Депутат ЗАКСа Оксана Дмитриева потребовала приостановить работу баров в центре. Теперь заведения ждут проверки Рассказываем, что об этом известно

Депутат ЗАКСа Оксана Дмитриева потребовала приостановить работу баров в центре. Теперь заведения ждут проверки

В прошедшие выходные представители барной индустрии стали распространять в соцсетях копии запроса, который лидер фракции Партия роста в петербургском Заксобрании Оксана Дмитриева направила в Роспотребнадзор и главному санитарному врачу по Санкт-Петербургу. В этом документе Дмитриева потребовала провести внеплановые проверки в барах Центрального района и приостановить деятельность заведений. Причина — жалобы местных жителей на шум, нарушение общественного порядка и санитарных норм.

Документ впечатляет своим масштабом: в списке — больше сотни заведений, включая как бары на улице Рубинштейна (жители которой давно воюют с общепитом), маргинальной Думской, так и расположенные в более спокойных локациях — на набережной Фонтанки (Mishka Bar, «Гусары»), Литейном проспекте (Warp), улицах Жуковского («Синий Пушкин») и Некрасова (Bazin, «Залив», «Хроники», Redrum и другие). Список Дмитриевой мог бы стать неплохим гидом по барному Петербургу, но владельцам заведений не до смеха: после почти года работы в условиях ковидных ограничений теперь им, кажется, предстоит череда проверок.

Чтобы понять, что происходит, The Village связался с Оксаной Дмитриевой и узнал, почему она решила инициировать депутатский запрос и каким видит будущее барной индустрии. Кроме того, мы поговорили с Анной Хмельницкой — совладелицей и идеологом бара «Залив» на улице Некрасова, в который уже приходили первые проверяющие.


Оксана Дмитриева

Депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга

Жалоб на бары от жителей Центрального района всегда было очень много, в основном они связаны с нарушениями Жилищного кодекса, общественного порядка и законодательства об объектах культурного наследия. Это война, которая идет давно и, надо сказать, безуспешно для жителей. Речь идет о несанкционированных перепланировках, отсутствии изолированной системы вентиляции, недостаточном соблюдении санитарных норм, в результате мыши и крысы появляются в жилых домах в центре. Это, что называется, невидимые миру слезы.

Депутаты регулярно направляют соответствующие запросы по каждому объекту. И от меня они тоже поступали не раз. Сейчас же активисты и лидеры защиты прав граждан по Литейному округу, по улице Рубинштейна собрали и систематизировали эти обращения, мы просто объединили их в один документ. Я направила их в соответствующие инстанции, это основание для обращения в прокуратуру за правом на внеплановую проверку.

Вы говорите, что бары для Петербурга важны, но скажите, для Петербурга разве не важны нормальные комфортные условия для жителей центра города? Не важно сохранение культурного наследия? Неизуродованные дворы, которые сейчас выглядят абсолютно недопустимо из-за бесчисленных труб и других диссонирующих элементов фасада?

Допускаю, в списке могут быть и ответственные предприниматели. Но список составлен по многочисленным жалобам жильцов. И я уверена, что коллективные обращения — основание для проверки.

Я допускаю, что в списке могут быть и ответственные предприниматели. Это возможно. Но в то же время, список составлен по многочисленным жалобам жильцов. И я уверена, что коллективные обращения — основание для проверки. Если же какие-то объекты проверялись ранее и прокуратура считает, что нет основания для дополнительного реагирования, она просто не даст им хода.

Что касается перспектив барной индустрии в городе, я считаю, что должны быть жесткие и четкие регламенты расположения баров и ресторанов в многоквартирных домах, как и вообще любого бизнеса. Если это дом, который состоит из нежилых помещений — это одна история, если бар или ресторан располагается на первом этаже, а на втором — тоже нежилое помещение — это тоже какой-то допустимый вариант. В Петербурге есть места, которые идеально подходят для ночных заведений — например, Апраксин двор, пока не подобрана функция этой большой территории. Это вполне может быть такой «богемный квартал» или «барный кластер», он идеально расположен вдали от жилых зданий и при этом в центре. Это не значит, что все бары и рестораны должны быть только там, но те, которые хотят в работать в любое время дня и ночи, вполне могут располагаться в подобных зонах. Еще одна возможность: это использование для барной индустрии домов, которые уже не подходят объективно под сохранение жилой функции. Там можно совмещать рестораны с хостелами, гостиницами и так далее.

