«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии» Бывший заключенный-подросток — о пытках, тюремных порядках и адаптации после освобождения

«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии»

В воспитательных колониях для несовершеннолетних по всей стране отбывают наказание подростки от четырнадцати лет. В 2017 году Федеральная служба исполнения наказаний подсчитала, что под стражей в России находится 1 592 несовершеннолетних заключенных. За последние пятнадцать лет этот показатель сократился в десять раз. Для сравнения: в январе 2002 года в воспитательных колониях содержалось 18,6 тысячи человек. Сейчас подростков помещают в колонию за тяжкие и особо тяжкие преступления.

Ко Дню защиты детей The Village Екатеринбург пообщался с бывшим заключенным Игорем, который попал в колонию для несовершеннолетних в пятнадцать лет за разбой и убийство, совершенное другим человеком. Спустя восемь лет, в мае 2018 года, Игорь вышел на свободу и уже успел найти работу — благодаря полученным в колонии навыкам, он занимается отделкой интерьеров. Он рассказал, как его заставили признаться в убийстве, которое он не совершал, как устроена жизнь на «малолетке» и как проходит его адаптация к жизни на воле.

Иллюстрации

Алексей Шахов

Об аресте и пытках

Когда мне было пятнадцать лет, меня осудили сразу по двум статьям уголовного кодекса — 162 «Разбой» и 105 «Убийство». В колонии для несовершеннолетних попадают по двум причинам — либо когда у подростков нет денег, либо если не в том месте играет романтика. Разбойное нападение на таксиста мы совершили, потому что хотели обогатиться и были выпившими. Сначала задержали моего подельника — он рассказал про меня операм, и те меня нашли. Семь месяцев я находился под следствием в СИЗО, и все это время меня пытали. Из меня пытались выбить признание в убийстве девушки, которое я не совершал.

Опера не могли раскрыть преступление, но знали, что я в курсе, кто в действительности виноват, поэтому меня не жалели. Они закрывали меня в своих кабинетах и допрашивали, меня пристегивали к мебели наручниками и били. Иногда запирали в большом сейфе, где у меня затекали все конечности. Время от времени могли окунуть в воду и бить электрошокером. Однажды я как бы начал вскрывать вены, потому что это был единственный способ ослабить режим. Тогда меня перевезли в больницу, где я несколько суток лежал накачанный таблетками и уколами, привязанный к кровати. После семи месяцев такой жизни я не вытерпел и расписался там, где просили — иначе меня просто превратили бы в инвалида, потому что дело им однозначно нужно было раскрыть. За разбой мне дали шесть месяцев, за убийство — восемь лет.

За мелкие противорежимные действия сотрудники колонии били нас пожарными шлангами или прутьями

О колониях для несовершеннолетних и переводе на общий режим

Из СИЗО я попал в режимную воспитательную колонию для несовершеннолетних в Ардатовском районе Нижегородской области. Когда я вылезал из машины, то сразу же получил удар ногой от какого-то здорового мужика. Позже выяснилось, что это заместитель начальника колонии — он бил нас, чтобы мы в ту же минуту поняли, куда попали. Меня поместили в карантин, где все недавно прибывшие заключенные находятся до того, как их распределят в постоянные камеры. Там мне тоже несколько раз досталось ни за что: одному из сотрудников не понравилось, как я произнес свою фамилию, другому — как я на него посмотрел.

После больницы в СИЗО мне постоянно хотелось спать, но когда я закрывал глаза, меня скидывали с кровати и били. Им было плевать на мои перевязанные руки. Я знал о случаях, когда заключенные резали вены прямо при них, а те в ответ только кидали мойку (лезвие безопасной бpитвы, с одной стоpоны обмотанное изолентой, — прим. ред.) и говорили «Давай еще». После карантина меня перевели в жилую зону. За мелкие противорежимные действия сотрудники колонии били нас пожарными шлангами или прутьями, а за серьезные проступки отводили в дежурную часть и просто запинывали человека. Меня спасло только то, что через два месяца тюрьму для несовершеннолетних стали закрывать и переделывать в женскую колонию. Меня перевели обратно в СИЗО, а после отправили в воспитательную колонию в Арзамасе.

