24 октября, воскресенье
Москва
Войти

«Я за храм»: Кто и зачем поддерживает строительство собора Святой Екатерины «Торговые центры — современные храмы потре***дства, которые уродуют город, а храмы религиозные его украшают»

«Я за храм»: Кто и зачем поддерживает строительство собора Святой Екатерины

К 300-летию Екатеринбурга у Театра драмы планируют построить храм Святой Екатерины, который ранее пытались возвести на Площади труда и в акватории Городского пруда. Планирование строительства происходит на фоне протестов под общим лозунгом «Скверу быть!». С другой стороны выступают сторонники строительства храма Святой Екатерины, которые в апреле запустили флешмоб #ЯзаХрам. 17 марта в сквере у Драмтеатра состоялся анонсированный Екатеринбургской епархией молебен, а в воскресенье, 28 апреля, общей молитвой в сквере у Драмтеатра завершился пасхальный крестный ход: там состоялось освящение места строительства будущего собора митрополитом Кириллом.

The Village Екатеринбург пообщался с четырьмя сторонниками строительства храма — о том, почему они выступают за храм, как относятся к молебнам и «обнимашкам», насколько религиозны и какие храмы Екатеринбурга любят посещать.


Дисклеймер: мнение героев публикации может не совпадать с позицией The Village.

Иннокентий Шеремет

журналист


Позиция

Православным захотелось восстановить храм Святой Екатерины, взорванный в 1930 году. Известно, что в городе, который основали в 1723 году, тогда еще не ничего было: ни фабрик, ни землянок, ни гей-клуба, ни питейного заведения. Первым построили собор — сердце города, которое должно биться. Причем биться не где-то на окраине, в пятке, а в самом центре Екатеринбурга. Понятно, что для неверующих людей это пустой звук, но для православных это очень важно.

Я не вижу причин, по которым строить храм Святой Екатерины на Драме не стоило бы: православие — это не секта. К православным себя причисляет подавляющее число жителей Екатеринбурга. Сквер, который все так активно защищают, не является любимым местом отдыха горожан — в нем никто никогда не отдыхает. Не надо путать сквер с набережной, которая после строительства храма станет еще лучше, а сквер, кстати, тоже станет лучше и больше.


Когда-то весь Париж не желал, чтобы строили Эйфелеву башню, но сейчас никто уже не возражает, не высказывается против


Почему у Драмы? Изначально восстанавливать храм хотели на историческом месте — не дали. Придумали совершенно фантастический проект на острове, на акватории Городского пруда. Для неверующих людей он стал бы замечательным туристическим аттракционом, украшением нашего города — но тоже не дали. Сколько можно уже — девять лет издеваются над православными людьми, которые этого совсем не заслужили.

Проект храма напоминает мне древнерусскую, Владимирскую архитектуру. Я — уралец, но вся моя родня по маминой линии из Владимирской области, где таких храмов очень много. В детстве я часто проводил лето у бабушки и видел много красивых церквей. Уверяю: когда храм на Драме будет построен, он будет невероятной красоты и станет одним из самых главных туристических достопримечательностей для всех туристов, приезжающих в город. Я не специалист в области архитектуры, но человек насмотренный — чувство прекрасного у меня есть. Выложенный изнутри мозаикой, собор Святой Екатерины станет одним из самых прекрасных храмов Урала и всей России: это необычайно дорого, необычайно красиво.

Многие говорят, что храмов в центре Екатеринбурга и так хватает. Но меня возмущает, что чуть ли не в каждом жилом доме Екатеринбурга есть алкомаркет. Главная проблема на Урале — не сквер, не храм, не экология, не пенсионная реформа, а пьянство. Почему никто не борется с тем, что по количеству торговых площадей на душу населения мы обогнали Москву и уже подошли к Дубаю? Торговые центры — современные храмы потре***дства, которые высасывают у людей душу и уродуют город, а храмы религиозные его только украшают.

