«Мой босс потребовал от меня скрывать, что я гей» История Романа Гауза, столкнувшегося с неприкрытой гомофобией в трех рекламных агентствах подряд

Ущемление прав ЛГБТ-людей в России не ограничивается законом о пропаганде и запретом гей-парадов. Проблемы с начальством и коллегами из-за собственных сексуальных предпочтений могут возникнуть не только в школе или госкорпорации, но и у сотрудника московского рекламного агентства. В этом убедился Роман Гауз, за год столкнувшийся с гомофобией в трех разных компаниях.

Мальчики мне нравились с детства, меня всегда к ним тянуло. Из репортажей по ТВ или обсуждений взрослых я слышал, что это что-то плохое и об этом нужно молчать. И когда у меня лет в 14 случилось сексуальное развитие, я начал понимать, что во всем этом кроется. У меня была внутренняя гомофобия, я очень долго себя не принимал и максимально старался подавлять. Только потом, когда я уже окончил школу, понял, что, наверное, могу начать искать какие-то отношения — получится не получится, хотя бы сделаю первый шаг. Влюбился в одного парня настолько сильно, что в один момент просто пришел домой и поделился этой радостью, сказал маме: «Надеюсь, ты помнишь моего друга? Он мой парень, и я его очень сильно люблю». Повисла гробовая тишина, мама резко подорвалась, в бешенстве начала выяснять, переспрашивать и закончилось тем, что меня очень сильно избили. Рассказали, что я был вообще нежеланным ребенком, что планировался аборт и так далее.

Я стал для нее тем, кем она не может гордиться, кого она стыдится, я для нее фактически умер. Это реалии маленького городка: если ты не такой, тебя будут гнобить по полной. Поэтому в 18 лет я собрал вещи и уехал к своему другу в Москву. Бросил учебу на медика. У меня был чокнутый отчим, который на протяжении 15 лет жил с нами, и все это время я его ненавидел, потому что он избивал либо меня, либо ее, не давал мне учиться. У меня случался ад и в школе — я был изгоем, хотя и очень хорошо учился. Одноклассники догадывались, меня всегда в шутку называли меньшинством, пидором. Возможно, у меня проявлялись какие-то манерные повадки. Когда я стал совершеннолетним и нашел в себе силы убежать из дома, я понял — зачем мне скрываться и быть другим человеком, если это не помогает, какой смысл, если они все равно будут относиться так? Мне это помогло адаптироваться к новой жизни, закалило. Но я всегда стараюсь найти добрых и искренних людей, составить из них свой круг общения.

Когда я стал совершеннолетним и нашел в себе силы убежать из дома, я понял — зачем мне скрываться и быть другим человеком, если это не помогает?

Мне всегда нравилось создавать что-то новое, работать с графикой, поэтому мне и нравится реклама. Работать в этой сфере я начал в 2014 году, в не самом топовом агентстве, которое стало для меня школой. Там был очень френдли-директор, который спокойно общался на эту тему. Искать что-то другое решил только тогда, когда объем работы стал совсем уж несопоставимым с заработной платой. Увидев вакансию, скинул свое резюме, выполнил тестовое задание и после собеседования начал свою работу в агентстве «А» (здесь и далее названия агентств изменены. — Прим. ред.).

Хотя забавный случай произошел еще на собеседовании: я решил посмотреть время, а на обложке телефона был отрывок французского комикса — там двое мальчиков целуются. Когда один из директоров агентства это заметил, он взял посмотреть мой телефон и спросил: «Тебе нравится смотреть, как целуются мужчины?» Я ответил: «Да». Следующим вопросом было: «И что, тебе самому нравится целовать мужчину»? Я ответил то же самое. И совершенно неожиданно для меня он сказал: «Вот именно такой сотрудник нам и нужен!»

Все было просто супер, это место оказалось мне очень близким — мегаоткрытый коллектив, куча молодых ребят, все горят идеями делать что-то новое. Я совмещал дизайн, копирайтинг и креатив. Мне нравилось отдаваться по полной, самому что-нибудь придумывать. Возможно, я как-то сильно выделялся среди всего офиса, потому что я старался со всеми познакомиться, пообщаться, на моем столе всегда была куча какого-то классного стаффа, фигурок, покемонов. Я, в принципе, был душой компании, даже организовал доставку еды на каждый день. При этом никогда никому не говорил типа: «О, посмотрите, какой я супергей». У меня просто всегда была открыта информация о себе, если я о чем-то рассказываю, то не умалчиваю о том, что мы гуляли с моим молодым человеком. В любом случае все шло хорошо.

