С 9 июня московские власти поэтапно снимают введенные из-за пандемии коронавируса ограничения: отменяют пропускной режим и прогулочный график, открывают парикмахерские и салоны красоты. По словам мэра Сергея Собянина, количество заболевших медленно, но верно идет на спад.

Несмотря на это, многие москвичи до сих пор не чувствуют себя в безопасности и не собираются выходить на улицу. Мы поговорили с жителями города о том, почему еще рано прекращать самоизоляцию, почему ограничения начали снимать именно сейчас и как определить момент, когда находиться в городе станет безопасно.

Вика Боярская

Фуд-блогер, повар


«Очень важно оставаться дома именно сейчас»

Решение не выходить на улицу и самоизолироваться — это возможность обезопасить себя и своих близких. Политика, которую проводит наша власть в отношении карантинных мер, была с самого начала крайне непоследовательной. По сравнению со многими другими странами у нас к этому вопросу во многом подошли халатно и неосмысленно, абсолютно не руководствуясь выработанными в мировом сообществе нормами. Так что у меня изначально не было никакого доверия к государству и городским властям как к гарантам безопасности. Я считаю, что очень важно продолжать оставаться дома сейчас. Потому что я не доверяю ни официальной статистике, которую нам показывают власти, ни внезапному снятию мер ограничения — абсолютно стихийному, без каких-либо научных, логических и эпидемиологических объяснений. Все это похоже на спонтанные, хаотичные и непрофессиональные решения. Люди принимают их, руководствуясь чем угодно, но не безопасностью граждан.

Люди, которые всерьез говорят, что им необходимо посещать магазины, вызывают у меня лишь огромное сочувствие. Очевидно, они до сих пор так и не освоили онлайн-шопинг

В каком-то смысле я, конечно, осуждаю людей, которые начали выходить на улицы еще во время режима самоизоляции. Для меня лично соблюдение режима стало мерилом нравственности. Особенно вначале, когда многие врачи еще имели право голоса и в любых соцсетях можно было увидеть информацию о том, как тяжело им приходится и какому риску они себя подвергают. Зачастую им приходилось разлучаться с близкими, чтобы не подвергать их опасности. При этом параллельно можно было увидеть огромные потоки комментариев COVID-диссидентов, утверждающих, что вируса нет и никому не нужны меры предосторожности. Таких людей я не могла не осуждать и продолжаю это делать. В ситуации, когда кому-то приходится приносить себя в жертву и отказываться от контактов со своей семьей, мы все должны быть на стороне врачей и всех, кто борется с вирусом.

Воззвания врачей вроде «мы вышли на работу ради вас, а вы сидите дома ради нас» до сих пор остаются актуальными, несмотря на то что в какой-то момент они стали выгодны государству. Эта очень важная причина продолжать беречь себя и близких от заражения — чтобы сгладить кривую и минимизировать нагрузки на больницы и врачей. Тем более что реальные цифры мы никогда не узнаем. Лично я официальным данным не верю. От многих врачей слышала слишком много информации, которая заставляет сомневаться в том, что наше государство когда-либо покажет достоверную медицинскую статистику.

Находиться на улице мне комфортно — я очень четко осознаю, какие меры нужно предпринимать, чтобы минимизировать риски. Например, я точно не планирую пользоваться общественным транспортом в ближайшие несколько месяцев, хоть в нашей семье и нет автомобиля. В крайнем случае я всегда могу обратиться за помощью к друзьям с машиной.

Естественно, мы не собираемся посещать никакие скопления людей: торговые центры, магазины, любые мероприятия. Вообще, в Москве, где 24/7 почти любую услугу можно получить онлайн, потребность посещать магазин — это дремучий, каменный век. Люди, которые всерьез говорят, что им необходимо посещать магазины, вызывают у меня лишь огромное сочувствие. Очевидно, они до сих пор так и не освоили онлайн-шопинг.

Я стараюсь носить маску и перчатки, даже когда иду по подъезду от квартиры до автомобиля. Понятно, что нигде нет достоверных научных данных о пользе масок — информация до сих пор противоречивая. Но все-таки в рамках международного научного знания на данный момент большинство организаций говорит, что маски нужны и полезны. Мне приятно осознавать, что большинство моих друзей и знакомых уже выучили новый социальный этикет. Так что, если я столкнусь с кем-то на улице, с радостью пообщаюсь, не снимая маски и сохраняя дистанцию в полтора метра. Не подходить к кому-то ближе — это просто новая социальная норма.

Я думаю, что почувствую спокойствие, когда я и все мои родственники получат вакцину, апробированную международными здравоохранительными организациями. Я думаю, что это будет вакцина не российского производства. Когда станет понятно, что препарат действующий и иммунизации можно доверять, я буду готова снять для себя все ограничения. В первую очередь я основываюсь на своих представлениях, что для меня безопасно, а что нет.

