«Я работаю в доме Мамина-Сибиряка, который могут снести из-за храма» Сотрудники музея — об истории здания и отношении к собору святой Екатерины

«Я работаю в доме Мамина-Сибиряка, который могут снести
из-за храма»

В рубрике «Где ты работаешь» The Village исследует знаковые нежилые здания Екатеринбурга. В этом выпуске — дом-музей Дмитрия Мамина-Сибиряка, расположенный рядом с приборостроительным заводом, который хотят снести ради строительства храма святой Екатерины. Никто точно не знает, какова судьба у музея: останется ли тот на прежнем месте или его придется перенести. В УГМК пока никак не комментируют строительные работы, больше информации станет известно после презентации проекта собора.

Сотрудники дома-музея Мамина-Сибиряка поделились с The Village опасениями по поводу будущего, рассказали о прекрасном прошлом и объяснили, как можно работать на одном месте 46 лет.

Литературно-мемориальный дом-музея Дмитрия Мамина-Сибиряка

Адрес: улица Пушкина, 27

Музей основан: 1946 году

Годы постройки: 1870-е

Количество этажей: 1

Количество комнат: 8


В 1884 году Дмитрий Мамин-Сибиряк за гонорар от романа «Приваловские миллионы» купил дом в Екатеринбурге на улице Соборной, 27 (сейчас — Пушкина). При доме был маленький садик, каретный сарай и навес. Вся усадьба занимала 10 соток. После переезда писателя в Петербург с 1891 года тут жили его мать, братья и сестра.

Мамин-Сибиряк умер в 1912 году. Свой особняк он завещал дочери Аленушке. Та в свою очередь завещала дом Екатеринбургу, надеясь, что из него сделают музей имени отца. Но пришлось подождать. В 1919 году дочь писателя умерла, и до 1940 года в ее доме были коммунальные квартиры, а в годы Великой Отечественной войны — разнообразные конторы. Музею нашлось место только в 1946 году. С тех пор дом охраняется государством как памятник культуры федерального значения.

Дом Мамина-Сибиряка — деревянный, рубленый, с бутовым оштукатуренным цоколем и кирпичной пристройкой. Центральный фасад облицован кирпичом, у его окон — оштукатуренные наличники, со двора — дощатые ставни. Крыша выполнена из железа. Парадное крыльцо сделано из старинных гранитных плит, над ним — металлический навес с ажурными боковинами. Внутри здания восемь комнат, в том числе бывшие кухня и прихожая. Приусадебный участок не сохранился. Современная музейная экспозиция была создана в 2007 году. Она рассказывает о творчестве Мамина-Сибиряка через призму семейных и дружеских отношений. Дом-музей Мамина-Сибиряка входит в «Объединенный музей писателей Урала», где числится еще восемь культурных учреждений.

В 2018 году глава УГМК Андрей Козицын заявил, что соседнее с музеем здание приборостроительного завода снесут: сначала тут предполагался культурный центр, теперь — храм святой Екатерины. Над музеем нависла реальная угроза, ведь фактически он попадает в проект застройки квартала. Одним из первым за дом встревожился общественник Дмитрий Москвин.


Дмитрий Москвин

общественник

До сих пор непонятно, как дом-музей Мамина-Сибиряка собираются вписать в территорию рядом с храмом. Я давно об этом пишу в соцсетях. Высокинский говорит о сохранении таблички Тимы Ради «Кто мы, откуда и куда идем» (арт-объект расположен на крыше приборостроительного завода — Прим.ред), но про музей — ни слова. А ведь это один из немногих домов, посвященных уральским писателям.

Никакой перспективы для этого здания не обозначено. Ключевой вопрос — что дальше? Как музей может быть вписать в пространство у храма? Вопрос о переносе музея вообще не правомочен: здание должно стоять на своем историческом месте. Как можно вписать — это вопрос к архитекторам. Пока непонятно, кто вообще проектирует храм. Хочется, чтобы общество хотя бы в этом плане успокоили. Но ведь музей запросто могут снести под предлогом того, что им откроют новое пространство в каком-то другом месте. Пока нет объяснений, снос, к сожалению, самый напрашивающийся вариант развития событий.


