7 августа, воскресенье
Москва
Войти

Как сейчас живут украинцы в России «Все отворачиваются, будто я пустое место»

Как сейчас живут украинцы в России

В соцсетях многие россияне говорят о том, что им стыдно за действия своего государства, стыдно, что они не смогли предотвратить происходящее в соседнем государстве. Вдобавок многим страшно. Страшно, что их посадят или что жить станет неимоверно сложно. Но что чувствуют украинцы, которые оказались во время [слово пропущено] в России?

Авторы The Village Фёдор Панфилов и Любовь Алтухова спросили об этом граждан Украины родом из Киева, Крыма, Днепра, Луганска и Николаева, которые давно переехали в Россию и вынуждены оставаться здесь и сейчас.

Петр (имя изменено)

26 лет, сценарист

Родился в Крыму, последние семь лет живет в Москве. Борется с пропагандой с помощью искусства

 Я нахожусь между двух огней. Я в депрессии. Сижу в России, а друзья гибнут. Знакомые из Украины мне сейчас кричат: «Ты понимаешь, что мы умираем?» Я понимаю, но что я должен сделать? Броситься на кого-нибудь? В автозак запрыгнуть? Они искренне удивляются, почему я не выхожу на митинг. Но разве это будет эффективным? Кому от этого станет легче? Как сказал мой друг: «Путин эту страну уже захватил, а с Украиной еще [борется]». Мы сейчас в завоеванном государстве. В Москве мне дискомфортно. Больше всего обескураживают те, кто за [слово пропущено]. Мне кажется, эти люди поплатятся за то, что радуются чужим смертям.

Я родился в Джанкое в Крыму и жил 19 лет в Украине. Вырос в семье украинского военного, играл в волейбол и перед матчами пел украинский гимн с рукой на сердце. Думаю, если бы поступил в Киев, а не в Севастополь, был бы одним из первых, кто вышел на Майдан.

От моей родины осталась только улица и парк в Джанкое

После присоединения Крыма мой патриотизм поугас. Конечно, я, как и многие украинцы, люблю тот украинский, свободный, хиппарский Крым, но в 2014 году выбор сделало большинство, это точно. Моя сестра в первом классе пела украинский гимн, а во втором — уже российский. Украинские депутаты вмиг стали единороссами. От моей родины осталась только улица и парк в Джанкое.

Пока учился в Севастополе, я влюбился в москвичку и переехал за ней в Москву, где живу седьмой год. Я не чувствую себя россиянином, хотя моя мама русская. В Москве у меня много друзей, все классно, но я гость. Когда были митинги за Навального, мои ребята-украинцы говорили: «Петя, не иди, это не наша война, мы украинцы и не должны рассказывать россиянам, как жить». Я ощущаю себя украинцем, хотя в Украине, получается, был всего раз 15. Там люди знают, что власть — не последняя инстанция, а народ — последняя и, если что, он ее может свергнуть. Все благодаря успехам двух революций.

В российском Крыму я тоже не чувствую себя свободным. Хотя меня в Крыму никто не притеснял, но, когда я выезжаю в Украину, я такой: «Фу-у-у-ух, выехал на свободную территорию». В целом в России чувствую, что если меня захотят посадить, то я сяду, и любое решение государства будет безапелляционным. Здесь я фильтрую посты и сторис, 30 раз думаю, стоит ли писать комментарий.

Если бы я переехал в Киев, я бы бегал сейчас по окопам и, наверное, радовался бы этому, потому что все понятно: на мою родину [слово пропущено], я ее защищаю. А сейчас я должен решить, уехать из хорошей жизни в плохую или нет. У меня апатия, я не могу принимать даже простые решения, не то что решить вопрос о переезде. Родители не выдержат, если я сейчас поеду в Украину волонтерить, потому что оттуда я уже не выеду из-за военного положения.

