Истории10 ноября 2021

Как три сквоттера создали коммуну в водонапорной башне

Как три сквоттера создали коммуну в водонапорной башне

Таких больших городов не должно быть. Таких дорогих городов не должно быть.

Если все продолжится в том же духе, к 2030 году 10 % поверхности Земли будет занято городами. Около 3 миллионов человек становятся горожанами каждую неделю. И всем им нужно где-то жить. Но это всегда, всегда, либо слишком дорого, либо слишком уродливо, либо и то и другое, либо вообще не предназначено для жизни — как 15-метровые студии, как они это называют, в новостройках или выдающаяся квартира без окон на Никитском бульваре за 24 тысячи рублей в месяц.

При этом все постиндустриальные города, будь то Москва, Нижний или Лондон, буквально заполнены заброшенными зданиями. (Как бы ни было это удивительно, но сквоттированием на законных основаниях можно заниматься только в этих двух странах — то есть России и Великобритании, а не в Германии, например, где сквоты обычно выносятся отрядами ОМОН, — но в России для легального захвата брошенного здания нужно прожить в нем 15 лет.) Все они, как правило, на самом деле кому-то принадлежат — и недавно это породило новую форму, скажем так, договоренностей между арендодателями и жильцами.

Допустим, вы владеете каким-нибудь старым, неотремонтированным зданием. Покупать его никто не хочет, вкладывать силы и деньги в ремонт желания нет, но зарабатывать на нем хоть что-то все же хочется. При этом вы знаете, что, по идее, эти помещения можно кому-то сдать, как минимум чтобы здание не стояло и не разрушалось (или чтобы его не захватили сквоттеры). Британцы это обозвали Property guardianship (буквально, опека собственности) — берется заброшенная школа, или больница, или паб, и сдается предприимчивым лондонцам, не желающим платить по тысяче фунтов за кладовку с кроватью в таунхаусе на юге столицы. Удобства минимальные, отопления нет, зато дешево. Потом, правда, здание все-таки могут продать или снести. Бытование в таких посткапиталистических общежитиях превосходно показано в сериале Фиби Уоллер-Бридж «Сожители».

В Москве тоже встречается что-то подобное. Много у кого найдутся знакомые, которые жили в заводских помещениях. Удовольствие так себе: завод, может, и съехал, а вот проходная никуда не делась, охранник уходит домой в 00:00 — и все, после этого в свою «квартиру» ты уже не попадешь. Другие пробовали попытать счастья в «Милюте» — самозванном сквоте у Чистых прудов, популярном в десятые годы среди столичных художников.

Но то был хоть и потрепанный, но все же изначально жилой дом. Другое дело — коммуна «Сила дружбы», с лета 2020 года действующая в бывшей водонапорной башне у Ярославского вокзала. Несмотря на внушительный размер — в башне семь этажей — проживают там всего семь человек (еще, правда, есть художественная мастерская, бар, магазин лего, галерея, обувная мастерская и тату-студия, где проводятся кинопоказы, цветочные свопы и лекции).

Койко-место по меркам района трех вокзалов действительно стоит копейки — 10 тысяч рублей в месяц. Другое дело, что существует коммуна по вполне себе сквоттерским правилам: дверей между комнатами нет, регулярно проводятся собрания жильцов, нельзя пить и употреблять наркотики, а чтобы заселиться, одного желания и денег недостаточно, нужно еще доказать свою полезность для сообщества и пройти через процедуру голосования, если коллективу в вас что-то не понравилось.

Жестковато? Пожалуй, но, кажется, стоит того: по крайней мере, сейчас комнаты в «Силе дружбы» не пустуют. «Жить в хрущевке — скучно, а сквоттировать интересно. Это все делается ради того, чтобы было интересно», — объясняет Миша, один из основателей коммуны.

The Village рассказывает, как устроено сообщество в водонапорной башне, почему жизнь без дверей и еда со свалок лучше жизни в обычной квартире, о заработке на доставке раковых опухолей и при чем тут тоталитаризм.