Протест

Воинствующие атеисты не хотят храм, а православные хотят — и их гораздо больше. Когда-то весь Париж не желал, чтобы строили Эйфелеву башню, но сейчас никто уже не возражает, не высказывается против. Такие истории можно вспоминать бесконечно. Протестовать, поливать гноем власть и русскую православную церковь в нашем городе стало модно в 2010 году. Массовые акции протеста и поддержки работают — это можно даже не обсуждать. Если бы противники храма не высказывались, то собор бы уже давно стоял на своем законном историческом месте.

Не верю, что против строительства храма действительно выступают многие горожане — опросы говорят об обратном. Когда в начале апреля в сквере были очередные «обнимашки», я провел свое собственное социологическое исследование и подтвердил для себя: это история не про храм или сквер, а сугубо про политику. Я хотел тихонько пройтись с телевизионной камерой и, как и все остальные репортеры и корреспонденты, пообщаться с людьми — опросить около тридцати человек: лидеров протеста и обычных граждан. Но ситуация вышла из-под контроля: я не рассчитал степень своей популярности, и в какой-то момент происходящее превратилось в неразрешенный митинг.

Плохо, конечно, что у меня с собой не было громкоговорителя — тогда общаться было бы проще. Тем не менее, все мои худшие подозрения, — что люди, которые якобы борются за сквер, просто больны русофобией и не любят страну, — подтвердились. Защитники сквера — никакие не борцы за экологию, им глубоко плевать на сквер. Тем более, что нет никакого сквера: эта территория даже не включена в реестр скверов и парков Екатеринбурга.


Люди говорят: знаменитостей — Безрукова, Галустяна — привезли на молебен специально, чтобы те поддержали храм. Но кто их привез? Эти звезды приехали сами, более того, это обычные православные люди, которые в курсе ситуации — им захотелось выразить свое мнение и поддержать нас


Раньше на той территории был пустырь, просто в конце девяностых решили навести порядок и посадили несколько деревцев. У нас есть 20 других мест на территории города, где сейчас довольно активно рубят деревья. Почему все эти люди, которые собираются у сквера у Драмы, не защищают их? Самое горячее в этом смысле место — березовая роща в Академическом микрорайоне, которую рубит «Атомстройкомплекс». Другие примеры — Основинский парк, Зеленая роща.

Люди говорят: знаменитостей — Безрукова, Галустяна — привезли на молебен специально, чтобы те поддержали храм. Но кто их привез? Эти звезды приехали сами, более того, это обычные православные люди, которые в курсе ситуации — им захотелось выразить свое мнение и поддержать нас. Точно так же на автобусах никого не привозили, люди ехали в Екатеринбург сами — из Ирбита, из Тагила, еще откуда-то из области. А знаете, почему?

Когда в 2010 году храм не давали строить на площади Труда, вне Екатеринбурга об этом никто не знал. Но вот уже девять лет православным не дают даже заложить первый камень. Тысячи репортажей сняты, десятки тысяч газетных заметок написаны, миллионы постов в соцсетях по этому поводу сделаны. В современном информационном пространстве все неизбежно расползается по сети, и вот уже вся область, вся страна знают, что много лет в Екатеринбурга идет такая борьба. Православные люди интересуются, волнуются. Поэтому не удивляйтесь. Никто их не привозил, и никак их не мотивировали.

Религия

К сожалению, я не так часто бываю в храмах — хожу туда примерно раз в месяц, но молюсь каждый день. Наверное, я плохой православный.

В первую очередь соборы у нас в городе привлекают меня своим внешним видом: я большой любитель архитектуры, тем более, что совсем древних и намоленных храмов у нас в Екатеринбурге нет. Пятерка моих любимых храмов в Екатеринбурге — это монастырь на Ганиной яме, Храм-на-Крови, храм Александра Невского в Зеленой Роще, храм-колокольня Большой Златоуст и храм Серафима Саровского, который замечателен тем, что настоятелем в нем является игумен Гермоген (Еремеев) — самый веселый и самый поющий батюшка в мире.