Платят на «малолетке» намного больше, чем во взрослых колониях. Я занимался внутренней отделкой и строил швейный цех — за это каждый месяц получал пять-шесть тысяч рублей

Условия в колониях полностью зависят от администрации и конкретно начальника. В новом лагере все оказалось по-другому — в нем не было жесткого режима и беспочвенных пыток. С администрацией получалось найти компромисс и договориться о взаимовыгодном сотрудничестве. Заключенные жили дружно — не гнобили, не пытались друг друга сожрать и придерживались тюремных понятий. Когда к нам привозили новых заключенных, «до вновь прибывших доводили» — объясняли все местные правила. А дальше человек уже сам выбирал, кем быть и как жить. В основном были «мужики» — случайные преступники, которые нарушили закон, но на свободе живут нормальной обывательской жизнью. Еще были серьезные люди вроде «положенцев», «бродяг», «воров», но такой статус еще нужно заслужить — приносить пользу лагерю, помогать нуждающимся, здраво рассуждать. Хуже всего относились к «обиженным» — гомосексуалистам. Плохими поступками считались крысиный — когда «тащили», и сучий — когда сдавали своих.

В колониях для малолетних сидят дети с четырнадцати лет. Подростки учатся в школах и ПТУ, работать можно в промышленной зоне. Причем платят на «малолетке» намного больше, чем во взрослых колониях. Я занимался внутренней отделкой и строил швейный цех — за это каждый месяц я стабильно получал пять-шесть тысяч рублей, их можно было тратить на продукты и предметы личной гигиены. Во взрослой колонии за такую работу в месяц мне платили всего двести рублей. С питанием на «малолетке» тоже все было куда лучше — кормили по пять раз в день, как в детских лагерях.

Когда мне исполнялось восемнадцать, я подготовился — сходил в ларек за продуктами и вернулся с пакетами сладкого, сделал чифир. Алкоголь мы практически не пили, но кто-то гнал самогон из сахара и хлебной плесени. Законодательство допускает пребывание подростков в детских колониях вплоть до отбытия полного срока наказания, но не старше девятнадцати лет. Через месяц после моего совершеннолетия состоялся суд, и меня этапировали в колонию общего режима.

Взрослые в колонии воспринимают прибывших с «малолетки» как детей и дают советы, как им жить. Почти абсолютное большинство — 90 процентов заключенных, с которыми я общался, — сидели за хранение или сбыт наркотиков. В основном это были синтетические наркотики — соли и спайсы. Чаще всего их забирали, когда они обкуренные валялись без сознания. Кроме них, во взрослой колонии было много людей, отбывавших не свои сроки — если человек совершил одну кражу, на него спокойно могут повесить еще десять эпизодов, потому что так удобнее. Хуже всего в колонии относились к педофилам — сидевших по этой статье часто убивают после того, как те выходят на волю. Администрация сознательно держит их в отдельных камерах, потому что в общих им просто не выжить.

Хуже всего в колонии относились к педофилам — сидевших по этой статье часто убивают после того, как те выходят на волю


Об освобождении и адаптации

На волю я вышел совсем недавно — четвертого мая. Мне хватило трех дней, чтобы погулять и отметить освобождение. Я понял, что нужно нормально одеться и начать приводить себя в порядок. Спустя неделю новость о моем выходе по сарафанному радио разлетелась по всему городу, и мне стали поступать предложения о работе — звали даже в крупную компанию «Тосол-Синтез». Я решил продолжать заниматься внутренней отделкой. Это сезонная работа, но мне нравится самостоятельно формировать свой график. Стабильную работу пока искать рано — мне нужно привыкнуть, осмотреться, адаптироваться.

Как именно проходит адаптация после тюрьмы, зависит полностью от человека. В колонии были те, кто жил тюремной жизнью чуть ли не с самого детства и возвращался сюда на второй, на третий срок. Такие люди могут до старости прожить тюремной жизнью, занимаясь «общими делами» и решая вопросы с администрацией. Мой подельник по 162 статье отсидел шесть лет, погулял на свободе месяц и вернулся обратно — сейчас он отбывает уже четвертый срок. Говорит, освободился, отметил, начал искать работу, не смог найти и снова ударился в уголовку. Большая часть отсидевших на «малолетке» возвращается туда снова. В колонии важно проводить время с пользой для себя, чему-то учиться, и еще там понять, как ты будешь жить на воле.

Сейчас пытаться что-то оспорить и доказать, что я не убивал ту девушку, бесполезно, это ни к чему не приведет. Про убийцу я слышал, что он сошел с ума на почве синтетических наркотиков и лежит овощем в психиатрической больнице где-то в Казани. Отдать таким местам восемь лет — это печально, но с психикой у меня все нормально. Сейчас меня не тянет к тому, чем я занимался раньше. Я выдержал, поменял свои взгляды на жизнь и стал добрее. Но чаще всего после «малолетки» люди становятся обозленными, поэтому такая система исправления не работает и наносит только вред.