Только что я разговаривал с ребятами из Покровска, и меня разрывает на части, что они рады российским войскам. Говорят, что лучше российская власть, чем украинская, потому что в Украине маленькие пенсии. У них куча претензий к Украине, и российскую власть они оправдывают вынужденными геополитическими решениями. Я стараюсь не спорить, им виднее. Они сидят в пятиэтажке и боятся, что их разбомбят, говорят украинским военным, чтобы они убирали артиллерию с улиц и что они готовы сдаться.

Больно и горько понимать, насколько влиятельна пропаганда. Столько снято фильмов про войну и фашизм, но у людей ушел страх войны и появились эти Z и V — просто сюрреализм. Я выбираю путь бороться с пропагандой с помощью искусства: написать сценарий к мультику или сделать комикс. Говорить в лоб правду бессмысленно — не поверят.

Антон (имя изменено)

33 года, музыкант

Был патриотом России, после 24 февраля кардинально изменил точку зрения. Считает себя жертвой пропаганды

 Я вырос в русскоговорящей семье и в детстве порой спрашивал одноклассников: «За что вы ругаете Россию? Что вам она плохого сделала?» Ответов толком не получал, мне говорили, что «Путин плохой». Когда мне было 16, многие одноклассники ходили на Майдан. Я с ними не ходил, поэтому меня записали во враги народа. Меня даже буллили из-за этого. Когда приехал в Россию, ничего ужасного здесь не увидел. Подумал, что на моих друзей повлияла украинская пропаганда.

После получения гражданства России я боялся ехать в Украину, потому что там хотели ввести уголовную ответственность за его сокрытие. Поэтому с 2013 года мы с родителями виделись всего два раза в других странах.

Мне стыдно находиться в стране, которой я верил. Я стал жертвой пропаганды

Раньше я думал, что ситуация в Донбассе разрулится за год-два, и ждал этого момента. Считал помощь России Донбассу справедливым ответом на Майдан, а теперь понимаю, что жестоко ошибался. Сейчас моя политическая позиция близка позиции Макса Барских. Мне стыдно находиться в стране, которой я верил. Я стал жертвой пропаганды.

На работе в первые дни шеф говорил: «О, молодцы, сейчас Киев возьмем, и вся Украина будет Россией». На что я ему ответил: «Ты совсем ку-ку? Представь, что ВСУ сейчас так твой родной город начнут обстреливать и убивать мирных жителей». Он обиделся на несколько дней, а коллеги по его примеру тоже стали отворачиваться, когда я задавал им вопрос. При этом, когда начальника не было рядом, общались со мной нормально.

Я постоянно думаю о [слово пропущено], поэтому моя продуктивность на работе снизилась, мне сложно концентрироваться. Временами меня отпускает, но что делать, куда бежать, я не знаю. На предложение уехать из России жена заявляет, что я паникер, что массового призыва не будет и все скоро закончится. Она считает, что я начитался страшилок и общаюсь с такими же напуганными. Боюсь, когда жена поймет реальное положение дел, будет поздно уезжать.

Уже две недели я нахожусь в страшном сне. Перестал нормально спать. Давление шпарит — даже ходил в поликлинику. Немного отвлекают только пешие прогулки. На протесты я не хожу. Если я сейчас выйду на улицу, никто меня потом вытаскивать не будет. Все, что я могу делать сейчас, — это переубеждать сомневающихся. Уже удалось обратить несколько телезомби, которые поддерживали «спецоперацию».

Самое обидное, что я не могу ничем помочь украинцам, только морально поддержать. Регулярно созваниваюсь с братом в Киеве. Он хирург, спит по два часа в сутки, делает операции раненым бойцам. А у двоюродной сестры был дом в Ирпене — теперь его нет. Хорошо, что они были на работе, когда на дом попал снаряд. Люди копили на свою мечту, купили дом — и все разрушилось в один момент.

Мама говорит, чтобы я с женой приезжал к ним, когда все кончится. Но жена боится, что ее будут гнобить, потому что она русская. Я потихоньку пытаюсь учить ее мове, но поддается она с трудом.

