«Здесь чужие, там предатели»: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию «Мы не сами приняли это решение. Его приняли за нас»

«Здесь чужие, там предатели»: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию

По данным ООН, после 24 февраля в Россию въехали более 2 миллионов украинских беженцев. Кто-то — не по своей воле, кто-то — к родственникам, кто-то — на время, чтобы потом попробовать вернуться домой или уехать в Европу. Есть и те, кто решил жить здесь. Выбор России как места спасения от ***** для кого-то может выглядеть нелогичным. Но на деле оказывается, что в большинстве случаев никакого выбора и не было. Либо был, но другой — остаться в обстреливаемом городе или спасти себя и семью любой ценой.

The Village поговорил с украинскими беженцами, которые бежали в Россию, — о неизвестном будущем, скудной помощи государства, ненависти на родине и попытках вернуть спокойную жизнь.

Яна, 34 года

работала продавщицей в магазине, вместе с мужем, девятилетней дочерью и годовалым сыном бежала из Мариуполя


В Украину мы вряд ли вернемся. Там мы теперь предатели, потому что уехали в Россию. Жить нам спокойно не дадут. У меня был чат с украинскими мамами, и, когда они увидели, что у меня российский номер, ополчились. Писали, что дороги нам теперь назад нет. Даже некоторые родственники перестали с нами общаться. Люди просто не были в Мариуполе, не понимают, что мы пережили и почему уехали. Нам некуда было деваться. Заграницу мы не рассматривали — незнакомый язык, другие обычаи и правила. Это слишком тяжело. Здесь хотя бы язык знаем, менталитет, люди более-менее понятны.

Одно печенье в день на человека и решение ехать в Россию

Мы не сами приняли это решение. Его приняли за нас.

24 февраля мы встретили в нашем загородном доме. Быстро собрались, уехали в город на квартиру, подальше от обстрелов. Думали, пересидим там. Но потом под наш балкон прилетел снаряд, и мы перебрались в подвал пожарной части, в которой работал мой муж. Через несколько дней к нам пришли украинские военные и сказали, что теперь тут будет наблюдательный пост. Мы понимали, чем это грозит — рано или поздно прилетит. Перебрались в подвал другой пожарной части, где просидели до середины марта — я, муж, девятилетняя дочка и семимесячный сын. Всего нас там было 250 человек, из них 90 детей от двух месяцев и старше.

Там мы испытали всё. Голод, жажду, болезни, страх. Когда снаряды пробили нам баки с водой, пришлось собирать дождевую и топить снег. На этой воде мы готовили детям смеси. Из-за того, что мы пили дождевую воду, у всех были отравления, всех рвало. Маленьким деткам приходилось давать взрослые таблетки, какие находили, сильно уменьшая дозировку. Мы питались одной печенькой на человека в сутки. Последние дней шесть перед эвакуацией мы не ели ничего вообще.

Вечером 16 марта в наш подвал спустились военные. ДНРовцы или российские, не знаю точно. Не ВСУ. Утром они организовали эвакуацию. Нас посадили в автобусы и дали выбор — поехать в Ростовскую область или в украинские города неподалеку от Мариуполя. Мы понимали, что туда ***** тоже может дойти, а нужно было спасать себя и детей. Поехали в Россию.

Последние дней шесть перед эвакуацией мы вообще ничего не ели

Обычно дорога от Мариуполя до границы с Россией занимает часа четыре, но мы добирались часов шесть-семь окольными путями, чтобы не попасть под обстрелы. Ехали автобусами по 25 человек. Наш автобус первый, но границу мы пересекли последними из колонны. Кажется, у кого-то не было нужных документов, но толком нам никто ничего не объяснял. Мы простояли на границе 16 часов. Жестких досмотров не было, но замерзли мы жутко. Потом еще долго болели.

Нас привезли в ПВР (пункт временного размещения. — Прим. ред.) в Гусь-Хрустальном. Условия и питание были хорошими, но с работой там тяжело. Нам обещали, что работа будет и что работодатели даже жилье предоставят, но на деле мы все искали сами. Спустя два месяца муж нашел работу в Кулебаках. Это небольшой город в Нижегородской области. Устроился токарем на завод. Мы нашли жилье и переехали туда. В апреле к нам еще из Мариуполя перебралась свекровь. Завод даже согласился помочь с арендой квартиры — половину платим мы, половину он. Зарплата, правда, оказалась меньше, чем обещали. 16 тысяч в месяц на семью в пять человек — это почти ничего. Недавно я еще устроилась в местный автомагазин запчастей. Правда, неофициально. Зарплату пока еще не получила. Надеюсь, на аренду и еду более-менее будет хватать.