Надежда Крякунова

Заведующая музеем Мамина-Сибиряка


В моей трудовой книжке только одна запись длиной в 46 лет — дом-музей Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка.

Я родилась в северном Казахстане, неподалеку от Петропавловска. Когда мне было пять лет, семья переехала в Курган, где я и закончила школу, поступила на филологический факультет УрГУ в Свердловске. Конечно, я знала о писателе Мамине-Сибиряке, авторе «Приваловских миллионов», «Аленушкиных сказок», но в университете специального курса, посвященного уральской литературе, не было. В октябре 1973 года пришла в музей по необходимости: у меня была маленькая дочь, надо было зарабатывать, а тут предлагали более-менее свободный график. Пришла на время, а осталась на всю жизнь. С должности научного сотрудника в 1980 году перешла на должность заведующей музеем и с годами сроднилась с работой.

В 70-е мы зарабатывали очень мало — в одно время мне платили 80 рублей. На эти деньги можно было как-то жить, но не на широкую ногу. Тогда килограмм колбасы стоил три-четыре рубля. Мой муж всегда хорошо зарабатывал, поэтому я особо не ощущала безденежья. Были возможности уйти на большую зарплату, но, как видите, этого не произошло.

О музее и доме

Первоначальные коллекции, на которых основывается наш музей, были присланы сюда вдовой Мамина-Сибиряка Ольгой Францевной Гувале сразу после смерти писателя, в 1912 году. По завещанию писателя и его дочери Елены Дмитриевны Маминой этот дом отходил в дар Екатеринбургу и литературному фонду УОЛЕ (Уральское общество любителей естествознания — одна из крупнейших научно-краеведческих общественных организаций Российской империи и СССР — Прим. ред) с пожеланием, чтобы здесь был создан музей уральской литературы и Мамина-Сибиряка. До 1925 года была жива сестра писателя Елизавета Наркисовна Мамина-Удинцева, дом принадлежал ей пожизненно. Когда она умерла, пошла активная работа по созданию музея. Но поскольку коллекции от Гувале пришли гораздо раньше, экспонаты ждали своего часа в литературном фонде УОЛЕ. Все жители дома считали, что нужно создавать музей, но к этому шли очень долго.

Музей готовился к открытию в 1940 году, но помешала война. Кстати, дом работал на победу: в военные годы здесь размещались различные организации — Уралснабсбыт, машинописное бюро, на кухне жили два известных профессора из МГУ. И вот 1 мая 1946 года мы наконец-то распахнули двери для посетителей.


В октябре 1973 года пришла в музей по необходимости: у меня была маленькая дочь, надо было зарабатывать, а тут предлагали более-менее свободный график. Пришла на время, а осталась на всю жизнь


Изначально музей вмещал в себя всю уральскую литературу — Решетникова, Мамина-Сибиряка, Бажова и других. Плюс еще были временные выставки, которые устраивались к литературным или праздничным датам. Представьте маленький домик — и в нем вся литература. Однако наши замечательные писатели стали уходить. Первым умер Бажов, и в 1969 году открыли его собственный музей. Постепенно наш дом покидала литература XIX и XX веков, и остался один Мамин-Сибиряк. Когда я пришла в музей, тут вовсю шла реставрация. В 1977 году писателю исполнилось 125 лет. К этой большой юбилейной дате мы и превратились в мемориальный дом-музей Мамина-Сибиряка.

За все годы у нас работало восемь экспозиций, три последние были уже на моей памяти. С середины 70-х в музее появился кабинет Мамина-Сибиряка, комната Анны Семеновны Маминой, комната Аленушки, «петербургская комната» со столовой. В 1988 году мы обновили витрины: картонные хлюпенькие поменяли на красивые из бука.

