В феврале стало известно, что мэрия готова снести все оставшиеся пятиэтажки в городе: переселение ждет порядка 640 тысяч семей. Последняя подобная кампания началась в 2011 году в нескольких районах города и идет до сих пор. The Village поговорил с теми, кто пережил переселение из пятиэтажек в предоставленные мэрией квартиры за последние пять лет, и делится их опытом.

Фотографии

Иван Анисимов

Ольга Антонова, 52 года

переводчик художественных и политических материалов

Переехала в 2015 году из дома на проспекте Вернадского, 71 в дом на проспекте Вернадского, 63.

Ключ от новой «трешки» в 23-этажной одноподъездной башне мы получили два года назад. Новая квартира нуждалась в капитальном ремонте, качество работы застройщика было отвратительное: кривые стены, потолки, полы, перекошенные двери и окна. Где-то в апреле мы начали ремонт; первая бригада, найденная нами по дурости через интернет, еще больше разбомбила всю квартиру и просто сбежала с деньгами. Спустя какое-то время мы нашли нормальных рабочих, но ремонт продвигался крайне медленно, поэтому жить мы продолжали в хрущевке.

Там у нас была трехкомнатная квартира общей площадью 58 квадратных метров, где были прописаны мы с дочерью. В квартире периодически делался хороший ремонт, а сам дом был в жилом состоянии. Слухи о переселении ходили несколько лет, но когда и куда нас переселят, официально не говорили.

Когда пришло время переезжать, лично нам никаких вариантов не предлагали, а сказали, что все квартиры уже заняты, кроме одной. Потом выяснилось, что это — откровенная ложь. Свечку, конечно, не держала, но предполагаю, что без коррупции при распределении квартир дело не обошлось, некоторые получили даже по две.


По ошибке нас чуть не похоронили живьем — рано утром приехал бульдозер и стал сносить дом

Пока в новой квартире шел ремонт, к нам в старую чуть ли не каждый день врывались работники «Жилищника» в сопровождении полиции и требовали съехать. В августе в пятиэтажке отключили все коммуникации, и жизнь стала невыносимой. По ошибке нас чуть не похоронили живьем — рано утром приехал бульдозер и стал сносить дом. В доме на тот момент оставались заселенными несколько квартир. Мы еле успели его остановить, даже не хочется вспоминать об этом обо всем.

В момент, когда из хрущевки уже все выехали и по плану должен был начаться снос, одна бабушка оставалась в доме. За день простоя на строителей или работников «Жилищника» налагался штраф. Бабушку эту рабочие вынесли из дома на руках вместе с частью мебели и просто оставили на мостовой.

Отношение к переезду у жильцов было разное. Те, кто жил вшестером в «однушке» или «двушке», разумеется, были рады. Те, кому жизненного пространства, как нам, вполне хватало, переезжать никуда не хотели. Мы кричали, писали, но это не помогло. Были и те, кто переезда не пережил. Например, женщина, с которой мы вместе гуляли с собаками: о ее смерти мне рассказала ее сестра во время случайной встречи.

Сейчас я уже два года живу в этом монолите. У меня сложилось впечатление, что все эти сторонники монолитов и переселения вообще не понимают слов «родной дом». Это место, куда ты всегда будешь стремиться вернуться, где бы ты ни был. Люди всю жизнь прожили в уютных невысоких домах, со всех сторон увитых зеленью, знали друг друга не только в лицо, но и по имени отчеству, ходили друг к другу за всякой мелочью и чувствовали себя единым сообществом. Они просто физически не могут жить в 23-этажных монолитах, построенных на голом бетоне без единого дерева.

Владимир Бархоткин, 52 года

инженер

В 2014 году поменял двухкомнатную квартиру на «Речном вокзале» на две однокомнатные в новом доме на Беговой улице.

У меня была двухкомнатная квартира в пятиэтажке на 41 квадрат на «Речном вокзале», которую я поменял с доплатой на две однокомнатные квартиры в доме на Беговой. Площадь новых квартир — 51 и 53 квадратных метра. Чтобы получить их в собственность, я официально оплатил выписанный в ДГИ счет на доплату. Она была по очень выгодному тарифу, который составил половину цены от коммерческой стоимости этой недвижимости. Вряд ли мне когда-нибудь еще представилась бы возможность купить такие квартиры в доме от «ДОН-строя», почти в центре и в минуте ходьбы от метро.

Моя старая квартира была в хорошем зеленом районе недалеко от метро. Но сам дом, конечно, был старый, с тонкими стенами, через которые было отлично слышно соседей. Кухня была маленькая — пять метров, коридор тоже крошечный.

Когда объявили о сносе дома, меня вызвали в ДГИ за смотровыми талонами. У департамента были разные объекты, раскиданные по всему северу Москвы.


