«Я помогаю людям, которые помогают»: Психолог — о работе с российскими активистами и нежелании эмигрировать

«Я помогаю людям, которые помогают»: Психолог — о работе с российскими активистами и нежелании эмигрировать

Психолог Арина Петрова работает с политическими активистами, журналистами и сотрудниками НКО, которых в России притесняли почти всегда, а после 24 февраля особенно. Корреспондентка The Village Любовь Алтухова поговорила с Ариной о том, почему она выбрала работать с активистами, за что им бывает стыдно и как Арина справляется с переживаниями за клиентов.

«Для активистов важно, чтобы психолог разделял их ценности». Подход Арины к клиентам

Я — клинический психолог, изначально я училась работать с людьми с психическими расстройствами, которых часто стигматизируют. Общество навешивает на них ярлыки «ненормальности». В итоге они боятся об этом говорить, потому что, например, их могут уволить с работы. Идеи нарративного подхода, в котором я консультирую сейчас, тоже связаны с маргинализованными группами. Активисты — не маргиналы, но часто защищают права маргинальных групп, которые подвергаются дискриминации. Часто активисты идентифицируются с определенными группами. Например, у психоактивиста может быть ментальное расстройство. Но активист — это человек, который готов справляться с проблемой не только своей, но и общественной. 

В студенчестве я волонтерила на горячей линии с онкобольными и в проекте кризисной помощи женщинам, пострадавшим от насилия. Эта деятельность близка к активизму, поэтому хорошо понимаю своих клиентов, среди которых есть журналисты, волонтеры, сотрудники НКО, психо- и экоактивисты. (психоактивизм — дестигматизация людей с ментальными нарушениями через просвещение общества. — Прим. ред.). У них самих могут быть психические расстройства, и они пытаются помочь тем, кто от этого тоже страдает. Я выбираю помогать людям, которые помогают другим, и таким образом сама становлюсь частью сети поддержки.

Для активистов важно, чтобы психолог разделял их ценности, а мои ценности — это свобода, уважение различий, осторожность в общении, — когда ты не обобщаешь и не оцениваешь собеседника.

Активисты, с которыми я работаю, часто действуют в нескольких областях — например, фем-активизм тесно связан с политикой. В соцсетях я специально указала, что работаю с теми, у кого «личное — это политическое, а политическое — личное». По примеру того, как другие психологи делают пометки «ЛГБТ-френдли» на сайтах по поиску психологов.

Я консультирую активистов последние пять лет. Больше всех обращений было во время пандемии. Тогда у людей появились переживания из разряда: «ничего не получается — может, я должна делать больше?», «Я ничего не понимаю в том, чем занимаюсь». Когда все были озабочены борьбой с ковидом, людям стало не до экологии (к Арине в том числе ходят экоактивисты. — Прим. ред.). Вдобавок, если у НКО было иностранное финансирование, сейчас оно исчезло, чтобы не стать иноагентом. И у некоторых сейчас просто нет денег. Или сил.

У меня фиксированная цена за встречу, но я могу предложить человеку снизить стоимость и в два раза, если вижу, что ему тяжело. Иногда люди начинают ходить реже, и я говорю: «Если для тебя дорого, давай обсудим цену до улучшения твоего материального положения». Но большинство ходят по фиксированной стоимости. Бесплатная работа для меня — прямая дорога к выгоранию.

Я выбираю помогать людям, которые помогают другим, и таким образом сама становлюсь частью сети поддержки.

Я выбираю помогать людям, которые помогают другим, и таким образом сама становлюсь частью сети поддержки.

«Высокие требования к результату — один из самых мощных факторов выгорания». Почему активистам стыдно говорить про себя

Сейчас людям стало очень стыдно и неудобно говорить про самих себя, особенно активистам. Как будто сейчас не до твоей персональной жизни, надо собраться и потерпеть ради дела. Когда активисты приходят в компанию или на мероприятия, в центре внимания — их важная работа. Людям интересно узнать про их занятие, потому что оно важное и необычное. А когда они приходят на психотерапию — в центре внимания сам человек, а не его дело.

