5 июля, вторник
Москва
Войти
Люди в городе23 июня 2021

Современные толкинисты Потратить 400 тысяч рублей на костюмы и построить ролевую семью

Современные толкинисты

Мерзкий Голлум, храбрый Арагорн и бесячий Фродо — все, что большинство из нас помнит о «Властелине колец» благодаря киносаге Питера Джексона. Люди, которые изучили первоисточник, считают экранизацию поверхностной попыткой заглянуть в мир Средиземья, а ролевые игры — издевательством над наследием писателя. Узнали у толкинистов, почему их сходки разгонял ОМОН, как найти любовь благодаря правильному нику и построить ролевую семью, где жена шьет костюмы, а дочери с младенчества прописались на играх.

Вячеслав Рожков, 56 лет

айтишник

В ролевые игры я попал через книги Толкина 30 лет назад и с тех пор не могу остановиться. Однажды однокурсник в клубе любителей фантастики МГУ пересказал мне «Властелина колец». Интернета тогда не было, и купить книгу тоже было невозможно. Я раздобыл текст на дискете и запоем читал ночами. А потом мне предложили поехать на игру по «Сильмариллиону».

Моя первая серьезная игра прошла в 1992 году — это были «Хоббитские игры» на Урале, около 300 участников. Тогда рухнул Советский Союз, новая реальность только создавалась, и в начале 90-х в России наступила эпоха романтического толкинизма. В ролевой тусовке меня привлекала атмосфера товарищества: там были немножко хиппи, немножко коммунары, каэспэшники, фидошники. Я сам был в молодости металлистом и не чувствовал себя в этой компании чужим. К тому же старый мир вокруг разваливался, а мы из себя создавали новый, в чем-то сказочный и точно более добрый.

Первая игра — это как первая любовь — настоящее приключение. Долгая дорога, строительство крепости и сама игра четыре дня. Ощущение как от хорошей, местами страшной книги, только ты сам участник событий: вокруг лес, наполненный опасностями, рядом друзья и союзники, а совсем недалеко притаились враги.

Игра зацепила меня — хотелось продолжать. Я договорился с библиотекой в Нескучном саду, и мы стали собираться там — назвали место Эгладором, как нашу команду на игре. После работы раз в неделю переодевались в дурацкое и ехали тусить. Сначала нас было 17, потом каждый привел по другу, а те — еще. Относились к нам хорошо, хоть мы и выглядели как неформалы. До 1994 года все проходило цивильно: общались, пели песни. Когда я перестал ходить в Эгладор, некому стало присматривать за порядком. В итоге на библиотеке появилась какая-то страшная фраза на эльфийском наречии, и нас из помещения выгнали. Но традиция собираться в Нескучном осталась, в том числе и махать деревянными мечами. Году в 1997-м толкинистов даже разгонял ОМОН — не знаю, правда, зачем это нужно было. Потихонечку все заглохло, и сейчас в саду раз в год собираются старые эгладорские пеньки попеть песенок. Но из нашего сообщества редко уходят. Люди, с которыми я начинал, и сейчас ездят на игры. Бывает, что в компании я самый молодой ролевик.

Я трачу много денег на ролевые игры. Иногда приходится сдавать кровь, чтобы получить выходной на поездку

Костюмы мне шьет жена. У нас крепкая ролевая семья, но супруга теперь почти не ездит со мной — ушла в любительский театр. Познакомились мы на игре по Dungeons & Dragons. Три мои дочери тоже ролевики. Раньше выползали на игры вместе: младенцы отлично вписываются в происходящее. Но сейчас они выросли, младшей скоро 20. Старшая сейчас отошла от тусовки: не хочет быть ребенком дяди Славы — я же известный человек, она ездит туда, где меня нет. Средняя попробовала себя в мастерении — неплохо получилось, а младшая волонтерит на конвентах.

Дети выросли, и я трачу много времени и денег на ролевые игры. Только в этом году уже 150 тысяч рублей ушло. Под конец года все 400 будет. Самый дефицитный ресурс — отгулы на работе. Иногда приходится сдавать кровь, чтобы получить выходной на поездку.

Зарабатывать ролевыми играми тоже можно. Например, устраивать их для чиновников и бизнесменов. Многие из моих друзей ушли в профессиональную лигу. Я мог бы таким заниматься, но надо отказаться от своей сегодняшней жизни и совершить прыжок веры, к которому я пока не готов.