Когда писателю исполнилось 150 лет, мы задались вопросом: как же красиво, элегантно и современно показать его творчество? Тогда музейное оборудование стилизовали под мебель: открываешь шкаф, а там — рукописи. За последнюю экспозицию музеем была получена престижная премия Онисима Егоровича Клера.

До конца 70-х домик стоял отдельно, но тогда его решили соединить переходом с двумя заводскими корпусами. Так мы разрослись. Появилось место для нужд музея — выставочного зала, подсобного помещения, библиотеки. В переходе мы разместили стеклянную галерею — дополнительное выставочное пространство.

О музейном буме

В 70-е и 80-е экскурсий было очень много. В Свердловск приходили туристические поезда, нам заранее оставляли заявки — в выходные дни у нас бывало по 15 экскурсионных групп. Люди приезжали как из конвейера, а этот маленький домик всех принимал. Сюда ездили группы по профсоюзной линии, путевки оплачивались предприятиями. В основном, приезжали из Серова, Губахи, Нижнего Тагила, Челябинска. Бывали группы из Москвы и Казани. Доходило до смешного — люди приходили и не знали, куда их привели. Особенно это касалось мужчин после трудовой ночи. Бум продолжался до перестройки. Мы все выходные работали на износ: время было такое.

С другой стороны, толпы посетителей — это не очень хорошо. Они разносили музей, а он же маленький. Мы должны были его сохранять в целости. Тогда даже гардероба не было, люди зимой ходили по музею в пальто. Пребывала группа из 30 человек — делили их пополам, иначе не влезли бы. За все полвека, что я работаю в музее, посетители ни разу не повредили экспозицию. Ребятишки могут приклеить жвачку, открыть печку — что-то туда кинуть. Но дети есть дети. Чтобы кто-то испортил картину — такого не было. Случилась только одна кража, к счастью, немемориального экспоната.


Музейный бум продолжался до перестройки. Мы все выходные работали на износ: время было такое


После бума 80-х посещаемость музея упала. Людям было не до культурной программы. Ситуация начала меняться даже не в нулевые, а в 2010-е. Стало ходить много школьников. Очень хорошо, что их все-таки ведут учителя и родители. У нас сейчас очень разнообразная программа для детей, даже елки проводим, как раз с 90-х годов. В их основе «Сказка про славного царя Гороха». Мы ее немного осовременили, сделали новогодней, но главные герои у нас маминские — это царь Горох, царица Луковна, царевна Кутафья, царевна Горошинка и нянька. Все делаем сами: сценарий пишем, программу разрабатываем, роли играем и все украшаем.

В 90-е мы проводили по три-четыре елки в день, каждую — по два часа. Сейчас очень большая конкуренция по елкам, но наш праздник от этого хуже не стал: мы работаем на совесть, полностью выкладываемся. Стало меньше заявок, праздники стали более камерные, но они по-прежнему есть. Есть у нас другие мероприятия — тематические и литературные праздники, утренники по сказкам Мамина-Сибиряка. Мы любим и пропагандируем нашего писателя.

О посетителях

Есть определенный сектор посетителей, которые интересуются творчеством Мамина-Сибиряка и литературой в целом. Есть случайные посетители, например, недавно рабочий из Сыктывкара приезжал, после посещения музея заинтересовался творчеством писателя. Отдельный пласт посетителей составляют студенты гуманитарных факультетов и в особенности филологического факультета.

О Мамине-Сибиряке

Дмитрий Мамин-Сибиряк — очень современный писатель. Проблемы, которые волнуют нас сейчас, отражены в его произведениях. Например, «Приваловские миллионы». Это нажива и власть денег. Если взять его даже детские произведения — «Аленушкины сказки» и другие рассказы — это экологические вещи. Еще тогда Мамин-Сибиряк говорил: мы губим природу, человек — это не венец, мы — всего лишь часть природы — не властны над ней. Он писал об этом в 90-е годы XIX века, а мы стали остро понимать это только сейчас. С какой стороны ни возьми — Мамин-Сибиряк современен. Я думаю, что люди это понимают. Особенно те, кто хоть как-то знаком с его творчеством.