Вряд ли мне когда-нибудь еще представилась бы возможность купить такие квартиры

У меня изначально была идея разменять «двушку» на две «однушки» — естественно, с доплатой. Доплата возможна исключительно официально, к другим вариантам относятся отрицательно. Если в департаменте не спрашивать, что еще есть, и не тянуть из них информацию, то они предлагают всего два-три варианта. Но я с ними сошелся на том, что в моих интересах выбрать жилье быстро, это было и в их интересах тоже. Мы договорились, что с первого смотрового талона через два дня я дам ответ. А в силу того, что в день запрещено выдавать более трех смотровых, мне сказали номера не занятых квартир: если я их выберу, то смогу официально получить смотровые на них.

Я решил взять с собой риелтора, и за два дня мы посмотрели десять квартир. Варианты были в башнях на «Речном», в панельных домах рядом с железной дорогой на «Аэропорту» и на Дмитровке в монолитах. Самый выгодный вариант с коммерческой точки зрения нашелся в 37-этажном доме в нескольких метрах от метро «Беговая». «Однушки» в нем до 70 квадратов, а просмотренные нами квартиры в других домах максимум по 40 метров. Сделку заключили быстро, и 31 декабря 2014 года я получил ключи от квартир на Беговой.

Из минусов — совершенно безобразная отделка. Я видел, в какие квартиры на «Речном» переселяли двух моих друзей: туда можно было сразу въехать и жить, ремонт был терпимый. На Беговой же, по всей видимости, квартиры стояли несколько лет закрытыми. С окнами дела обстояли совсем плохо — сквозь них дико дуло, линолеум в некоторых местах был завернут, обои мерзкого коричневого цвета, ванная неправильно подключена, плитка уложена безобразно. Все пришлось отдирать и переделывать. В ремонт я вложил приличные деньги. Но сегодня квартиры в прекрасном состоянии, ничего не развалилось. Я однозначно доволен переселением и улучшением жилищных условий.

Мария Щипкова, 32 года

инженер-проектировщик, ландшафтный дизайнер

В 2017 году по решению суда переехала из дома по улице Народного Ополчения, 13 (Хорошёво-Мнёвники) в новый дом на улице Народного Ополчения, 3.

У нас была «двушка» 45,8 метра в пятиэтажке. В апреле 2016 нам передали письмо с предложением посмотреть квартиру в новостройке. Квартира с общей площадью 51 квадратный метр находилась в новостройке по адресу улица Народного Ополчения, 3. Комнаты нам показались слишком узкими, поэтому мы от нее отказались.

Дальше в сентябре к нам в дверь постучался рабочий с попыткой передать какие-то документы. Как позже мы узнали в департаменте городского имущества, рабочий приносил договор мены на квартиру, которой мы даже не видели. Договор был на квартиру в том же доме на Народного Ополчения, 3, на этот раз с площадью 48,3 квадратного метра. Мы подписывать документы отказались.

Главная проблема квартир в этой многоэтажке заключается в том, что ширина комнат в них не соответствует московским городским строительным нормам. Согласно нормативам, ширина спальни должна составлять не менее 2,4 метра. Несущая же колонна нашего нового дома заходит в одну из комнат на 17 сантиметров, ее длина внутри помещения составляет 1,3 метра. Таким образом, ширина части комнаты с колонной — 2,27 метра. А это ширина двуспальной кровати по сути, такой спальней пользоваться просто неудобно.

В ноябре нам предложили еще одну квартиру в Митине с большей площадью и хорошей планировкой. Мы согласились на нее, даже приобрели место для машины на наземной парковке рядом, начали процесс оформления документов. Однако спустя две недели нам сообщили, что дом еще не передан городу от застройщика, документы не оформлены, поэтому нам не отдадут эту квартиру и даже показывать ее не имели права.

5 декабря нам пришла повестка в суд. ДГИ выпустил распоряжение о том, что нашу семью нужно переселить именно в тот дом на Народного Ополчения, 3 по распоряжению Марата Хуснуллина, которое мы не видели. Вообще, никакие документы до нас не доходили, даже повестку в суд задним числом принесли.

Судебное заседание состоялось 26 декабря, нашу пятиэтажку признали аварийной первого числа того же месяца. Правда, никакой межведомственной комиссии не было, хотя ее положено проводить, решение вынес жилищник из управы. В нашем старом доме все коммуникации нормально работали, только крыша иногда подтекала и в некоторых квартирах зимой было прохладно.

Решение вынесли не в нашу пользу, хоть акт от ДГИ и был составлен с нарушениями. Департамент предоставил план помещения от застройщика, на котором не была проставлена ширина части комнаты с несущей колонной. Суд распорядился переселить нас, а если будем сопротивляться, то сделать это при участии судебных приставов. В начале февраля этого года мы переехали в новую квартиру после нескольких визитов приставов.

Отделка здесь самая дешевая, но есть положенные газовая плита, туалет, раковины, ванная. Еще около 30 человек, таких же как и мы, по решению суда попали в квартиры с несущей колонной в спальне.

На сегодня застройщик уже приступил к сносу нашей пятиэтажки. Так как нас переселили по решению суда, мы ключи не сдавали и не подписывали документы о передаче квартиры департаменту. Рабочие нашу входную дверь просто спилили. Сейчас из пустой пятиэтажки выпиливают батареи и водопроводные трубы, выносят газовые плиты и даже пластиковые окна вынимают. Мы же готовимся к обжалованию судебного распоряжения.