Активизм сложно сравнить с обычной деятельностью. Когда люди приходят на работу, им не нужно отстаивать право заниматься тем, что они делают. Человек, который называет себя активистом, имеет, как правило, большой груз требований к себе. А человек, который не называет себя так и для которого активизм не главная часть жизни, не имеет ожиданий и относится проще. При этом сложно сравнить, кто делает больше.

Когда ценность и результаты работы сложно описать, люди обесценивают и себя. Особенно если описывают себя через одну роль (активист, например). Поэтому я стараюсь узнать человека в разных жизненных контекстах и нормализовать любые переживания, в том числе касающиеся любимого дела.

Высокие требования к результату в активизме и волонтерстве — один из самых мощных факторов выгорания. Маленьким результатам все сложнее радоваться, зачастую новые трудности вызывают не азарт, как вначале, а разочарование и раздражение. Это часто влияет на связи — люди закрываются от окружения, которое не связано с активизмом, теряют прежние опоры. Восстанавливаться тоже становится все сложнее, и короткие выходные уже не помогают.

Для многих кабинет терапевта — это единственное безопасное пространство сейчас. Это прививка против стыда за то, что не получается или нет возможности делать больше. Стыда за переживания своего бессилия или, наоборот, стыда за то, что получается радоваться жизни.

«Потеря чувствительности к собственной боли». Почему активисты не могут пожаловаться друг другу

Я очень чувствительный человек. Бывает, я после встречи плачу. Если активистам что-то угрожает, мои переживания обострены. Я никогда не скрываю, что переживаю. Когда я говорю прямо «я переживаю за тебя», мне становится легче. Конкретных примеров не приведу, потому что беспокоюсь за безопасность клиентов.

Некоторые активисты приходят просто выговориться. Обычно вначале все испытывают злость и хотят высказать все, что думают. Нецензурно пройтись по всему: по работе, по коллегам, по государству: «как это все надоело», «че за хрень», «я не согласен», «как вообще справляться».

Но иногда о страшных вещах активисты могут рассказывать так, как будто их комар укусил. Говорят, что все в порядке, а потом переходят к подробностям, и я думаю: «Интересно, как же ты справляешься?»

Могу привести личный пример. Когда я работала в МЧС, то замечала, как коллеги, в том числе психологи, легко говорят о смерти. Мы наблюдали смерть слишком часто, и такая легкость как способ психологической защиты помогает дистанцироваться. Так же и у активистов: они легко говорят об ужасных вещах, с которыми часто сталкиваются. Такая анестезия — то есть потеря чувствительности к собственной боли — может говорить, что человек пережил травматический опыт.

Часто без подавления эмоций человек бы не справился. Но такая стратегия может привести к притуплению чувства безопасности, когда возникает риск оказаться по одну из сторон насилия: либо перестать «защищаться», идти на необдуманный риск и пострадать, либо стать автором насилия. Я говорю активистам: «То, что ты переживаешь, — очень страшно».

Активисты, как правило, работают не в одиночку, у них есть комьюнити, которое их поддерживает, но часто они не могут друг другу пожаловаться. Они говорят: «Как я могу прийти к своим коллегам и рассказать о своих тревогах? И так всем хреново, я еще буду масло в огонь подливать».

У кого-то появляются сомнения: «может, мне лучше этим вообще не заниматься?». Некоторым стыдно сказать о своих сомнениях даже близким, которые гордились тобой и поддерживали. Тем более сейчас, когда важен любой активизм, а ты чувствуешь, что не готов.

Иногда в ходе терапии люди решают уйти из активизма. Если им так комфортнее, то, окей, для меня самое главное — их состояние. Но чаще речь идет про тайм-аут или полноценный отпуск. Некоторые никогда себе этого не позволяли.

Вопрос о смысле своей деятельности я порой задаю и себе. Но понимаю, что не хочу оказаться в ситуации, где я продолжительное время занимаюсь тем, в чем не вижу смысла и ценности.

У кого-то появляются сомнения: «может, мне лучше этим вообще не заниматься?»

У кого-то появляются сомнения: «может, мне лучше этим вообще не заниматься?»