О коллегах

У нас работает два научных сотрудника, заведующая, экскурсовод, смотритель, кассир, дворник и уборщица. То есть по научно-просветительской работе только четыре человека. Я руководитель музея, поэтому отвечаю практически за все, что здесь происходит. И за сотрудников, и за качество работы, и за разработку новых мероприятий, и за выставки. Мы работаем с одним выходным — в понедельник, а все праздники, в том числе Новый год, посвящаем нашим посетителям. Мы не можем отдыхать, мы должны работать. Это огромный плюс для горожан, но сотрудникам, у кого есть семьи, приходится как-то лавировать. Наш коллектив — это очень интеллигентные, порядочные и образованные люди.

О возможном сносе музея

Руководство МБУК (Муниципального бюджетного учреждения культуры — Прим. ред.) «Объединенный музей писателей Урала» ведет переговоры с представителями администрации города. Конечно, мы волнуемся за музей. Это старый, деревянный дом, объект культурного наследия. И мы, люди, отдавшие жизнь музейной работе, работе в области культуры, не останемся в стороне, сделаем все возможное, чтобы сохранить музей Мамина-Сибиряка и не нарушить выбор горожан.

Вообще, приборостроительный завод — это очень красивый архитектурный ансамбль. Я специально прошла на другую сторону пруда и посмотрела на него издалека. Это неправда, когда говорят, что он не украшает наш город. Большинство территории завода являлось территорией музея Мамина-Сибиряка. В войну никто никого не спрашивал, это было надо, и его сюда временно перевели из Москвы. Но обратно в столицу он не вернулся. На моей памяти обсуждали два проекта застройки завода, но в итоге ничего не сделали. Лучшее — это всегда враг хорошего.


На другом месте я наш музей не вижу. Я вижу его только здесь. Это место мемориальное, дом мемориальный и дворик наш мемориальный


Раз уж территорию утвердили под храм, сейчас мы просто будем ждать. Существует угроза, что снесут наш переход. Есть такая информация. Но, насколько она верна, пока не могу сказать, я не в курсе. Мы обеспокоены, но посмотрим: может быть, все обойдется, дом сохранят и построят какое-нибудь красивое помещение. На другом месте я наш музей не вижу. Я вижу его только здесь. Это место мемориальное, дом мемориальный и дворик наш мемориальный.

Когда Мамин-Сибиряк купил этот дом в 1885 году, улица называлась Соборной — она прямиком выходила на красивый Екатерининский собор. В 1899 году, к столетию со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина, эту улицу переименовали в Пушкинскую. Это небольшая разница, но все же. Когда Мамин-Сибиряк приехал сюда в 1903 году, он оказался на Пушкинской. Свое нынешнее название — Пушкина — она получила недавно. Пусть будет Пушкина, лишь бы мы стояли на нашей родной улице. Нашему дому 145 лет. Он старичок, его трогать нельзя.

Музей — это вся моя жизнь. Здесь все родное, близкое. Может, мне пора уже на пенсию, но, тем не менее, я свою жизнь без этого музея представить не могу.

Людмила Выломова

старший научный сотрудник музея


В музее я работаю уже 20 лет. После обычной средней школы на Уралмаше поступила в СИПИ (нынешний РГППУ). А потом сидела дома с ребенком. Моя подруга, которая уже работала в доме-музее, однажды позвала меня сюда: говорит, хватит сидеть дома. Я согласилась — в то время и ребенок подрос, да и домашняя рутина надоела.

О доме-музее

Я впервые пришла сюда в 1999 году. Сначала работала смотрителем, потому что не было вакансии экскурсовода. Я с улыбкой встречала посетителей, предлагала прогуляться по дому, немного рассказывала о Мамине-Сибиряке. Если кто-то желал самостоятельно смотреть на экспозиции, не мешала. Еще я держала музей в чистоте, поливала цветы: ну, такие простые задачи, самая главная из которых — приветливо встретить. Набралась опыта, созрела — и так получилось, что освободилась должность экскурсовода: меня на нее порекомендовали. Так и работаю с 2004 года.