Помощь в 2 тысячи рублей

В Кулебаках мы не единственные беженцы — еще пять или шесть семей. Администрация города в мае проводила собрание, спрашивала, что кому из нас нужно, записывала на листочек. Но в итоге всем семьям дали только по 2 тысячи рублей и сказали, что больше ничем помочь не могут. И то, нашей семье эти деньги дать забыли. Муж ходил в администрацию за ними и просил помочь со смесями и лекарствами для ребенка. Сын тогда с температурой под 40 лежал. Ему ответили: «Ну вот на эти 2 тысячи и закупите». Как будто посмеялись. Там только лекарств — на полторы. Одна банка детской смеси стоит еще столько же, и ее хватает на три-четыре дня. Мужу дали еще две банки соленых огурцов и попрощались.

В России все пришлось устраивать с нуля. Мы собирались очень быстро и с собой взяли только документы, пару вещей для себя и детей, подгузники. Остальное покупали и искали уже здесь. На ту разовую выплату в 10 тысяч, которую дают беженцам, закупили кое-какую посуду, одежду и смеси для сына. В ПВР нужной смеси не было, а на все другие у ребенка жуткая аллергия.

Больше государство ничем не помогало. Все сами или через волонтеров. Писала в различные локальные группы и чаты. Стыдно просить незнакомых людей о помощи, но от безысходности приходилось. Конечно, получала и гадости в ответ. Один человек посоветовал мне «сдать свой приплод на органы», чтобы заработать денег на еду. Но, слава богу, неравнодушных и добрых людей оказалось гораздо больше. На меня выходили люди вообще с другого конца страны. Помогали достать одеяла, постельное, памперсы, смеси, лекарства, одежду для нас и детей.

23 июля сыну исполнился год. Дома мы планировали отметить годик как следует — в ресторане, с видеосъемкой, аниматорами и тортом. Здесь отметили скромно. Достали пару шариков, я испекла небольшой тортик, отпраздновали семьей.

Мои мама с отчимом остались в Мариуполе. Рассказывают, что город потихоньку отстраивают. Стихийные рыночки появились. Отчим устроился завалы разгребать. Воду недавно дали, но электричества пока нет, еду по-прежнему готовят на кострах. Еще ходят разговоры, что отопление в этом году не восстановят и зима будет холодной. Я их все пытаюсь уговорить к нам приехать, хотя бы перезимовать. Но они люди пожилые, их тяжело из дома выдернуть.

Мы пока планируем оставаться в Кулебаках. Разберемся со всеми документами, получим гражданство, а дальше, может, будем искать работу и жилье получше. Мы уехали сюда, потому что здесь понятные люди, язык, менталитет, быт. Когда в тебя летят снаряды и голодают твои дети, хочется как можно скорее сбежать и все равно куда.

Дочка сейчас пошла во второй класс. Пока мы были в Гусь-Хрустальном, она пару недель походила в местную школу, но потом я ее забрала. Там попалась учительница, которая с первого дня невзлюбила мою дочь. Она постоянно ругала ее за то, что она пишет украинскую «i», с точкой. Дочка знает русский язык, говорит и пишет хорошо, но вот от украинской «i» никак не может отучиться. Еще эта учительница лезла к дочери с неуместными вопросами. Спрашивала, кто нас обстреливал и где. Когда я об этом узнала, думала, разнесу школу. Пришла разбираться, но руководство мне ничего вразумительного не ответило, а учительница сказала, что ей законом запрещено только бить детей.

ПТСР у маленькой дочки и велосипед как терапия

Иногда мне снится бомбежка или как мы опять куда-то бежим. Я могу посреди ночи подорваться с кровати и начать собираться.

В июле проходили выпускные, и один класс праздновал в кафе рядом с нашим домом. Они запускали салют прямо в нашем дворе. У меня случилась дикая истерика. Меня буквально прижало к стене от страха. Муж и свекровь еле успокоили. Еще рядом с нами аэродром, поэтому над нами низко и громко пролетают самолеты. Каждый раз вздрагиваю.

Сын пока маленький и, к счастью, ничего не понимает. А дочка после пережитого изменилась. Она была доброй, жизнерадостной, общительной — теперь боится других детей, может надерзить в ответ. Еще она рисует странные рисунки: каких-то непонятных фантастических существ. И только черным фломастером. Детский психолог в ПВР сказал, что у нее ПТСР.