Зина Исупова

художница, 26 лет

Планировала переехать из Москвы в Европу, а перед этим год пожить в Киеве. Теперь не знает, что с ней будет дальше

 Стала ли Россия для меня домом? Вопрос встает, например, когда на выставках спрашивают, как меня подписывать — украинская или российская художница. Непонятно совершенно, потому что я здесь живу с 17 — больше девяти лет. Я же не могу притворяться, что Россия — чужое для меня место. Я не могу отсюда сбежать, всех бросить и сказать: «Я вообще-то всех вас ненавидела». Я не планировала жить в России всегда, у меня в принципе потеряно чувство дома, поэтому я хочу и дальше путешествовать по миру. Но я переживаю за Россию. Я давно могла уехать, но я хочу продолжать работать, помогать людям, говорить, что они не одиноки и не все потеряно. Русские люди мне тоже важны, я знаю, что здесь много моих единомышленников.

Я родилась в Киеве в семье художников. Окончила отделение живописи в художественной школе и после поехала учиться в Москву. У нас в Украине с образованием в современном искусстве сложно, поэтому у меня было две опции — в Европу или в Москву, которую я и выбрала из-за языка. Через полгода после моего отъезда начался Майдан. Я хотела уехать обратно, но исторически сложилось, что предыдущие поколения художников из России и Украины всегда дружили, так что мне показалось важным остаться и быть таким связующим звеном между двумя лагерями. Здесь ведь такие же талантливые ребята, просто им не повезло с правительством, они не виноваты.

Я хотела уехать обратно, но исторически сложилось, что предыдущие поколения художников из России и Украины всегда дружили, так что мне показалось важным остаться и быть таким связующим звеном между двумя лагерями

Когда началось более активное столкновение между Россией и Украиной, я переживала, что могу показаться для своих предательницей, ведь я уехала. Но сама себя предательницей не считала — я же просто занимаюсь искусством, общаюсь с людьми в своей сфере, учусь. Я в России живу и знаю, что люди здесь такие же, они тоже заслуживают счастья и хорошей жизни. Но при этой политической структуре это невозможно. Сейчас мои российские друзья оказывают мне поддержку, многие занимаются активистской деятельностью. Меня радует, что есть неравнодушные люди.

Очевидно, что с 2014 года многие украинцы испытывали не самое приятные чувства, когда слышали что-то о России. Я могу их понять, это справедливо. Естественно, многие меня спрашивали: «Что ты там делаешь?», говорили, что я должна вернуться. Но я тут прижилась и не виновата в том, что поехала сюда развиваться, что никак не связано с моими политическими взглядами, хотя сегодня утверждать это не так легко. Закрывать глаза на происходящие вещи стало невозможно.

Еще полгода назад я задумывалась о переезде в Берлин. Летом 2021 года я приехала домой в Киев и не смогла сразу вернуться в Россию, как планировала. Я увидела, как преобразился город, почувствовала классную атмосферу. Мне показалась, что люди наконец оправились от произошедшего в Донбассе и на Майдане, они будто свыклись, смогли успокоиться и жить дальше. Я решила, что обязательно хочу хотя бы годик, а может, и больше пожить в Украине перед отъездом в Европу. Теперь я не знаю, как и когда сама смогу туда приехать. Не знаю, каким будет город, какой будет страна. Прежним уже ничего не будет ни здесь, ни там.

Что будет со мной, я тоже не знаю. Я могу оставаться в России только до апреля, а потом должна буду вернуться на родину или уехать. Кто знает, вдруг меня вышлют из-за акций протеста, в которых я участвую? А куда вышлют-то? Но оставаться здесь после апреля я не планирую, сейчас мне не кажется это возможным.