Когда я только перешагнула порог этого дома, то поняла: музей — это мое все. И по сей день говорю себе: «Я очень рада, что пришла сюда работать». Здесь замечательные люди, от которых я получала прекрасные знания. Мне нравится, как проводятся экскурсии. Мне нравится, как проходят встречи в музее. Мне нравится общение с людьми. Все люблю в этом доме — от порога и до последней комнатки.


Музей — это вся моя жизнь. Здесь все родное, близкое. Может, пора куда-то уже и на пенсию, но, тем не менее, я свою жизнь без этого музея представить не могу


Я почему-то всегда видела себя учителем. В детстве мне хотелось обучать разным играм. Бабушку и дедушку садила и заставляла что-то писать. Малознакомые люди часто предполагали, что я работаю педагогом.

Я специализируюсь на работе с детьми. Например, придумываю сценарии для утренников. Детская литература Мамина-Сибиряка шедевральна. Даже сейчас я открываю для себя произведения автора, нахожу что-то новое. Стараюсь доносить истории для детей в интерактивной форме. Чтобы у них потом возникло желание открыть книжку и почитать, чтобы они прониклись его сказками.

Сейчас у нас носу Новый год и Рождество. Я точно знаю, что мы в музее покажем Сказку про царя Гороха, и у каждого будет своя роль: я сыграю царевну Луковну. Мы не только экскурсоводы, мы — артисты.

Бывает, приходят дети, которым откровенно неинтересно. Вот сел и даже не идет на экскурсию. Всегда спрашиваю, что не так. Отвечают: «Мне это не надо!». Если ребенку действительно неинтересно, нельзя его заставить. Но если уж ты слушаешь, надо вести себя подобающе! Если во время экскурсии дети зевают или громко разговаривают, приходится построже поговорить. После этого порой появляется желание слушать.


Сейчас у нас носу Новый год и Рождество. Я точно знаю, что мы в музее покажем Сказку про славного царя Гороха, и у каждого будет своя роль: я сыграю царевну Луковну. Мы – не только экскурсоводы, мы — артисты


Я втягиваю детей в процесс. Должен быть диалог, а не монолог. Сегодня приходили десятилетние ребята. Показала им фотографии, на которых изображен Мамин-Сибиряк и маленькая школа в Висиме, где он учился три класса. И на этой почве мы разговорились о том, как занимались раньше, а как — сейчас.

Очень люблю комнату Анны Семеновны — мы ее называем чайной — и столовую. Там мы говорим о детской литературе и показываем фрагменты из сказок. Есть у меня небольшой квест: идем по музею, ищем буквы, собираем их — и получаются «Аленушкины сказки». Словом, дети — мой конек.

Мне хочется, чтобы музей всегда процветал и был полон гостей. Есть екатеринбуржцы, которые даже и не знаю о существовании нашего дома. Конечно, мало читают Мамина-Сибиряка. Хотелось бы больше посетителей.

Полина Торопова

младший научный сотрудник музея


В музее работаю чуть больше года. Всю жизнь живу в Екатеринбурге. Окончила частную среднюю школу, потом поступила на филологический институт УрГУ: хотелось больше читать и писать стихи. Параллельно играла на домре в музыкальной школе; потом успешно окончила Уральскую государственную консерваторию имени Мусоргского. То есть у меня два высших образования.

После учебы я около десяти лет работала администратором в Уральском государственном оркестре народных инструментов. Решала бытовые вопросы, связанные с гастролями артистов, координировала работу со службами — бухгалтерией и отделом кадров, всегда была на связи с музыкантами. За это время завела ценные знакомства. Но так получилось, что я покинула это место — и стала искать новую работу.