Меня немного спасает езда на велосипеде. Наша семья очень любит велоезду, и здесь волонтеры помогли нам достать парочку. Мы со свекровью теперь почти каждый вечер едем на них к озеру или лесу, что меня успокаивает. Без них я бы не знала, куда себя девать по вечерам. Днем суета, работа, некогда думать, а вечером начинает накрывать. Еще в телефоне так много фото и видео из прошлой жизни. Иногда до такой степени накатывает, что кричать хочется.

Не знаю, сколько еще нам понадобится времени, чтобы освоиться, и получится ли. За четыре месяца я пока так и не привыкла. Мы всю жизнь прожили в одном месте, а потом у нас все просто забрали. Наша квартира в Мариуполе сгорела. Загородный дом разворовали. Есть те, кто не привязан к родному городу, спокойно может путешествовать и переезжать, но я домашний человек. Очень скучаю по дому, очень хочу назад. Но мы с мужем все обсудили, поняли, что вернуться не сможем. Пока будем получать гражданство и пробовать пустить корни здесь.

Яна сейчас не может работать, потому что сидит дома с маленьким ребенком. Им с мужем не хватает средств. Вы можете им помочь: 5228 6005 9399 5105 («Сбер»)

Татьяна, 36 лет

работала продавщицей в магазине, бежала с двумя сыновьями и бывшим мужем из Рубежного в Луганской области


Дом насквозь, сгоревшая квартира и выбор страны для переезда

Мы долго не хотели уезжать. Сначала сидели с детьми в квартире. Потом в ней выбило окна, и мы перебрались в подвал. Потом к нам пришли солдаты ВСУ, сказали собираться и уходить, потому что скоро тут будет небезопасно. Они заняли дом, повскрывали квартиры, забрали часть наших запасов еды и даже не дали времени собрать вещи. Я им говорю, мол, как же так, у нас дети маленькие, как нам быть. Один солдат мне на это ответил: «Ничего страшного. У меня вон родственников на днях расстреляли, и ничего».

Весь наш дом просто бежал в неизвестном направлении. Мы целый день носились по городу, искали новое укрытие. В конце концов остановились в доме дяди. До конца марта прятались там. Обстрелы были страшные, на улицу мы вообще не выходили, только за водой, сидели в подвале. И все равно не хотели уезжать.

Но потом дом дяди пробило насквозь. Наш подъезд не задело, но мы поняли, что нужно спасать детей. Вдобавок я узнала, что моей квартиры больше нет. Сгорела. Оставаться было просто негде. 31 марта мы покинули Рубежный — я, два сына и бывший муж.

Мы развелись год назад. Перестали жить вместе, но он регулярно навещал младшего сына, который от него. Когда началась *****, он сказал, что не бросит нас, и был рядом. Помогал воду носить, искать еду и так далее. Во многом благодаря ему мы выжили и смогли выбраться.

Машины у нас не было, бывший муж попросил знакомого довезти нас до небольшого города Старобельска за компенсацию. В конце марта город уже был под контролем ЛНР. Местные жили в школе, куда пустили и нас. Пять дней мы прожили там, но у моего младшего сына задержка психического развития и расстройства аутистического спектра. Он очень шумный, крикливый, люди все время просили меня успокоить его или вывести. Поэтому мы уехали.

Другой знакомый довез нас до границы. Ее мы пересекли без проблем. Мужа раздели, конечно, досмотрели, поспрашивали, но отпустили быстро. Старшего сына вообще не трогали. После границы несколько дней погостили у родственников в Старом Осколе, а потом поехали в Орел — мужа согласились взять работать на местный завод. Мы сначала хотели ехать в Пермь, где у мужа двоюродный дядя, но рассудили, что Пермь все-таки слишком далеко. Мы не хотим забираться вглубь — вдруг еще появится возможность вернуться домой.

Представляешься, говоришь, что с Украины, — сразу отказывают. Почему? Мы что, не люди?

Мне предлагали ехать в Европу, но я не знаю языка. И я понимаю, что старшему ребенку нужно дать образование, младшему — лечение. Здесь с этим, кажется, должно быть попроще.

Мои родители остались в городе. Сказали, мол, нам по 60 лет, не поедем мы никуда. Два с половиной месяца связи с ними не было вообще. Я ночами не спала, переживала, как они там, есть ли еда. Наконец в середине июня позвонили. Теперь периодически созваниваемся. Связь плохая, но я хотя бы могу их слышать.