Когда ты находишься здесь, а падает там, все равно чувствуешь, будто все ракеты летят прямо в твое тело

Если бы все могли понять мое чувство по отношению к [слово пропущено], то на улицы вышли бы сотни тысяч людей. Чувство, когда смотришь на взрывы и развалины в местах, где гулял маленьким. Чувство, когда знаешь, что бабушка живет недалеко от военной части, мама в укрытии, дети под городом. Ты знаешь, какой страх они испытывают, как незаслуженно все, что с ними происходит. Когда ты находишься здесь, а падает там, все равно чувствуешь, будто все ракеты летят прямо в твое тело.

Ты здесь живешь — спишь в своей кровати, ешь, фильмы смотришь, а там люди сидят в метро и бомбоубежищах, трясутся при каждом шорохе и не знают, что будет завтра. Находясь здесь, ты не можешь не думать о них каждую секунду. О бабушке и дедушке, которые не смогут спастись, потому что фактически находятся в парализованном положении, о маме с папой, о сестрах, которых отправили из города подальше, и они не могут ни уехать, ни вернуться к родителям. У них нет интернета, только мобильная связь. Конечно, я ужасно боюсь за них. Случилось самое страшное, что могло.

Мира

24 года, IT-специалист

Из всех знакомых ее поддерживает только один человек. Планирует вернуться в Украину, чтобы поучаствовать в восстановлении страны

 Россия так и не стала для меня домом, я изначально понимала, что тут нет свободы слова. Привыкла, что в Украине конституция меня защищает, что я имею право пожаловаться на любой государственный орган и страна меня защитит. Здесь же я должна контролировать, что говорю, кому ставлю лайк, какой комментарий пишу. Не хочу никого обидеть, но русские не привыкли к свободе, не понимают, что такое свобода и как за нее бороться.

В России у меня постоянно сложности с документами. Я постоянно в униженном положении должна бегать по разным службам, чтобы просто находиться в стране. Но я ни разу не хотела поменять паспорт на российский.

Первые дни в феврале я не хотела верить, плакала каждый день, случилось несколько нервных срывов. Сейчас чувства притупились, внутри пустота. Я никак не выражаю протест, потому что я, как украинка, имею здесь гораздо меньше прав, чем граждане России.

Из моего очень большого круга общения только один человек поддерживает меня. Все остальные ежедневно торгуются с совестью и ищут себе оправдания: «Не может быть, наверное, для начала спецоперации были причины». Я чувствую ненависть к тем, кто считает правильным бомбить города. Переубеждать бесполезно, к тому же я не хочу усугублять свое состояние.

Некоторые знакомые спрашивают раз в неделю, как живется моим родственникам в Украине. Мне кажется, русским уже стоит задаться вопросом, как они будут жить

Некоторые знакомые спрашивают раз в неделю, как живется моим родственникам в Украине. Мне кажется, русским уже стоит задаться вопросом, как они сами будут жить. Меня впечатляют люди, которые не уезжают из России и пытаются что-то изменить в своей стране.

Конечно, я жалею, что сейчас не в Украине. Пытаюсь помочь финансово, но платежная система Wise закрыла мой аккаунт, потому что я нахожусь в России. Отправила им документы и теперь пытаюсь убедить, что я украинка.

Я переехала в Россию шесть лет назад из Днепра. Мы с мужем хотели уехать отсюда еще до [слово пропущено], но не решили, то ли в Украину, то ли в другую европейскую страну. Еще в первые дни [слово пропущено] консульство Украины перестало принимать граждан, и больше некому нас защитить, помочь с документами. Шансов попасть в Украину нет. Через Белоруссию, как делают другие украинцы, я точно не поеду, я не чувствую себя там в безопасности. Мы поедем в европейскую страну, они более дружественны и готовы нас принять.

Сейчас мне кажется, что я ничего не боюсь — самое страшное уже случилось. В Украине я много где жила, и о каждом городе, где сейчас происходит горе, у меня много воспоминаний. Тяжело видеть разбитые улицы, которые я помню совсем другими.

Самое удивительное, что мы вроде бы один народ: Россия и Украина были Киевской Русью, но сейчас [продолжение фразы мы вынуждены убрать из-за нового закона о фейках]. Шок и боль.