«С середины марта и до середины апреля было самое сложное время». Как к лету всем стало легче

После 24 февраля у всех был затяжной период шока. Кто-то впал в ступор, кто-то плакал, тревожился, перестраивал планы по многу раз. У меня включился «эмчеэсный» режим (Арина раньше работала психологом в МЧС. — Прим. ред.), и я работала без остановки, в том числе в выходные. Работа помогала мне прийти в себя.

Со многими клиентами мы обсуждаем темы, которые раньше им казались неважными. Часто поднимаем вопрос «что вообще такое жизнь?». Многие перестали себя ассоциировать со своей профессией и материальным миром — квартира, дом, машина. Стали больше ценить чувства в моменте и людей рядом — заметили, что их друзья, вообще-то, классные люди. Раньше с клиентами я обсуждала события их жизни, а теперь самочувствие. После 24 февраля люди больше времени проводят вместе. Многие отмечают, что стали ближе друг к другу.

«Острый» период длился первые пару недель, а потом — с середины марта и до середины апреля — наступило самое сложное время для меня и моих клиентов. Сильные эмоции ушли, но у многих обострилась депрессия и фоновая тревога. К лету стало получше.

Светит солнце, на улице приятно, и появляется другая жизнь. Например, друзья вытаскивают на природу — встретить закат или рассвет. Человек испытывает новый непривычный опыт, который сильно влияет на гибкость мышления. Если занимаешься только одним делом, быстро теряешь профессиональную чувствительность. А после смены деятельности можно взглянуть по-новому на старую задачу.

Как Арина прошла через выгорание. Работа в МЧС и на скорой

Я была на первой стадии выгорания, когда началась пандемия, незадолго до которой я устроилась в скорую помощь. Тогда я снова [после МЧС] столкнулась с работой в структуре, где много бюрократии и каждый шаг нужно согласовывать. Я злилась из-за траты времени и ощущения, что мне не доверяют и в моей экспертности мало заинтересованы.

Я стала ужасно уставать, чаще злиться и «вспыхивать». Помогла команда психологов, с которыми мы вместе учились работать в пандемию и делились переживаниями.

Сейчас я справляюсь с эмоциями благодаря групповым супервизиям, где мы с коллегами и модератором ищем решения для конкретных случаев из практики. Туда ходят и другие психологи, которые тоже работают с активистами. Я стараюсь посещать супервизии минимум раз в месяц. Если их не хватает — общаюсь с коллегами вне встреч. Мы обычные люди, и нам тоже важно признание и внимание, которые мы и получаем в группе.

Помогла мне и личная терапия, на которой я приняла решение в конце концов уволиться из скорой и уйти полностью в частную практику.

Я злилась из-за траты времени и ощущения, что мне не доверяют и в моей экспертности мало заинтересованы

Я злилась из-за траты времени и ощущения, что мне не доверяют и в моей экспертности мало заинтересованы

«Если бы я жила в другом месте, у меня были бы другие проблемы». Почему Арина остается в России

Я не раздумывала, работать с активистами или нет. А как можно отказаться? Пока в нашей стране психологам работать вроде безопасно, хотя на всякий случай я даю интервью анонимно. Я остаюсь в России в том числе, чтобы быть в социальном и культурном пространстве, в котором живут мои клиенты. Кто-то говорит на встрече: «А ты это видела, слышала?» И я отвечаю: «Да, я понимаю о чем ты». Например, когда в магазинах растут резко цены, или человека уволили с работы за позицию, или таксисты продолжают говорить, что в стране все классно. Если бы я жила в другом месте, у меня были бы другие проблемы.

Бывает, что сами активисты переживают за меня: «А как ты справляешься [с новостями после 24 февраля]?» Если бы я уехала, за это они тоже могли переживать, а мне бы этого не хотелось. К осуждению [за эмиграцию] я больше готова, чем к состраданию, когда мне и так самой будет тяжело.

Большинство активистов, с которыми я работаю, остались в России, что меня удивляет. Думаю, они остались потому, что Россия — это не только наше государство, а просто — наш дом, наши семьи, друзья и еще множество историй, которые живут здесь. Расстаться с Россией — расстаться со всем этим.