Мама говорит, что в городе все еще стреляют, но есть гуманитарная помощь. Они с отцом сейчас живут в доме знакомых. Их дом сгорел, но погреб остался целым — они успели забрать запасы еды. Машина тоже сгорела. Газа, света и воды сейчас нет, готовят на кострах. Никаких восстановительных работ в городе, насколько я знаю, не ведется. Мне показывали видео, на которых люди сами убирают улицы и хоронят людей.

Ксенофобия по отношению к украинцам и стыд за просьбы о помощи

Первый месяц я целыми днями ревела. Ничего не хотела. Чужая страна, столько проблем, нигде не дозвонишься, не допишешься. Когда мы искали квартиру, столкнулись с проблемой — жилье по большей части сдают только гражданам РФ. «Иностранных граждан просьба не беспокоить». Где-то неделю мы с утра до ночи сидели на «Циане», «Авито» и так далее. Везде — «только граждане РФ». Даже если так не написано, звонишь, представляешься, говоришь, что с Украины, и сразу отказывают. Почему? Мы что, не люди?

Одна хозяйка все-таки согласилась сдать нам квартиру. Условия, конечно, были не очень, но у нас и финансовые возможности небольшие. Хозяйка даже регистрацию согласилась нам сделать. Я постепенно навела какой-никакой порядок. А через три месяца она вдруг решила поднять цену. Я ей показала договор, где пункт — менять плату можно только через год. Хозяйка тогда сказала, что собирается квартиру продавать, и попросила нас съехать. Дала месяц.

Мы снова искали жилье, и опять то же самое — «только граждане РФ». Но в этот раз повезло — мы быстро нашли адекватную хозяйку. Правда, теперь другая проблема — нужна регистрация, без которой я не могу ребенка оформить в садик. Новая хозяйка согласилась сделать регистрацию, но за это тоже решила поднять цену. Хотя знает, в какой мы ситуации.

Не только у меня такая проблема. Я знаю еще одну женщину-беженку, которая сняла квартиру с мужем, но хозяйка не хочет их регистрировать. Ей в октябре рожать, а она не может встать на учет в поликлинику без этой регистрации.

Я даже в администрацию Орла звонила, просила помощи. Думала, может, социальное жилье какое-нибудь дадут. Мне ответили, что тут своих хватает, на него очередь большая, до свиданья.

10 тысяч рублей от государства мы получили спустя два с половиной месяца. Больше никакой помощи. Куда ни позвоню, везде ответ «не в нашей компетенции» или «ничем помочь не можем».

Сына я сейчас устраиваю в поварской техникум. В Рубежном он учился на технолога питания. Но возникла новая проблема. Ребенок от первого мужа, и у нас с ним разные фамилии. При оформлении статуса временного убежища нужно его свидетельство о рождении, чтобы подтвердить, что я его мать. Но его нет. Я все документы хранила в одном месте, а свидетельство случайно попало в дом моей мамы, который сгорел. Я это объясняю сотрудникам, показываю копию свидетельства, показываю документы о разводе и паспорта. Нет, говорят, нужен оригинал свидетельства. Я куда только не стучалась, и в Москву звонила в главный офис. Мне говорят — делайте запрос в ЗАГС. Объясняю, что он тоже сгорел. Мне говорят, тогда берите над парнем опеку. Вы издеваетесь? Это мой ребенок. В конце июля ему исполнилось 18, теперь он сам пойдет подавать документы.

Вещи мы искали через волонтеров. Да, неудобно, да, стыдно. Всю жизнь работала, сама зарабатывала — все было. А сейчас постоянно прошу помощи. Но люди молодцы — очень многие откликаются. Повысылали нам и кастрюли, и сковородки, и шторы, и одежду детям.

О желании вернуться в родной город, где осталось всего несколько домов

Когда мы сюда приехали, младший сын сказал мне: «Мама, это не настоящий дом». Привыкнуть не получается. От нервов еще периодически становится плохо, сильно болит голова, в ногах и лице судороги. Постоянно переживаю, чтобы дети не были голодными, чтобы было где спать, чтобы не выгнали. Я хочу к психологу обратиться, но никак не решусь. Пока все в подушку.

Мы со слов знакомых знали, что наш дом в Рубежном разрушен, а потом нам еще видео прислали. Все плакали — и я, и муж, и дети. Еще и родители там остались. Разлука дается тяжело. Старший сын в квартире сидит, друзей здесь нет. И я так же. Остается только созваниваться с друзьями и родственниками. Но телефон — это не дело, хочется встретиться, обняться.