Гриша Пророков

автор подкаста Blitz and Chips


«Правительству нужно, чтобы люди могли выйти на улицу»

Я начал сидеть дома еще в марте, до того как в Москве официально объявили, что это нужно делать. То есть уже почти четыре месяца. За это время я очень редко выходил на улицу — думаю, что можно по пальцам пересчитать. Сейчас, когда официально разрешили выходить на улицу в масках в определенные дни, для меня ничего особо не изменилось. Я почти не ходил в магазины, пользовался доставкой продуктов. Не ездил на дачу, ни с кем не общался — сижу дома максимально жестко.

У меня очень простая позиция по поводу самоизоляции. Я понимаю, что у всех людей разные возможности — и ментальные, и финансовые. Если у вас нет возможности сидеть дома из-за работы или вам очень трудно это дается — это нормально. Самоизоляция в России — это вообще привилегия. У меня она есть. У меня есть дом, деньги на еду, девушка, с которой я живу, и мы не сходим с ума от нахождения вдвоем. Я считаю, что обязан использовать эту привилегию, потому что знаю, что у этого есть реальный эффект. Это даже не обсуждается — миллион раз написано ВОЗ.

Я уверен, что к нормальной жизни — чтобы совсем как раньше — мы вернемся еще очень нескоро. Может быть, в следующем году

Сейчас очень трудно прогнозировать, когда я решу выйти на улицу — мы просто не знаем, как будет развиваться ситуация. Будет вторая волна или нет? Нужно ли нам ждать вакцину? Думаю, когда будет понятно, что в России все реально пошло на спад, я буду позволять себе чуть чаще выходить. Впрочем, все еще не буду ходить в кафе и в другие общественные места, где много людей. Возможно, позволю себе встречи с редкими друзьями.

Пока я не общаюсь с ними по двум причинам. Во-первых, никто не гарантирует, что они потом не будут встречаться со своими родственниками. Во-вторых, как известно, молодые люди тоже умирают от коронавируса. Хотелось бы минимизировать опасность до нуля. Да и вообще мне пока сложно представить даже абстрактно, в каком контексте я бы сейчас общался с друзьями. Не исключаю, что пойду в гости в какой-то момент, но пока — точно нет.

Нынешний спад — это результат того, что люди сидели дома две недели назад. Кроме того, мы до сих пор не знаем, как вирус будет себя вести в мире: насколько сильно он вернется, будет ли он с нами долго или исчезнет? Я уверен, что к нормальной жизни — чтобы совсем как раньше — мы вернемся еще очень нескоро. Может быть, в следующем году.

В те редкие разы, что я оказываюсь на улице, я обхожу людей. Хожу всегда в маске — меня очень обрадовало, что появился консенсус. ВОЗ официально решил, что их всем надо носить — первое время еще были споры по этому поводу. Сами люди на улице меня не пугают — у меня нет агорафобии. Но мне некомфортно от их количества — расстраивает факт, что люди так плохо информированы и всем так по фигу, что уже гуляют толпами.

Мне не хочется шеймить людей и обвинять их в безответственности. Скорее, грустно, что не до всех донесли эту информацию

У меня есть ощущение, что в России очень плохо справились с информированием. Людям внятно не объяснили, что это за ситуация, как вирус передается, как помогает самоизоляция. По тому, как люди реагируют на снятие ограничений, видно, что они недооценивают масштаб проблемы, а главное — эффект своего поведения. Всем просто нужно помнить об одной очень простой вещи: чуваки, от того, что вы продолжаете сидеть дома, меньше людей умирает. Мне не хочется шеймить людей и обвинять их в безответственности. Скорее, грустно, что не до всех донесли эту информацию.

Я, конечно, не аналитик и не политолог, но кажется, что нынешнее снятие ограничений связано с некоторыми событиями, которые нас ждут в конце июня — начале июля (речь о голосовании по поправкам к Конституции, которые позволят Путину переизбраться на очередной срок. — Прим. ред.). Правительству нужно, чтобы люди могли выйти на улицу.

Всеволод Бродский

режиссер


«К осени всем будет хуже»

Сижу дома я где-то с 20-х чисел марта. На улицу почти не выхожу — лишь пару раз выбрался погулять с девушкой, когда на улице никого не было. Отчасти ощущение, будто я нахожусь в постапокалиптичном городе, но ведь это же приятные ощущения. В магазины тоже не хожу — пользуюсь доставкойЯ чувствую себя японским солдатом, который прячется в джунглях 40 лет после окончания войны, но посижу-ка я еще немного.

Сейчас я не собираюсь менять свой образ жизни, как и все нормальные люди, — эпидемия процветает. Фиг знает, как определить момент, когда можно будет возвращаться к нормальной жизни. Конечно, должен быть сильный спад. Вот в Италии, например, карантин сняли не после выхода на плато, как сейчас у нас, а когда было долгое, последовательное уменьшение количества случаев, когда стало точно ясно, что это тенденция. Посмотрим, что будет через пару недель — после того, как все вылезли. Вдруг будет скачок и прекрасное голосование сорвется. А может, и вовсе случится вторая волна, как в Иране.