Когда все закончится, я сразу вернусь в Украину. Начнется период восстановления, нужно будет приложить много усилий. Украине все помогают, ее финансируют, плюс народ сплотился, поэтому все будет отлично.

Арина (имя изменено)

19 лет, студентка

Переехала в Россию из Луганска в 2014 году. До начала «спецоперации» планировала переехать в Киев или Одессу

 Я родилась в Луганске и жила там до 13 лет. Когда думаю о детстве, вспоминаю, как мы с родителями ездили на чемпионат Европы по футболу в Донецк. Тогда только отстроили «Донбасс Арену», приезжали люди со всего мира. Все пели песни «Океана Эльзы».

В конце мая 2014 года у меня должен был пройти последний звонок в школе, но он не состоялся. Из-за начала войны мы быстро собрали вещи, сели на автобус и уехали к бабушке в Россию. Через два часа после нашего отъезда вокзал, с которого мы отправлялись, разбомбили.

Мы, как и все, думали, что приехали в Россию не навсегда. Но время вернуться не наступало, поэтому родители продолжили тут развиваться и работать, а я — учиться. Я долго живу в России, поэтому освоилась, но Украина остается для меня родным домом. Всегда, когда мне было тяжело, я возвращалась на родину. Буквально за несколько дней до всего этого ужаса мы с мамой обсуждали мое возвращение, я собиралась пожить в Киеве или Одессе.

Я люблю свою страну, но и страну, в которой нахожусь сейчас, я тоже люблю!

В первые дни [слово пропущено] я испытывала острый дискомфорт из-за того, что нахожусь в Москве. С головой накрыл страх за родных. Но ненависти к людям и стыда не испытываю. В то же время чувствую гордость, что родилась в Украине. Я люблю свою страну, но и страну, в которой нахожусь сейчас, я тоже люблю! Сейчас наша семья сильно сплотилась. Поддержка и любовь спасают нас всех.

Как я недавно узнала, мои московские друзья боялись затрагивать тему [слово пропущено]. Они не хотели задеть мои чувства неправильным словом или лишними разговорами. Поддержка с их стороны меня тоже спасает. Приятно, что даже друзья, с которыми мы по разным причинам раньше перестали общаться, написали мне в сложную минуту и спросили про семью. У всех моих близких в приоритете мир, а то, что происходит, никому не нужно. У моих друзей адекватная точка зрения, но они ее не оглашают публично, потому что может последовать увольнение или выговор. Им страшно, как и многим другим.

Переезжать я не хочу, хотя очень хотела бы поехать к родным и быть с ними в такой тяжелый момент. Если и захочу уехать, то только обратно в Украину. Россия и Украина для меня самые близкие страны. Сейчас мне очень страшно. Здесь я наконец почувствовала уверенность, а сейчас меня пугает необходимость начинать все заново и снова проходить путь эмигранта в новой стране, если уезжать из России.

Все, что сейчас могу чувствовать, кроме страха, — это боль и ужас. Боль за людей, которые всю жизнь шли к комфорту, боролись за него, чтобы потом в один миг им все разрушили. Еще мне больно из-за страха, в котором живут мои близкие. Больно слышать слезы бабушки.

Настя Наточий

блогерка, 25 лет

В 2018 году сбежала из Николаева в Москву от партнера-абьюзера. На родине у нее остались родные и друзья

 23 февраля мы с подругой приехали в Сочи и замечательно проводили время — целый день гуляли, смеялись. На следующее утро весь мир изменился. Я плакала весь день и не понимала, что мне дальше делать.

Сразу позвонила родственникам, чтобы понять, правда ли это. «Да, нас бомбят». Таких чувств я, наверное, никогда не испытывала. У меня в Украине куча одногруппников и друзей — я прожила там большую часть жизни. Меня охватил дикий страх за них. Весь день я была с ними на связи, каждую минуту спрашивала, что происходит. Когда мне присылали видео со взрывами и сиренами, с прячущимися в метро людьми, у меня сердце разрывалось.