Планов никаких не строим. С бывшим мужем мы постоянно обсуждаем возвращение. Я все говорю, что хочу домой, а он объясняет, мол, куда сейчас ехать, там ничего нет, ни газа, ни света, ни воды. Как с детьми возвращаться? Говорит, надо хотя бы до следующего лета продержаться. Я все это тоже понимаю, стараюсь гнать эмоции, но все равно тянет домой.

Хотя таких, как мы, в Украине сейчас многие считают предателями. Россия разрушила наши дома, а мы теперь тут живем. Обидно такое слышать. У кого куда была возможность, туда и поехали. Мы просто хотели выбраться.

Меня не покидает надежда, что город восстановят. Родители говорят, недавно с Луганска приезжала комиссия и оценивала повреждение зданий. Наверно, скоро надо будет съездить подать заявление на ремонт жилья. Хотя я мало верю, что смогут восстановить. Процентов 70 города разрушено. Тут говорят, что идет спецоперация, но на деле настоящая *****. Идешь по улице: тут трупы лежат, там лежат, все разбито, все сожжено. От нашего города осталось буквально несколько домов. А если и смогут восстановить его, то сколько на это времени уйдет? Остается только ждать и надеяться.

Я не боялась ехать в Россию. Мне не страшно говорить, что я с Украины. Да, я украинка, и всегда гордо об этом заявляю. Бывший муж мне советует поменьше распространяться. Но почему я должна молчать? Я не собираюсь скрывать, что я с Украины. Как бы тяжело ни было, настрой боевой. Надо идти вперед ради детей. Одна бы, может, и сломалась бы уже. И так внутри уже что-то надломилось, постоянно вспоминаю дом, друзей. Все разъехались: кто в Россию, кто в Европу, кто еще куда-то. Одни только воспоминания остались.

Здесь я пока себя не вижу. Может, из-за *****, нервов, проблем с бумагами и неопределенности. Бывший муж вообще уже планирует тут ипотеку брать, планы строит, а у меня одно на уме: домой, домой, домой. Да, там тоже все заново придется строить, но там все хотя бы свое, родное.

А ведь в Рубежном у меня была трехкомнатная квартира и работа. А сейчас нет ничего. Ни там, ни здесь. У родителей квартира тоже сгорела. И у брата. Вся наша семья, по сути, бомжи. И теперь вообще непонятно, граждане чего мы? Украины? ЛНР? России? Мы в полной неизвестности.

Сейчас в семье Татьяны работает только бывший муж, но его зарплаты хватает на одну аренду квартиры. Вы можете помочь: 2202 2023 5535 0079 («Сбер»)

Ольга, 36 лет

работала менеджером в микрофинансовой организации, вместе с мужем и двумя детьми бежала из Мариуполя


Проверка на татуировки и жизнь в Мариуполе

Мы не планировали уезжать. В 2014 году у нас постреляли недолго по окраинам, и на том все стихло. Думали, и в этот раз все быстро закончится, особо не паниковали. Хотя предчувствие было нехорошее. И оно не обмануло.

До 15 марта мы — я, муж и двое детей — жили в доме свекрови. С нами была семья сестры мужа. До нас дошел слух об открытии нового коридора. Муж сестры с женой предложили ехать. Мы не думали даже — сразу стали собираться. Главное — вывезти детей. Оставаться было опасно. Накануне вечером рядом с нашим сектором часа два шло какое-то месиво. Мы сидели плакали, молились, прятали детей под собой. Утром вышли и увидели, что поле возле домов полностью перепахано снарядами. Не знаю, кто там что бил, но впечатлений хватило на всю оставшуюся жизнь.

На свой страх и риск мы сели в машину и поехали. Сначала хотели в сторону ДНР, через Новоазовский район, который совсем рядом, но нас не пустили украинские военные. Сказали, идут бои, все перекрыто. Мы развернулись, думали поехать в Украину, на Запорожье, но оказалось, что и там по дороге идут бои. Остался только путь через Крым. До границы мы добирались два дня — попали в огромный поток машин. На всех висели белые тряпки и надписи «дети».

На границе мы простояли в очереди часов 30. Замерзли жутко. Но волонтеры организовали полевую кухню, готовили на всех еду и горячий чай. Это немного спасало.