Думаю, когда завершат храм Святой Екатерины, он потеснит многие другие церкви — особенно поначалу. Многим захочется увидеть: что же это такое, с чем отдельные люди так исступленно боролись?

Игорь Новиков

руководитель IT-проектов


Позиция

Если бы еще полгода назад меня спросили, нужен ли мне Храм Святой Екатерины, то я бы ответил, что спокойно живу и без него. Когда собор хотели восстановить в его историческом месте, я был против, но сегодня выступаю за то, чтобы его построили на Драме. На мою позицию повлияло поведение сторон конфликта: если сторонники храма настроены конструктивно, то противники этот конструктив давно утратили.

Как я вижу ситуацию: есть историческая локация, где храм Святой Екатерины простоял двести лет с момента основания города. Храм хотели восстановить, но поднялся протест — сторонники строительства не хотели действовать вразрез с гражданами города и прислушались к ним, поэтому от строительства отказались. Когда этот раунд закончился, все поняли: одна сторона не хочет идти по головам и готова идти на уступки.


УГМК мне знакомы только с положительной стороны: на то, что Козицын сделал у себя в Пышме, можно смотреть только с завистью. Да и у нас постарался: снес телебашню, а на ее место поставит большую современную ледовую арену


Спустя много лет храм решили построить в акватории Городского пруда, но ситуация повторилась. Против выступили те же люди с той же аргументацией. Я стал замечать: в любых городских протестах всегда участвуют одни и те же: формируют комитет того, комитет сего. Зато сторонники храма разрабатывают проекты и готовят для них документацию — тратят серьезные деньги и время. Во втором раунде они снова показали себя способными вести диалог и договариваться. В третьем раунде, что происходит сейчас, я вижу повторение прошлого, только в утрированной форме: люди против храма в любом месте.

В позиции сторонников храма я тоже вижу некоторые изъяны. Основной их минус в том, что они не пытаются общаться с людьми напрямую. С другой стороны, я даже не могу представить, как этот диалог мог бы состояться. Как я понимаю, есть два очень богатых человека, которые представляют два больших медных холдинга. Про РМК я знаю мало — слышал только, что они проводят бойцовские турниры. Но УГМК мне знакомы только с положительной стороны: на то, что Козицын сделал у себя в Пышме, можно смотреть только с завистью. Да и у нас постарался: снес телебашню, а на ее место поставит большую современную ледовую арену.

Религия

Я не православный, но к религии отношусь с уважением. Когда путешествую по стране, то в каждом городе обязательно стараюсь посетить какое-либо религиозное учреждение. В Екатеринбурге мне нравится Храм-на Крови. Мы как-то обсуждали его с друзьями — кто-то говорил, что его построили из дешевых материалов. Я не сильно в этом разбираюсь, но издалека он выглядит неплохо.

Кто-то говорит: в Екатеринбурге храмов и так слишком много. Но это аргумент, который всерьез воспринимать нельзя. Допустим, я собираю марки и понимаю, что мне нужна еще одна — а вы мне отвечаете, что у меня их и так сто штук. Но для меня новая марка все равно будет иметь значение.

Митинги

Я не хожу на митинги в поддержку храма. Мне кажется, такие акции посещают люди с полярными, радикальными взглядами. Когда я узнал, что на молебен привезли Галустяна, Безрукова, двойника Путина, то подумал, что это какой-то кошмар и сюрреализм. Судя по фотографиям, все они стояли со скорбными лицами. Сторонники храма — люди с большими деньгами, поэтому могли бы нанять себе более грамотного пиарщика, который сгладил бы ситуацию.