«Силу дружбы» не так просто найти. Чтобы дойти от «Комсомольской» до башни, нужно пройти через традиционные привокзальные дебри — заброшенные торговые ряды, железнодорожные пути, несколько свалок, круговое депо, транспортную прокуратуру. При входе — совсем недружелюбные ворота, продуктовый магазин, огромный фанерный забор и будка охранника. «Здесь живут пролетарии», — говорит житель башни Илья. «Скорее маргиналы», — поправляет незнакомец у забора.

Охранник на входе не пропускает никого, кроме работников и жителей башни, поэтому, чтобы попасть, например, в расквартированный в ней бар Roman’s Depo (специализация — на эстонском крафтовом пиве), нужно договориться с его владельцами. Поднимаемся на шестой этаж: длинный коридор, потом тату-студия, и вот кухня «Силы дружбы» — коммуны, которую чуть больше года назад организовали панк Миша, татуировщик и столяр Егор и художница Сабина. Здесь никого не встречают у порога, потому что, во-первых, нет дверей, а во-вторых, каждый пришедший сам знает, зачем и к кому ему надо. Кроме, возможно, посетителей как раз Roman’s Depo, которые часто теряются между этажами, а так как на этажах нет замков, нередко забредают в коммуну. Местные случайным гостям не удивляются. Напротив, предлагают остаться на час, два, ночь или заехать с вещами.

Башня была построена на двух артезианских скважинах в 1890 году как пристройка к Ярославскому вокзалу. Однако со временем Красный пруд, из которого качали воду, засорился и вода стала негодной не только для домашнего потребления, но и для паровозов. Тогда водоснабжение башни прекратили, и семиэтажное здание стало сдаваться как обычное помещение под бары, магазины и лофты, а в июле 2020 года в ней поселилась коммуна.

Сейчас в «Силе дружбы» живут семь человек, ворона Ворона, кролик Ярополк, рыбки, мышь, несколько улиток и огромный искусственный паук Павучич (обладатель персонального инстаграм-аккаунта). Костяк «Силы» — трое основателей, другие четверо жителей периодически меняются. Например, сейчас в коммуне живет 36-летний Юра, который с детства мечтал работать курьером (мечта исполнилась) и параллельно строит дачу в удмуртском лесу, чтобы зачать в ней десять детей и прятаться во время наступления апокалипсиса. Другой проживающий — Илья, репетитор по литературе и обществознанию, а также создатель инстаграм-аккаунта с анекдотами.

В коммуну попадают тремя способами: знакомятся с ее лидерами «на свалке», через довольно популярный (под 4 тысячи подписчиков) паблик во «ВКонтакте» или на мероприятии в башне — они открытые и прийти на них может кто угодно. Тем, кто хочет остаться на ПМЖ, дают месяц на адаптацию. После этого на общем собрании жители решают, оставлять нового постояльца или нет. Кандидат должен быть «психологически совместим с коллективом», не употреблять алкоголь, наркотики и, что немаловажно, «культурно развиваться»: не просто сидеть у себя в комнате, но и помогать проводить мероприятия в башне. Бывало, что в жилье отказывали, например, если понимали, что никакого культурного вклада новички делать не хотят и их привлекает только дешевое жилье в центре Москвы. Иногда и вовсе выгоняли — в основном за нарушение правил коммуны.

«Если человек нарушает правила коммуны, то на общем собрании мы решаем его выгнать, даем ему где-то месяц на поиск жилья. Но был случай, когда мы возвращали деньги и выгоняли на следующий день, — рассказывает Миша. — Например, к нам заселились два парня, и один постоянно провоцировал безобидного второго, подходил и говорил: „Я сегодня очень пьяный, если кому-то расскажешь — тебе *****“. И он так издевался над ним, пока никто не видит, а на четвертый день и вовсе напал и душил».

Среди других изгнанных — журналистка Милана Логунова и ее подруга. Они больше полугода прожили в «каморке» — шестиметровой комнате без двери: «Я платила 5 тысяч за аренду в месяц и шесть месяцев почти не тратила денег — ела за счет фриги (фриганства то есть — еды, найденной на помойках супермаркетов. — Прим. ред.) в коммуне и брала одежду на фри-маркетах. Иногда ходила по ресторанам и выставкам за счет мужчин со свиданий — удивительно, но многие готовы заплатить за меня в обмен на показ коммуны», — вспоминает Милана. По словам соседей, девушки употребляли алкоголь и наркотики на территории коммуны и во время выселения украли дорогую бутылку вина. Журналистка обвинения отвергает: говорит, что, когда их выселяли, большинство жителей коммуны проголосовали против, однако на исход событий это не повлияло — девушке дали месяц на поиск жилья.