Почему они должны страдать от взрывов в XXI веке? В Николаеве живет моя бабушка, осталась моя собака. Самое худшее — то, что я не могу ничего сделать. Только помогать морально и финансово. Я готова отдать все, что у меня есть, чтобы это прекратилось. В первый день, когда бомбили Николаев, я разговаривала с бабушкой и своими ушами слышала взрывы.

Вообще я родом из Николаева, росла в районе Лески. В 2018 году я состояла в длительных и не самых счастливых отношениях — были издевательства, преследование, абьюз, драки. Мне нужно было решить, либо я бегу от партнера, либо он меня рано или поздно убьет. Моя мама работала в Москве и позвала к себе. Решение далось нелегко — дома любимая работа, друзья, детишки, которых я учила танцевать. Я оставила буквально все. У меня не было цели попасть в Москву, меня устраивала жизнь в Николаеве, но так сложились обстоятельства.

Москва вскружила мне голову, ослепила. Когда переезжаешь из маленького городка в мегаполис, видишь ночные огни, большие дороги, клубы, думаешь: «Блин, нет, какая Украина?» Здесь же все такое крутое, современное.

У меня язык не повернется сказать, что русские люди плохие. Мне много здесь помогали, я безумно благодарна москвичам. Москва мне стала отчасти родной, но тоска по дому никогда не отпускала. Я понимала, что воспоминания о доме были испорчены насилием в отношениях, мне было стыдно и страшно возвращаться.

А сейчас мой дом бомбят… Сначала я боялась выйти на улицу. Но если не заявлять о несогласии с происходящим, я просто не смогу смотреть в глаза своим близким, которые сейчас в Украине. Я вышла на митинг, но людей в тот день было немного. Всех, кто был, сразу забрали. В автозаке рядом со мной сидели те, кто просто шел мимо, была даже старенькая бабушка.

Да, я стала патриоткой только сейчас. Но я не могу оставаться в стороне и делать вид, что ничего не происходит

Конечно, я хочу уехать. Я боюсь говорить, когда и куда, но оставаться здесь я не могу. Не из-за людей — я очень люблю россиян, люблю Москву. Но я не понимаю, почему я не могу мирно высказать свой протест. Я против любой войны — я так воспитана. Я ничего не делаю, никому не угрожаю, спокойно высказываю свою позицию. Сейчас в России и этого делать нельзя. Я хочу жить в стране, где настоящая свобода слова и где я не буду бояться открыть рот. Вот мне пишут в комментариях: «Езжай в свою Украину». Да я бы очень хотела быть там, разделить эту боль с украинцами, как бы глупо это ни звучало. Но сейчас это невозможно.

В Москве я, по сути, осталась одна. Многие московские знакомые говорят, что я несу ***** [пургу], ничего на самом деле не происходит, это украинцы бомбят сами себя. Многие просто изолировались от происходящего. Я не говорю, что их поведение неправильно, каждый справляется как может. Но как я могу изолироваться? Как перестать смотреть новости и думать, что в любой момент снаряд может прилететь и убить мою бабушку или друга. Да, я стала патриоткой Украины только сейчас. Но я не могу оставаться в стороне и делать вид, что ничего не происходит. Физически я не там, но все мои мысли с народом Украины.

Обложка: Ruslan Gilmanshin – stock.adobe.com

Share
скопировать ссылку

Тэги

Новое и лучшее

Со всех ног: 9 российских брендов кед и кроссовок

Где покупать базовые футболки прямо сейчас

Что происходит с магазинами H&M, Zara, Uniqlo и другими

The Village становится платным

«Открываю пивко, наливаю в бокальчик, кладу рыбку на тарелочку»

Первая полоса

Фото дня: Плакат в московском метро об опасности VPN (с ворами в масках анонимусов!)