Андрей Фирсов

маркетолог


Позиция

Я безбожник в третьем поколении, но храмы в Екатеринбурге мне нравятся — особенно Вознесенская церковь, которая много всего пережила. С точки зрения внешнего вида мне понравился православный храм, который недавно построили в Париже (Свято-Троицкий собор, открытый в октябре 2016 года — прим. ред.).

Я занимаю простую позицию: выступаю за строительство храма Святой Екатерины, но не на Драме, а в правильном месте. Раз 40 % населения Екатеринбурга верят в Бога, то храм городу нужен — понимаю это, как и любой здоровый человек. Когда половина города поддерживает инициативу, а другая выступает против, необходимо искать компромисс. С обеих сторон существующего конфликта есть люди, настроенные радикально — я не такой. Я осознаю, что с соседями, земляками, горожанами нужно договариваться.

Многие говорят: не сквер, а пустырь. Отчасти могу с этим согласиться: скверу действительно требуются серьезные работы по благоустройству, есть куда стремиться в части организации общественного пространства. Но проблему благоустройства не решить, если две трети пространства занять зданием. Возможно, там стоит построить дополнительную инфраструктуру: ресторан, центр проката зимнего и летнего спортивного инвентаря, и сквер станет выглядеть лучше.


Раз 40 % населения Екатеринбурга верит в Бога, то храм городу нужен — понимаю это, как и любой здоровый человек


Если храм появится возле пруда, то привычная панорама Екатеринбурга кардинально поменяется. Наш классический открыточный вид — это стрелка городского пруда, «Динамо», «Космос». Кроме этого, храм хотят поставить прямо над метро. Глубина залегания метро в этом месте явно не маленькая. Кто даст гарантию, что при строительстве такого массивного сооружения в итоге мы не получим подвижки грунта? Рядом пруд — метро может затопить, засыпать. Самый худший возможный вариант — храм вообще уйдет под землю. Кому это нужно, если в городе действительно хватает места?

Не знаю, зачем простой вопрос, связанный с местным самоуправлением, постоянно стаскивают в политическую плоскость — видимо, по-другому город просто не умеет. Вся политическая история Екатеринбурга начинается с «Пассажа» (речь о реконструкции здания, которая началась весной 2012 года и сопровождалась дискуссиями и спорами, — прим. ред.). «Пассаж», храм на пруду, телебашня, сквер — все это звенья одной цепи: Екатеринбург ломают через колено.

Альтернативы

Группа моих сторонников называется «Храмовая альтернатива» и предлагает для объекта альтернативные локации. Сейчас в группе 180 участников. Еще в ноябре прошлого года мы собрали экспертную группу из неравнодушных граждан, журналистов, ученых, — всего было 28 человек, — чтобы совместными усилиями сформировать предварительный список мест, где мог бы располагаться храм, не вызывая при этом подобных дискуссий и гражданской войны. К началу декабря мы определили 11 альтернативных локаций, а сейчас их уже порядка 20.

Наиболее выигрышной локацией для храма Святой Екатерины я считаю Площадь 1905 года — не зря она раньше называлась Кафедральной. Если мы построим храм напротив входа в горсовет, ни один Ленин не пострадает. Я лично проспорил своему приятелю тысячу рублей в рассуждениях о том, придется ли убирать Владимира Ильича в случае постройки храма напротив здания ратуши. Как выяснилось, если посмотреть на исторические фотографии, храм стоял прямо посередине площади. Более центральное место для храма в Екатеринбурге представить сложно.

Но это вариант не нравится не только коммунистам. Православные говорят простую вещь: построив храм Святой Екатерины у Драмы, следующим шагом мы будем восстанавливать кафедральный собор (Богоявленский кафедральный собор — уничтоженный в 1930 году православный храм в стиле барокко, стоявший на площади 1905 года, ранее — Кафедральной, — прим. ред.). Два храма в одном месте не поставить, а если разместить храм Святой Екатерины на площади 1905 года, то в центре города будет восстановлен всего один храм.