Я ролевой журналист — после игр публикую о них тексты в Живом журнале. Эмоции оставляют такой сильный след, что его нельзя не выплеснуть. Приходится писать воспоминания. Главное удовольствие на играх получаю от общения и атмосферы. Необязательно выигрывать, мне важно пожить в сказке. Вдобавок благодаря ролевым играм я получаю гуманитарное образование. Чтобы подготовить персонажа, требуется перелопатить учебники истории и прочитать много художественных книг. Важно понимать, почему люди из другой реальности действовали именно так — какие мотивы ими двигали. Начинаешь более терпимо относиться к людям.

Игры сильно поменялись за 30 лет. В 90-х все было просто: вот эльфы, вот орки, вот хранители несут кольцо — меч в руки, и вперед. Сейчас у каждого участника история, а у игры в целом — драматургия, сюжет. Сейчас это уже новый вид современного искусства.

Искра не всегда вспыхивает, бывают и неудачные игры. Приехали, уныло потусили, поговорили о жизни и работе и разъехались. Это как с книгами — вроде те же буквы, сложенные в слова, а не цепляет. Но сейчас выбор большой, всегда можно выбрать интересный проект. В этом году я уже пожил в литературной Москве 1925 года — пообщался с Мандельштамом, Булгаковым и Цветаевой. Вот только что вернулся из Иркутска с «Мира Дикого Запада», в июле еду на Shadowrun — игру по киберпанку, а в августе — на «Хроники Силезии» по Гуситским войнам в Хибины.

В 2022 году я буду в качестве главмастера делать «Хоббитские игры» — «Неоконченные сказания Алой книги». Ставим Третью эпоху, когда Бильбо Бэггинс уже вернулся из похода с сокровищами, но назгулы за Кольцом Всевластья еще не выехали. Так что заветное колечко лежит у меня в карманце. А чем все это кончится — узнаем на Урале в первую неделю августа будущего года.

Елена Семенова, 74 года

пенсионерка

Я стала толкинисткой после смерти сына Алексея в 2016 году — он погиб в день рождения писателя. Помню, однажды принесла домой книжку «Хранители», после чего сын увлекся этой культурой. Несмотря на корявый перевод, было понятно, что за произведением стоит нечто серьезное. Я сама прочла ее на коленке на работе — не могла оторваться. Алексей слушал по радио передачи «Хоббит-клуб» петербуржского общества толкинистов и однажды написал им письмо — так попал в сообщество. Позже переводил письма и стихи Толкина, работал в газете «Сорока» в рубрике «Другая реальность», участвовал в создании тематических журналов «Резвый пони» и «Палантир» и написал шесть фэнтези-романов.

Но главное — с другими толкинистами он вел научную деятельность. Они проводили семинары: читали доклады, выступали с исследованиями и рецензиями. В 90-е на такие мероприятия приходило человек 300 — сидели на собраниях до ночи. Там не было песен под гитару или игрищ с мечами. Вот некоторые темы докладов сына: «География Средиземья», «Теория Льва Гумилева применительно к Средиземью», «Мифопоэтическое пространство в литературе XX века».

Сын не делал игр по Толкину — считал это кощунством, покушением на произведения творца

Персонажа Алексея зовут Эрандил. Первые упоминания о герое относятся к началу Четвертой эпохи. Он нестареющий странник-одиночка, который передавал вести. В жизни Эрандил, то есть Алексей Семенов, работал инженером и тоже без конца ездил по свету туда-сюда. Путешествовал, даже когда у него обнаружили сахарный диабет и он лишился ноги из-за осложнений — ходил на протезе.

После смерти сына я три с половиной года готовила книгу «Речи Эрандила», посвященную ему. В издание вошли его стихи, проза, письма, доклады по толкинистике, пример ролевой игры, которую он проводил. Он, кстати, не делал игр по Толкину — считал это кощунством, покушением на произведения творца. Никакой отсебятины — только исследование творчества.