В доме-музее Дмитрия Мамина-Сибиряка я чуть больше года. Выбирала это место, потому что оно ближе к дому и моей специальности — я о филфаке. Как оказалось, тут мне еще и очень комфортно. Здесь всегда кипит какая-то жизнь. Это не та суета, которой нужно бояться. Это приятная суета.

О посетителях

К нам приходят самые разные люди. Каждый человек — индивидуален, и к каждому нужно искать свой подход. Стараюсь доносить информацию так, чтобы всем было интересно. Ни одна экскурсия не похожа предыдущую: разные тексты, разные эмоции, разные идеи. Все зависит от настроения, возраста, вопросов, поступающих от наших гостей. Играет роль и мое желание — рассказать о чем-то конкретном. У нас есть много разных историй и форматов, и все они живут во мне.

Я уже полтора года читаю практически одного Мамина-Сибиряка, и мне никогда не наскучит. У него разноплановые произведения — и для взрослых, и для детей. У меня сын подрастает, и хочется донести до него какие-то вещи от Мамина-Сибиряка. Дочке шесть лет, но и с ней можно поговорить — о произведениях попроще.

Музей — это площадка для общения. Это площадка для встреч разных идей и эмоций. Это место, где люди объединяются и начинают жить каким-то общим делом. Наш музей — это не собрание старинных пыльных предметов, а постоянно меняющееся территория. Сегодня у нас одна выставка, завтра — другая. Экспозиции не похожи друг на друга.


Однажды в музей пришел молодой человек — он рассказал, что пешком идет до Перми, и узнавал, как попасть на Пермский тракт. Попросил налить воды и дать куска хлеба. Посидел, отдохнул — и пошел дальше


К нам заходят иностранцы — чаще итальянцы, немцы или англичане. Когда я встретилась с ними тут впервые, то боялась, что контакта не выйдет. В итоге выяснилось, что я не так уж и плохо умею разговаривать на английском! Да, где-то не хватает знаний, но что-то показать, подсказать, рассказать — легко. Как иностранцы нас находят? Некоторые проходят мимо, другие целенаправленно идут по указателям. Был случай, когда ребята искали Музей камня, а пришли в наш. Мы рассказали, как туда пройти, а потом они зашли и к нам. Однажды приходила иностранка, у которой муж — писатель. Рассказывала, как они читали Мамина-Сибиряка и специально приехали в Екатеринбург, чтобы посмотреть дом, где он жил.

Однажды в музей пришел молодой человек — он рассказал, что пешком идет до Перми, и узнавал, как попасть на Пермский тракт. Попросил налить воды и дать куска хлеба. Посидел, отдохнул — и пошел дальше. Музей притягивает к себе людей тем, что может помочь. Часто приходят пенсионерки, которые просто хотят пообщаться. Им не очень интересен Мамин-Сибиряк. Им нужно поделиться своими заботами. Стараемся всем уделять время.

Каждый месяц в одно и то же время в музее бывает женщина средних лет и рассказывает историю: «Вот в этом музее мы когда-то танцевали и устраивали балы…». Возможно, она путает этот дом с каким-то других местом. В этот день она не только рассказывает эту историю, но и смотрит книги. Немного пообщавшись, уходит. А через месяц все повторяется.

Однажды пришел пожилой мужчина. Рассказал, что в его семье есть необычная ложка с определенными орнаментами, и спросил, есть ли в музее подобные ложки. При этом его прабабушка оказалась крестницей Елизаветы Наркисовны, сестры Мамина-Сибиряка. Мужчина показал подлинные документы, как его прабабушка училась в Институте благородных девиц. Сейчас, к сожалению, наши дороги разошлись: мы потеряли его контакт.

От экспонатов музея исходит тепло. Для меня самый важный предмет — старинное кресло-качалка. Это совершенно уникальный экспонат, который сохранился сквозь десятки лет.