Когда проходили границу, нас осмотрели со всех сторон. Машины проверяли с собаками, мужчин раздевали и смотрели на наличие татуировок, связанных с «Азовом» и ВСУ. Понимаю, зачем это делают, но морально очень тяжело. Особенно когда тебе звонят и говорят, что твоей подруги больше нет. А у нее ребенок остался, ровесник твоего. И вот ты стоишь на границе, понимаешь, что смог выехать и спасти своих детей, а она уже не сможет. Я не знаю, где сейчас ее ребенок. Я даже не знаю, куда звонить и как искать.

Здесь мы не так далеко от дома. Если что, за день доберемся

Родители мужа остались в Мариуполе. Мы пытались уговорить их поехать с нами, но они отказались. Сказали, мол, мы тут родились, тут и умрем. Говорят, там сейчас пооткрывались магазинчики и рынки. В целом можно что угодно достать. Были бы деньги. А заработать там сейчас непросто. Свекр недавно пенсию получил наконец — 32 тысячи рублей за четыре месяца. Свекровь в мае снова вышла на работу в детский сад, но денег ей пока не платят. Знакомый устроился разбирать завалы. Платят 30 тысяч рублей. Но это копейки в разрушенном городе. Цены взлетели в два раза и больше.

У родни мужа родственники в России, в Воронежской области. Сначала они разрешили нам пожить у них до осени, пока мы не разберемся со всеми документами. Но в июле попросили съехать, потому что собрались продавать дом. Дали месяц на поиски нового жилья. Поселок, в котором мы остановились, очень маленький, и найти съемное жилье здесь оказалось непросто. Купить — пожалуйста, а вот арендовать тяжело.

В конце концов, нам повезло: нас связали с женщиной, у которой в поселке остался дом (сама она переехала в другой город). Она пустила нас жить бесплатно, только коммунальные услуги оплачивать. Сказала, что понимает, в какой мы ситуации, и что ей ничего от нас не нужно. Если бы не она, мы бы оказались на улице. С арендой жилья тоже много волокиты, потому что мы иностранные граждане. Нас надо регистрировать, а многие не хотят этим заниматься. Или боятся, что мы каким-то образом жилье отберем. А нам оно и даром не надо, у нас свой дом есть. Только непонятно, когда мы в него вернемся. И сможем ли вообще.

Наша квартира в Мариуполе, к счастью, почти не пострадала. В доме пробита крыша, здание в аварийном состоянии, но наша квартира почти целая. Только окна побило. Дом вроде как готовятся ремонтировать. Свекрови сказали в администрации, что побитые окна — это не разрушения. Выбитая стена — это разрушение, а за разбитое окно компенсации не дают.

Как помогает государство и волонтеры

До ***** у нас все было. Муж работал на металлургическом комбинате имени Ильича. Я занималась детьми. Младшему сыну два с половиной года сейчас, старшему сыну в июне исполнилось 17. У нас была квартира, машина, работа, всего хватало, все было налажено, стабильно. Жили хорошо, не жаловались. А здесь… День прошел, и на том спасибо.

Сейчас мы занимаемся документами. Временное убежище уже оформили, теперь планируем гражданство. Без него никуда нормально не трудоустроиться. Работодатели по большей части не хотят заморачиваться и брать на работу беженцев — для нас отдельный процесс оформления и другие бумаги. Я пока сижу с маленьким ребенком, а муж и старший сын работают неофициально. С украинским паспортом на работу неохотно берут. Муж перебивается подработками, сейчас на стройку устроился. Сын работал в местном цеху по производству напитков, там ему не доплатили зарплату недавно, обещали 15 тысяч, дали 10 — посчитали, что он слишком много заработал для несовершеннолетнего беженца с Украины. Ну да бог им судья.

На разовые выплаты в 10 тысяч рублей подали еще в марте, но так до сих пор и ждем. Я даже писала письмо на сайте президента. Мне ответили, что переслали туда-то, потом еще куда-то, но ожидание продолжается. Эти деньги не помешали бы, разумеется, но уже не верится, что мы их когда-то получим. Может, кому-то нужнее.

Еще я обращалась в местную социальную службу, где мне сказали, что ничем помочь не могут. Потом звонила в местное отделение Красного Креста, оставляла заявку на получение помощи. Сказали, что скоро свяжутся. Прошла неделя, другая — тишина. Тогда я позвонила на главную горячую линию, и буквально на следующий день мне принесли набор средств личной гигиены.