До того момента, пока в компании не началась крутая движуха: мы закончили год с хорошими результатами, и начали появляться более крутые клиенты, уже европейского уровня. А второй директор до этого относился ко мне вроде бы нормально, но сейчас понимаю, что, наверное, скрипя зубами нормально, всегда держал дистанцию. Когда стали появляться крутые клиенты, он поднапрягся и посчитал, что я испорчу ситуацию. Клиентов стали приглашать в офис показать сотрудников, а мой стол находился в центре офиса, прямо рядом со входом, как ресепшен. Каждый раз, когда приводил клиентов, он старался как-то побыстрее отвести их от моего стола.

Первый разговор случился в 2016 году весной, меня позвала его помощница. Я думал, что это очередной разговор по поводу задержки зарплаты, но нет, темой стало то, что он видел мой фейсбук, мой инстаграм и пришел в недоумение. Он посчитал, что контент на моих личных страницах может испортить имидж компании. От него была просьба не выкладывать подобные фотографии или открытые записи, поскольку это может навредить компании. Я сказал: «Ребят, стойте, я у вас уже год работаю, до сих пор не в штате, я не подписывал никаких документов на то, что мне можно делать, а что нельзя. Должен ли я присылать на апрув свои личные мысли и фотографии? Давайте вы меня возьмете в штат, я подпишу все документы, и будем делать вот так». До сентября эта история затихла, затем она меня снова позвала и сказала, что босс выдвинул два предложения на выбор: «либо ты становишься нормальным и тихим, и мы тебя берем в штат», либо «мы сохраняем тебе зарплату, ты ничего об этом не говоришь и уходишь на фриланс». Я понимал, что если пойду скандалить, то останусь вообще без денег и рекомендаций. А если останусь работать здесь, то отношение со стороны очень изменится, работать будет тяжело. Поэтому я согласился на фриланс, старался поддерживать какие-то дружеские отношения, потому что при съемной квартире и незакрытых кредитах остаться без денег — значит вообще потерять себя.

Директор выдвинул два предложения на выбор: «либо ты становишься нормальным и тихим, и мы тебя берем в штат», либо «мы сохраняем тебе зарплату, ты ничего об этом не говоришь и уходишь на фриланс»

Но работа на дому очень сильно ударила по моему состоянию. Я привык общаться, быть открытым, а тут со временем у меня стали усиливаться панические атаки, я перестал доверять людям. Теперь каждый выход в метро — как пытка. Сошло все на то, что мне очень сложно разговаривать по телефону, я стараюсь общаться письменно. Так я проработал еще полгода, пока знакомая не пригласила в агентство «B». На новом месте я не общался ни с кем за три месяца работы, потому что в основном там всем за 40, прожженные рекламщики 2000-х годов, компания очень бюрократическая — без пропуска не выйти, учитывается, как и во сколько ты зашел и вышел. Но, видимо, кто-то нашел меня в социальных сетях: в один прекрасный день сидевшая через перегородку женщина разговорилась с другой коллегой, обсуждали ситуацию с Россией, с Путиным. И прозвучали слова о том, что зря в 1990-х отменили статью за мужеложество, потому что «такие люди ненормальные, их нужно лечить». Эта женщина произносила эти слова и смотрела ехидно в мою сторону. Я подумал: «Блин, ну это же европейская компания», — и написал эйчару. На следующий день женщину вызвали на проверку и разговор. Больше подобных инцидентов не повторялось. Работать там, правда, все равно было скучно.

Вскоре меня переманило агентство «C», там тоже молодые ребята, открытое пространство. Я подумал: «Окей, буду со всеми общаться, дружить». Но я не смог ни с кем наладить контакт, люди оказались чуть-чуть на другой волне. Я рассказывал про причины увольнения из агентства А, мне отвечали, что тут такого даже близко не может быть. Спустя месяц я начал слышать сторонние разговоры сотрудников: обсуждая клиента-гея, они смеялись и называли его пидорасом. Мне это не понравилось, я обратился к девушке, которая занималась персоналом. Она объяснила, что слово «пидорас» не является оскорбительным, а у них тут вообще свобода слова. И что, если кто-то начнет кричать «шлюхи», это не значит, что девушки должны обижаться, потому что они же не шлюхи. То есть моих претензий она просто не поняла. Подобных разговоров и смехуечков в том числе в мою сторону хватало.

Уже потом меня как-то вызвали по поводу чисто рабочего момента. Мы обсуждали мои профессиональные проступки, но под конец этой беседы арт-директор внезапно выдал: «И вообще, у тебя гейская аватарка. Смени ее. Ты знаешь, что пропаганда гомосексуализма у нас запрещена, ты нарушаешь закон, а я не хочу, чтобы сотрудник компании занимался противозаконными вещами». Я не стал отвечать, в этот момент просто переполнился презрением к человеку. Прошел буквально месяц, у компании появились какие-то проблемы по проектам, бюджет урезали, персонал начали сокращать и, соответственно, меня тоже перевели на фриланс с максимальным сокращением зарплаты. И даже учитывая, что работать я люблю, а дома еще проще, мне стало невыносимо выполнять работу для этих людей, раз за разом вспоминая их слова. Сейчас мы сошлись на том, чтобы разорвать трудовые отношения.

