей. Но мы продолжили работать, и уже через полгода у нас образовался новый костяк молодых комиков. В него вошли Саша Малой, Алексей Квашонкин, Марат Секаев, Виталий Коломиец, Костя Пушкин, Артур Чапарян и Идрак Мирзализаде. Как раз в этот момент мы переехали в интересное полуподвальное помещение на «Красном Октябре», где и запустили шоу «Чёрный стендап». Вот тут дело и пошло в гору.

Спустя некоторое время стало понятно, что для дальнейшего развития нам нужно обзавестись своей площадкой. Мы нашли инвесторов и неплохое место на Новом Арбате, после чего открыли первый в России Stand-Up Club. Мы существуем уже год, у нас хорошие отзывы, и главное — к нам ходят люди. Сейчас клуб работает шесть дней в неделю, в четыре из которых проходит открытый микрофон, причём по пятницам — на английском. Помимо этого, каждую неделю мы проводим платные выступления наших проверенных комиков. Лично я стараюсь выступать как можно чаще.

За полгода я пишу приблизительно 20 минут хороших шуток и два часа посредственных. Выбирать хороший материал и отсеивать плохой — это основная работа, которую я проделываю. Естественно, у меня есть шутки, за которые стыдно. Например, в начале карьеры у меня была шутка про аборт, и было не очень приятно, когда мама увидела её в интернете. Сейчас я тоже выступаю с ужасной шуткой, суть которой сводится к тому, что я встречался с девушкой, болевшей раком. В шутке, конечно, есть зерно юмора, но я пока не нашёл оболочку, в которой можно было бы её мягко подать. Зрителю должно быть и стыдно, и смешно. Пока только стыдно.

Стабильно зарабатывать юмором довольно тяжело. Нельзя вмиг захотеть и стать стендап-комиком. В первые несколько лет не стоит рассчитывать на серьёзный заработок. К примеру, в Америке гонорар в 100 долларов за выступление считается нормой. У нас в клубе примерно такие же расценки.

Единственный способ выйти на уровень западных комиков — это выступать тысячи часов и постоянно находить новые вещи в старом материале. Например, у меня есть шутка, которая живёт уже три года, и над ней всё ещё смеются. За это время она эволюционировала и разрослась, появились новые отыгрыши и дополнения. А у зарубежных комиков шутка может разрастаться десятки лет. Когда я смотрю видео выступления Луи Си Кея или Билла Бёрра, то ловлю себя на мысли, что вижу результат десятилетней работы. Это впечатляет, на них действительно хочется равняться.

В Россию относительно недавно приезжал Дин Льюис — профессиональный тренер стендап-комиков. Я был у него на курсах, и он рассказывал о понятии «position of authority». Если вкратце, то у тебя должен быть авторитет в той области, о которой ты говоришь или шутишь. Ты не можешь говорить о том, каково это — иметь детей, если у тебя самого их нет. Вот в области отношений с девушками у меня как будто есть какой-то жизненный опыт. Ведь это бесконечная тема для шуток, это то, что связывает нас всех. Или, например, секс: мы все им занимаемся, нам всем он необходим для продолжения рода. Если ты шутишь про секс, ты точно попал в яблочко. Но тут важно не перейти черту и не свалиться в пошлость.

Для меня стендап — это штука, на которую не грустно потратить свою жизнь.
Я считаю стендап лучшим комедийным жанром, который можно посмотреть вживую. Получая отрицательный или положительный отклик зала, я узнаю ответы на разные вопросы, я вижу, поддерживают меня или нет.


Кирилл Сиэтлов

26 лет, давний участник стендап-движения, организатор «Большого открытого микрофона» в клубе «Алиби»

В профессиональный юмор я входил плавно. Сначала был КВН в школе и вузе, потом некоторое время играл уже официально и даже доходил до лиги Москвы и Подмосковья. Но там было скучно, тесно и постоянная редактура, поэтому я организовал своё стендап-шоу в студенческом городке МФТИ. Так и закрутилось. В 2012 году я начал делать регулярные стендап-вечеринки в клубе Zavtra, тогда же стал проводить «Большой открытый микрофон», который до сих пор каждую неделю проходит в «Алиби».