На экскурсиях люблю проводить параллели того времени с нашим. Не было электричества — вот так отапливали, здесь хранили продукты. Не было соцсетей и мессенджеров — вот так писали письма в другой город и ждали ответа несколько дней. Дети всегда хорошо отзываются на такие истории. Больше всего им нравится переводить старые деньги в современные. У нас есть книга расходов Анны Семеновны, матери Мамина-Сибиряка, из которой мы иногда зачитываем выдержки. К примеру, швейная машинка стоила 37 рублей, а дом — две с половиной тысячи. Услышав эти цифры, дети удивляются и стараются понять, сколько это бы стоило сейчас.

Хочется, чтобы музей больше взаимодействовал с разными группами населения. Чтобы люди могли приходить в свободное время — почитать, попить чая и поговорить о вечном. Чтобы в музее встречались разные поколения и передавали друг другу ценные знания.

читайте ТАМ, ГДЕ УДОБНО:

Facebook

VK

Instagram

telegram

Twitter

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Я работаю в здании Метеоцентра с красным шаром на крыше»
«Я работаю в здании Метеоцентра с красным шаром на крыше» Челябинский метеорит и авария на Чернобыльской АЭС глазами уральских синоптиков
«Я работаю в здании Метеоцентра с красным шаром на крыше»

«Я работаю в здании Метеоцентра с красным шаром на крыше»
Челябинский метеорит и авария на Чернобыльской АЭС глазами уральских синоптиков

«Я работаю в модернистском «ЦК “Урал”», где в 90-х проходила дискотека “Каньон”»
«Я работаю в модернистском «ЦК “Урал”», где в 90-х проходила дискотека “Каньон”» Сотрудники ЦК — о детских коллективах, бандитских перестрелках и глобальной реконструкции здания
«Я работаю в модернистском «ЦК “Урал”», где в 90-х проходила дискотека “Каньон”»

«Я работаю в модернистском «ЦК “Урал”», где в 90-х проходила дискотека “Каньон”»
Сотрудники ЦК — о детских коллективах, бандитских перестрелках и глобальной реконструкции здания

«Я работаю в Драмтеатре»
«Я работаю в Драмтеатре» Сотрудники театра — о сквере, храме Святой Екатерины и о том, почему нельзя открывать скрытые золотым колпаком колонны
«Я работаю в Драмтеатре»

«Я работаю в Драмтеатре»
Сотрудники театра — о сквере, храме Святой Екатерины и о том, почему нельзя открывать скрытые золотым колпаком колонны

«Я работаю в здании бывшего быткомбината „Рубин“»
«Я работаю в здании бывшего быткомбината „Рубин“» «Рекламные баннеры спасали от звона колоколов из храма»
«Я работаю в здании бывшего быткомбината „Рубин“»

«Я работаю в здании бывшего быткомбината „Рубин“»
«Рекламные баннеры спасали от звона колоколов из храма»

Тэги

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Кафе Birds в Белграде

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Проблемы диаспоры. Лев Левченко — о том, почему русские в эмиграции не здороваются друг с другом

Первая полоса

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»

Россия попала в мировой топ-5 по числу новых случаев ВИЧ

Какие еще страны оказались в этом рейтинге?

Цены на мандарины в Петербурге выросли более чем на 50%

Почему подорожали цитрусовые?

Какую погоду стоит ожидать в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде на этой неделе

Доброго понедельника!

Силовики под видом покупателей на «Юле» задержали москвича и отвезли в военкомат

Где он сейчас?

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»

Полицейские силой забрали студентов Финашки из общежития в военкомат

Где они находятся сейчас?

Жительницу Казани оштрафовали за плакат «Я люблю своего папу»

В отделе полиции силовики издевались над девушкой

В челябинском детсаду попросили не одевать детей в Бэтмена на новогодние утренники

И предложили альтернативу

Матвиенко предложила оснастить все сельские клубы баянами и гармонями за госсчет

Сколько это может стоить?