Если говорить о поддержке бизнеса в условиях пандемии, я, когда мы встречались с жителями по итогам работы, уже озвучила свое мнение. Считаю, что все меры поддержки должны быть обусловлены соблюдением законодательства. То есть нужно четко увязывать поддержку бизнеса с соблюдением интересов граждан. Тогда, возможно, законы начнут соблюдать. Пока же я и другие депутаты многократно обращались в разные инстанции — и всегда это «как об стенку горох»: власти, правоохранительные органы так или иначе жалобы игнорируют. Не знаю, может быть, у них есть свои интересы в этом. В то же время я согласна, что поддержка индустрии со стороны государства должна быть, но именно законопослушного бизнеса, как форма стимулирования, ведь понятно, что предприниматели, которые соблюдают все правила, несут дополнительные издержки и теряют в какой-то мере свою конкурентоспособность. И вот этому бизнесу, с моей точки зрения, и надо помогать.


Анна Хмельницкая

Совладелица и идеолог баров «Залив», закусочной «Косуля» и «Рюмочной в Бутылке»

Где-то две недели назад в «Залив» пришла представительница МЧС — пожарной инспекции. Она начала переписывать данные юридического лица. Далее нас посетил сотрудник Управления по контролю за соблюдением законодательства об административных правонарушениях. Он показал нам жалобу депутата Дмитриевой и сообщил, что теперь нас ждет комплексная проверка нескольких комитетов при правительстве Петербурга, Роспотребнадзора, МЧС и так далее. Официально нас никто ни о каких жалобах или проверках не уведомлял: то есть фактически мы узнали обо всем только благодаря тому, что сами стали спрашивать.

В эти выходные в бар «Залив» пришла полиция: сказали, что хотят проверить факты, которые указаны в жалобе. У нас проверяли лицензии, технологические карты, договор аренды, уставные документы. На наш вопрос, зачем это нужно, если мы прошли уже проверку профильных комитетов, у нас есть проведенные ими шумозамеры, и почему нельзя просто затребовать результаты этих экспертиз, нам сказали, что их это не интересует, они действуют по жалобе.

Меня лично удивляет, что депутат Оксана Дмитриева решила предъявить нам вот эти нарушения, учитывая, как мы работали в 2020-м: почти полгода мы были закрыты, было всего несколько месяцев летом, когда функционировали в формате согласованной террасы, и с середины осени работали до 23:00. Бизнес наш выживает — и это не фигура речи. Это во-первых.

Во-вторых, наши предприятия функционируют по несколько лет: у кого-то — три, у кого-то — восемь. Все эти предприятия — с зарегистрированным в Росреестре договорами аренды, с выданными лицензиями, с работающим ЕГАИСом — это отлаженный, легальный бизнес. К нам же никто не приходит ничего узнать, но в документах я читаю фразу, что депутат требует «приостановить нашу деятельность». Меня это шокирует. Смешали в кучу жалобы с Литейного, с Фонтанки, с Жуковского, Некрасова — и это рассматривают как бы единым делом. Есть как бы плохие люди, представители малого бизнеса, и никому не интересно запрашивать наши дела и узнавать, добропорядочные ли мы налогоплательщики, работаем ли по лицензиям, проходили ли проверки раньше.

Сопротивляться сотрудникам полиции, которые приходят для проверки, и вставать в позу мы не посчитали нужным. Во-первых, это непродуктивно, во-вторых, документы, которые у нас потребовали, есть — и предъявить их нам несложно. Но никаких конкретных жалоб ни от кого нам не предъявили. Так что о чем конкретно идет речь, мы не знаем.

Если давление на малый бизнес продолжится, последствия могут быть плачевными — и не только для меня, но и всей индустрии

Для меня это необъяснимая история. Понимаю, когда есть какая-то конкретная проблема на адресе — скажем, с соседями. Я веду этот бизнес 18 лет, я человек и бизнесмен, понимающий, что всегда нужно идти на встречу, всегда нужно договариваться и решать проблему, если она возникла. Никогда не было такого, что бы мы плевали на добрососедские отношения. Мы устанавливали дорогую звукоизоляцию, меняли окна соседям, много чего еще делали, чтобы всем было комфортно. И почему сейчас все это происходит, я не знаю. Есть подозрение, что это нечто похожее на инициативу депутата Четырбока и его закон «про наливайки» — нечто, что не привязано к работе моего бара, может быть, связанное с желанием хайпа или пиара. Хотя и неясно, кому такой пиар может принести пользу.