В колонии важно проводить время с пользой для себя, чему-то учиться, и еще там понять, как будешь жить на воле

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Десять дней в молчании: Уральцы на випассане
Десять дней в молчании: Уральцы на випассане Режиссер, архитектор, фотограф и руководитель ивент-бюро из Екатеринбурга — о медитации и победе над эго
Десять дней в молчании: Уральцы на випассане

Десять дней в молчании: Уральцы на випассане
Режиссер, архитектор, фотограф и руководитель ивент-бюро из Екатеринбурга — о медитации и победе над эго

«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»
«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале» Призывник из Екатеринбурга — о лечении пневмонии аспирином и играх с ножом
«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»

«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»
Призывник из Екатеринбурга — о лечении пневмонии аспирином и играх с ножом

«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»
«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили» Екатерина Петрова — о «Трансперенси Интернешнл», работе с Навальным и борьбе с коррупцией
«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»

«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»
Екатерина Петрова — о «Трансперенси Интернешнл», работе с Навальным и борьбе с коррупцией

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

Чем заняться в Москве в последнюю теплую неделю?

Как проверить, есть ли у вас долги

Главной защитнице мигрантов Валентине Чупик запретили въезд в Россию на 30 лет

Где покупать винтажную мебель и декор для дома в Москве

Правозащитников судят за посты пятилетней давности. Это законно?

Первая полоса

Чем заняться в Москве в последнюю теплую неделю?
Чем заняться в Москве в последнюю теплую неделю? Фильмы с «Кинотавра», концерт «Кровостока» и фестиваль «Слезы авторки»
Чем заняться в Москве в последнюю теплую неделю?

Чем заняться в Москве в последнюю теплую неделю?
Фильмы с «Кинотавра», концерт «Кровостока» и фестиваль «Слезы авторки»

Как проверить, есть ли у вас долги
Как проверить, есть ли у вас долги А также кто прописан в вашей квартире и пользуется вашей цифровой подписью
Как проверить, есть ли у вас долги

Как проверить, есть ли у вас долги
А также кто прописан в вашей квартире и пользуется вашей цифровой подписью

Главной защитнице мигрантов Валентине Чупик запретили въезд в Россию на 30 лет
Главной защитнице мигрантов Валентине Чупик запретили въезд в Россию на 30 лет Кто она такая и чем грозит ее высылка
Главной защитнице мигрантов Валентине Чупик запретили въезд в Россию на 30 лет

Главной защитнице мигрантов Валентине Чупик запретили въезд в Россию на 30 лет
Кто она такая и чем грозит ее высылка

Где покупать винтажную мебель и декор для дома в Москве
Где покупать винтажную мебель и декор для дома в Москве
Где покупать винтажную мебель и декор для дома в Москве

Где покупать винтажную мебель и декор для дома в Москве

Правозащитников судят за посты пятилетней давности. Это законно?
Правозащитников судят за посты пятилетней давности. Это законно? «Невозможно знать наверняка, что вы не репостите экстремистские материалы»
Правозащитников судят за посты пятилетней давности. Это законно?

Правозащитников судят за посты пятилетней давности. Это законно?
«Невозможно знать наверняка, что вы не репостите экстремистские материалы»

Последний показ «Идеального мужа»: каким был главный спектакль Константина Богомолова
Последний показ «Идеального мужа»: каким был главный спектакль Константина Богомолова И почему он не мог оставаться на сцене МХТ, но останется в истории театра
Последний показ «Идеального мужа»: каким был главный спектакль Константина Богомолова

Последний показ «Идеального мужа»: каким был главный спектакль Константина Богомолова
И почему он не мог оставаться на сцене МХТ, но останется в истории театра

Москвичи, которые выбрались из психоневрологического интерната

Москвичи, которые выбрались из психоневрологического интернатаИ теперь живут вместе

Москвичи, которые выбрались из психоневрологического интерната

Москвичи, которые выбрались из психоневрологического интерната И теперь живут вместе

Шансон или Шарлот: Сможете ли вы отличить романсы Вертинского от поп-музыки
Спецпроект
Шансон или Шарлот: Сможете ли вы отличить романсы Вертинского от поп-музыки
Шансон или Шарлот: Сможете ли вы отличить романсы Вертинского от поп-музыки
Спецпроект