«По многим вопросам я соглашалась с Мишей, потому что соглашаться и дружить — это главное условие выживания в коммуне. Он мне позволял жить в башне, как я хочу, но только пока я его поддерживаю», — говорит Милана. Но идиллии не вышло: конфликт произошел, когда Миша предложил повысить аренду вдвое — с 5 до 10 тысяч в месяц — и создать денежный фонд на общий бизнес. Милана не согласилась: «Мне было ясно, что я и многие другие коммунары не будут принимать участия в этом бизнесе, и что мы просто вкладываем деньги в Мишин стартап. После моего протеста все решилось в течение месяца. Мы постоянно ссорились, и по итогу Миша просто меня решил выгнать, потому что чувствовал, что я больше всех сопротивляюсь. А Мишу выгнать нельзя — просто потому, что на него записан договор аренды», — смеется Милана.

«Сила дружбы» занимает последние два этажа башни. На верхнем — спальная зона, на нижнем — пространство для мероприятий. Коридор нижнего встречает полкой для обмена ненужными вещами, рядами вешалок с одеждой, несколькими велосипедами, скейтом, синтезатором и дюжиной розовых тапочек. Все вещи лежат вперемешку, но «по-семейному». В помещении нет отдельных шкафов и комодов — в лучшем случае жильцу предложат отдельную деревянную коробку. Дальше — зал, а за ним — комната с маленьким окошком, которое местные называют «бойницей».

На верхнем этаже четыре спальные комнаты: большая с двухэтажными кроватями, «комната с фаллосами», небольшая спальня Сабины и «каморка» — комната без окон, где живет курьер Юра и архитекторка Ира. Также на этаже есть мастерская и картинная галерея, но они не входят в коммуну.

В «комнате с фаллосами» больше полугода живут тату-мастера Егор и Таня. Недавно к ним въехал Илья. О «Силе дружбы» он узнал через кинопоказы литератора Алексея Цветкова «Синемарксизм», которые проходили в водонапорной башне. «Илья принес голову коня и Ельцина — он не мог нам не понравиться», — говорит Егор. Почему «комната с фаллосами»? Потому что в ней, как нетрудно догадаться, много вещей из секс-шопа: на стене висит небольшая коллекция плеток, цепей и ремней, а по всему пространству разложены члены — керамические, пластиковые, силиконовые. Здесь же живет ворона Ворона, которую нашли около постройки и теперь лечат от рахита. Помимо Вороны роль домашних животных в коммуне выполняют кролик Ярополк, рыбки, мышь и улитки. Раньше улиток было три — их назвали Ленин, Маркс и Энгельс, но потом они расплодились, и теперь их зовут просто «улитки».

Из окна открывается панорама Москвы: железнодорожные пути, высотки, подсвеченная неоновыми огнями Останкинская телебашня и многоэтажки вдали. Из минусов комнаты — шум от проезжающих мимо поездов и разбитое окно. Хотя татуировщица Таня, еще одна жительница коммуны, говорит, что «всю жизнь бы без окон жила». Проблемы с окнами есть и в большой комнате: там во время урагана выбило часть стекла, и дыру заткнули одеялом, которое выглядит элементом декора. Другого постельного белья в здании нет: все его жители спят в спальных мешках — говорят, что так теплее, дешевле и комфортнее.

По соседству с большой комнатой находится небольшая комната Сабины с двухэтажной кроватью. Последняя комната — «каморка» — около лестницы. Дверей у нее тоже нет, но жители Юра и Ира прикрепили нейлоновую ткань на молнии — «вот тебе и личное пространство». За занавесом — комната с двухэтажной кроватью размером чуть ли не метр на метр и без окон. Кроме кровати, мебели нет. Как и места. Поэтому довольны не все. Ира с Юрой не особо ладит, а других вариантов размещения, судя по рассказу, ей не предложили.