На протяжении последних восьми лет я учусь в Московском физико-техническом институте и до недавних пор разрывался между научной и комедийной карьерой. В итоге я взял академический отпуск и выбрал комедию. О своём выборе ничуть не жалею: мне намного интереснее озвучивать идеи, чем их проверять. Когда я работаю над научной статьёй, то думаю о том, как можно над этим пошутить.
А когда я пишу шутки, то не думаю, как можно доказать ту или иную мысль.

Сейчас открывается много новых площадок, которые называют себя стендап-клубами. Первым открылся клуб в Самаре, потом в Петербурге, но все они потом закрылись, потому что не смогли окупиться. Московский стендап-клуб пока держится, но непонятно, надолго ли его хватит. Комики должны заниматься комедией, а не клубным бизнесом. Я намного больше верю в то, что настоящими российскими комедийными клубами станут уже действующие бары, которые просто переориентируются на стендап (например, тот же «Алиби»).

Несколько лет назад я участвовал в шоу «Центральный микрофон», которое выходило на СТС. Этот опыт сложно описать одним словом. Сначала мне всё нравилось. На меня и моих товарищей по открытым микрофонам делали ставку, нам говорили, что половину эфирного времени будем занимать мы, а другую половину — известные комики. Потом начались съёмки, и вскрылась главная проблема. Оказалось, что всё это делается исключительно для телевизора. В зале вместо зрителей сидит пригнанная массовка, звёздные комики выходят на сцену с бумажками, снимают по несколько дублей, просят искусственно им хлопать. Для съёмок шоу привозили мэтров мирового стендапа из Австралии, Америки и Ирландии. Однако в итоге из всех зарубежных комиков по телевизору показали лишь один монолог Дилана Морана. Меня тоже обрезали: из пяти выступлений по семь минут оставили всего одно, сокращённое к тому же в два раза. Программу показывали в 23:00 в воскресенье, потом перенесли на час ночи, а спустя десять выпусков вообще сняли с эфира, потому что она не имела высоких рейтингов. Больше половины отснятого материала просто кануло в небытие. Задействовали гигантские ресурсы, но всё впустую. Проект оказался чистой воды обманом и профанацией.

Зато одним из далеко идущих последствий участия в этом шоу стало моё знакомство с компанией «ГудСториМедиа» («Реальные пацаны», «Воронины», «Адаптация»). Последние полтора года я работаю у них сценаристом, и это удачно сочетается с моей стендап-деятельностью. На работе я тоже пишу шутки, просто в другой форме: здесь они представлены в виде жизненных ситуаций, сюжетных линий и диалогов. Однако принцип мышления тот же, и мне не нужно перестраиваться.

Когда я пересматриваю свои старые выступления, то вижу, как периодами копировал того или иного комика. Например, Стивен Райт использует медленные короткие шутки, и я пытался делать так же. Я перенимал манеру речи, темы шуток, подачу — словом, всё что можно. В какой-то момент из этого симбиоза стилей и вырастает собственная уникальность. Сейчас я обрёл себя, я спокоен и знаю, что могу рассмешить любой зал.

Стендап хорош тем, что тебе никто не нужен, ты максимально самостоятелен: сам себе продюсер, сценарист, редактор и артист. Между тобой и зрителем нет посредников. Как у протестантов, когда они откололись от католической церкви: им было важно, чтобы между ними и богом не было никакого папы римского. Я такой же протестант, мне важен прямой контакт со зрителем. Только свобода и возможность никому не подчиняться дают мне возможность экспериментировать и быть самим собой.

Помимо этого, стендап — одна из наиболее доступных форм самовыражения.
На самом деле неважно, есть у тебя талант или нет, главное — желание и труд. Здесь не нужно получать учёную степень или образование. Свои силы в стендапе может попробовать каждый, тут пригодится любой жизненный опыт. И на сцене тебя примут таким, какой ты есть. Причём на руку может сыграть как твой скептицизм, так и твоя наивность. Выйди, попробуй — вдруг зацепит?


Стиль: Света Михайлюк

Редакция выражает благодарность за предоставленные для съёмки вещи магазинам Reebok, Brandshop и Asos