Шансон или Шарлот: Сможете ли вы отличить романсы Вертинского от поп-музыки

«Дрэг как протест в России никому не нужен»: 4 проблемы предстоящего шоу Анастасии Ивлеевой
«Дрэг как протест в России никому не нужен»: 4 проблемы предстоящего шоу Анастасии Ивлеевой Объясняют активисты и феминистская исследовательница
«Дрэг как протест в России никому не нужен»: 4 проблемы предстоящего шоу Анастасии Ивлеевой

«Дрэг как протест в России никому не нужен»: 4 проблемы предстоящего шоу Анастасии Ивлеевой
Объясняют активисты и феминистская исследовательница

«Я живу в ЖК „Пресня Сити“»

«Я живу в ЖК „Пресня Сити“»

«Я живу в ЖК „Пресня Сити“»

«Я живу в ЖК „Пресня Сити“»

Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке
Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке Говорим об исторических зданиях, пьющих классиках и новом театре
Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке

Гуляем c Михаилом Зыгарем по Покровке
Говорим об исторических зданиях, пьющих классиках и новом театре

Гуляем с «Позорами» по Басманному району
Гуляем с «Позорами» по Басманному району Говорим о лучших репточках, пении вагиной и томском пиве
Гуляем с «Позорами» по Басманному району

Гуляем с «Позорами» по Басманному району
Говорим о лучших репточках, пении вагиной и томском пиве

Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»
Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики» Говорим о здоровом питании, панке и Comme Des Garçons
Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»

Гуляем с Алисой Йоффе вокруг «Электрозавода» и «Бумажной фабрики»
Говорим о здоровом питании, панке и Comme Des Garçons

Как понять, что отношения в вашей семье были ненормальны
Как понять, что отношения в вашей семье были ненормальны
Как понять, что отношения в вашей семье были ненормальны

Как понять, что отношения в вашей семье были ненормальны

Трибьют Velvet Underground, сериал Apple по Айзеку Азимову и путеводитель по Узбекистану
Трибьют Velvet Underground, сериал Apple по Айзеку Азимову и путеводитель по Узбекистану Что слушать, читать и смотреть на этой неделе
Трибьют Velvet Underground, сериал Apple по Айзеку Азимову и путеводитель по Узбекистану

Трибьют Velvet Underground, сериал Apple по Айзеку Азимову и путеводитель по Узбекистану
Что слушать, читать и смотреть на этой неделе

Выпустить нитки и сделать декоративные дырки
Промо
Выпустить нитки и сделать декоративные дырки Как носить вещи осознанно и продлевать их срок службы
Выпустить нитки и сделать декоративные дырки
Промо

Выпустить нитки и сделать декоративные дырки
Как носить вещи осознанно и продлевать их срок службы

Интервью с Катей Селенкиной — режиссеркой фильма «Обходные пути». Его главный герой — кладмен
Интервью с Катей Селенкиной — режиссеркой фильма «Обходные пути». Его главный герой — кладмен Даркнет, 228 статья и учеба в Америке
Интервью с Катей Селенкиной — режиссеркой фильма «Обходные пути». Его главный герой — кладмен

Интервью с Катей Селенкиной — режиссеркой фильма «Обходные пути». Его главный герой — кладмен
Даркнет, 228 статья и учеба в Америке

Дача дизайнера-деконструктора в Ленобласти
Дача дизайнера-деконструктора в Ленобласти «Это наш гомеопатический домик»
Дача дизайнера-деконструктора в Ленобласти

Дача дизайнера-деконструктора в Ленобласти
«Это наш гомеопатический домик»

Вертолет над вулканами, пляжи «Баунти» и поиск аметистов: Тревел-блогеры подбирают горожанам путешествия мечты
Спецпроект
Вертолет над вулканами, пляжи «Баунти» и поиск аметистов: Тревел-блогеры подбирают горожанам путешествия мечты И все эти чудеса в России
Вертолет над вулканами, пляжи «Баунти» и поиск аметистов: Тревел-блогеры подбирают горожанам путешествия мечты
Спецпроект

Вертолет над вулканами, пляжи «Баунти» и поиск аметистов: Тревел-блогеры подбирают горожанам путешествия мечты
И все эти чудеса в России

«Косая гора» — новая группа Яны Кедриной и Жени Фадеева
«Косая гора» — новая группа Яны Кедриной и Жени Фадеева Электронные музыканты осваивают мир инструментов: «Мы не умеем играть, но мы играем»
«Косая гора» — новая группа Яны Кедриной и Жени Фадеева

«Косая гора» — новая группа Яны Кедриной и Жени Фадеева
Электронные музыканты осваивают мир инструментов: «Мы не умеем играть, но мы играем»

Подпишитесь на рассылку