Мужчины-маникюрщики из Екатеринбурга Уральские мастера ногтевого сервиса — о ревнивых мужьях клиенток, стереотипах и особенностях работы

Мужчины-маникюрщики из Екатеринбурга

В последние годы рынок ногтевого сервиса в Екатеринбурге сильно разросся. Мастера работают не только в салонах красоты, но и на дому. При этом в обществе по-прежнему актуален стереотип о том, что маникюр делают только женщины и только женщинам.

The Village нашел трех мужчин-мастеров по маникюру и узнал, как они пришли к такой работе, с какими трудностями и предрассудками общества сталкиваются, как строят отношения с клиентами и как ухаживают за своими ногтями.

«Яркие ногти все еще помещают мужчину в область, где его нормальность подвергается сомнению»
ПЕРЕЙТИ

Денис Стрельников

25 лет

О пути к маникюру

По профессии я механик-машиностроитель: учился в УрФУ на специальности «подъемно-транспортные машины и роботы». Я должен был заниматься эскалаторами, кранами и лифтами, но устроился инженером-конструктором на «Уралмашзавод». Наше конструкторское бюро занималось разработкой крана для атомной станции в Индии.

Я обычный парень: летом со стройотрядом ездил на целину, во время учебы приходилось собирать сцены для концертов Cirque du Soleil и Scorpions. Забавно было наблюдать, как немецкая группа хвалила наше тагильское пиво.

Маникюр в моей жизни появился по приколу. Я общался с подругой детства, мастером по маникюру, и как-то сказал ей: «Когда-нибудь я приеду к тебе в Пензу, и ты меня научишь делать маникюр». Она ответила: «Без проблем, кстати, парни-мастера сейчас становятся востребованы». Я очень удивился: на тот момент даже не знал, что такое существует. И начал интересоваться ногтевым сервисом.


Я написал огромное доброе сообщение о том, что я работаю на заводе с 8 утра до 5 вечера, но готов потратить сколько угодно времени на обучение маникюру. Половина мастеров сразу отправили меня в черный список


Поначалу мне было очень сложно: я не понимал, что делать и с чего начать. Я дружил с татуировщиком, он посоветовал написать десяти случайным мастерам из Екатеринбурга: «Может, кто-то возьмет тебя в ученики». Грубо говоря, я буду мыть полы и краем глаза смотреть, как делают ногти. Но реакция мастеров была супернеадекватной.

Я написал огромное доброе сообщение о том, что я работаю на заводе с 8 утра до 5 вечера, но готов потратить сколько угодно времени на обучение маникюру. Половина мастеров сразу отправили меня в черный список, остальные назвали юмористом и сказали идти нафиг. Только две девчонки ответили что-то нормальное: «Окей, в принципе ты нормальный, но лучше сходи на курсы, там тебе все станет ясно».

Честно говоря, я не был уверен, что маникюр мне зайдет. Тем более, когда увидел ценник на обучение — порядка 15 тысяч рублей — то крепко задумался: не хотелось выкидывать деньги на ветер. В итоге через подруг нашел девушку, которая научила меня каким-то азам маникюра. Под ее присмотром я три-четыре раза сделал ногти, и потом начал работать самостоятельно.

Первый маникюр я делал своей девушке, это еще было до встречи с той мастерицей, которая научила меня азам. Все говорили мне, что маник — это очень просто: пилочкой подпилил, кутикулу срезал, база, цвет — и все готово. В какой-то момент я апельсиновой палочкой залез своей девушке под кутикулу, и она громко закричала: «Что ты делаешь?»

О работе

Значение слова «кутикула» я узнал 1,5 года назад. Если бы мне пару лет назад сказали, что я буду мастером ногтевого сервиса, то я бы не поверил и рассмеялся. Я всю жизнь орал с постов «Девчули, кто на ноготочки?», а теперь сам их делаю. С одной стороны, пишу посты с долей иронии, но с другой — это реклама моей работы, поэтому отношусь серьезно.

Сначала я принимал клиентов на дому, по вечерам после работы, брал символические 200 рублей. Это очень сильно выматывало, хоть я и работал мастером всего несколько раз в неделю. Когда редко делаешь маникюр, то рука отвыкает: выполняешь процедуру сквозь боль от непривычки. Спустя год я понял, что если хочу развиваться в этой индустрии дальше, то надо уходить с завода. Поэтому решил уволиться и все-таки пойти на курсы по маникюру.