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечноПолная история

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно Полная история

Как отреагировали коллеги Алексея Коростелева на его увольнение с «Дождя»

А также что сказал главред телеканала Тихон Дзядко и сам Коростелев

Глава СК Бастрыкин получил премию «юрист-правозащитник года»

Угадайте, какую премию получил чиновник из «ДНР»?

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?
Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Сайты Elle, Elle Girl и Elle Decoration прекратят работу

Московские рестораны из списка Michelin не смогут подтвердить свой статус в 2023 году

Смогут ли они упоминать об уже полученных звездах?

«Счастлив это рвать»: В Хабаровске уничтожили книги, «пропагандирующие ЛГБТ»

Что говорят об этом сами активисты?

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА

Эксклюзив The Village: Библиотеки прямо сейчас прячут от читателей книги иноагентов

Их уже нельзя заказать онлайн и взять на месте

В России появятся казачьи факультеты

Какие предметы будут изучать студенты новых направлений?

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole

Бар в Петербурге уволил официанта, который носил жетон с символикой ВСУ

Как быстро отреагировало руководство заведения и при чем тут «Мужское государство»?

Официанты и бармены остались без работы

Почему сейчас ресторанному бизнесу не нужны новые сотрудники?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24? «Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
«Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь Смотреть аналоговое кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Смотреть аналоговое кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев

Можно ли отказаться идти на войну через суд?

Собрали все известные случаи

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве?Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве? Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь Изучать коррупцию и ездить на велосипеде
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Изучать коррупцию и ездить на велосипеде

Какие фильмы поддержит Минкульт в 2023 году в первую очередь

У метро «Проспект Просвещения» в Петербурге появился шар, который подозрительно похож на фигуру с Alibaba

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила»Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила» Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Совфед одобрил закон о запрете митингов у зданий органов власти и церквей

Сотрудники склада Ozon в Подмосковье заболели менингитом. Госпитализировано более 10 человек

Совфед одобрил пакет законов о запрете «пропаганды» ЛГБТ, педофилии и смены пола в кино, книгах, рекламе и СМИ

Сырки «Б. Ю. Александров» вернутся на прилавки

Popcorn Books больше не издают и не продают квир-книги. Завтра последний день, когда их можно купить

«За него все подписали и теперь везут в военную часть в Твери». Данила Шершева из «Кружка» забрали в армию

В «Черную пятницу» россияне потратили более 13 миллиардов рублей

На обвиняемую в распространении «фейков» про армию России Викторию Петрову давят в СИЗО через ее сокамерниц

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химииЧто ей делать?

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии Что ей делать?

«Почта России» запустила доставку одежды из Европы. Также стало известно, кто займет место H&M в торговых центрах

МИД закупил подарки для оставшихся в России иностранных дипломатов — Baza

«Яндекс» запустил тариф «Вместе» для поездок с незнакомцами в такси

Сколько пожертвовали москвичи на строительство православных храмов за 12 лет

Спрос на iPhone 14 в России упал в 2,5 раза по сравнению с продажами гаджетов предыдущей модели

В Minecraft появился постсоветский зимний двор — с пятиэтажками, гаражами и турниками

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде в начале декабря

В 1976 году Путин провел обыск за надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» на Петропавловке

Студентку, рассказавшую о принудительных гуманитарных сборах, исключили из техникума

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются

Гид по рынкам Тбилиси
Гид по рынкам Тбилиси Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»
Гид по рынкам Тбилиси

Гид по рынкам Тбилиси
Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»

В парках Москвы открылся 21 каток с искусственным льдом

«ВКонтакте» заблокировала группу «Совета матерей и жен военнослужащих»

Ведущая «Спокойной ночи, малыши» предложила привезти на фронт Хрюшу со Степашкой и попросить украинцев «остановиться»

РПЦ безвозмездно получила здание петербургской РАНХиГС. Студентов чуть не выселили

В ноябре число объявлений о срочной продаже квартир в России достигло рекорда

Little Big покинули двое музыкантов. Похоже, что группа распалась

Петербургскую тюрьму «Кресты» выставят на продажу