Гораздо больше моих знакомых уехали, которые никак не связаны с активизмом и которым мало что угрожает. Некоторые уехали на эмоциях в первую волну, для них отъезд — это способ справиться с эмоциями. Кто-то уже вернулся. Когда ты занимаешься с психотерапевтом, у тебя больше опор, тебе проще взять паузу и подумать.

Я не хочу уезжать из России. Но если увижу, что для психологов меняется законодательство и появятся уголовные дела, придется тогда думать.

Share
скопировать ссылку

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Евгений всюду ищет мины

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды

Первая полоса

Что делать в Ереване? Выпуск № 6, декабрь
Что делать в Ереване? Выпуск № 6, декабрь Смотреть новый «Аватар», слушать «Нервы» и «Пошлую Молли», закупаться на благотворительном маркете
Что делать в Ереване? Выпуск № 6, декабрь

Что делать в Ереване? Выпуск № 6, декабрь
Смотреть новый «Аватар», слушать «Нервы» и «Пошлую Молли», закупаться на благотворительном маркете

В Подмосковье сгорел гипермаркет OBI. Что известно о пожаре?

Московские олигархи ведут бизнес в Латвии и получают гранты от Евросоюза. Какими активами обладают миллиардеры?

Куда можно улететь из России прямым рейсом? Ассоциация туроператоров России собрала все варианты

Петербургский оппозиционный бар «Фогель» опять закрыли. Кто на него пожаловался?

Уехали в Грузию? А теперь помогите местным фондам, шелтерам и приютам
Уехали в Грузию? А теперь помогите местным фондам, шелтерам и приютам Как — читайте в гиде The Village по волонтерству
Уехали в Грузию? А теперь помогите местным фондам, шелтерам и приютам

Уехали в Грузию? А теперь помогите местным фондам, шелтерам и приютам
Как — читайте в гиде The Village по волонтерству

Субботу официально признали выходным днем в Петербурге. Что это значит? 

Skillbox Limited проводила массовые сокращения и называла это «естественным оттоком»

На компанию впервые подали в суд за увольнение

На трибьют-концерте украинской группы «Валентин Стрыкало» в Москве ожидается облава

Об этом рассказали знакомые «Стрыкало»

Как отреагировали коллеги Алексея Коростелева на его увольнение с «Дождя»

А также что сказал главред телеканала Тихон Дзядко и сам Коростелев

Архсовет разрешил построить 400-метровую башню у Москва-Сити

Как будет выглядеть новый небоскреб?

На Авито нашли противотанковые бетонные пирамиды — их ставят на границе с Украиной

Проверьте, доставляют ли их в ваш город

Первое дело за высказывание о взрыве Крымского моста – против учителя из Сыктывкара. Что он написал?

Замдиректора московской школы донесла на учеников за «пропаганду ЛГБТ»

Что теперь грозит школьникам?

Крупнейший сайт с фанфиками Фикбук будет следовать новому закону о запрете «ЛГБТ-пропаганды»

Почему?

Цена за тетрадь Бродского, которую он вел во время ссылки, подскочила до 500 000 рублей на аукционе

Показываем, как выглядят рисунки из этой тетради

Последнее слово Ильи Яшина*. Редакция считает важным опубликовать эту речь целиком

(*признан властями иностранным агентом)

Россия попала в мировой топ-5 по числу новых случаев ВИЧ

Какие еще страны оказались в этом рейтинге?

Как стать волонтером в Ереване
Как стать волонтером в Ереване И помогать пострадавшим от войн, подросткам, эмигрантам из России и экологам
Как стать волонтером в Ереване

Как стать волонтером в Ереване
И помогать пострадавшим от войн, подросткам, эмигрантам из России и экологам

«Мандарины и тушенка»: Ночлежка устраивает сбор новогодних подарков для бездомных людей

Какие вещи нужны больше всего и куда их приносить?