Миша — профессиональный сквоттер и главный по финансам в коммуне. Раньше жил с панками в полуразрушенном особняке неподалеку от «Милютинского сквота», а после решил создать свою коммуну и заняться бизнесом — продавать сахарную вату и когтеточки, доставлять цветы и раковые опухоли
Егор — татуировщик и один из основателей коммуны. До этого работал столяром, жил с рабочими на объекте во Внуково, а после — несколько лет в «Милютинском сквоте» по соседству с художником Павликом Кузнецовым. Сейчас работает в своей тату-студии в башне и отвечает за починку всех предметов в коммуне

Создатели коммуны Миша и Егор познакомились на мусорке около Чистых прудов, когда искали в ней просроченную еду. Миша — сквоттер с опытом. Жил в полуразрушенном особняке неподалеку от «Милютинского сквота», поскольку «с самого детства хотел жить в коммуне, с самых малых лет мне казалось, что это круто». «Я жил с родителями в обычной квартире, учился в школе, потом поступил в Кубанский государственный университет на социолога, бросил его и катался автостопом — в основном по России и странам СНГ. Долго путешествовал по Кавказу. Проезжал мимо Москвы, понравилось, остался», — говорит он.

Однако соседям из «Милютинского» идея Миши не понравилась — по его словам, они хотели быть единственными сквоттерами в округе, поэтому постоянно вызывали полицию на «конкурентов». «Однажды в особняк заглянул собственник с вопросом: „Ой, ничего себе, что вы тут делаете?“ — а потом сказал: „Я понял, это у вас такой сейшн“», — рассказывает Миша. Спустя несколько недель сейшн резко завершился, и компанию выселили.

Егор — татуировщик и бывший столяр, отвечающий за починку всех предметов в башне. До этого жил с рабочими на стройке во Внукове, а после — несколько лет в «Милютинском сквоте», где и бил татуировки. Он же показал Мише заброшенный особняк и помогал с заселением и проводкой. Однако в 2019 году аренда жилья в «Милютинском сквоте» увеличилась с 16 тысяч рублей до 36, а работы не было, и Егор съехал. Долгое время жил с друзьями на даче, а после начал плотно общаться с Мишей и Сабиной. «Сила дружбы» — название не просто взятое с потолка.

Сперва троица жила на вписках, а после нашла на «Циане» квартиру без отделки за 15 тысяч рублей недалеко от «Селигерской». «Не было даже матраса. Мы сами устанавливали дешевую акриловую ванну за 1 000 рублей, унитаз за несколько тысяч, плиту. Холодильник не покупали. Было холодно — еду хранили на балконе», — вспоминает Егор.

Кролик Ярополк. Прозвище получил за то, что «он белый», шутят жители коммуны
Таня — татуировщица и девушка Егора. С Егором они познакомились в интернете, когда у Тани в описании профиля не было ни одной ее фотографии и даже намека на пол — только фотографии ее работ. Всю жизнь Таня жила в семье — сначала с родителями, потом с мужем. Однако со сквоттерством была хорошо знакома — ее друзья жили вдесятером в газетном киоске. Познакомившись с Егором, Таня приняла волевое решение съехаться и начать жить в башне

К следующей весне обнаружились помещения в башне, которые в будущем и стали «Силой дружбы». Половину шестого этажа снял Егор за 25 тысяч в месяц. Днем тут его тату-мастерская, а вечером — пространство для мероприятий. Миша снял оставшуюся половину шестого и седьмой этаж, а еще несколько комнат арендовали их знакомые.

После начался ремонт. Денег не хватало. Чтобы их найти, Миша ходил по паркам с автоматом сахарной ваты и продавал ее по принципу «плати, сколько хочешь». Дети и их родители давали намного больше денег, чем вата стоила на самом деле, порой Миша зарабатывал по 10 тысяч рублей за вечер. Но этого все равно было мало. Ребята писали о своих новостях во «ВКонтакте», и, как в сказке, резко появились и волонтеры, и деньги — неожиданно пожертвованиями накапало 30 тысяч рублей от незнакомцев. «Стало понятно, что мы реализуем мечты людей, на которые они не могут решиться», — рассказывает Миша.