Вариантов два. Либо вирус испугается голосования и убежит в другие регионы. Либо начнется большая вторая волна и голосование отменят

Решение постепенно отменять ограничения — исключительно политическое. Жители города не придерживаются правил, потому что им уже говорят, что все хорошо и можно расслабиться — главное, носите маски, а все остальное прекрасно. Ведь всем так хочется наружу и очень приятно оттого, что власти это позволяют. Мне сложно говорить о том, что происходит на улице, но, судя по тому, что я вижу вокруг своего дома, с 1 июня на улицах стало гораздо больше людей. Как раз после введения графика прогулок — очевидно, что какая-то корреляция присутствует.

Вариантов два. Либо просто будет продолжаться нормальная жизнь — вирус испугается голосования и убежит в другие регионы. Либо через неделю-две начнется большая вторая волна и голосование отменят.

Думаю, что проводят голосование сейчас, а не осенью из-за того, что будет меньше протестных настроений. Ведь ближе к осени людям будет все хуже и хуже, желание голосовать за товарища президента будет уменьшаться. Так что власти торопятся, чтобы опередить события — дальше лучше уже не будет, это очевидно. Интересный момент с протестами: если отменяешь карантин, то становится сложнее отменять и пикеты.

Но понятно, что власти спешат. Кто его знает — может, Путин просто хочет наладить внутреннюю гармонию, чтобы у него все было ясно и чтобы он не мучился неизвестностью — тоже ведь живой человек.

Сергей Стеблев и Анастасия Синицына

независимые исследователи


«Заболевание может пройти тяжело»

Мы сидим на карантине с марта, продукты заказываем с доставкой. Однажды мы даже не пустили домой маму — она приехала к нам с продуктами и спросила: «Можно ли у вас поужинать?» Мы решили, что это довольно опасно, поэтому дали еду ей с собой. Мы боимся не только за маму, но и за себя и за других людей.

Кто знает, что может случиться. У Насти довольно много хронических болячек вроде бронхита, поэтому для нее, несмотря на возраст, заболевание может пройти довольно тяжело.

Выбираться из дома погулять мы начали совсем недавно — выходим попозже, когда на улицах меньше людей. Находиться на улице очень и очень странно — осознаешь каждый свой шаг, как будто у тебя немного атрофировались мышцы. После этого мы начали заниматься спортом дома.

Конечно, статистика вызывает некоторые вопросы, но мы не думаем, что ее будут резко менять из-за грядущего голосования

Выйти из дома, конечно, хочется — испытываешь огромное социальное давление. Куча друзей все время тусит, гуляет и вообще не парится. Многие люди просто не общаются с людьми не своего возраста, поэтому им кажется, что никто уже не болеет и не умирает. Но это не так.

Если каждый день будет меньше 100 новых случаев, то мы почувствуем, что можем свободно перемещаться по городу. Конечно, статистика вызывает некоторые вопросы, но мы не думаем, что ее будут резко менять из-за грядущего голосования. Ведь они же придумали систему, при которой можно голосовать из дома. Так что для самих поправок не принципиально, придут ли люди на участки или нет. У нас сейчас во всех почтовых ящиках лежат листовки, на которых написано про возможность голосования из дома.

Татьяна Белякова

пиар-менеджер


«Откажусь только от перчаток»

От людей на улице я, конечно, не шарахаюсь, но стараюсь соблюдать дистанцию: обгоняю или чуть отстаю, если вижу пробку; не сажусь в лифт, если он уже кем-то занят; держу дистанцию в очереди в магазине. Маску ношу постоянно, поэтому приобрела несколько многоразовых, которые можно стирать и гладить, а не выкидывать после нескольких часов использования. Но вот от перчаток точно откажусь — в жару в них очень некомфортно, да и антисептик с мылом никто не отменял.

Многие друзья в связи с работой передвигались по городу на общественном транспорте, кто-то самоизолировался очень лайтово, поэтому даже случайных встреч с ними я бы предпочла избегать. Я часто общаюсь со старшими родственниками, поэтому не хочу подвергать их дополнительному риску, особенно сейчас, когда число социальных контактов у всех возрастет. Полностью обезопасить себя, конечно, нельзя, но попробовать оттянуть момент заражения и снизить риски — можно.

Сложно определить эту грань, она очень субъективная. Но если речь касается твоего здоровья и жизни старших родственников, тут точно не стоит полагаться на сознательность окружающих — в конце концов, проблемы разгребать придется не им, а тебе.

Однозначного ответа, из-за чего снимают карантин, у меня нет, а строить предположения, пожалуй, не буду. Пока останусь дома.


обложка: OSORIOartist – stock.adobe.com