В Екатеринбурге сложился большой рынок мастеров, с которыми сложно конкурировать. Мой главный козырь — пол. Я делаю акцент на том, что я парень, потому что пока это все-таки эксклюзивная вещь


Сейчас работаю в тату-слоне, я тут единственный мастер по маникюру: договорился с друзьями, которые им владеют, чтобы выделили мне уголок. В Екатеринбурге сложился большой рынок мастеров, с которыми сложно конкурировать. Мой главный козырь — пол. Я делаю акцент на том, что я парень, потому что пока это все-таки эксклюзивная вещь. Во всем городе я знаю только четырех мужчин-мастеров по маникюру. Естественно, я стараюсь делать свою работу круто и качественно.

Меня уже звали работать в маникюрные салоны, но я пока себя останавливаю: там требуют скорость, а когда пытаешься делать очень быстро, то перепрыгиваешь через какие-то нюансы — и качество страдает. Я могу работать с ногтями до трех часов, а для салонов 2,5 часа — это предел. Часто приходят девочки, которым делали маникюр в студии по более высокой цене: я могу сделать качественнее и дешевле, но медленнее. В день у меня бывает по два-три человека. Раньше клиентскую базу составляли друзья друзей, сейчас больше незнакомых людей, которые находят меня через рекламу или группу во «ВКонтакте».

О стереотипах и реакции общества

Иногда ко мне приходят парни, но пока это только друзья. У нас в стране достаточно стереотипное мышление о маникюре: если я парня позову на маникюр, то чаще всего он подумает, что я буду красить ногти. Но обычно мужской маникюр — это обработка и чистка ногтя, приведение в опрятный и красивый вид. Цветной маникюр просят лишь изредка.

Девчонки почти всегда относятся ко мне позитивно, для них мужчина-мастер по маникюру пока в диковинку: «Парень пилит ногти? Это как?». Бывает, клиентки приходят и говорят: «Денис, извини, мне пришлось сказать своему молодому человеку, что ты гей, иначе он бы не отпустил меня на маникюр». Один раз мы даже созванивались по видеосвязи, потому что парень не верил, что я пилю ногти.


Десять лет назад чуваки с бородой или роскшоной шевелюрой считались редкостью, все ходили с короткими волосами, стриглись «по-пацански». Я думаю, через три-четыре года ухоженность мужских рук войдет в моду


Многие люди реально думают, что раз я делаю маникюр, то я гей. Обычно мы с друзьями угораем по этому поводу. Могу сказать другу, что «я его мамке ногти пилил». И такое действительно было! Если на меня выйдет какой-нибудь борец за нравственность, то я его затроллю. Мне кажется, на такую критику реагировать как-то адекватно нет смысла.

Я верю, что стереотипное отношение к парням-маникюрщикам поменяется. Раньше не было культуры барбершопов, а сейчас по городу их дофига. Десять лет назад чуваки с бородой или роскшоной шевелюрой считались редкостью, все ходили с короткими волосами, стриглись «по-пацански». Я думаю, через три-четыре года ухоженность мужских рук войдет в моду. Что касается меня, то себе я просто подпиливаю ногти. Если раньше срезал под ноль, то сейчас удобнее аккуратно работать пилочкой: это из разряда «сапожник без сапог».

Об особенностях профессии

За время работы мастером по маникюру у меня сложилось много профдеформации. Самое главное — я теперь не называю ногти ногтями. Клиентам говорю так: «Какие пальчики срезаем?». Они удивляются: зачем резать пальцы? Кроме того, теперь я везде обращаю внимание на маникюр — будь то кассирша в «Пятерочке» или инстаграм Билли Айлиш.

Я держу руки девушек 2,5 часа, поэтому сидеть молча — скучно и даже неловко. Каждый человек сам по себе интересен, в разговоре можно узнать какие-то интересные истории, набраться лайфхаков. Бывает, во время процедур девушки начинают подкатывать: начинают расспрашивать про отношения, хлопать глазками. Такое внимание мне льстит.


Мне нравится реакция девушек, когда вначале они приходят расстроенными и грустными, а после процедуры преображаются — становятся счастливыми


Мне нравится реакция девушек, когда вначале они приходят расстроенными и грустными, а после процедуры преображаются — становятся счастливыми. Моя подруга не ревнует меня к работе, потому что я стараюсь выстраивать отношения на доверии.