Надежда Капорская, 35 лет

психолог

В 2016 году из квартиры в Южном Медведкове переехала вместе с семьей в новый дом, который находится в двух километрах от старого

Переезда мы ждали и были ему очень рады. В старой квартире были прописаны два человека — это была «двушка» площадью 41 квадратный метр в адовом состоянии. Глючила электрика, в подъездах сильно воняло и бегали крысы, все гнило. Поскольку дом обещали переселить в течение 15 лет, многие не делали ремонта. Мы тоже не делали, разве что косметический, и то в 1995 году, его оплачивало правительство Москвы.

Смотровые талоны нам дали в марте, и мы сразу же согласились на первый вариант. Договор получили в апреле и окончательно съехали в июне. Насколько я знаю, от первых смотровых до последних съехавших прошло примерно 8–10 месяцев.

Некоторые судились с департаментом городского имущества из-за того, что не нравились предложенные варианты. В основном были претензии по площади и этажу. Правда, были и особо неудачные квартиры, которые в ДГИ всем подряд предлагали.

Но нам повезло: заметно увеличилась площадь и этаж удобный, не было повода хотеть лучше. В новой квартире 60 квадратных метров и два балкона — это очень круто.

Ремонт от застройщика был, но материалы и качество работы невероятно, феерически дешевые и низкокачественные. Многое пришлось сразу переделывать или менять. Народ с этим по-разному обходился: кто-то въезжал, как есть, а кто-то сразу делал капиталку — зависело от возможностей.

Из минусов — транспортные проблемы. Расстояние до поликлиники сильно увеличилось, дорога до метро теперь вместо 15–20 минут занимает все 35, автобусы ходят редко. Есть трамваи, но пожилым добраться до остановки трудно. Для автовладельцев разницы нет. Обещают построить дорогу через промзону, вот тогда можно будет до метро минут за 15–20 пешком дойти. Кстати, нашу старую пятиэтажку до сих пор не снесли. Начали демонтаж в январе, но она так и стоит полусломанная.

Наталья Втулкина, 26 лет

фрилансер

В 2013-м переехала из Измайлова в Северное Измайлово

Хрущевка наша в Измайлове принадлежала одной из самых старых серий, и в ней все разваливалось. Дом обещали снести лет 20, поэтому жившие там бабушка с дедушкой не делали ремонта. У нас была «двушка» площадью 45 квадратных метров.

О сносе объявили в 2013 году, хотя предварительно зачем-то сделали капитальный ремонт в подъезде. На выбор новой квартиры из трех предложенных жителям хрущевки дали полгода. Квартиру выбирали отец с дедушкой (они же вдвоем и были прописаны в старом доме). Первый вариант был в Гольянове, но родителей не устроил метраж и маленький балкон. Предполагалось, что жить в новой квартире будет дедушка, а он болеет и почти не видит, поэтому гуляет только на балконе. Мы рассказали в ДГИ о дедушкиных нуждах, и вторым вариантом нам предложили двухкомнатную квартиру с 8-метровой лоджией, на 10-м этаже и общей площадью 66 квадратных метров. На этой квартире в Северном Измайлове мы и остановили свой выбор. ДГИ даже предлагали бесплатно организовать переезд, но мы заказали платную перевозку, чтобы быстрее съехать.

Сейчас в этой квартире живу я с мужем. Дедушка уже совсем болен и поэтому живет вместе с моими родителями, ему нужен постоянный уход. Квартира теплая, дом кирпично-монолитный с толстыми стенами. Соседей не слышно, в отличие от пятиэтажки, где сквозь картонные стены была слышна даже вибрация на телефоне.

Квартира очень светлая и большая, даже есть гардероб. Рассчитывать на люксовые двери в квартире, которую дают бесплатно, было бы глупо, как и на ремонт от ведущих дизайнерских бюро. Но отделка была хорошая, в сдержанных тонах, мы ее практически полностью оставили. Только ванную и туалет совместили, там плитка была некачественно уложена и начала осыпаться. Также на кухне вместо линолеума плитку сделали. Пара ребят из старого дома живут в моем же подъезде, их тоже все устраивает. Новые соседи по лестничной клетке квартиру купили и все полностью переделали, им, наоборот, казалось, что все плохо.

Новые дома строят разные компании, соответственно, качество жилья зависит от того, как застройщик подойдет к строительству. Нам повезло с застройщиком. Я слышала истории от знакомых, что отделка в других домах им досталась плохая. Некоторые детали и у нас требовали переделки, конечно. Но если учитывать, что жилье дали бесплатно, то у нас все на достойном уровне.

Сейчас на месте нашего бывшего дома разбили скверик, но я его не видела, мне знакомый рассказывал. Новый район меня в принципе устраивает. Там, конечно, было немного лучше, ближе к центру, больше зелени, красивый Измайловский остров. А тут Щёлковское шоссе, грязно.