Я очень люблю давать советы. Иногда меня об этом просят, но чаще всего мне так только кажется. Что не мешает мне раздавать советы всем и всегда при каждом удобном случае. Думаю, в старости, кроме того, чтобы ходить попукивая и хрустя костями, я беспрестанно буду делиться нажитой мудростью, благодаря чему стану чудовищно одиноким. Я часто бываю прав и, кажется, неплохо разбираюсь в людях, это необходимо при моей профессии, часть которой бесконечная продажа своих идей, требующая умения понять человека, услышать его и предложить то, что нужно. Даже если он сам этого пока не знает. Часто ты забываешь о том, что перед тобой не очередной клиент, и начинаешь вещать. Хорошо поставленным голосом, уверенно и достаточно убедительно.

Не так давно я встретился с одной своей подругой, которая разошлась с молодым человеком. Они встречались довольно долго, и вот отношения, кажется, достигли финального, мелодраматического момента, когда необходимо забрать свой фикус, кота и любимую зубную щётку и отправиться домой к маме. Она была непреклонна, уверена в себе и выглядела так, будто решилась переехать в провинцию Онтарио, Канада. То есть немного испуганной, решительной и довольно безумной. Она без конца повторяла, что больше никогда не будет разговаривать с молодым человеком, вычеркнет его телефон из записной книжки, вырежет извилину мозга, отвечающую за память, будет ходить по делам потайными тропами, поменяет имя и сделает пластическую операцию.

Я, конечно, утрирую, но общий смысл был в том, что если расходиться, то так, чтобы больше никогда и нигде не встречаться, не общаться и ничего не знать друг о друге. Я стал спорить и уверять её, что это бессмысленно и вообще сродни предательству родины. Как же так, говорил я, если вычеркнуть человека из своей жизни, то какой смысл был в том, чтобы жить с ним всё это время, ведь так нельзя, ты как будто обесцениваешь всё время, проведённое с ним.

 

 

Она была непреклонна, уверена
в себе и выглядела так,
будто решилась переехать
в провинцию Онтарио, Канада

 

 

Надо сказать, что я часто и много об этом думал. Меня ужасно пугает невозможность зафиксировать, забрать себе и материализовать воспоминания. Отчасти поэтому я ужасно любил в детстве книгу «Парфюмер». Ведь как было бы здорово организовать в квартире небольшой шкаф, со склянками, в каждой из которых важный момент твоей жизни: вот первый поцелуй, вот вы отдыхали вместе в летнем лагере для школьников, вот ты идёшь домой пешком, потому что метро закрыто, а ты мелкий нищеброд, а она живёт в Беляеве, а день не задался с самого начала. Вот ты так боишься познакомиться с ней, что для вашей встречи зовёшь в кино всех её друзей, знакомых и людей, которые способны представить тебя в лучшем свете. В общем, мне всегда казалось, что как только ты забываешь то, что происходило между тобой и человеком, все ваши предыдущие отношения как будто перестают иметь смысл и превращаются в напрасно потраченные дни, месяцы и годы.

Очень много лет я пребывал в уверенности, что только так и может быть. Что нельзя терять и отпускать людей, с которыми ты когда-то был, потому что вас очень многое связывает, потому что вы были близки, потому что вы через многое проходили вместе, взрослели, частично умнели и прочее. Ни одна моя бывшая девушка не исчезла из моей жизни. Мы общаемся, многие дружат между собой, все знают друг друга. Это одновременно приятно и немного пугает. У всех давно своя жизнь, но какие-то невидимые нити, за которые я всегда так волнуюсь, до сих пор не позволяют нам отдаляться слишком сильно. Я сознательно помогал некоторым устроиться на работу, предлагал делать что-то вместе, старался укреплять нашу дружбу, удобрять её и очень пугался, когда люди вдруг находили своё счастье, выходили замуж и рожали детей.

Со временем я заметил странную вещь: у всех вокруг уже всё хорошо, а я всё ещё ищу чего-то, жду какого-то невероятного события. Каждый раз, когда я начинаю новый роман, я как будто всё время сравниваю свои ощущения с тем, что уже случалось, было пережито однажды. Есть такой известный эффект московского кафе «Маяк». Каждый раз, оказываясь там, ты всё время посматриваешь на дверь, оценивая и рассматривая всех входящих. Тебе интересно, кто ещё войдёт туда. Вот так и в отношениях: я как будто всё время посматриваю на дверь, то ли надеясь встретить знакомого, то ли планируя план бегства, то ли просто ожидая чего-то невероятного, что побило бы все мои предыдущие опыты.

Со временем я превращаюсь в старика-барахольщика, любителя предметов из прошлой жизни. Я как будто бесконечно перебираю обрывки воспоминаний, всё дальше отходя от того, что происходит в реальной жизни. Так и моя колонка чаще всего начинается со слов «когда мне было», «когда я был», «в шестнадцать, семнадцать, двадцать два». Но всё чаще я задумываюсь о том, насколько всё это неверно.

 

 

Есть такой известный эффект московского кафе «Маяк». Каждый раз, оказываясь там, ты всё время посматриваешь на дверь

 

 

Любая ошибочная система в своей основе имеет один бракованный камень, и если вытащить его, то карточный домик сложится и вокруг окажется реальность, какой бы она ни была. Ошибка всех моих выкладок заключалась в том, что мне всегда требовалось признание ещё одного человека. Подтверждение моей жизни другим. В одном старом фильме Сьюзан Сарандон говорила, что брак нужен лишь для того, чтобы засвидетельствовать твою жизнь, чтобы кто-то другой сказал тебе, что она не лишена смысла, значительна и существует. Много лет я думал так же. Но, кажется, всё, к чему это приводит, — это бесконечное одиночество и отсутствие настоящей, невыдуманной жизни здесь и сейчас.

Мой приятель, замкнутый человеконенавистник, постоянно пытающийся отправиться на военную службу в горячие точки мира, как-то посоветовал мне жить своими маленькими делами и никому о них не рассказывать. Я никогда не понимал, что именно он имеет в виду, но сейчас вроде как понял.

Неудачи на личном фронте, происходящие по разным, чаще всего нормальным и не зависящим от нас причинам, часто приводят к собственной неуверенности и необходимости реального подтверждения своей правоты. А ведь в этом нет никакой необходимости. Если ты знаешь, что что-то было хорошо, то этого вполне достаточно, надо просто уложить это в себе, отвести маленький шкаф в собственной памяти, трансформировать в приобретённый опыт и двигаться дальше. Иначе ничего не работает. И ты превращаешься в попукивающего, хрустящего старика значительно раньше, чем необходимо.

Когда я закончил вещать, рядом уже никто не сидел. Моя подруга, кажется, уже доехала до дома и навсегда забыла о нашем разговоре. Через неделю они снова стали встречаться, оказалось, что вся её бравада — только следствие нелепой ссоры, и, покричав и походив неизведанными тропами, они снова вернулись друг к другу. Сначала я злился, воспринял это как собственную неудачу, а потом подумал, что для меня этот разговор не прошёл даром, кажется, я наконец понял что-то очень важное.