Сейчас маникюр — это мой единственный заработок. Поначалу мне было очень тяжело жить на один этот доход: я работал в ноль без прибыли. Но постепенно, совершенствуясь, я повышаю ценник, поэтому начинают появляться лишние деньги.

Мое дальнейшее развитие зависит от потока клиентов. Если их будет больше, то прибыль вырастет, и я смогу быстрее развиваться. В перспективе хотелось бы открыть свой салон, где будут работать одни парни.

Виталий Миниахметов

35 лет

О пути к маникюру

По профессии я слесарь механосборочных работ, долгое время работал в обычном цехе корпусной мебели со шкафами, купе, кухонными гарнитурами, тумбочками. Пока я работал с деревом, моя жена Катерина — с людьми. Я внимательно наблюдал за тем, как она делает маникюр, за ее успехами. Потом как-то раз она попросила снять у нее покрытие: мне было необычно, дико и даже страшно.

Моя жена работает мастером 12 лет. Пришла в профессию от безденежья: она думала, что на маникюре можно заработать большие суммы. Наша студия «Ноготочки всем», в которой мы сегодня работаем, появилась не сразу, жена работала на дому восемь лет и откладывала деньги на собственный проект. В определенный момент у нее скопилась большая клиентская база и деньги, поэтому решила открыть салон и обучить меня. Помимо нас, в студии работает еще три мастера.


Всему меня научила жена. В процессе обучения она рассказала обо всех важных нюансах, я начал вникать во всю эту секту индустрии красоты. Я не оговорился: это действительно секта. У нас есть огромные закрытые группы в соцсетях, куда пускают только специалистов по ногтевому сервису


Как вы уже поняли, всему меня научила жена. В процессе обучения она рассказала обо всех важных нюансах, я начал вникать во всю эту секту индустрии красоты. Я не оговорился: это действительно секта. У нас есть огромные закрытые группы в соцсетях, куда пускают только специалистов по ногтевому сервису. В этих сообществах, например, делятся опытом, как работать с самыми бесячими клиентами.

На первых порах я подражал мастеру по маникюру из Ярославля, следил за его работами, и мечтал достичь такого же уровня. Сейчас я достаточно вырос и перестал на него смотреть. Поначалу у меня был страх: все-таки я работаю с живым человеком, а не деревом. Но я знал, что все получился из-за моего перфекционизма: пока я чего-то не добьюсь, то не остановлюсь.

О работе

Мастером по маникюру я работаю уже четыре года. Поначалу мне было сложно понять принцип маникюра: мелкая непонятная работа плюс люди, которых ты не знаешь, но ты доверяешь им красоту. Но когда ты видишь хороший результат твоей работы, то появляется вдохновение идти дальше. Самый главный кайф — когда клиент уходит довольный с улыбкой.

Когда парни слышат, что у нас работает мужчина мастер по маникюру, сразу просятся ко мне: стесняются идти к женщинам. Я долго не хотел работать с мужчинами. Жена объясняет это так: вроде бы мужчина с мужчиной должны пить пиво, а они сидят и делают друг другу маникюр. Плюс к этому, с мужчинами сложнее работать: кожа грубее и чувствительней. Если женщины ухаживают за собой с пеленок, то мужчины в этом плане отстают.


Я считаю, что в первую очередь надо обладать профессиональными навыками, а пол — это уже дело десятое


Десять лет назад парни-мастера считались совсем дикостью, а сейчас это уже постепенно становится нормально. Раньше при записи женщины пребывали в шоке, когда узнавали, что у нас работает мужчина. Еще несколько лет назад в трудовых книжках писали не «мастер ногтевого сервиса», а «маникюрщица». Когда мужчины начали обучаться этому ремеслу, то их записывали как «маникюрщиц». Тогда они пошли в Госдуму, чтобы ввести общее название «мастер ногтевого сервиса» — и сегодня такая профессия официально существует. Я считаю, что в первую очередь надо обладать профессиональными навыками, а пол — это уже дело десятое.

