Сегодня в прокат вышла картина, ставшая копродукцией России, Грузии и Польши. Ей сулят хорошую прокатную судьбу: она была восторженно принята на фестивалях  в Берлине и на «Кинотавре». Оба раза отмечена наградой за лучшую режиссуру. «The Village Черное Море» побеседовал с режиссёром о нашумевшей драме про захватчиков.

18 ноября 1983 года, в Грузии семеро молодых людей захватили самолет Ту-134А с целью бегства из Союза: из Тбилиси в Батуми, оттуда — на Запад. 19 ноября самолет взяли штурмом. По распространенным данным, погибли семь человек — два пилота и бортпроводница, двое пассажиров и двое захватчиков. О том, что происходило на борту исторического рейса — новая картина Резо Гигинеишвили «Заложники». Фильм снят на грузинском языке, с русскими субтитрами.


— Террористическая (как бы сейчас сказали) акция – вынужденная форма протеста золотой молодежи Грузии против режима, советского подцензурного времени (безвременья). А главный вопрос, который рефреном проходит через весь фильм: чего им не хватало?

— Очевидно: свободы. Этой картиной я попытался обратить свой взгляд в прошлое и проанализировать, что такое свобода и что такое жизнь в условиях несвободы.


Свобода – у каждого своя, но это не в коем случае не вседозволенность, и тем более, не безрассудство.

Это прежде всего возможность человека жить и распоряжаться своей жизнью так, как хочет он, а не как диктует ему система.

— Несколько талантливейших студентов и одна девушка – молодые люди творческих профессий. Они все-таки романтики: их задумка с самого начала была обречена на провал. Вы им сопереживаете?

— Это, мне кажется, понятно из названия фильма о молодых людях: «Заложники». Но несмотря на это, я избегал в картине прямых мотиваций, потому что ни одна из них не может оправдать угон самолета, который привел к гибели членов экипажа и пассажиров.

— Вы заняли в фильме совершенно правильную позицию: беспристрастный рассказчик, ни на чьей стороне, не давите на зрителя, держите умеренную дистанцию, добившись в картине, как говорят критики, полного единства формы и содержания...

— Я давно освободился от того, чтобы говорить со зрителем на доступном ему языке.


Сегодня я делюсь тем, что болит.

Когда дело касается авторского самовыражения, лишние разговоры ни к чему. А принимать картину или нет, решать людям по ту сторону экрана. Я не хочу заигрывать со зрителем, я хочу его уважать.

— Эпоха и события выражены в кино предельно натурально: здесь – и бытовая достоверность, и режиссерская беспристрастность, и почти документальный подход. Работа над «Заложниками» заняла более 7 лет: архивы, истории, интервью, свидетельства тщательно Вами собирались и обрабатывались, был найден и списанный много лет назад ТУ-134. Трагические события снимались в интерьерах той самой популярной пассажирский «тушки». Чего Вам это стоило?

— Это преданность своему делу, ради которого ты преодолеваешь все трудности и находишь то, что, казалось бы, найти невозможно. Трагическая история 83-го мне не безразлична, я точно понял, что хочу снимать эту драму, я горел этой картиной, и начал просто активно работать.

— Выходили ли «Заложники» за рамки фестивалей – видели ли его в Грузии?

— Да, он был в Грузии в широком прокате, картина была принята очень тепло – зрительский интерес был огромным.

Не удивительно. События тех лет переживались всей Грузией как национальная трагедия. Угонщики были арестованы и расстреляны (девушка — приговорена к 15 годам колонии). Их родные до сих пор не знают, где похоронили казненных – заложников системы и обстоятельств, заплативших за свою свободу слишком высокую цену.



Фотографии: обложка — Кинопоиск