Акция дня: 35 деревянных крестов во Всеволожске, означающие фразу «Нет *****»

YouTube заблокировал канал «Ростеха»

«Яндекс Маркет» торгует подделками акул из IKEA. На них вместо бренда написано Shao Hui

В России выявили более 20 тысяч новых случаев COVID-19 впервые c конца марта

The Village становится платным
The Village становится платным Как продолжить читать нас
The Village становится платным

The Village становится платным
Как продолжить читать нас

Сервис Patreon и платформу для проверки письма Grammarly заблокировали в России

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Мошенники рассылают письма от имени The Village Рассказываем, что об этом известно
Мошенники рассылают письма от имени The Village

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Рассказываем, что об этом известно

La Repubblica: Анатолия Чубайса выписали из больницы на Сардинии

Спланированная нищета. Лев Левченко — о том, почему в Украине ***** люди из самых бедных регионов России
Спланированная нищета. Лев Левченко — о том, почему в Украине ***** люди из самых бедных регионов России
Спланированная нищета. Лев Левченко — о том, почему в Украине ***** люди из самых бедных регионов России

Спланированная нищета. Лев Левченко — о том, почему в Украине ***** люди из самых бедных регионов России

«Открываю пивко, наливаю в бокальчик, кладу рыбку на тарелочку»
«Открываю пивко, наливаю в бокальчик, кладу рыбку на тарелочку» Топ-10 цитат из предполагаемого «ЖЖ» бывшей жены Путина 
«Открываю пивко, наливаю в бокальчик, кладу рыбку на тарелочку»

«Открываю пивко, наливаю в бокальчик, кладу рыбку на тарелочку»
Топ-10 цитат из предполагаемого «ЖЖ» бывшей жены Путина 

Предложение дня: Запретить рэп в России

Полиция Калуги задержала журналиста из-за комментария его коллеги под постом Дмитрия Медведева

Группа депутатов и сенаторов потребовала уволить ведущих Урганта и Васильева и режиссера Молочникова

Болгария продолжит выдавать туристические визы россиянам

Жители Грузии требуют ввести визовый режим с Россией. Петицию подписали 18 тысяч человек

Sony и Microsoft хотят заблокировать турецкие карты, чтобы россияне не оплачивали ими игры и подписки

Тревожные люди: Как нам пережить 2022 год и не потерять рассудок
Тревожные люди: Как нам пережить 2022 год и не потерять рассудок Рассказывает клинический психолог Татьяна Павлова
Тревожные люди: Как нам пережить 2022 год и не потерять рассудок

Тревожные люди: Как нам пережить 2022 год и не потерять рассудок
Рассказывает клинический психолог Татьяна Павлова

Цитата дня: Иван Ургант — о требовании уволить его с Первого канала

Суд постановил уничтожить iPhone, на который петербурженка сфотографировалась в трусах на фоне собора

«Нет, блин, Злой Pepsi»
«Нет, блин, Злой Pepsi» Реакция твиттера на слухи о ребрендинге Coca-Cola
«Нет, блин, Злой Pepsi»

«Нет, блин, Злой Pepsi»
Реакция твиттера на слухи о ребрендинге Coca-Cola

Где покупать базовое нижнее белье прямо сейчас: 12 российских марок
Где покупать базовое нижнее белье прямо сейчас: 12 российских марок Для женщин, для мужчин и для всех
Где покупать базовое нижнее белье прямо сейчас: 12 российских марок

Где покупать базовое нижнее белье прямо сейчас: 12 российских марок
Для женщин, для мужчин и для всех

Славой Жижек — о первом в истории рок-концерте зарубежной группы (Laibach) в КНДР
Славой Жижек — о первом в истории рок-концерте зарубежной группы (Laibach) в КНДР Отрывок из книги «Дни освобождения. Laibach и Северная Корея»
Славой Жижек — о первом в истории рок-концерте зарубежной группы (Laibach) в КНДР

Славой Жижек — о первом в истории рок-концерте зарубежной группы (Laibach) в КНДР
Отрывок из книги «Дни освобождения. Laibach и Северная Корея»