У меня просто накипело, потому что я побывал в трех местах и за один год смог увидеть, как относятся в разных компаниях к людям с нетрадиционной (редакция The Village не делит сексуальную ориентацию на «традиционную» и «нетрадиционную». — Прим. ред.) ориентацией. В каждой компании я знал, кто здесь ЛГБТ, и во всех случаях они либо строят из себя альфа-самцов, либо вообще просто кристально закрыты и никак не говорят на эту тему. Они боятся, что, если о них узнают, относиться будут пренебрежительно. Потому что даже в таких прогрессивных местах отношение к геям все равно скептическое, и ощущение того, что ты человек второго сорта, тебя никак не покидает.

В разных агентствах я применял разную тактику: в агентстве А я был открытым и ничего не скрывал, с коллегами у меня были хорошие отношения, люди задавали вопросы, я на них отвечал, все были позитивно настроены. Во втором месте произошел вот буквально единственный инцидент, и ничего другого больше не возникало. Просто, видимо, тот уход на меня достаточно сильно повлиял — у меня возникла апатия ко всем и ко всему. В третьем агентстве меня никто не угрожал уволить из-за моей ориентации, просто там в одном месте было собрано много гомофобов, которые этого никак не стесняются. Неадекватно относятся к тому, что у них могут быть разные сотрудники; у них есть сотрудники-геи, просто они, видимо, привыкли или терпят эту свободу слова. «Нужно относиться ко всему проще».

Моя информация в социальных сетях всегда открыта. Хотя многие говорят, что мне и рассказывать особо ничего не надо, все понятно по моему внешнему виду и манере общения. В третьем агентстве я понял: мне ничего не хочется уже доказывать, ничего говорить. Во мне все начинает замыкаться, я не хочу разговаривать с человеком, у меня наступает апатия. Хочется скрыться, забиться в темный угол и ни с кем не разговаривать. Я не хочу скандалить и ссориться. Хотя раньше я всегда пытался людям нормально объяснить, что люди равны, а проблема выдуманная, ничто тут не должно вызывать страха или отвращения.

ЛГБТ-люди очень скрытные, все молчат. В первом месте никто не знал причины, по которой я уволился. Обстановка настолько накалилась, что все наше сообщество — все молчат, боятся, закрыты. Все они будут терпеть до того времени, пока не сработают совсем уже какие-то триггеры, как у меня. Я же понял, что не могу молчать просто тогда, когда внутри меня все это скопилось, стало меня терроризировать, я понял, что не могу держать это в себе, это меня просто поедает — всему есть какой-то предел. Если человек работает хорошо, какая разница, какой он, кого он любит?

Можно подумать, что реклама — это что-то прогрессивное, но нет, на таком уровне очень много гомофобии, да и той же ксенофобии. Вам даже не разрешат в материалах использовать человека с темной кожей. Слово на «х» звучит в офисе не менее часто. Это многое говорит о людях.

Наше общество за последние десять лет углубилось в такое подземелье — все скрывают, все молчат, никто не хочет потерять место работы. Люди придумывают себе девушку или асексуальность. Меня это дико разочаровывает, не такое будущее, не таких людей вокруг я бы хотел видеть. Сила нации в единстве, а тут все друг друга ненавидят, боятся, презирают, отыскивают какие-то моменты, за которые можно уничтожить человека. Не для этого мы столько крови в истории пролили.


Фотографии: личный архив героя

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Было постоянно страшно»: Как гей, живущий с ВИЧ, покинул Россию
«Было постоянно страшно»: Как гей, живущий с ВИЧ, покинул Россию The Village записал историю тридцатилетнего спортсмена Амира, который ради спасения собственной жизни сбежал сперва из Ставрополя в Москву, а после — в Лондон
«Было постоянно страшно»: Как гей, живущий с ВИЧ, покинул Россию

«Было постоянно страшно»: Как гей, живущий с ВИЧ, покинул Россию
The Village записал историю тридцатилетнего спортсмена Амира, который ради спасения собственной жизни сбежал сперва из Ставрополя в Москву, а после — в Лондон

«Подошли трое и спросили: „Ты что, пол меняешь?“»: Кем и как работают трансгендеры
«Подошли трое и спросили: „Ты что, пол меняешь?“»: Кем и как работают трансгендеры Каково искать работу, объясняться с начальством и общаться с коллегами тем, кто решил сменить пол
«Подошли трое и спросили: „Ты что, пол меняешь?“»: Кем и как работают трансгендеры