Наиболее выигрышной локацией для храма Святой Екатерины я считаю Площадь 1905 года — не зря она раньше называлась Кафедральной. Если мы построим храм напротив входа в горсовет, ни один Ленин не пострадает


Есть и другое решение — построить храм Святой Екатерины в его историческом месте. Плюс этой локации в том, что под нее уже есть готовый проект. Вероятно, в этом случае храм не будет таким огромным и помпезным, как предусмотренный проектом на Драме. Это будет храм в исторических размерах, но зато никто не помешает православным параллельно решить вопрос о том, куда поставить кафедральный собор — большего размера, еще более величественный и вместительный. Но это уже другая сказка.

Еще одно возможное место холдинг УГМК получил на блюдечке с голубой каемочкой — это территория, которую раньше занимала снесенная телебашня. Учитывая высоту и размер храма, который нам хотят подарить, он, очевидно, впишется в панораму. Его будет видно не хуже телебашни, в общей панораме города он будет смотреться отлично. Что касается ледовой арены — эту плюшку можно поставить любом месте. В отличие от будущего здания филармонии, по смыслу она не привязана к конкретной локации. Строительство храма на месте телебашни стало бы знаком примирения и красивым ходом со стороны пиарщиков холдинга — мол, мы убрали телебашню, но подарили городу новый и красивый архитектурный объект.

Храм можно построить на месте большого пустыря на пересечении улиц Фурманова и Белинского. Екатеринбургу характерно стремление впихивать невпихуемое: на примере с храмом Святой Екатерины есть возможность разорвать этот порочный круг. Здесь могла бы получиться красивая история с воротами города — все гости Екатеринбурга, приезжающие со стороны Кольцовского тракта, первым дело видели бы храм Святой Екатерины. Да, это не совсем центр, но кто сказал, что у большого города должен центр должен быть маленьким?

Похожий вариант — строительство храма на Визовском пруду, на острове Баран. Большой храм будет видно с Транссиба — люди смогут увидеть его, проезжая мимо по железной дороге. Кроме того, город в ближайшее время будет активно развиваться в сторону запада. Считаю, такое решение могло бы устроить как атеистов, так и православных.

Михаил Бабин

бизнесмен, сопредседатель свердловского отделения «Деловой России»


Аргументы

Изначально я был совершенно спокоен в вопросах, которые касались строительства храма Святой Екатерины. Мне самому не нравятся храмы, возведенные в городе недавно. Но в процессе возникли вопросы к тем, кто активно выступает против инициативы.

Для начала поговорим о храме, как об объекте недвижимости. Существует некоторый объект, который уже в третий раз пытаются построить в Екатеринбурге — причем, не за счет бюджетных средств. Но каждый раз возникают проблемы — этого я, честно говоря, и не понимаю. Выходит, теперь любое здание может попасть в такую ситуацию? Если мы в третий раз пойдем на поводу у протестующих, то этим закрепим их право на вечное сопротивление, а также установку: «Если где-то кто-то собрался что-то строить, нужно выйти на улицы, пошуметь, и стройку отменят».

Теперь посмотрим на Храм Святой Екатерины, как на архитектурное сооружение. Сказать, что храм будет самым скверным зданием в городе, язык у меня не поворачивается. В том же центре множество сооружений, которые оставляют желать лучшего: например, «Пассаж» — до сих пор не понимаю, как такое могли построить в XXI веке. Споры о внешнем виде будущего собора — это вкусовщина.

Далее обратим внимание на позицию защитников сквера. Соглашусь, доля здравого смысла в их доводах есть — зеленые насаждения и место отдыха горожан потерять жалко. Но что теперь, вокруг каждого дерева собираться? Многие сторонники говорят: «Мы не против храма, мы за сквер» — но это не так. Хорошо, что граждане выражают свою позицию, но в нашем случае это больше напоминает гражданскую войну — противостояние нарастает.