МЧС предупредило москвичей о грозе, сильном ливне и ветре 7 августа

В России впервые с конца марта выявили более 19 тысяч случаев COVID-19 за сутки

Роскомнадзор заблокировал интернет-портал Сахалина sаkh.соm

«Кухня на районе» накормит одиноких пенсионеров горячими обедами

Посольство Латвии приостановило выдачу любых виз россиянам

Сыр Oltermanni будет выпускаться под брендом Laplandia в России

Подкаст «Снова никогда» заблокировали за «фейки» про Украину

Эфиопия возобновит авиасообщение с Россией с 23 августа

Мундепа из Петербурга обвинили в «дискредитации» армии за пост, написанный до принятия соответствующего закона

В речи музыканта Юрия Шевчука не нашли «дискредитации армии»

IKEA добавила в зону доставки десять городов России

«Мы должны взрывать танцполы, а не бомбы»
«Мы должны взрывать танцполы, а не бомбы» Сибирский рэпер Саша Огородников — о переезде в Ереван и перспективах российской музыки
«Мы должны взрывать танцполы, а не бомбы»

«Мы должны взрывать танцполы, а не бомбы»
Сибирский рэпер Саша Огородников — о переезде в Ереван и перспективах российской музыки

В России впервые с апреля выявили более 18 тысяч случаев COVID-19 за сутки

Расследование: Кремль попросил СМИ сравнивать боевые действия в Украине с Первой мировой войной

Американский производитель принтеров Lexmark продал бизнес в России

Купальный сезон в Москве продлится до середины августа

«РБК»: Банки перестали получать деньги на продвижение карт «Мир», потому что в России нет конкуренции

YouTube удалил канал блогера Дмитрия «Гоблина» Пучкова за «нарушение правил сообщества»

Суд заочно арестовал редактора The Insider Романа Доброхотова по делу о незаконном пересечении границы

Третьяковскую галерею снова эвакуировали из-за сообщения о минировании

В центре Москвы задержали активиста с плакатом «Прощай, немытая Россия»

Минпромторг убрал из списка параллельного импорта Renault и добавил Giorgio Armani, Yves Saint Laurent и Lancome

Двадцатилетнюю активистку из Петербурга объявили в федеральный розыск. Силовики ищут ее по детскому фото

Экс-замглавы Минпросвещения Марина Ракова признала вину в рамках «дела ректоров»

Баскетболистку Грайнер приговорили к девяти годам колонии по делу о контрабанде наркотиков

С февраля посещаемость петербургских пекарен выросла на 30 %. Рассказываем, как они заменили горожанам рестораны
С февраля посещаемость петербургских пекарен выросла на 30 %. Рассказываем, как они заменили горожанам рестораны
С февраля посещаемость петербургских пекарен выросла на 30 %. Рассказываем, как они заменили горожанам рестораны

С февраля посещаемость петербургских пекарен выросла на 30 %. Рассказываем, как они заменили горожанам рестораны

«Вкусно — и точка» возобновит работу кафе с 11 августа

Фото дня: «Уймись, молись, поклонись» — стрит-арт о жизни в России от уличного художника из Перми

Аккаунты «РИА Новостей» в Twitter заблокировали в странах ЕС и Британии

Yle: 58 % жителей Финляндии выступают против выдачи туристических виз россиянам

«Ъ»: В аптеках закончился урологический препарат «Дриптан». Он не появится в России до 2023 года

Число погибших в ДТП с электросамокатами выросло вдвое за полгода

Ozon выплатит компенсации покупателям и поставщикам за товары на горящем складе

Путин признал ветеранами сотрудников ФСБ, которые отражали «вооруженное вторжение в Россию»

На «Яндекс Маркете» появились товары от поставщиков IKEA

Учительнице из Пензы дали пять лет условно за то, что она рассказывала школьникам о происходящем в Украине

KFC и Pizza Hut сменят названия в России