О реакции общества

Я сталкивался с людьми, которые странно реагируют на мужчин-мастеров по маникюру. Но я живу и работаю не для них, мне наплевать на неадекватное мнение. Если о мне думают что-то нехорошее, это не мои проблемы. Однажды давний знакомый спросил: «Ты что, нормальную мужскую работу не можешь найти?» Я могу, но меня и эта устраивает: какое его дело? С этим человеком мы больше не общаемся.

У моих родственников была разная реакция. Мама сначала недоумевала: «В смысле маникюры делать? Как так?». А теперь она моя вип-клиентка. Родная сестра тоже ходит ко мне каждый месяц. Брат хочет, чтобы я всегда был при работе и имел стабильный заработок. Отец сразу сказал: «Занимайся чем угодно, главное — чтобы у тебя все было хорошо».

Об особенностях профессии

Мужья нормально относятся к тому, что их жены идут ко мне на маникюр. Я же не зубной, который возьмет телефон клиента и скажет звонящему мужу: «Извините, у вашей супруги рот занят. Она сейчас не может разговаривать». Тогда бы возникали непонятки. В процессе маникюра женщины могут общаться со своими мужчинами. Я никогда не сталкивался с тем, чтобы чей-то муж категорически выступал против меня как специалиста.

Общаться на работе мне легко и с мужчинами, и с женщинами. Я знаю, что ко мне пришли на маникюр, — я сажусь и делаю то, зачем люди пришли. При этом могу и пообщаться, и помолчать.


Я сталкивался с людьми, которые странно реагируют на мужчин-мастеров по маникюру. Но я живу и работаю не для них, мне наплевать на неадекватное мнение


Я пока не встречал такого, чтобы клиенты-парни просили нанести цветной маникюр. В основном они хотят полировку ногтей не до блеска. А вот к Новому году у всех клиентов возникает помешательство на блеске: чем ярче, тем лучше. Мне нравятся делать слайдеры — рисунки на наклейках, потому что сам я рисовать не умею. За своими руками я особо не ухаживаю. Если я ощущаю, что мне уже дискомфортно, то обращаюсь к своей супруге: она приведет мне руки в порядок.

У нас с женой есть школа на базе салона, где мы обучаем будущих мастеров по маникюру. Катерина занимается теорией, а я преподаю практический базовый курс для новичков. Я смотрю, на что люди способны, как они работают руками. Есть люди, которые очень торопятся, а есть те, которые медлят: мне нужно добиться золотой середины. После нашего базового курса человек может устроиться в салон. В год мы обучаем по 50-60 человек.

Руслан Галяутдинов

34 года

О пути к маникюру

Я закончил художественный колледж в Пермском крае, потом занялся резьбой по дереву в мастерской. В маникюр попал в декабре 2013 года, когда супруга, которая тоже работает мастером, предложила мне сделать педикюр. На этом мы не остановились: я попробовал маникюр. Все понравилось, поэтому далее я выучился на мастера в салоне «22», где сейчас и работаю. На дому я не работал ни дня.

О работе

У меня был внутренний страх перед первыми клиентами, но я его преодолел. Потом все пошло как по накатанной: с каждым разом получалось лучше.

Клиенты всегда проявляют ко мне интерес: всем девушкам хочется посмотреть, как мужчина делает ногти. Иногда девушки останавливались в дверях, потому что были шокированы тем, кто им будет делать маникюр, потом проходили, но — с осторожностью. Основная масса людей знала, куда идет, потому что меня находили по рекомендациям. Недавно клиентка сравнила меня с девушками-мастерами и отметила, что я отношусь к ногтям гораздо трепетнее и аккуратнее.


Когда я только начинал, к мужчинам-мастерам относились настороженно, а сейчас это считается нормальным. Друзья посмеивались, прикалывались, но сейчас ходят ко мне как клиенты и сами подумывают, чтобы начать заниматься маникюром


В среднем в день у меня бывает шесть-семь клиентов, сеанс длится от часа до двух. Ко мне также ходят мужчины. Я не делаю им цветное покрытие, максимум — тонировку и блеск. В Москве цветной маникюр распространен, но у нас видел такое лишь раз.

На работе у меня устают глаза, потому что нужно постоянно находится в напряжении, иногда — спина, если ее долго держать в статичном положении. На первых порах было непросто привыкать к таким нагрузкам. Основные проблемы возникали в моральном плане: если раньше я работал с деревом, и никакой обратной связи не было, то сейчас передо мной сидел человек. Когда клиент приходит в первый раз, то к нему нужно найти свой подход.