Если сравнивать количество призывов выступать «за» и «против», то цифры будут несопоставимы: призывов прийти на демонстрацию в фонде Навального было на порядок больше, чем в целом призывов присоединиться к молебну. Я вижу в этом политизацию. Крашенинников (Федор Крашенинников — политолог, публицист, — прим. ред.) пишет о насильственной клерикализации. Простите, так все же: вы против храма или вы за сквер? Это ханжеская ложь со стороны тех, кто якобы выступает за сквер, но на деле это выглядит так: «Мы здесь власть — требуем, чтобы все нас слушали».

Отдельная история касается гонений на УГМК — компании, причастной к строительству храма — мол, мы больше не будем покупать их товар. Но могу сказать: Музей военной техники в Пышме и клиника «УГМК-Здоровье» — совершенно уникальные вещи, которые сделаны с большой душой и серьезными капиталовложениями. Когда люди кричат, что холдинг не приносит никакой пользы, а причиняет только вред, они не видят очевидного.

Еще один аргумент касается популярного мнения, что у нас и так слишком много храмов. Но это беспочвенное суждение: не существует никакого мерила, которое бы определяло достаточное количество церквей. Почему-то мы не думаем так, когда собираются строить торговый центр, парикмахерскую или открывать очередной ресторан.

Митинги

Я не ходил ни на митинги в поддержку сквера, ни на молебны за храм — считаю подобные акции плохой идеей. Сторонников сквера я хотя бы как-то понимаю: их метод в том, чтобы собраться вместе, поджечь покрышки и сказать, что они здесь власть, хотя их меньше 2 %. Глупой была идея привезти на молебен звезд: в этом случае сила и так на той стороне, поэтому играть здесь — проявление слабости. Понятно, что большая структура все равно допустит какой-то кривой косяк — например, позовет кого-то за зачет по физкультуре, других доставят на автобусах. Да, это могло быть совершенно искренне — люди же должны как-то добраться, но этот факт обязательно будет использован против них же самих. Соревнование, кто больше людей приведет на митинг, само по себе порочно.

Религия

Я православный человек, абсолютно осознанно крещеный в 44 года. Храмы посещаю периодически. В силу того, что я живу в центре, долгое время ходил в Иоанно-Предтеченский кафедральный собор на Репина, время от времени бывал на Ганиной яме. Недавно зашел в Зеленую рощу и обнаружил шикарный Александро-Невский Ново-Тихвинский монастырь — там очень красиво, а церковная лавка вынесена за пределы здания. Это тот случай, когда, казалось бы, новодел, от которого все воротят нос, получился удачным.

У нас много церквей, куда мы приходим и чувствуем себя не в своей тарелке. Мне, например, не нравится Храм-на-Крови. Если на Драме построят храм, буду с удовольствием в него ходить — часто бываю в том районе по своим делам.

читайте ТАМ, ГДЕ УДОБНО:

Facebook

VK

Instagram

telegram

Twitter

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Монологи защитников городского пруда
Монологи защитников городского пруда Кандидат наук, духовный семинарист и поэт об участии в акции «Обними пруд»
Монологи защитников городского пруда

Монологи защитников городского пруда
Кандидат наук, духовный семинарист и поэт об участии в акции «Обними пруд»

«Драма 234»: Как в Екатеринбурге прощались с деревьями, которые могут вырубить ради храма
«Драма 234»: Как в Екатеринбурге прощались с деревьями, которые могут вырубить ради храма The Village рассказывает об эко-акции у театра Драмы
«Драма 234»: Как в Екатеринбурге прощались с деревьями, которые могут вырубить ради храма

«Драма 234»: Как в Екатеринбурге прощались с деревьями, которые могут вырубить ради храма
The Village рассказывает об эко-акции у театра Драмы