Я прочитала в чатах, что «Единая Россия» помогает беженцам. Но в местном отделении партии мне сказали, что ничем помочь не могут. Прошло время — я опять увидела в чатах, что многим «Единая Россия» помогла. Подумала, как-то несправедливо выходит: одним помогают, а другим — «извините». Я нашла официальную группу партии в «ВК» и написала туда. Через пару дней мне снова позвонили из местного отделения, попросили прийти. Женщина, видимо, секретарь, сказала, что местный депутат проникся моей историей и решил выделить помощь из личных средств. Передала мне от него 10 тысяч рублей, потом дала бумагу с ручкой и попросила написать ему благодарность.

Нам помогают по большей части волонтеры. Я не представляла даже, что может быть столько отзывчивых и сочувствующих людей, готовых последнее отдать, чтобы помочь тем, кто попал в беду. Казалось бы, *****, или, как тут принято говорить, спецоперация должна озлобить людей, но нет. Попадаются, конечно, отдельные уникальные личности, которые возмущаются, что эти сюда приехали, но на таких я стараюсь не обращать внимания.

Предатели в Украине, страх при пролетающих самолетах и бессмысленность *****

У моей подруги ребенок от громких звуков теряет сознание. Он младше моего сына буквально на полтора месяца. До войны у него было подозрение на РАС (расстройства аутистического спектра. — Прим. ред.), потом они попали под сильную бомбежку, и состояние ребенка ухудшилось. Он ни на кого не реагирует, а если пугается, сразу прячется в шкаф или под кровать. От резкого шума падает в обморок.

Мой младший сын, к счастью, никак не изменился из-за *****. Даже под обстрелами не просыпался. А старший сын подобное уже не в первый раз проходит. Хотя, конечно, 2014-й ни в какое сравнение не идет. Поначалу, когда мы уехали из Мариуполя, дочь плохо спала, иногда кричала ночью, но потом перестала. Сейчас, когда самолеты пролетают, она пугается. Да и я сама тоже. Но сразу говорю, что это обычный самолет, все хорошо. Она повторяет «саалет» и успокаивается.

Я стараюсь держаться и заботиться о детях, но иногда накрывает так, что хочется убежать в лес и кричать. Ты понимаешь, что ты в чужой стране, где до тебя мало кому есть дело, ты тут сам по себе. А в своей меня теперь считают предателем. Всех, кто уехал в Россию. За получение российского гражданства в Украине ввели уголовную статью — за коллаборационизм. Доходит до раскола семей. Люди сдают своих родственников на сайте «Зрадники Маріуполя» («Предатели Мариуполя». — Прим. ред.), дети отказываются от родителей.

В Мариуполь мы пока возвращаться не планируем. Хотя, конечно, очень хочется домой. С мужем мы даже ругались из-за этого. Он хотел ехать обратно, мол, там родители, квартира. Да, нет работы, но никто не выставит за дверь. Я все это, конечно, понимаю, но я реалистка. С маленьким ребенком в Мариуполе сейчас делать нечего. Врачей мало, лекарства либо дорогущие, либо их нет вообще. Образовательные учреждения толком не работают. Люди сейчас даже просто, чтобы мусор вывезти со двора, сами собирают деньги и заказывают машину. Не спорю, что-то восстанавливают, строят новые дома, но Мариуполь — огромный город, и почти весь он разрушен, а впереди зима. Я не знаю, как люди ее переживут. Рядом море, высокая влажность — минус пять ощущается как все 20.

Заграницу мы даже не рассматривали. В первую очередь из-за языкового барьера. Да, в России мы тоже чужие, но хотя бы язык и менталитет понятны. И здесь мы не так далеко от дома. Если что, за день доберемся. Муж в итоге со мной согласился. Решили пока оставаться в России. Может, со временем, как получим гражданство, переедем в город покрупнее, где будет больше вариантов работы с хорошей зарплатой.

Очень хочу, чтобы это все быстрее закончилось. Простым людям, вроде вас и нас, ***** ведь не нужна. Украина с Россией ведь — родственные страны: у многих украинцев есть родня в России, у россиян — в Украине. Я не ненавижу россиян. Я ненавижу тех людей, кто все это затеял. Один только вопрос — зачем? У меня столько знакомых погибло. Причем все смерти — непонятно за что. Никогда не пойму.