Я понимаю, что меня ждет еще шесть-восемь проверок, и не знаю, как будет развиваться ситуация. Но если давление на малый бизнес продолжится, последствия могут быть плачевными — и не только для меня, но и всей индустрии. Мы даем рабочие места, мы выживаем в сложнейшее коронавирусное время, договариваемся сами с арендодателями, со своим персоналом, придумываем хоть какую-то работу, чтобы чем-то занять людей и чтобы они могли получить зарплату и прокормить свои семьи. И после этого сложнейшего года получаем вот эти странные проверки: мне кажется, это нечестно.


Обложка: Виктор Юльев

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Дикая Думская: Что происходит на главной барной улице России
Дикая Думская: Что происходит на главной барной улице России Бессмертный злачный квартал Петербурга: караоке, стриптиз-клубы, гей-бары, хинкали и веселящий газ
Дикая Думская: Что происходит на главной барной улице России

Дикая Думская: Что происходит на главной барной улице России
Бессмертный злачный квартал Петербурга: караоке, стриптиз-клубы, гей-бары, хинкали и веселящий газ

Жители улицы Рубинштейна
Жители улицы Рубинштейна Обитатели самой популярной улицы Петербурга — о соседстве с ресторанами и своей повседневности
Жители улицы Рубинштейна

Жители улицы Рубинштейна
Обитатели самой популярной улицы Петербурга — о соседстве с ресторанами и своей повседневности

В Петербурге принимают законопроект о «наливайках». Десятки хороших баров могут закрыться
В Петербурге принимают законопроект о «наливайках». Десятки хороших баров могут закрыться «Многие рестораторы будут вынуждены выбирать, что себе отрезать: голову или руку»
В Петербурге принимают законопроект о «наливайках». Десятки хороших баров могут закрыться

В Петербурге принимают законопроект о «наливайках». Десятки хороших баров могут закрыться
«Многие рестораторы будут вынуждены выбирать, что себе отрезать: голову или руку»

Тэги

Люди

Места

Бренды

Новое и лучшее

«Дюна»: Авторский блокбастер Дени Вильнёва — главная премьера года

В Петербурге нашли еще одну массовую карусель на выборах. На этот раз — в Военмехе

«Церковь — открытый, гостеприимный дом»: Основатели кафе «Aнтипа» при храме — о бытии, латте и собаках

7 глупых вопросов о Вертинском

Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?

Первая полоса

«Дюна»: Авторский блокбастер Дени Вильнёва — главная премьера года
«Дюна»: Авторский блокбастер Дени Вильнёва — главная премьера года С Тимоти Шаламе и Оскаром Айзеком и музыкой Ханса Циммера
«Дюна»: Авторский блокбастер Дени Вильнёва — главная премьера года

«Дюна»: Авторский блокбастер Дени Вильнёва — главная премьера года
С Тимоти Шаламе и Оскаром Айзеком и музыкой Ханса Циммера

В Петербурге нашли еще одну массовую карусель на выборах. На этот раз — в Военмехе

«Оденьтесь, пожалуйста, неброско»

В Петербурге нашли еще одну массовую карусель на выборах. На этот раз — в Военмехе
«Оденьтесь, пожалуйста, неброско»

«Церковь — открытый, гостеприимный дом»:
Основатели кафе «Aнтипа» при храме — о бытии, латте и собаках
«Церковь — открытый, гостеприимный дом»: Основатели кафе «Aнтипа» при храме — о бытии, латте и собаках
«Церковь — открытый, гостеприимный дом»:
Основатели кафе «Aнтипа» при храме — о бытии, латте и собаках

«Церковь — открытый, гостеприимный дом»: Основатели кафе «Aнтипа» при храме — о бытии, латте и собаках

7 глупых вопросов о Вертинском
7 глупых вопросов о Вертинском Как выглядел шансон до него и что общего между Вертинским и современным рэпом
7 глупых вопросов о Вертинском

7 глупых вопросов о Вертинском
Как выглядел шансон до него и что общего между Вертинским и современным рэпом

Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?
Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти? «Моя война — это выбрать красный или белый цвет»
Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?

Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?
«Моя война — это выбрать красный или белый цвет»

Лоферы, челси и казаки: 24 пары обуви на осень
Лоферы, челси и казаки: 24 пары обуви на осень
Лоферы, челси и казаки: 24 пары обуви на осень

Лоферы, челси и казаки: 24 пары обуви на осень

Пока кредит не разлучит вас
Спецпроект
Пока кредит не разлучит вас Сможете ли вы решить финансовые проблемы в семье и не развестись
Пока кредит не разлучит вас
Спецпроект

Пока кредит не разлучит вас
Сможете ли вы решить финансовые проблемы в семье и не развестись

Стол к окну, микрозелень на подоконник
Спецпроект
Стол к окну, микрозелень на подоконник 13 советов, как работать из дома экологично
Стол к окну, микрозелень на подоконник
Спецпроект

Стол к окну, микрозелень на подоконник
13 советов, как работать из дома экологично

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве «Супер секси секонд», рейв-медитация и еще 30 ивентов
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве
«Супер секси секонд», рейв-медитация и еще 30 ивентов

«Дачное место»: зачем ехать 
в Можайский район

«Дачное место»: зачем ехать в Можайский район

«Дачное место»: зачем ехать 
в Можайский район

«Дачное место»: зачем ехать в Можайский район

Что показали на Венецианском кинофестивале: 13 самых обсуждаемых фильмов
Что показали на Венецианском кинофестивале: 13 самых обсуждаемых фильмов Соррентино, Альмодовар и новый фильм с Камбербэтчем
Что показали на Венецианском кинофестивале: 13 самых обсуждаемых фильмов

Что показали на Венецианском кинофестивале: 13 самых обсуждаемых фильмов
Соррентино, Альмодовар и новый фильм с Камбербэтчем

Моя подруга выпала с балкона в Мурино и погибла. Ее бойфренда арестовали, потом отпустили. А моя жизнь превратилась в ад
Моя подруга выпала с балкона в Мурино и погибла. Ее бойфренда арестовали, потом отпустили. А моя жизнь превратилась в ад
Моя подруга выпала с балкона в Мурино и погибла. Ее бойфренда арестовали, потом отпустили. А моя жизнь превратилась в ад

Моя подруга выпала с балкона в Мурино и погибла. Ее бойфренда арестовали, потом отпустили. А моя жизнь превратилась в ад

Попробуйте повторить рецепты из книги XIX века
Попробуйте повторить рецепты из книги XIX века «Наука приготовления и искусство поглощения пищи»
Попробуйте повторить рецепты из книги XIX века

Попробуйте повторить рецепты из книги XIX века
«Наука приготовления и искусство поглощения пищи»

«Безумное кино для взрослых»: Учительница в центре скандала об утечке домашнего порно
«Безумное кино для взрослых»: Учительница в центре скандала об утечке домашнего порно Главный призер Берлинале-2021
«Безумное кино для взрослых»: Учительница в центре скандала об утечке домашнего порно

«Безумное кино для взрослых»: Учительница в центре скандала об утечке домашнего порно
Главный призер Берлинале-2021

Как избавиться от стресса с помощью музыкальной терапии?
Как избавиться от стресса с помощью музыкальной терапии? Саша Виноградова и Алина Ануфриенко — о лечении музыкой и новом альбоме «Око»
Как избавиться от стресса с помощью музыкальной терапии?

Как избавиться от стресса с помощью музыкальной терапии?
Саша Виноградова и Алина Ануфриенко — о лечении музыкой и новом альбоме «Око»

Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»
Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики» Говорим о здоровом питании, панке и Comme Des Garçons
Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»

Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»
Говорим о здоровом питании, панке и Comme Des Garçons

Сотрудники Домодедова потеряли собаку пассажирки
Сотрудники Домодедова потеряли собаку пассажирки Что им грозит и куда обращаться, если вашему питомцу причинили вред
Сотрудники Домодедова потеряли собаку пассажирки

Сотрудники Домодедова потеряли собаку пассажирки
Что им грозит и куда обращаться, если вашему питомцу причинили вред

«Приходя сюда на работу, нужно забыть про семью и личную жизнь»: Cотрудники Wildberries — об условиях труда в компании
«Приходя сюда на работу, нужно забыть про семью и личную жизнь»: Cотрудники Wildberries — об условиях труда в компании
«Приходя сюда на работу, нужно забыть про семью и личную жизнь»: Cотрудники Wildberries — об условиях труда в компании

«Приходя сюда на работу, нужно забыть про семью и личную жизнь»: Cотрудники Wildberries — об условиях труда в компании

Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке
Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке Говорим об исторических зданиях, пьющих классиках и новом театре
Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке

Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке
Говорим об исторических зданиях, пьющих классиках и новом театре

Куда идти на коктейль, бранч и ужин: 11 новых ресторанов осени
Куда идти на коктейль, бранч и ужин: 11 новых ресторанов осени
Куда идти на коктейль, бранч и ужин: 11 новых ресторанов осени

Куда идти на коктейль, бранч и ужин: 11 новых ресторанов осени

Подпишитесь на рассылку