Как прошел молебен в честь Храма-на-Драме и что с ним было не так
Как прошел молебен в честь Храма-на-Драме и что с ним было не так Фоторепортаж The Village о молебне с участием Михаила Пореченкова, Сергея Безрукова и Михаила Галустяна
Как прошел молебен в честь Храма-на-Драме и что с ним было не так

Как прошел молебен в честь Храма-на-Драме и что с ним было не так
Фоторепортаж The Village о молебне с участием Михаила Пореченкова, Сергея Безрукова и Михаила Галустяна

«Отстояли же пруд в прошлом году». Зачем горожане защищают сквер у Театра драмы
«Отстояли же пруд в прошлом году». Зачем горожане защищают сквер у Театра драмы Сколько жителей Екатеринбурга пришло на акцию «Перекличка» и кто установил там новое дерево
«Отстояли же пруд в прошлом году». Зачем горожане защищают сквер у Театра драмы

«Отстояли же пруд в прошлом году». Зачем горожане защищают сквер у Театра драмы
Сколько жителей Екатеринбурга пришло на акцию «Перекличка» и кто установил там новое дерево

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели

Ураган атакует Москву и Санкт-Петербург

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»

Почему шампанское стоит дороже тихих вин и других игристых?

Первая полоса

«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше
«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше
«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше

«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели Концерт Ветлицкой, фестиваль короткометражек и лекция о свободе
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели
Концерт Ветлицкой, фестиваль короткометражек и лекция о свободе

Ураган атакует Москву и Санкт-Петербург
Ураган атакует Москву и Санкт-Петербург Падающий Кремль и летающие мусорные баки
Ураган атакует Москву и Санкт-Петербург

Ураган атакует Москву и Санкт-Петербург
Падающий Кремль и летающие мусорные баки

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters» Артем Макарский — о том, как изменилась певица
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Артем Макарский — о том, как изменилась певица

Почему шампанское стоит дороже тихих вин и других игристых?
Почему шампанское стоит дороже тихих вин и других игристых?
Почему шампанское стоит дороже тихих вин и других игристых?

Почему шампанское стоит дороже тихих вин и других игристых?

«Наследники», Лана Дель Рей и книга про грибы
«Наследники», Лана Дель Рей и книга про грибы Что слушать, читать и смотреть в эти выходные
«Наследники», Лана Дель Рей и книга про грибы

«Наследники», Лана Дель Рей и книга про грибы
Что слушать, читать и смотреть в эти выходные

Третья пиццерия Maestrello на Петровке и третий бар Michelada на «Новослободской», новое меню в Scrocchiarella
Третья пиццерия Maestrello на Петровке и третий бар Michelada на «Новослободской», новое меню в Scrocchiarella
Третья пиццерия Maestrello на Петровке и третий бар Michelada на «Новослободской», новое меню в Scrocchiarella

Третья пиццерия Maestrello на Петровке и третий бар Michelada на «Новослободской», новое меню в Scrocchiarella

Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»
Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской» Говорим о профитролях, черном мраморе и юморе
Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»

Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»
Говорим о профитролях, черном мраморе и юморе

Большая история Melon Music: Как Тюмень стала новой столицей российского рэпа

Большая история Melon Music: Как Тюмень стала новой столицей российского рэпа

Большая история Melon Music: Как Тюмень стала новой столицей российского рэпа

Большая история Melon Music: Как Тюмень стала новой столицей российского рэпа

«Чаки», «Пингвины моей мамы» и еще 3 новых сериала о подростках. Мы посмотрели их вместе со школьниками
«Чаки», «Пингвины моей мамы» и еще 3 новых сериала о подростках. Мы посмотрели их вместе со школьниками «Вообще-то нас интересуют не только секс и наркотики»
«Чаки», «Пингвины моей мамы» и еще 3 новых сериала о подростках. Мы посмотрели их вместе со школьниками