Ольга с мужем сейчас с трудом находят деньги на аренду жилья и заботу о детях. Вы можете помочь: 2202 2026 5007 6049 («Сбер»)

Фотографии: из личного архива героев

Share
скопировать ссылку

Тэги

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Кафе Birds в Белграде

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Гид по магазинам Стамбула: От местного ЦУМа до винтажных лавочек

Проблемы диаспоры. Лев Левченко — о том, почему русские в эмиграции не здороваются друг с другом

Первая полоса

«Яндекс» запустил тариф «Вместе» для поездок с незнакомцами в такси

В Minecraft появился постсоветский зимний двор — с пятиэтажками, гаражами и турниками

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде в начале декабря

Сколько пожертвовали москвичи на строительство православных храмов за 12 лет

В 1976 году Путин провел обыск за надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» на Петропавловке

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются

Спрос на iPhone 14 в России упал в 2,5 раза по сравнению с продажами гаджетов предыдущей модели

Ведущая «Спокойной ночи, малыши» предложила привезти на фронт Хрюшу со Степашкой и попросить украинцев «остановиться»

Little Big покинули двое музыкантов. Похоже, что группа распалась

Студентку, рассказавшую о принудительных гуманитарных сборах, исключили из техникума

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропагандаЛучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда Лучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Гид по рынкам Тбилиси
Гид по рынкам Тбилиси Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»
Гид по рынкам Тбилиси

Гид по рынкам Тбилиси
Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»

В ноябре число объявлений о срочной продаже квартир в России достигло рекорда

Петербургскую тюрьму «Кресты» выставят на продажу

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды Пошаговая инструкция для россиян
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Пошаговая инструкция для россиян

В парках Москвы открылся 21 каток с искусственным льдом

«ВКонтакте» заблокировала группу «Совета матерей и жен военнослужащих»

РПЦ безвозмездно получила здание петербургской РАНХиГС. Студентов чуть не выселили

Московские кинотеатры «Факел», «Юность» и «Звезда» откроются в новом году

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники

Более 50% благотворительных фондов заявили о сокращении пожертвований

Движение Food not bombs в Москве прекратило деятельность из-за угрозы опасности

Сегодня в Тбилиси пройдет марш против сексуального насилия

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»

На Бауманской горит ТЦ «Елоховский пассаж»

Сериалу «Монастырь» не выдали прокатное удостоверение. По мнению РПЦ, он оскорбляет чувства верующих

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных

Ночью в «Открытом пространстве» проходили обыски. Задержали более 15 человек, многие из них рассказывают об избиениях

Первоклашкам предложили написать письмо «незнакомому мобилизованному» — вместо Деда Мороза

Цена на импортные новогодние ёлки вырастет на 25%. В Рослесинфорге предложили россиянам самим сходить в лес за елью

О героине The Village снимут сериал. Историю Светы Уголёк экранизирует студия «Среда», премьера — в 2024 году

Госдума окончательно приняла закон о запрете «ЛГБТ-пропаганды»

Лейла Гиреева, сбежавшая из дома в Ингушетии от побоев и «лечения от атеизма», на свободе. Но все еще в опасности

Ушедшую из России Lush заменит косметическая сеть Oomph

В медицинских вузах будет больше бюджетных мест

Петербуржцам запретят добывать березовый сок и вырезать надписи на деревьях

Посмотрите, как в Ереване протестуют накануне приезда Путина, Лукашенко и Лаврова

Чехия запретила безвизовый транзит для россиян

Участок «Октябрьская» — «Новые Черемушки» закроют с 3 по 7 декабря

Якутский панк против войны
Якутский панк против войны Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить
Якутский панк против войны

Якутский панк против войны
Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября? Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше

С сайта Мариинского театра убрали имя хореографа Ильи Живого. Он не раз выступал против войны

В Брянске подожгли приют для животных. Погибли 52 кошки и 2 собаки

Испания в 2022-м выдала россиянам в три раза больше шенгенских виз, чем в прошлом году

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»

На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка
На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка

Полковник Генштаба ВС РФ взял взятку стиральной машиной от военного комиссара района Раменки

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы

В кубанской станице установили скульптуру, которая очень похожа на анальную пробку

В Петербурге туристам придется оплачивать курортный сбор

«Выбрались из плена проклятых бюрократов»: Музыкантов «Интуриста» выпустили из брюссельского транзитного центра

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде на этой неделе

Активистки «Яблока» провели антивоенную акцию около здания Минобороны

Россияне готовы экономить на одежде и еде, но только не на алкоголе — исследование NielsenIQ

В Москве горит склад цветов

С 21 ноября россияне смогут оформить карту Visa или Mastercard на Шри-Ланке

Телеканал «Муз-ТВ» заглушил слова «мир» и «война» во время выступления певицы Zivert

На Камчатке началось извержение самого высокого действующего в Евразии Ключевского вулкана

IKEA сотрудничала с беларускими поставщиками, которые использовали труд заключенных, в том числе политзаключенных