Лично я как-то особенно за ногтями не ухаживаю, потому что нет времени. Иногда маникюр мне делает жена: можно сходить в гости за соседний стол. Сейчас предновогодняя пора, поэтому как-то не до себя. Люди в основном просят блестки, но у меня есть собственное предпочтение — мне нравится красный цвет или полупрозрачные оттенки.

О реакции общества

Раньше было много стереотипов. Мужья клиенток спрашивали: «Он что, типа не такой?». Отношусь к этому с юмором: а как по-другому? В какие-то моменты как бы невзначай снимаю перчатку, чтобы показать палец с обручальным кольцом.

Когда я только начинал, к мужчинам-мастерам относились настороженно, а сейчас это считается нормальным. Друзья посмеивались, прикалывались, но сейчас ходят ко мне как клиенты и сами подумывают, чтобы начать заниматься маникюром. Я не впитываю в себя негативную информацию, стараюсь пропускать это мимо.

читайте ТАМ, ГДЕ УДОБНО:

Facebook

VK

Instagram

telegram

Twitter

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Яркие ногти все еще помещают мужчину в область, где его нормальность подвергается сомнению»
«Яркие ногти все еще помещают мужчину в область, где его нормальность подвергается сомнению» Как The Village Екатеринбург попросил четырех мужчин сделать яркий маникюр и что из этого вышло
«Яркие ногти все еще помещают мужчину в область, где его нормальность подвергается сомнению»

«Яркие ногти все еще помещают мужчину в область, где его нормальность подвергается сомнению»
Как The Village Екатеринбург попросил четырех мужчин сделать яркий маникюр и что из этого вышло

Чем живут YouTube-блогеры из Екатеринбурга
Чем живут YouTube-блогеры из Екатеринбурга Автор блога про химию, интервьюер, комик и разоблачитель мошенников — о своем канале, предложении варить мет, удаленных видео и новых форматах
Чем живут YouTube-блогеры из Екатеринбурга

Чем живут YouTube-блогеры из Екатеринбурга
Автор блога про химию, интервьюер, комик и разоблачитель мошенников — о своем канале, предложении варить мет, удаленных видео и новых форматах

«Смены проходят уныло»: Чем живут фейсконтрольщики из Екатеринбурга
«Смены проходят уныло»: Чем живут фейсконтрольщики из Екатеринбурга Сотрудники клубов и баров — об уральской тусовке разного поколения и списке запрещенных гостей
«Смены проходят уныло»: Чем живут фейсконтрольщики из Екатеринбурга

«Смены проходят уныло»: Чем живут фейсконтрольщики из Екатеринбурга
Сотрудники клубов и баров — об уральской тусовке разного поколения и списке запрещенных гостей

Рабанит, муфтий и служители христианских церквей — о жизни и вере в Екатеринбурге
Рабанит, муфтий и служители христианских церквей — о жизни и вере в Екатеринбурге «Неделю не заходить в соцсети — это и есть пост»
Рабанит, муфтий и служители христианских церквей — о жизни и вере в Екатеринбурге

Рабанит, муфтий и служители христианских церквей — о жизни и вере в Екатеринбурге
«Неделю не заходить в соцсети — это и есть пост»

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Как провести первую неделю зимы в Москве

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Первая полоса

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Как провести первую неделю зимы в Москве
Как провести первую неделю зимы в Москве День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room
Как провести первую неделю зимы в Москве

Как провести первую неделю зимы в Москве
День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Что покупать и куда идти на non/fiction№23? Главные книги и события московской книжной ярмарки
Что покупать и куда идти на non/fiction№23?

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Главные книги и события московской книжной ярмарки

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»

9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени
9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени
9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени

9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое

Автомобильный дзен
Промо
Автомобильный дзен Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей
Автомобильный дзен
Промо

Автомобильный дзен
Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

От Альп до флакона:
Спецпроект
От Альп до флакона: Какой путь проходит сырье для косметики
От Альп до флакона:
Спецпроект

От Альп до флакона:
Какой путь проходит сырье для косметики

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино Чем заняться на выходных
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
Чем заняться на выходных

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы Гимн, награды и наказания для сотрудников
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
Гимн, награды и наказания для сотрудников

Подпишитесь на рассылку