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 3, декабрь
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 3, декабрь Отправлять обогреватели в Экибастуз и слушать Pompeya
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 3, декабрь

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 3, декабрь
Отправлять обогреватели в Экибастуз и слушать Pompeya

Редакция выражает солидарность с телеканалом «Дождь». Их запрет в Латвии необоснован

Поступать по совести важнее, чем просто казаться «последовательным»

Вы уехали всей семьей. Как устроить ребенка в школу или детский сад?
Вы уехали всей семьей. Как устроить ребенка в школу или детский сад? В Турции, Грузии, Армении и Сербии
Вы уехали всей семьей. Как устроить ребенка в школу или детский сад?

Вы уехали всей семьей. Как устроить ребенка в школу или детский сад?
В Турции, Грузии, Армении и Сербии

«Мы потеряли возможность открыто говорить о себе»: «КилькоТ-Действие» запустил кампанию в поддержку ЛГБТ-людей

Вы тоже можете прислать свою историю

Что делать в Москве и Питере в декабре?
Что делать в Москве и Питере в декабре? Успеть на выставку Саши Мадемуазель и помогать «Дому с маяком»
Что делать в Москве и Питере в декабре?

Что делать в Москве и Питере в декабре?
Успеть на выставку Саши Мадемуазель и помогать «Дому с маяком»

Генпрокуратура заявила СК, что россиян нельзя экстрадировать по статье о «военных фейках»

Почему?

В Москве могут ликвидировать востоковедную Библиотеку имени М. А. Волошина

Кто в этом виноват?

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»

Цены на мандарины в Петербурге выросли более чем на 50%

Почему подорожали цитрусовые?

Какую погоду стоит ожидать в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде на этой неделе

Доброго понедельника!

Силовики под видом покупателей на «Юле» задержали москвича и отвезли в военкомат

Где он сейчас?

Матвиенко предложила оснастить все сельские клубы баянами и гармонями за госсчет

Сколько это может стоить?

В челябинском детсаду попросили не одевать детей в Бэтмена на новогодние утренники

И предложили альтернативу

Жительницу Казани оштрафовали за плакат «Я люблю своего папу»

В отделе полиции силовики издевались над девушкой

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»

Глава СК Бастрыкин получил премию «юрист-правозащитник года»

Угадайте, какую премию получил чиновник из «ДНР»?

Сайты Elle, Elle Girl и Elle Decoration прекратят работу

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечноПолная история

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно Полная история

Московские рестораны из списка Michelin не смогут подтвердить свой статус в 2023 году

Смогут ли они упоминать об уже полученных звездах?

Полицейские силой забрали студентов Финашки из общежития в военкомат

Где они находятся сейчас?

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»

«Счастлив это рвать»: В Хабаровске уничтожили книги, «пропагандирующие ЛГБТ»

Что говорят об этом сами активисты?

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА

Эксклюзив The Village: Библиотеки прямо сейчас прячут от читателей книги иноагентов

Их уже нельзя заказать онлайн и взять на месте

В России появятся казачьи факультеты

Какие предметы будут изучать студенты новых направлений?

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole

Бар в Петербурге уволил официанта, который носил жетон с символикой ВСУ

Как быстро отреагировало руководство заведения и при чем тут «Мужское государство»?

Официанты и бармены остались без работы

Почему сейчас ресторанному бизнесу не нужны новые сотрудники?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24? «Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
«Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь Смотреть квир-кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Смотреть квир-кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?
Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Можно ли отказаться идти на войну через суд?

Собрали все известные случаи

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве?Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве? Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь Изучать коррупцию и ездить на велосипеде
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Изучать коррупцию и ездить на велосипеде

Какие фильмы поддержит Минкульт в 2023 году в первую очередь

У метро «Проспект Просвещения» в Петербурге появился шар, который подозрительно похож на фигуру с Alibaba

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила»Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила» Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Совфед одобрил закон о запрете митингов у зданий органов власти и церквей

Сотрудники склада Ozon в Подмосковье заболели менингитом. Госпитализировано более 10 человек

Совфед одобрил пакет законов о запрете «пропаганды» ЛГБТ, педофилии и смены пола в кино, книгах, рекламе и СМИ