«Чаки», «Пингвины моей мамы» и еще 3 новых сериала о подростках. Мы посмотрели их вместе со школьниками
«Вообще-то нас интересуют не только секс и наркотики»

5 рецептов сытных блюд из овощей
5 рецептов сытных блюд из овощей Печеная капуста, баклажан с пекорино, стейк из цветной капусты и другие горячие блюда
5 рецептов сытных блюд из овощей

5 рецептов сытных блюд из овощей
Печеная капуста, баклажан с пекорино, стейк из цветной капусты и другие горячие блюда

В Москве опять (почти) все закрывают. Пока что с 28 октября по 7 ноября
В Москве опять (почти) все закрывают. Пока что с 28 октября по 7 ноября
В Москве опять (почти) все закрывают. Пока что с 28 октября по 7 ноября

В Москве опять (почти) все закрывают. Пока что с 28 октября по 7 ноября

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права

«Москва глазами инженера»: Гуляем с Айратом Багаутдиновым по Шаболовке
«Москва глазами инженера»: Гуляем с Айратом Багаутдиновым по Шаболовке Говорим о рынке как жанре и о том, как повысить качество жизни через искусство
«Москва глазами инженера»: Гуляем с Айратом Багаутдиновым по Шаболовке

«Москва глазами инженера»: Гуляем с Айратом Багаутдиновым по Шаболовке
Говорим о рынке как жанре и о том, как повысить качество жизни через искусство

Что такое светотерапия
Что такое светотерапия Как лампы помогают бороться с сезонной депрессией и где их взять
Что такое светотерапия

Что такое светотерапия
Как лампы помогают бороться с сезонной депрессией и где их взять

«Я прошел цифровой детокс»
«Я прошел цифровой детокс» Горожане, отказавшиеся от соцсетей — о свободе и времени на чтение книг вместо фейсбука
«Я прошел цифровой детокс»

«Я прошел цифровой детокс»
Горожане, отказавшиеся от соцсетей — о свободе и времени на чтение книг вместо фейсбука

Фабрика-кухня мечты

Фабрика-кухня мечтыСамарский архитектор 20 лет сражался за нее — теперь там будет филиал Третьяковки

Фабрика-кухня мечты

Фабрика-кухня мечты Самарский архитектор 20 лет сражался за нее — теперь там будет филиал Третьяковки

Где покупать теплое пальто на осень (и зиму)
Где покупать теплое пальто на осень (и зиму) 20 вариантов от 7 до 50 тысяч рублей
Где покупать теплое пальто на осень (и зиму)

Где покупать теплое пальто на осень (и зиму)
20 вариантов от 7 до 50 тысяч рублей

Круговорот «Хэллоуинов» в природе: Что происходило со знаменитой хоррор-франшизой последние 40 лет
Круговорот «Хэллоуинов» в природе: Что происходило со знаменитой хоррор-франшизой последние 40 лет От Карпентера до Грина без инфаркта и валокордина
Круговорот «Хэллоуинов» в природе: Что происходило со знаменитой хоррор-франшизой последние 40 лет

Круговорот «Хэллоуинов» в природе: Что происходило со знаменитой хоррор-франшизой последние 40 лет
От Карпентера до Грина без инфаркта и валокордина

+39 Pizzeria & Mozzarella bar: Крохотная итальянская пиццерия и сыроварня в кластере «Рассвет»
+39 Pizzeria & Mozzarella bar: Крохотная итальянская пиццерия и сыроварня в кластере «Рассвет» Лучшая неаполитанская пицца в округе, а, может, и во всей Москве
+39 Pizzeria & Mozzarella bar: Крохотная итальянская пиццерия и сыроварня в кластере «Рассвет»

+39 Pizzeria & Mozzarella bar: Крохотная итальянская пиццерия и сыроварня в кластере «Рассвет»
Лучшая неаполитанская пицца в округе, а, может, и во всей Москве

Подпишитесь на рассылку