«Подошли трое и спросили: „Ты что, пол меняешь?“»: Кем и как работают трансгендеры
Каково искать работу, объясняться с начальством и общаться с коллегами тем, кто решил сменить пол

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»
«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах» История 22-летней Татьяны Дваждовой, принципиально не согласной на гендерное разделение в спорте
«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»

«Я скрывала свой пол, чтобы драться с мужчинами на ринге и улицах»
История 22-летней Татьяны Дваждовой, принципиально не согласной на гендерное разделение в спорте

«Мой гендер — это мой крест»
«Мой гендер — это мой крест» Квир и ЛГБТ-активист — о поисках себя в религии, сектантстве и протесте
«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»
Квир и ЛГБТ-активист — о поисках себя в религии, сектантстве и протесте

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

50 миллионов – это сколько?

Первая неделя августа: Куда пойти и чем заняться

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

Что надеть в лес

Первая полоса

50 миллионов – это сколько?
Спецпроект
50 миллионов – это сколько? Тест, чтобы понять, как это много
50 миллионов – это сколько?
Спецпроект

50 миллионов – это сколько?
Тест, чтобы понять, как это много

Первая неделя августа: Куда пойти и чем заняться
Первая неделя августа: Куда пойти и чем заняться Ретроспектива Мамонова, йога в Mutabor, а также концерты и спектакли
Первая неделя августа: Куда пойти и чем заняться

Первая неделя августа: Куда пойти и чем заняться
Ретроспектива Мамонова, йога в Mutabor, а также концерты и спектакли

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото
Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото Как это сделали в Норвегии
Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото
Как это сделали в Норвегии

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки
Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки
Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

Что надеть в лес
Что надеть в лес Идем за грибами
Что надеть в лес

Что надеть в лес
Идем за грибами

«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?
«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить? Неглупый европейский ромком о раздражающем идеале
«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?

«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?
Неглупый европейский ромком о раздражающем идеале

Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко
Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко Говорим о секретном парке, электронной музыке и сексе
Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко

Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко
Говорим о секретном парке, электронной музыке и сексе

Какими ароматами наполнить дом
Спецпроект
Какими ароматами наполнить дом
Какими ароматами наполнить дом
Спецпроект

Какими ароматами наполнить дом

Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах
Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах «Кафедра», «Девять совсем незнакомых людей» и «Мистер Корман»
Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах

Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах
«Кафедра», «Девять совсем незнакомых людей» и «Мистер Корман»

Открытое море: Как «Сила ветра» сделала яхтинг доступным любому
Открытое море: Как «Сила ветра» сделала яхтинг доступным любому От тренировок для друзей до международных регат
Открытое море: Как «Сила ветра» сделала яхтинг доступным любому

Открытое море: Как «Сила ветра» сделала яхтинг доступным любому
От тренировок для друзей до международных регат

«Вечеринка у Зевса»: Сильный ливень с грозой ночью в Москве
«Вечеринка у Зевса»: Сильный ливень с грозой ночью в Москве Ураган, поваленные деревья и удар молнии в Останкинскую башню
«Вечеринка у Зевса»: Сильный ливень с грозой ночью в Москве

«Вечеринка у Зевса»: Сильный ливень с грозой ночью в Москве
Ураган, поваленные деревья и удар молнии в Останкинскую башню

Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство
Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство
Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство

Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство

10 новых детских книг для конца лета
10 новых детских книг для конца лета На море, на дачу, в деревню к бабушке
10 новых детских книг для конца лета

10 новых детских книг для конца лета
На море, на дачу, в деревню к бабушке

Арбуз, дыня и смородина: Что покупать на рынке в августе
Арбуз, дыня и смородина: Что покупать на рынке в августе А еще райские яблочки, «брызги шампанского» и молодой зеленый фундук
Арбуз, дыня и смородина: Что покупать на рынке в августе

Арбуз, дыня и смородина: Что покупать на рынке в августе
А еще райские яблочки, «брызги шампанского» и молодой зеленый фундук

В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая
В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая Подборка редакции «Гусьгусь»
В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая

В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая
Подборка редакции «Гусьгусь»

Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives
Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives
Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives

Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives

Детские страхи: Как помочь ребенку
Детские страхи: Как помочь ребенку Отрывок из книги Натальи Ремиш
Детские страхи: Как помочь ребенку

Детские страхи: Как помочь ребенку
Отрывок из книги Натальи Ремиш

Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха
Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас
Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха

Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха
Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе И ничего не забыть
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
И ничего не забыть

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно Артем Макарский — о главном альбоме этого года
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Артем Макарский — о главном альбоме этого года

Подпишитесь на рассылку