Первое время жители коммуны спали на матрасах на полу, потом построили кровати из ящиков от противогазов, а после Миша купил на «Авито» три двухэтажных кровати за 3 тысячи рублей. Часть мебели принесли волонтеры, остальное нашли на свалке. «Еще нам подарил дорогущий проектор какой-то незнакомец, — говорит Миша, — а я даже не запомнил, как он выглядит».

Спустя две недели, когда помещение стало хоть немного похоже на жилое, начались мероприятия: лекции, кинопоказы, концерты, встречи полиаморного клуба — все бесплатно, но при желании можно задонатить на входе. На открытии выступали «Лисичкин хлеб» — постпанк-группа из 90-х, успевшая застать еще самые первые московские сквоты, где обитала тогдашняя художественная богема.

Илья — репетитор по литературе и обществознанию, создатель инстаграм-аккаунта с анекдотами @humoresquesss. Раньше работал администратором в салоне красоты и жил в общежитии РГГУ, а после — в коммунальной квартире по соседству с ветераном Афганской войны. Однако жизнь не среди ровесников показалась ему скучной, и он решил переехать жить в башню

Опыт с продажей сладкой ваты вдохновил жильцов «Силы дружбы»: на заработанные с нее деньги купили дешевый картон и специальный станок для создания кошачьих когтеточек. Так появилась коммунарская мануфактура. За несколько недель на инстаграм-аккаунт магазина подписалось 900 человек, и жильцы заработали 60 тысяч, чем отбили все затраты на материал и станки. Однако вскоре когтеточки делать надоело, и Миша устроился работать курьером. «Я думал, что мне будет интересно заниматься бизнесом с когтеточками: сидишь дома, что-то делаешь. Но с физической точки зрения это не так интересно, как курьерить», — рассказывает Миша.

Сейчас он развозит цветы, но это не первый его опыт в сфере доставки. Несколько лет назад Миша работал курьером раковых опухолей — перевозил их на самолетах по разным городам России. «Меня всегда привлекали странные модели жизни, всегда хотелось прочувствовать, каково жить самым угнетенным людям, у которых ничего нет. Прикольно жить в подъезде и летать на самолетах с раковыми опухолями, чтобы купить айфон», — говорит создатель коммуны.

После сахарной ваты и когтеточек одна из жительниц башни придумала проект «Цветы зла» — продавать букеты «для тех, кого вы ненавидите». Цена расходного материала равнялась нулю: ребята собирали у цветочных магазинов увядшие и сломанные цветы, обвязывали их проволокой, заворачивали в газеты и продавали. Однако бизнес не пошел — за все время купили только один букет. Сейчас Миша с Сабиной нашли себе новое хобби — делают мозаики. Одна из них висит на потолке в большой комнате — ее прикрепляли, стоя на башне из когтеточек. Другой проект пары — создание настольной игры «Сила дружбы».

Ворона Ворона — Егор с Таней подобрали ее около башни и теперь лечат от рахита

Поскольку это все же не настоящий сквот, проживание в «Силе дружбы» — не бесплатное. Каждый месяц коммунары платят по 10 тысяч рублей за спальное место, а те, кто в коммуну не входит, отдают по 15. Цена включает в себя коммуналку, деньги на базовые бытовые расходы и питание: фриганское. В день, когда я была в башне, Юра нашел на мусорке около 6 килограммов продуктов, у которых кончился срок реализации магазином, но не срок годности — хватит, чтобы накормить всю коммуну. Мне предложили несколько видов тортов и пудингов из «Азбуки вкуса».