Из всего, что связано с этой культурой, мне ближе всего театральное дело. Недавно узнала, что 30 лет назад по телевизору шел спектакль «Хранители» — первая и единственная постановка в России, посвященная «Властелину колец». Запись показали по ЛенТВ24. Больше десяти лет разные люди, в том числе дети актеров и режиссера, искали это видео, но канал всем отказывал. Я тоже долго просила, но мне говорили, что постановка устаревшая и никому не нужна. В итоге я составила письмо от имени толкиновского общества в Петербурге — у нас было 25-летие. Написала, что нам жизнь не мила без этого видео. Они отправили нам диск за денежки для семейного просмотра и строго запретили загружать в Сеть. Но через год сами выложили на ютьюб, и сейчас у ролика 2 миллиона просмотров. Я считаю, это был лучший Бильбо Бэггинс из всех возможных. Кстати, сейчас я ищу тюзовскую постановку «Баллады о Бильбо Бэггинсе» — первую в России.

Быть толкинистом — хорошо понимать текст. Не искажать литературу, а изучать и дополнять. Ролевиков я толкинистами не считаю. Танцуйте, пойте под гитару, но это просто тусовка. Одно дело участие в серьезных работах, другое — отдых и байки.

У настоящих толкинистов в России еще много работы — переводить и переводить. Например, письма Толкина. Или заниматься трактовкой произведений. Мало кто понимает, что «Властелин колец» — книга католическая. Развязка происходит на горе, а кольцо — крест Фродо, который он несет за свои грехи.

Артур Климаков

художник-дизайнер

Произведения Толкина — это архетипические сюжеты: противостояние добра и зла, защита отечества и соседей. Но больше всего в его произведениях меня зацепили стихи. Во «Властелине колец» они сюжетные — отсылают к другим событиям. Например, на привале эльфы поют «О, Элберет! Гилтониэль!» про сотворение их мира, создание звезд.

Сначала я смотрел на игры скептически — тяжело выкинуть из головы фильм и принять условную постановку в поле. Но со временем проникся атмосферой. Читаешь в книге, как Фродо встречает в лесу эльфов, вечером с хоббитами общается у костра, а потом на игре оказываешься с ним у такого же костра. За этим ощущением я приезжаю на игры снова и снова. Это дает вдохновение, чтобы рисовать.

У меня нет одного персонажа — каждый раз придумываю новых, но всегда это следопыты — мне нравится стрелять из лука. Это интереснее, чем стоять в строю: тренируешь тактическое мышление, сам выбираешь цель и маршрут. Чтобы лучше стрелять, хожу на тренировки, а сейчас и сам организую их для новичков. Они нужны еще и чтобы народ не впадал в ступор при виде боевой ситуации. Чем-то все это похоже на тренировку страйкбольной команды. Только у нас оружие гуманизированное: на конце стрелы резиновая многослойная подушка — даже синяка не оставляет.

Сейчас на ролевых играх уже не встретишь странных людей в маминой занавеске

Я участвовал в десятках игр по Толкину. Удачная была этой зимой в подмосковном Святогорове, поселке с деревянными теремами в древнерусском стиле. Там красивый лес, овраги, река, по вечерам поднимается туман. Действие проходило на местности 20 на 15 километров — масштабно.

С 2010 года я со знакомыми делаю многодневный конвент толкинистики «Вескон» — пространство для общения и обмена опытом. Проводим музыкальные мероприятия, лекции, ярмарку и мастер-классы — кожевенные, ювелирные, по керамике и росписи по стеклу. Недавно учились ездить верхом. Я так увлекся, что всерьез занялся этим, а летом поеду на игру, где буду скакать на лошади. Первое время на «Вескон» приходило человек 100, сейчас — 500–600. Интерес вырос вместе с качеством игр: уже не встретишь странных людей в маминой занавеске.

Грима, 24 года

провизор

Я не олдфаг. Увлеклась Толкином, когда посмотрела «Властелина колец» на кассетах. В старших классах подруга пригласила меня на тренировку по историческому фехтованию, где я встретила первых толкинистов. Помню, удивилась, увидев состоявшихся взрослых мужчин и женщин. Тогда же я играла в словесные игры — в них каждый представлял персонажа письменно, так что получалось литературное произведение. Раньше они проходили на форумах, а потом во «ВКонтакте».