Сейчас коммунары постоянно принимают гостей, знакомятся с членами других коммун и строят новое пространство в подвале на «Измайловской». Главная мечта создателя «Силы дружбы» Миши — расширить коммуну на другие города (и даже страны) — «чтобы все жили счастливо и дружно». В рамках коммуны он даже создал своеобразный манифест: «У Эриха Фромма есть книга „Иметь или быть“, которая отражает главный философский вопрос коммуны. Мы считаем, что нужно делать упор на второе. Нужно быть», — заключает Миша, опершись на подоконник. Другого им и не остается: башня сейчас выставлена на продажу за 85 миллионов рублей. Таких денег у «Силы дружбы», понятно, нет, так что, пока не найдется покупатель, действительно, быть в ней не то чтобы нужно, но можно.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Как я неделю жила в «Милютинском сквоте»
Как я неделю жила в «Милютинском сквоте» Шеф-редактор The Village Аня Чесова на семь дней переехала в творческую коммуну в центре Москвы
Как я неделю жила в «Милютинском сквоте»

Как я неделю жила в «Милютинском сквоте»
Шеф-редактор The Village Аня Чесова на семь дней переехала в творческую коммуну в центре Москвы

Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?
Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти? «Моя война — это выбрать красный или белый цвет»
Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?

Художник Кохинор превратил мастерскую в круглосуточный хеппенинг для всех. Почему на него ополчились власти?
«Моя война — это выбрать красный или белый цвет»

Крепостные РПЦ: Как умирает Константинопольское подворье
Крепостные РПЦ: Как умирает Константинопольское подворье
Крепостные РПЦ: Как умирает Константинопольское подворье

Крепостные РПЦ: Как умирает Константинопольское подворье

«Это Маша, она выросла на кладбище»: Как устроена жизнь в доме из мема про «тихих соседей»
«Это Маша, она выросла на кладбище»: Как устроена жизнь в доме из мема про «тихих соседей»
«Это Маша, она выросла на кладбище»: Как устроена жизнь в доме из мема про «тихих соседей»

«Это Маша, она выросла на кладбище»: Как устроена жизнь в доме из мема про «тихих соседей»

Тэги

Сюжет

Места

Новое и лучшее

Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта

«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца

Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc

Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел

Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов

Первая полоса

Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта
Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта Леди Гага, Адам Драйвер и Джаред Лето, которого не узнать
Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта

Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта
Леди Гага, Адам Драйвер и Джаред Лето, которого не узнать

«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца
«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца Мультикаст суперзвезд, недовольство наследников и бесподобная Леди Гага
«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца

«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца
Мультикаст суперзвезд, недовольство наследников и бесподобная Леди Гага

Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc
Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc
Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc

Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc

Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел
Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел Григорий Охотин — о том, как его проект за десять лет вырастил гражданское общество в России
Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел

Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел
Григорий Охотин — о том, как его проект за десять лет вырастил гражданское общество в России

Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов
Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов И действительно ли покупатели обращают на них внимание
Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов

Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов
И действительно ли покупатели обращают на них внимание

Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат
Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат Активистки Дарья Серенко и Софья Сно рассказали о работе в штабе правозащитницы
Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат

Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат
Активистки Дарья Серенко и Софья Сно рассказали о работе в штабе правозащитницы

Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве
Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве Рассказываем, что смотреть в декабре взрослым и детям
Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве

Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве
Рассказываем, что смотреть в декабре взрослым и детям

Кто водит москвичей по крышам
Спецпроект
Кто водит москвичей по крышам И как любовь к фотографии превратилась в растущий ивент-бизнес
Кто водит москвичей по крышам
Спецпроект

Кто водит москвичей по крышам
И как любовь к фотографии превратилась в растущий ивент-бизнес

Как провести первую неделю зимы в Москве
Как провести первую неделю зимы в Москве День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room
Как провести первую неделю зимы в Москве

Как провести первую неделю зимы в Москве
День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room

«Работа в госучреждениях — это активизм»
«Работа в госучреждениях — это активизм» Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии
«Работа в госучреждениях — это активизм»

«Работа в госучреждениях — это активизм»
Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии

20 фильмов зимы

20 фильмов зимыОт возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

20 фильмов зимы

20 фильмов зимы От возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года? Первые мысли после прослушивания пластинки
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Первые мысли после прослушивания пластинки

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
10 лучших ресторанов осени в Петербурге Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol
10 лучших ресторанов осени в Петербурге

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Что покупать и куда идти на non/fiction№23? Главные книги и события московской книжной ярмарки
Что покупать и куда идти на non/fiction№23?

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Главные книги и события московской книжной ярмарки

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Подпишитесь на рассылку