В университете начала играть в ролевые игры. Их прелесть в том, что финал заранее неизвестен, но есть рамки. Арагорн не вырежет целую деревню, хотя светлые персонажи иногда решаются на безумства — сжечь город, заключить сделку с темными силами. Каждый волен поступать так, как видит персонажа — все на совести участника. Для тех, у кого ее нет и кто портит игру, есть черные списки. В целом все это можно сравнить с театральной постановкой, но более масштабной и в лесу. Обычно маленькие игры длятся несколько дней, а тысячники — до недели. Сейчас больших игр по Толкину в России всего несколько в год. Одну я как мастер — организатор — планирую провести в августе — «Тьма в сердце Лихолесья». В ней злые герои станут полноправными участниками, а не просто статистами с прописанными функциями, как это обычно бывает. Быть мастером — ежедневная работа, но зарплату мы не получаем. Игроки платят взнос около 2 тысяч рублей, но все уходит на материалы и еду.

Некоторые ролевики считают, что жили в другой эпохе и запомнили ее, поэтому сейчас должны находиться в теле эльфа

Мой герой из мира Толкина довольно странный. Это Грима, советник Теодена Роханского. Про него мало что известно, и это дает свободу в трактовке его взглядов и целей. Джексон хорошо передал персонажа на экране, но в книге он лучше раскрывается. Жалкий человек со слабостями, который попал в плохую компанию, — он моя противоположность. Это не самый популярный ход: чаще выбирают схожие по духу образы, чтобы отыграть себя же в другой реальности.

Грима повлиял на меня странным образом. Я взяла этот псевдоним во «ВКонтакте» и именно с этим профилем нашла свою любовь. Моему парню больше нравится Саруман, которому служил Грима. В оригинале последний убивает мага, но из фильма это вырезали. Мы же на эту тему просто шутим. Для многих ролевое движение — это эскапизм. Правда, некоторые заигрываются и забываются, их называют дивными. Например, они считают, что жили в другой эпохе и запомнили ее, поэтому сейчас должны находиться в теле эльфа.

Ничего удивительного: писатель создал невероятно проработанный и интересный мир с уникальными языками, собственную мифологию, и за это я преклоняюсь перед Профессором.

Фотографии: обложка, 1, 2, 3, 4, 5, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18 — Ольга Воробьева, 6, 7, 8 — Виктор Юльев

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Московские неоязычники — о жизни в современном мегаполисе
Московские неоязычники — о жизни в современном мегаполисе The Village поговорил с одинистом, викканкой и родновером о том, получается ли соблюдать традиции в XXI веке
Московские неоязычники — о жизни в современном мегаполисе

Московские неоязычники — о жизни в современном мегаполисе
The Village поговорил с одинистом, викканкой и родновером о том, получается ли соблюдать традиции в XXI веке

Люди, живущие с воронами
Люди, живущие с воронами «Я учу ее мяукать — и у нее уже почти получается»
Люди, живущие с воронами

Люди, живущие с воронами
«Я учу ее мяукать — и у нее уже почти получается»

Молодые алкоголики
Молодые алкоголики О белой горячке, обществе анонимных алкоголиков, долгах и веселье
Молодые алкоголики

Молодые алкоголики
О белой горячке, обществе анонимных алкоголиков, долгах и веселье

Люди с чужими органами
Люди с чужими органами Каково пережить пересадку сердца, почки и легких
Люди с чужими органами

Люди с чужими органами
Каково пережить пересадку сердца, почки и легких

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Идея была моя, но сделал это не я»

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»

Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России

«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию

Первая полоса

Сотрудник «Левада-Центра»* — о довольных властью россиянах и социологии при тоталитаризме
Сотрудник «Левада-Центра»* — о довольных властью россиянах и социологии при тоталитаризме
Сотрудник «Левада-Центра»* — о довольных властью россиянах и социологии при тоталитаризме

Сотрудник «Левада-Центра»* — о довольных властью россиянах и социологии при тоталитаризме

«Ждите, черти, русские идут!»
«Ждите, черти, русские идут!» Как российские чиновники пишут эстрадные и военные песни
«Ждите, черти, русские идут!»

«Ждите, черти, русские идут!»
Как российские чиновники пишут эстрадные и военные песни

Торговым центрам разрешили выселять арендаторов и судиться с ними
Торговым центрам разрешили выселять арендаторов и судиться с ними Что это значит для брендов и покупателей
Торговым центрам разрешили выселять арендаторов и судиться с ними

Торговым центрам разрешили выселять арендаторов и судиться с ними
Что это значит для брендов и покупателей

The Village становится платным
The Village становится платным Как продолжить читать нас
The Village становится платным

The Village становится платным
Как продолжить читать нас

Подпишитесь на рассылку